Неожиданность

Белая мягкая подушка и ласковые лучи солнца, совсем недавно появившегося на небосклоне, сулили славное пробуждение. А если учесть тот факт, что рядом сопит любимый мужчина. Что может быть лучше? Шрам уже почти не болел, ведь прошло больше трех недель. Отношения Дэвида и Марка с мертвой точки не сдвинулись, что собственно и тревожило Мэрилин сейчас больше всего. Девушка ласково сжала его ладонь, лежавшую у нее на талии, переплетя свои пальцы с его.

— Как ты себя чувствуешь? — заспанный, но неизменно тревожный голос. Дэвид беспокоился неустанно круглые сутки семь дней в неделю. Он чрезмерно опекал ее, не давая носить в руках ничего, не разрешая подолгу гулять и заставляя находиться большую часть времени в постели. Под ее чутким руководством он научился делать перевязку и теперь был готов заниматься этим едва ли не каждый час. И даже возмущаться не было сил, ведь он каким-то образом каждый раз угадывал ее настроение и испарялся за дверью, как только она уже была готова взорваться от раздражения. И каждый раз он все равно неизменно возвращался, как только она снова брала что-то в руки или же вставала с кровати без его ведома. Было даже страшно подумать, какой завал у него с работой, при том, что он постоянно с ней и редко когда он при ней разговаривал по делам по телефону или же когда Оливер приносил ему на подпись документы. Вот и сейчас он снова проснулся, стоило ей открыть глаза.

Внезапно с Дэвида начал кто-то стягивать одеяло, при этом делать это весьма упорно и виртуозно, пропуская язвительный холодок под тепло двух греющихся тел.

— Пес, брысь, — рявкнул на него мужчина. Дэвид замучился везде натыкаться на это животное. И больше всего раздражала та глупость, которая каждый раз рождалась в его голове. Будто Сантьяга смотрел на него укоризненно и этим напоминал Дэвиду о всем произошедшем лишний раз. Поэтому, даже сейчас, при Мэрилин он не смог сдержать своего раздражения.

— Между прочим, он пытается обратить твое внимание на себя, — поучительно ответила Мэрилин, довольно нежась в объятиях мужчины.

— Где дворецкий... — пробормотал Дэвид, уже зная ответ на свой вопрос — пес, прочувствовав почву в этом доме, стал рычать на прислугу, как только та пыталась оградить его от этого этажа и соответственно от Мэрилин. А весь персонал взамен начал игнорировать, как и собаку, так и возмущения собственного босса — никто не хотел быть покусанным больше, чем уволенным.

Сантьяга оперся на постель передними лапами и опустил свою морду на плечо Дэвида, начав искоса наблюдать за тем. Хозяйка с ним ласкова и проявляла слишком много внимания этому двуногому.

— Я кому сказал? — изобразил воспитательный процесс злой и не выспавшийся мужчина.

Его встретили жалобные глаза с белыми и задиристыми лунками. Дэвид скорее почувствовал, чем понял, что пес дружелюбно вилял хвостом. Мэрилин едва заметно тряслась от смеха, стараясь его ничем не выказывать.

— Неужели я так смешон? — спросил Дэвид, тем не менее вставая и смотря на главную злобу дня, предано вилявшую хвостом. — Кажется, я понял, чего он хочет, — задумчиво протянул Дэвид, потирая подбородок, и пес увидев его взгляд сразу попятился назад.

— Нет, просто ты довольно забавно выглядишь, когда ругаешься на Сантьягу, — прыснула Мэрилин, едва сдерживая свой смех. — Дэвид, ты совершенствуешься с каждым днем, уже понимаешь собак, — довольно, словно кошка, улыбнулась Мэрилин и легла на живот, обняв подушку. После нескольких недель лежания на спине, лежать на животе было просто райским наслаждением.

— Ты мне поможешь? — внезапно спросил мужчина, что было неожиданно уже только потому, что это подразумевало под собой — то, что Дэвид собирался дать Мэрилин какую-то нагрузку.

У Мэрилин от удивления расширились глаза, уже не говоря о том, что это было по меньшей мере удивительно.

— Отлично! Я ведь сама хотела искупать его! — девушка мимолетно и с улыбкой на устах чмокнула капореджиме в губы и задорно улыбнулась Сантьяге. Пес, учуяв неладное, поспешил ретироваться с негласного поля боя.

— Отлично, — довольно сказал сам себе Дэвид, поняв, что тактика выбрана правильно. Если каждый раз, как Саня начнет его донимать, он будет делать то, что пес терпеть не может, то эта мука прекратится. — Лови его, — произнес мужчина, заваливаясь на спину, давая понять, что он пока еще поспит.

— Что?! — Мэрилин резко села на постели, изумленно уставившись на любимого мужчину. — Ты вообще знаешь, какая у него сила? Я его одна с неимоверным трудом затаскиваю в ванную, каждый раз, как его нужно выкупать! — Мэрилин демонстративно уперла руки в бока. — Его даже в детстве выделили среди остальных щенков, поскольку он всегда был самым сильным и буйным! И вот еще, его мой папа обучал и дрессировал, как полицейскую собаку!

На этот раз смеялся Дэвид. В подушку. Тихо, но заразно. Он не мог никак остановиться, ведь девушка сейчас напоминала хвастающегося ребенка. А ведь это первый раз после нападения, когда она себя так ведет.

Мэрилин недовольно нахмурилась и сделала губки бантиком.

— Ты чего это смеешься, — надо ли говорить, что она едва могла сдержать улыбку, видя, как капореджиме выражает радость.

— Скажи дворецкому, пусть поможет, — ответил Дэвид сквозь смех, накрываясь небрежно одеялом. — Ты же так хотела что-то делать. Вот, приноси пользу.

— Нет, мне поможешь, ты, — прямо ответила Мэрилин и, подползя ближе к капореджиме, нагнулась над ним и на ушко шепнула. — Пожа-а-а-алуйста, — на последнем дыхании она чуть прикусила его ухо.

— Прекращай, — Дэвид едва заметно, но передернул плечами от пробежавшего трепета. — Или я буду мыть тебя.

— А я только за, — Мэрилин не прекращала эту сладкую пытку, только в этот раз начав играть с его ушком языком.

— Ты... — Дэвид уже забыл о собаке и думал только об одном — можно ли дать волю своим чувствам, когда рана Мэрилин только-только затянулась?

По мере того, как она продолжала манипулировать его ощущениями, Дэвид постепенно отбросил все сомнения и вот уже он нежно проводит по ее волосам и собирается поцеловать ее, когда их прерывает звонок Оливера. Разговор вышел не из приятных.Оливер звонил по поводу Марка, и Дэвид, сперва услышав причину, уже собирался со злостью бросить трубку, однако, его остановило то, что проблема напрямую касалась одной из его любимых вещей — младший наглец пришел ночью в его дом и, своровав ключи от машины, от любимой и единственной игрушки Дэвида, уехал на ней неизвестно куда.

— Все в порядке? — обеспокоенно спросила девушка, повернув лицо Дэвида к себе ладонью. — Что случилось? — спросила она еще раз, пытаясь не давить на своего мужчину.

— Марк гоняет на моей малышке, — произнес Дэвид, мягко отстраняя девушку, вставая и начиная одеваться.

— Что? — Мэрилин выпала на миг из реальности, пытаясь осмыслить сказанное, — Машина?! — переспросила девушка и ее брови от удивления взметнулись вверх. — И что с того?! У вас денег немерено, купишь еще, разве это проблема?

— Во-первых, другую не куплю, — резче, чем хотел, отрезал мужчина. — Во-вторых, кто ему позволил приближаться даже к моему дому, не говоря о том, чтобы заходить сюда без спроса и брать мои ключи!

— Не будь ребенком, — застонала девушка. — Ты можешь позволить себе любую машину, ну, в самом деле, — всплеснула руками Мэрилин, осторожно подымаясь с постели. — «Как же сильно шрам чешется, господи!»

— Потом поговорим, — Дэвид просто взял и отодвинул Мэрилин в сторону, со своего пути к двери, как куклу — за плечи.

— Дэвид, но это же всего лишь машина! — не унималась девушка, вновь преграждая путь капореджиме. — Это же не человек, которого никогда не заменить, — осуждающе проговорила девушка, которая искренне в самом начале их разговора пыталась поддержать любимого.

— После того, что по его вине тебе пришлось пережить — я его даже к металлу своему не подпущу и на порог дома, понятно? — Дэвид пристально посмотрел сверху вниз ей прямо в глаза этим давящим взглядом, под которым его подчиненные всегда чуть ли не с икотой торопились исполнить приказы.

— Хватит на меня так смотреть! — рявкнула в ответ Мэрилин.

И вместо того, чтобы попятиться и выполнить то, что было указано встала посреди прохода, скрестив руки на груди.

— Не злись, это всего лишь машина, — направил против нее ее же слова Дэвид, и все-таки прошел мимо, наконец, выйдя из комнаты.

«А вот фиг тебе», — недовольно буркнула Мэрилин про себя.

Однако, стоило ей представить только о том, как он будет ее мыть, низ живота свело нестерпимой судорогой.

— Как же, черт побери, я до вечера буду ждать? — Мэрилин закричала настолько громко, что звон ее эмоций был слышен даже на улице.

Дэвид никогда не курил при Мэрилин, после того единственного раза в машине. Она вообще ни разу с тех пор не видела у него сигарет. Но сейчас именно капореджиме затягивался ядовитым дымом и выпускал в небо облака никотина. Сидя на набережной, прямо на грязных голых плитах, мужчина наблюдал за тем, как его любимая машина, вместе с некоторыми мелкими, но нужными вещами внутри, вроде документов, сертификатов и прочего, медленно тонет в море, порой булькая и будто бы сдаваясь на милость соленой воды.

Дэвид перекатил губами сигарету из одного уголка рта в другой, затем зажал ее двумя пальцами и, вытащив, затушил о бетонный настил набережной. Выбросив окурок, он достал только что купленную пачку сигарет и новая упаковка лишилась еще одной папироски. Длинные жилистые пальцы, действующие ловко и быстро. Сигарета, зажатая твердыми губами, которые превратились с недавних пор в две жесткие полоски. Его скулы напряженно сжаты, так что даже подходить близко к нему не хочется, несмотря на то, что он не проронил до сих пор ни слова, ведет себя расслабленно и как обычно. Разве что в обыденность не вписывается то, что он подносит зажигалку к сигарете, зажатой между его зубов. Щелчок. Еще один. Искры сыпятся, но огонька зажигалка так и не дала. Еще одна попытка — и, наконец, новый дымок взвился в небо.

Из-за облака вышло солнце, блеснуло слепящим бликом по краю тонущего металлолома и снова скрылось, на этот раз за тучей.Дэвид знал, что его брат стоит рядом, боясь нарушить этот относительный покой.

Его бесшабашный брат, который никак не научится ответственности за чужие жизни, который готов пойти по головам ради достижения собственных целей. И есть он — его старший брат, который не мог себе не признаться, что не может уже ничего поделать с этим маленьким эгоистом. Именно маленьким — в его глазах такие люди всегда были крошечными и неважными. Но несмотря даже на то, что вынужден был смотреть на скрывшуюся под водой собственную любимую машину, что был вынужден бояться за жизнь своей женщины, что постоянно находился в напряжении, зная, что Марк в любой момент снова выкинет какой-нибудь финт, Дэвид не мог его ненавидеть.

Горький вкус сигареты расползался по рту, давил легкие, но с каждым выдохом высвобождалось все, что он не мог никак высказать вслух, что казалось столь важным и в то же время совершенно ненужным. Он не мог себя заставить бороться с Марком. Потому что принимал его таким, какой он есть, несмотря ни на какие доводы. И странное колющее тепло разливалось в душе при гордом осознании того, что он способен так любить брата. Что хоть в этом он человечен более, чем любой другой невинный гражданин, живущий с ним под одним небом.

Мэрилин  застыла у черного дорого автомобиля, из которого пару минут назад она вышла.Оливер  предупреждал ее не раз, что это очень опасно находиться с Дэвидом рядом, когда он в таком настроении. Но каждый раз, натыкаясь на решительность в ее чёрных глазах понимал, что проще было притвориться мертвым. Поэтому мужчина привез ее на место происшествия. Прошло еще несколько минут, прежде чем Мэрилин смогла двинуться с места. Все это время медленно, ступая по мощеной булыжником мостовой, она думала о том, что ей сказать. Ведь негоже было так убиваться из-за машины. Да, любимая вещь, но все же. Когда она поравнялась с Марком, то бросила на него сочувственный взгляд. Девушка уже давно не злилась на него, пусть даже не смотря на то, что просто не могла. После она осторожно спустилась по единственным трем ступенькам и, подойдя к Дэвиду, положила ладонь ему на спину.

Марк, наблюдавший за ней и поймавший ее сочувственное послание только раздраженно нахмурился и отвернулся. Тяжело было понимать, что его простили, при том, что он осознавал в полной мере все, что причинил этой девушке. Засунув руки в карманы, он только начал перекатываться с носков на пятки и обратно, смотря в бескрайнее море.

Дэвид даже не вздрогнул от прикосновения, поскольку прекрасно слышал ее шаги. Потушив сигарету так же, как и первую, он выбросил окурок снова и, оперевшись руками чуть позади от себя, наклонился назад, смотря на Мэрилин снизу вверх.

— Ты что здесь забыла? — грубо спросил он таким глубоким голосом, словно в его словах не было и половины того, что он хотел сказать на ее поведение.

Поначалу девушку накрыло с головой чувство обиды. Она волновалась за него, приехала поддержать и в итоге такое обращение. Но, взяв себя в руки Мэрилин глубоко вздохнула и, пройдя за спину Дэвида, обняла его, поцеловав в макушку.

— Извини, — на этот раз мирным тоном произнес Дэвид, накрыв ее руку своей ладонью. — Марк, тебе бы следовало найти другой способ привлечь мое внимание, — обратился он к брату, но по-прежнему смотрел в море.

Повисла тишина. Слышен лишь всплеск прибрежных волн и клич чаек. Мэрилин прикоснулась губами к затылку Дэвида еще раз и сказала:

— Я приготовлю тот вкусный торт, который тебе так понравился, и будем сидеть и есть его большими ложками...

— Ты готова найти третью ложку? — тихо, чтобы не услышал Марк, спросил Дэвид.

— Ну, почему бы и нет, — мягко улыбнувшись, спросила Мэрилин, нагнувшись чуть ниже , к уху Дэвида.

Марк, до сих пор следивший молча за ними, нахмурился еще больше, когда они начали шептаться как голубки.

— Ты успокоился? — тихо переспросила она, выпрямившись. Девушка встала перед Дэвидом так, чтобы видеть его лицо.

— Правильнее спросить, какое решение я принял, — заметил Дэвид, поднимаясь и отряхиваясь.

Мэрилин вопросительно сдвинула брови, а затем нахмурилась.

«Наверное, я правильно поступила, просто оказавшись рядом в такой момент», — на ее лице в следующий миг мелькнула ласковая улыбка.

— Почему мне кажется, что это твоя игра? — от этого вопроса Дэвида, даже Марк заинтересовался разговором, и стал удивленно и внимательно разглядывать Мэрилин, как будто в первый раз увидел.

— В смысле? — Мэрилин опешила от такого заявления. Она уставилась на Дэвида, как баран на новые ворота.

— Ничего, забудь, — усмехнулся Дэвид. — Приглашай гостей, это же твоих рук будет торт, — покосился он на Марка и направился к машине, но очень медленно, чтобы не оставлять Мэрилин в опасности рядом с братом.

«Хитрый, жук, еще и на меня все сваливаешь!»

Девушка уставилась в спину Дэвида, невольно гордясь тем, насколько он широкоплеч. А дальше настал период испытания и для нее. Мэрилин решила, что тянуть кота за хвост было вовсе ни к чему.

— Марк, не хочешь сегодня с нами побыть?

Однако отвечать ей не торопились. Парень молча смотрел на нее в упор и то ли размышлял о своем, то ли душу наизнанку выворачивал таким пристальным взглядом. Он пытался понять эту девушку. Пытался разобраться в том запутанном клубке, который закрутился вокруг нее, переплетя обоих братьев. Что он чувствовал? То, что его самолюбие Дэвид пошатнул в который раз. Он знал, что в какой-то момент может начать ненавидеть Мэрилин и не из-за того, что она в чем-то виновата, а просто потому, что не может справиться с самим собой. Он ненавидел себя за эти мысли в тот момент, когда она явно готова его простить. Он ненавидел то, что, как бы не вертелся, сколько бы сил ни прикладывал — Дэвид всегда впереди. А сейчас и вовсе он был растерян.

В воздухе повисло молчание, длившееся всего несколько секунд, но сколь долгими казались эти мгновения? Вскинув голову, и посмотрев на Мэрилин с прежним превосходством, Марк переспросил:

— Я не ослышался?

— Неа, — замотала головой девушка, улыбнувшись лишь уголками губ. Все же где-то глубоко в душе она верила, что младший Дженовезе не допустил бы ее смерти. — Марк, тебе не нужно пытаться перепрыгнуть кого-то, ты такой, какой ты есть, и даже если ты перепрыгнешь своего брата, то лучше ты от этого не станешь, — сказала вдруг девушка. — Оставайся самим собой и не стремись делать то же самое, что и твой брат, лучше. Делай то, что у тебя и так хорошо получается, — она еще раз улыбнулась младшему брату. Уж она-то знала в чем он хорош действительно. Уж в чем-чем, так в поддержке и подмоге, равным ему не было никого.

— Мэрилин, избавь меня от нотаций, — закатил глаза парень, все же улыбнувшись, когда он проходил мимо нее и брата — только сейчас девушка увидела черный байк, оставленный возле дерева. — И ты была права, она оказалась лизби, — добавил он, уже отойдя на приличное расстояние.

Пока Дэвид и Мэрилин усаживались в машину, Марк одевал на себя шлем, так неторопливо и тщательно, будто тянул время. Но вместо того, чтобы уехать в противоположном направлении, он последовал за ними, стоило Оливеру завести мотор.

— Все оказалось банально проще, — внезапно сказала девушка, глядя в окно автомобиля. Они проезжали многочисленные улицы. Полил сильный дождь, а внутри машины было так хорошо и уютно, и тепло. Просто здорово. Правда, было немного жаль Марка, который ехал на мотоцикле.

— Ты о чем? — насторожился Дэвид.

Все-таки ему казалось, что что-то в Мэрилин изменилось после нападения. Она стала мыслить почти как они — расчетливо, манипулируя, зная, на что давить в своих целях. Одно радовало — цели у нее были самые благородные. Внезапно Дэвид засмеялся — он понял, что-то мелкое, дребезжащее чувство в душе — это непонятная ревность. Он ревновал, что у его девушки и его брата было взаимопонимание. Он ревновал, потому что сам не мог похвастаться тем, что вдруг проявил его брат — он утешил Мэрилин, когда надо было, нашел нужные слова. Вместе с тем, Дэвид ощущал гордость, что в чем-то младший брат превзошел его. Но это не было похоже на того младшего Дженовезе , которого он знал. Это было непривычно, странно и просто неузнаваемо.

— О том, что Марк просто не может смириться с тем, что в твоей жизни появился человек, которому ты уделяешь времени больше, чем ему, своему младшему брату, — пожав плечами, просто ответила девушка, все также по-прежнему глядя в окно и улыбаясь от чего-то.

— Я боюсь, что все повторится. Пусть в ином виде, но все же, — честно признался Дэвид, смотревший в окно, за которым толком ничего не было видно. Должно быть, Марк сейчас сильно рискует собственной жизнью, разъезжая на байке в такую погоду. Туча накрыла район внезапно — до этого по небу бродили одинокие кучевые облачка, уж их-то Дэвид успел рассмотреть, как следует в отражении моря.

— А ты не бойся и просто поверь, порой это все, что нужно человеку, чтобы почувствовать себя нужным тому, кто ему так сильно дорог, — ответила девушка, невольно вспоминая своих родителей. — В любом случае, попробуй поступить так, иначе никогда не узнаешь, что именно нужно было сделать.

— Поэтому я и спросил тебя о третьей ложке, — Дэвида немного выбило из колеи то, что кто-то учил его, как поступать. Он уже давно не слышал подобного. Это и веселило и раздражало одновременно. — Я даже знаю, чем его занять, пока ты будешь готовить, — усмехнулся Дженовезе , явно просветлев лицом, словно новогодняя елочка.

— И чем же? — cпросила Мэрилин, удивленно повернувшись к мужчине. Давно он не говорил о своем младшем брате так воодушевлено!

— Должен же кто-то все-таки помыть этого пса?

Мэрилин расплылась в довольной улыбке.

«О, да.. Ребята, сегодня будет веселый день, который вы запомните надолго...»

Она отвернулась не в силах скрыть своей злорадной ухмылки, и так они и продолжили в полной тишине путь до дому.