7.Соня

- Мама, привет, - мой голос дрожит, но еще больше оттягивать разговор я не могла. И так целый день занималась разными делами, лишь бы оттянуть этот момент.

- Привет, - совершенно сухо и бесчувственно говорит мама. По инерции выпрямляю спину и вся напрягаюсь, когда слышу ее тон голоса, как будто она сидит напротив меня и может видеть. Сердце тревожно бьется в груди, и я не могу справиться с собой, - ты, кажется, телефон потеряла. Или я ошибаюсь?

- Все именно так, - сразу же отвечаю я, чтобы мама не разогналась и не начала свой унижающий меня монолог, - мне сегодня утром передали девочки, что какой-то мужчина нашел мой телефон. Мы договорились встретиться, что бы мне его отдали. Я только забрала его и звоню тебе.

Мама в трубку многозначительно молчит, и я не могу отделаться от ощущения, что она все знает и видит меня насквозь. Знает и о том, что я вчера была в баре, что выпила и оказалась в квартире постороннего мужчины. Все это знает, и просто ждет, сколько еще я ей навешаю лапши на уши перед тем, как все же признаюсь в правде.

- Прости меня, что заставила волноваться.

- Ты могла позвонить с другого телефона. Попросить у соседки, например, - я замолкаю, а в голове быстро крутятся шестеренки, что я могу придумать сейчас в свое оправдание. Глаза бегают по комнате, чтобы зацепиться хоть за что-нибудь, но в панике мне не удается ничего придумать.

Мама тоже молчит и ждет. Ждет моих оправданий, и чем дольше я молчу, тем яснее она осознает, скорее всего, что все мои слова – ложь.

- София, ты чем вообще там занимаешься? – строго спрашивает мама, и я понимаю, что облажалась. Не дано мне врать, и даже ту историю, что придумал Александр Владимирович, не смогла поддержать, - ты должна учиться, учиться и еще раз учиться! Я одна тебя поднимала, работала сутки напролет! И все ради чего? Чтобы ты уехала в столицу и стала вести разгульный образ жизни?

- Мама, все не так! – перебиваю, потому что больше не могу её слушать.

Я всего лишь сходила в бар с одногруппницами, чтобы отпраздновать день рождения подруги. Да, я выпила, и случилось то, что случилось. Мне действительно повезло, что я встретила у бара Александра Владимировича, и ничего страшного не произошло. Но теперь я знаю, что может случиться, если я выпью, а Верховский дал мне достаточно советов, что стоит делать девушке, чтобы обезопасить себя.

Как некстати, стоит подумать об этом мужчине, в голове четкой вспышкой пролетает мужской образ: черные брюки, водолазка, плотно прилегающая к телу и подчеркивающая широкие плечи и еле заметные мышцы рук, строгие очки на высокой переносице и тлеющая сигарета, зажатая между длинными пальцами. В горле на мгновение першит, и я не понимаю, от чего это так реагирует мое тело. Возможно, не будь он моим преподавателем, я бы сочла это естественной реакцией на симпатичного, или даже красивого, мужчину. Однако мы не в тех отношениях и социальных статусах, чтобы я могла даже минимально отзываться как-то об этом мужчине или давать ему какую-то оценку.

- Тебе больше нечего мне сказать, я так понимаю? – вырывает меня из мыслей мамин голос, и я опять вся подбираюсь на месте, нервно потирая переносицу.

- Да, ты права, мне нечего добавить. Но я обещаю, что такого больше никогда не повторится.

- Надеюсь, к концу этого семестра мне не придется доставать тебя из борделей или, того хуже, из какого-нибудь роддома. А если еще раз подобное повторится, я буду вынуждена приехать к тебе, чтобы лично убедиться в том, что ты в состоянии позаботиться о себе сама.

После этого мама сразу же сбрасывает, и я даже не могу сказать что-то в свое оправдание. Так было всегда, и я могла бы уже привыкнуть, но почему-то каждый раз как первый, и с каждым разом слова мамы бьют все больнее и больнее.

После разговора пытаюсь сделать хоть какие-то задания, но из рук все валится, а голова забита совершенно не тем. В конце концов, собираю вещи и иду в душ, попутно схватив чужую рубашку. Она все еще хранит приятный аромат порошка или какого-то кондиционера для белья. Возможно, даже хранит непосредственно аромат самого Александра Владимировича, так как, подмечаю, что от него самого так пахнет периодически.

Перед тем, как забросить ее в машинку, еще раз утыкаюсь в ткань носом и глубоко вдыхаю. Оборачиваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что меня никто не видел за такими странными действиями. В прачечной никого, к счастью, нет, и я спокойно ухожу принять душ.

После ванных процедур мне становится немного лучше, и, перед тем, как сесть за домашнюю работу, скидываю маме в подтверждение того, что я дома, видео. Затем с головой погружаюсь в задания, и сижу так до глубокой ночи. Ближе к трем неожиданно приходит сообщение от Верховского.

«Доброй ночи, Соня. Прошу прощения, что пишу так поздно. Передай всем, что завтра первой пары не будет, у меня незапланированная поездка. Занятие переносится на вторник пятой парой» Верховский А.В. 2:16

Сообщение сразу же пересылаю в общий чат потока, а затем возвращаюсь в чат с преподавателем. На мгновение застываю и задумываюсь, написать что-то в ответ или не стоит. Я еще чувствую неловкость и стыд за случившееся, но потом понимаю, что, чем больше я буду на этом акцентироваться, тем больше будет расти неловкость.

«Хорошо, ребятам передала» 2:18

Выполнять обязанности старосты оказалось не так легко, как я ожидала: всегда нужно быть на связи, мониторить почту, потому что в любой момент какой-нибудь преподаватель может отправить какие-то материалы, объявления и многое другое. Также, у студентов всегда есть куча вопросов, которые они уточняют у тебя. Я исполняю обязанности старосты всего несколько дней, а уже устала и жду с нетерпением возвращения Насти.

В понедельник утром я чувствую себя уставшей и морально обезвоженной. Оправдать я могу это только недосыпанием, однако настроение тоже совершенно никчемное, и весь день я слоняюсь по университету словно тень. На парах клюю носом, постоянно отвлекаюсь и пропускаю мимо себя все важные объявления. Перед последней парой передо мной оказывается стаканчик с кофе из автомата. Запах вполне приятный, и я машинально тянуть к нему, делая глоток.

- Соня, привет, - место рядом со мной занимает Артем – центр и душа всего нашего потока. Парень слишком открытый и дружелюбный, способный наладить контакт с любым, даже самым закрытым человеком.

- Привет, - заторможено отвечаю, совершенно не ожидая увидеть именно его.

- У тебя есть время после пар? У меня возникли некоторые проблемы с рефератом по английскому, хотел попросить тебя посмотреть, - с другой стороны Маша неожиданно хватает меня под столом за ногу, от чего я вздрагиваю.

Поворачиваюсь на нее и ловлю бешеный взгляд.

- Что такое? – спрашиваю, потому что ничего не понимаю. Она периодически может вести себя странно, но парой перегибает палку.

Когда ответа от нее не следует, возвращаю внимание к Артему.

- У меня после пар ничего не запланировано, но я могу посидеть с тобой не больше часа. У меня заданий много накопилось, так что я хочу пораньше вернуться домой.

- Без проблем, - быстро соглашается парень и ярко улыбается. Отвечаю ему ответной улыбкой и провожаю взглядом до места, к которому он уходит.

Маша снова толкает меня, но я не обращаю внимание. Я понимаю уже, что она хочет сказать, поэтому просто никак не реагирую.

- Он мог просто сразу позвать тебя на свидание. Придумал какую-то историю про реферат, - Маша шутит и хихикает, а я просто пытаюсь игнорировать это, потому что искренне уверена, что у Артема точно нет ко мне никаких намерений, которые подразумевает Машка.

Я никак не отвечаю на высказывания подруги, поэтому она утихает рядом, а затем приобнимает за плечи и уже сама начинает ластиться ко мне.

- Ну Сонечка, хватит дуться, - девушка чуть ли не залезает ко мне на руки, - мы же с девочками уже попросили у тебя прощения. Мы тоже были пьяны и заметили твое отсутствие только когда уже пришли в общежитие.

Как только сегодня утром я встретилась с девочками, сразу же сказала им о том, что очень зла на них и разочарована. Они, конечно, рассказали все события от своего лица, однако мне все еще трудно понять, как можно было забыть одну из своих подруг. Мы были не огромной компанией, нас было всего пять человек. И, чтобы не понять сразу, что вы кого-то потеряли, нужно быть невероятно пьяными. Насколько я помню, девочки такими точно не были.

- Я оказалась в очень опасной ситуации, и если бы я не встретила свою знакомую, меня могли бы изнасиловать.

Я решила скрыть от девочек не только тот факт, что меня спас и отвез к себе наш преподаватель, но и пол этого самого спасителя. Уверена, у одногруппниц появилось бы невероятное количество вопросов, откуда у меня в большом незнакомом городе появились такие крутые знакомые мужского пола, которые спасают меня от подонков, еще и отвозят к себе переночевать. Тем более, что я с мужчинами, скажем так, в не очень хороших отношения. Если говорить честно, то ни в каких, потому что до этого вообще ни с кем не встречалась.

- Да, ты уже не раз говорила. Но, если бы мы знали, что так может все сложиться, были бы куда более внимательными и бдительными.

Я просто молчу, потому что говорить уже об этом нет смысла. Что случилось, то случилось. Просто впредь я действительно буду аккуратна в выборе места, компании и наполнения своей сумки. А в сумке у меня должно обязательно лежать минимум одно средство защиты.

- Ладно, можешь обижаться, сколько хочешь. Главное, обрати внимание на Артема. Он явно к тебе не ровно дышит. А если будешь его вечно игнорировать и верить, что он просто хочет с тобой дружить, так и умрешь старой девой, - заговорчески шепчет Маша.

- Я действительно искренне верю в то, что он просто хочет со мной дружить, - не отрываясь от своих дел, отвечаю ей, - слабо верится, что со всего нашего потока, этот энерджайзер решил завести какие-либо отношения именно со мной.

Подруга только тяжело вздыхает и хватается за голову, мол, я слишком наивная и глупая, чтобы увидеть и понять истинные чувства этого молодого человека. Но на самом деле я просто не верю в то, что такой общительный и, в какой-то мере, популярный парень может обратить на меня внимание в романтическом плане.

Не сказать, что я не уверенна в себе или у меня такая низкая самооценка, что я не верю в то, что могу нравиться парням. Просто до этого мальчики относились ко мне только как к хорошей подруге, к ответственной ученице, у которой можно списать домашнюю работу, или же вовсе как к бесполому существу. Я никогда не получала достаточно мужского внимания в силу отсутствия отца в своей жизни, поэтому, скорее всего, и не верила в свою привлекательность. Поэтому в романтическую симпатию Артема я не верила.

- Как знаешь, - сдается Маша, а после тоже погружается в конспекты. Всю пару мы не разговариваем, а после окончания занятия я с Артемом сразу ухожу в библиотеку под тихое хихиканье подруги.

Располагаемся за свободным столом в читальном зале на первом этаже и сразу переходим к делу. Парень действительно сначала задает мне вопросы исключительно по реферату, и я даже погружаюсь в рассуждения и объяснения с таким интересом, что не замечаю, как оказываюсь слишком близко к одногруппнику.

На самом деле, Артем очень даже симпатичный: загорелая карамельная кожа, правильные черты лица, каштановые волосы всегда взъерошены и находятся в хаотичном беспорядке. В ухе блестит сережка, а одежда не отличается от обычной подростково-молодежной: широкие джинсы и штаны, свободные толстовки, футболки и кофты на молнии. От Артема всегда чувствуется атмосфера легкости и непринужденности. То, что иногда нужно и мне, чтобы отвлечься от опеки мамы или учебы. Насколько знаю от одногруппников, родители Артема достаточно состоятельные люди, которые могут позволить сыну жить беззаботную и легкую жизнь, от которой я так далека.

Когда парень тоже замечает, как близко мы находимся друг к другу, на мгновение замирает, и я уже собираюсь отодвинуться, но Артем аккуратно берет меня за руку, от чего я немного вздрагиваю. Я не привыкла, когда посторонние люди, тем более мужчины, прикасаются ко мне. Как вспышка, в голове мелькает мысль, что касания Александра Владимировича не доставляют мне никакого дискомфорта. Если учитывать все те ситуации, в которых он был вынужден меня касаться.

- Спасибо тебе большое, - кажется, увидев мое замешательство, Артем отпускает мою руку и отодвигается на комфортное для нас обоих расстояние, - завтра с меня кофе. И не из автомата.

Мы прощаемся на хорошей ноте, и я действительно чувствую, что у меня появился еще один друг. Слова Маши не выходят из головы, но почему-то мне кажется, что, если она окажется все же права, я буду очень расстроена.

Во вторник утром я чуть не опаздываю на первую пару, потому что приходится вернуться за рубашкой Александра Владимировича, которую забыла взять. На нужный автобус опаздываю, но удается уехать на другом, а затем еще чуть-чуть приходится пробежаться.

Пары проходят спокойно и без происшествий. Перед большим перерывом с Машей решаем, что в столовую не пойдем, а посидим в читальном зале: она обещала рассказать про парня, с которым познакомилась на выходных в приложении для знакомств и хотела бы спросить у меня совета.

- Вообще, он кажется нормальным, но иногда как что-нибудь выдаст, - скидывая вещи в сумку, жалуется подруга. Как только она заканчивает с вещами, мы движемся на выход из аудитории, - но он такой симпатичный, и спросил про мои любимые цветы. У меня уже давно не было отношений, так хочется уже с кем-нибудь классным повстречаться.

Смотрю на подругу: на ее горящие глаза, краснеющие щеки. Она активно жестикулирует и выглядит такой взволнованной, и я понимаю, что тоже когда-нибудь хотела бы влюбиться так, чтобы руки подрагивали, а по телу бежали мурашки только при мысли о том самом.

Я увлекаюсь своими мыслями настолько, что не успеваю затормозить до того, как на меня налетает Артем. Он, кажется, просто не успевает затормозить, и кофе, который был у него в руках, полностью оказывается на моем свитере. Мокрая ткань неприятно липнет к телу, и я сразу же ее оттягиваю, так как боюсь, что могут остаться ожоги.

- Боже, прости, - взволнованно кружит надо мной Артем, как курица-наседка. Маша ищет в сумке салфетки, но и так понятно, что салфетками ситуацию не исправить, - Соня, прости еще раз. Я правда не хотел, просто не успел притормозить. Кофе для тебя нес, и поэтому спешил.

Я пропускаю мимо ушей половину слов и отмахиваюсь простым "ничего страшного". Мы с Машей сразу же удаляемся в туалет, чтобы хоть что-то попробовать сделать. Белый свитер окончательно испорчен – это я понимаю, когда рассматриваю масштабы катастрофы в зеркале туалета.

- И что теперь делать? У нас еще пара, а потом пятой Верховский, - Маша все не сдается и мокрыми салфетками усердно оттирает огромное коричневое пятно со свитера, пока я просто пытаюсь придумать, как мне дожить этот день с испорченной одеждой, - ты даже не успеешь съездить домой за перерыв, а сменной одежды у тебя нет.

После слов о сменной одежде мой взгляд машинально падает на пакет с рубашкой Александра Владимировича. Я поджимаю губы, потому что в голове начинается самая большая и масштабная борьба между "бросить все и поехать домой" и "надеть рубашку Верховского".

Выбор кажется очевидным...