Глава 36

Регина

Герман привозит нас в клуб, который располагается неподалёку от центра города, но одновременно спрятан в укромном месте между высокими зданиями и небольшими магазинами. Я не подаю вида, что злюсь на Троицкого, хотя должна сама на себя. Он всего лишь сломал оковы, сдерживающие меня от желания хотеть Германа. Мне легче винить его, чем признать собственную вину. Почему я просто не сказала ему «нет»?!

— Ты слишком молчалива, чем пару часов назад, — подмечает Герман, когда мы заходим в клуб, наполненный вибрирующей музыкой. В его голосе присутствует намёк на насмешку. Он потешается надо мной, прекрасно зная, что теперь чаша весов перевалила на его сторону. По-другому я уже не смогу воспринимать его. Не после того, как он ублажал меня пальцами и убеждал в том, что мне это понравится.

— Что это за клуб? Я здесь ни разу не была, — равнодушным голосом отзываюсь я.

— Это наш совместный с Валом, — поясняет он. — И во многих клубах ты была?

В чёрных глазах появляется намёк на ревность, причина которой, вероятно, является его приравнивание посещение клуба к обязательным знакомствам с парнями. Девушки приходят в клуб и сразу же зажимаются с противоположным полом, а дальше...

В голову залетает довольно приятная мысль, чтобы позлить его. Маленькая месть в виде расплаты за случившееся. Мы спускаемся по длинной лестнице, ведущей в подвальное помещение, отведённое под гардеробную.

— Во многих, — отвечаю, а после расплываюсь в довольной улыбке: — И если тебе это интересно, то с мальчиками я тоже общалась. Пускай и молодыми, но знал бы ты, насколько я возбуждалась от одного их вида.

Троицкий сжимает челюсть и под сверлящий взгляд переступаю последнюю ступеньку, разворачиваясь к его внушительной фигуре.

— Хочешь знать, в каких местах они прикасались ко мне? — с издёвкой интересуюсь я. Мне не нужен от него ответ, чтобы продолжить. Беру его руку, мышцы которой напряжены под моими пальцами, и опускаю её на свою шею. — Сначала здесь, — начинаю перемещать руку ниже, на свои ключицы и грудь. Глаза Германа становятся более тёмными от ревности, поджигающей его изнутри. — Потом здесь, а потом... — прикусив губу, скольжу его рукой по своему бедру, соскальзывая на внутреннюю сторону. — Здесь, — шепчу я.

Это контрольный выстрел. Герман резко ступает вперёд, прижимая меня к стене. Его руки сжимают мою талию почти до боли. Я запрокидываю голову, взирая на мужское лицо с жестокими чертами.

— Не играй со мной, красавица, — предупреждает он низким голосом. — Я, блять, найду каждого, кто прикасался к тебе, и лично посдираю с них кожу, после того, как отрублю им руки. И всё это будет на твоей совести.

— Шутка, Герман, — сладко улыбаюсь, похлопывая его по мускулистым плечам. — Шутка. Чтобы ты не расслаблялся.

— Я не шучу. Имей в виду, что сегодня ты под моим пристальным наблюдением и если не хочешь, чтобы какой-то мудак остался инвалидом...

— Я постоянно под твоим пристальным наблюдением, — перебиваю его, закатив глаза.

— Ничего не изменится, — сурово отвечает он.

По непоколебимому выражению его лица понятно: разговор окончен. Троицкий берёт меня за руку и ведёт за собой к гардеробной. Кажется, этот вечер я проведу возле грозного и угрюмого бизнесмена. На меня точно побоятся даже краем глаза взглянуть, если он будет рядом.

Герман первым делом снимает с меня куртку, а затем уже с себя. Поднимаемся наверх мы опять за руки. Точнее, он крепко вцепился в меня, а я лишь стараюсь держать себя в руках, чтобы опять не спровоцировать его.

Единственный плюс из этого: танцующая толпа расступается перед громадной фигурой, заставляющей робеть каждого. Я и забыла, что с остальными людьми Герман довольно груб, а ледяное выражение только красноречиво показывает его равнодушие к ним.

По стальной спиральной лестнице, ступени которой подсвечиваются красным светом, мы поднимаемся на второй этаж, где располагается частная зона, поскольку весь народ находится исключительно внизу. Я сразу замечаю Вала и Юлю возле большого бара, освещаемого лазурным неоном. Они о чём-то разговаривают, и от меня не ускользает, с каким обожанием мужчина смотрит на девушку.

Герман и Вал здороваются и только после этого хватка на моей руке исчезает. К ним подходят ещё пару мужчин, которые вышли из комнаты со стеклянными дверями. Юля смотрит на меня, и по ней не скажешь, что находиться в таком месте ей комфортно.

— Привет, я Юля, — она заговаривает первой. — Мы с тобой нормально так и не представились друг другу сегодня, — улыбается девушка, выглядя дружелюбной и расположенной к беседе.

— Регина, — я посылаю ей ответную улыбку. — Признайся, что одной в мужской компании скитаться довольно неловко.

— Это точно, — соглашается Юля и едва заметно кивает на высокого мужчину с щетиной, стоящего рядом с Валом. У него на виске есть маленькая татуировка. — С этим особенно тяжело. Помощник Вала — Тимур. Он постоянно смотрит на меня так, будто я увела у него Шайхаева.

Марк тоже частенько поглядывает на меня так же. Мы точно что-то не знаем об этой четвёрке.

— Вала? — уточняю я, не зная его настоящей фамилии.

— Ага.

— Вы с ним встречаетесь?

Юля поджимает красные губы и ведёт плечом.

— Не сказала бы, но может быть, — неоднозначно отвечает девушка. — Я так понимаю, вы с Германом тоже?

— Мы не встречаемся.

Юля удивлённо смотрит на меня.

— Что? — смеюсь я.

— По вам не скажешь.

— Почему?

— Когда ты сегодня зашла в гостиную и увидела меня рядом с Германом, взгляд у тебя был... — она на секунду замолкает, подбирая слова, а после добавляет: — Скажем, убийственный.

— Тебе показалось, — возражаю я.

— Это ты так думаешь, а со стороны виднее. Да и помимо этого ваша одежда сочетается между собой. 

Окидываю взглядом своё белое платье и озадаченно смотрю на Германа: чёрная водолазка, плотно облегающая накаченный торс, и такого же цвета брюки. Случайное совпадение и ничего больше.

— У Германа всегда такая мрачная одежда, — хмыкаю я.

— Ты хочешь пить? — внезапно спрашивает Юля.

Я сразу же отрицательно мотаю головой, припоминая тот случай с интоксикацией из-за алкоголя.

— Я про обычные напитки, — поясняет она. — Здесь у них исключительно выпивка. Придётся спускаться на первый этаж.

— Тогда я была бы не против какого-нибудь лимонада.

Юля спрыгивает с барного стула, поправляя кожаные шорты. Нашу активность сразу же засекают. Герман вопросительно смотрит на меня, когда мы подходим к ним. Шайхаев мгновенно обрывает разговор, переключаясь на Юлю.

— Мы спустимся вниз за лимонадами, — сообщает она.

— Тимур может сходить, — предлагает Вал.

— У нас ноги и руки есть, — вмешиваюсь я. Меня раздражает это отношение, как к рабыням. Без них и шагу ступить нельзя.

— Языки длинные, видимо, тоже, — в такое же язвительной манере отвечает он мне.

Троицкий метает в Вала предупреждающий взгляд. Надеюсь, он не собирается вступать с ним в конфликт из-за меня.

— Мы быстро, — продолжает Юля. — Вы пока разговаривайте о своих делах.

Я бы не стала оправдываться дальше. Молча пошла, куда мне нужно. Кто они вообще такие, чтобы отчитываться перед ними?

— Я слежу за тобой, — предупреждающе шепчет Герман, склонившись надо мной.

Только успеваю открыть рот, чтобы резко ответить ему, но Юля, во избежание ссоры, перехватывает  мою руку и шустро ведёт за собой вниз.

— Нужно было их послать, — раздражённо бормочу я.

— Неплохая идея, но лучше не растрачивать свои нервы на такие мелочные моменты. Не забывай, что нам достаточно одного взгляда, и каждый из наших сделает то, что мы захотим, — теперь настала моя очередь удивляться. По ней и не скажешь, что такие мысли могут образовываться в её голове. — Они всего лишь придурковатые собственники.

— Это их диагноз?

Юля смеётся и кивает головой. На первом этаже к бару мы пробираемся через другую сторону, подальше от танцпола. Я замечаю вышедших на площадку мужчин. Со второго этажа Герман и Вал внимательно следят за нами, переговариваясь со своими друзьями.

— Какой лимонад будешь? — интересуется Юля.

— Ягодный, — отзываюсь я.

Юля по сравнению со мной чуть ниже, и её тело выглядит весьма миниатюрно, будто она кукла. Бармену приходится наклониться над гладкой поверхностью, чтобы услышать её. Пока она заказывает напитки, я осматриваюсь вокруг и только сейчас замечаю рядом сидящего мужчину с пучком рыжих волос и низкого роста. Он бездумно катает по столешнице рюмку и случайно натыкается на меня.

— Прошу прощения, — тут же выпаливает он.

— Ничего страшного.

— Девушка, вы очень понимающая и добрая. Не то, что моя жена...

Юля поднимает брови, изумлённо глядя на меня. В ответ я пожимаю плечами.

— Мы женаты десять лет. Ребёнок даже есть. Я стараюсь для нашей семьи: работаю, как проклятый, а она обвиняет меня в том, что я редко появляюсь дома... Как же я устал от постоянных скандалов.

Его жалобный вид пробуждает во мне сочувствие.

— Бывает, — скомкано говорю я, поглядывая на бармена. Когда он уже сделает эти лимонады?!

— А вчера прихожу домой и вижу, что она там, в кровати с другим, — мужчина продолжает изливать душу в пьяном бреду, а когда он всхлипывает, я вообще впадаю в ступор. — Думал, у нас с ней любовь, а она...

В порыве он обнимает меня за талию и прижимается щекой к моей груди. Юля озадаченно наблюдает за этой ситуацией, пока я пытаюсь снять его руки.

Не хватало, чтобы Троицкий увидел это.

Чтобы убедиться, что у меня не возникнет проблем, я бросаю взгляд на второй этаж и остолбеневаю, ведь он уже смотрит на нас.

Герману достаточно было увидеть чужого мужчину рядом со мной, чтобы мгновенно прервать разговор со своими знакомыми и пулей направиться в нашу сторону. Чёрные глаза испепеляют насквозь выпившего бедолагу, который сидит и плачется мне о своей тяжёлой жизни, обняв меня за талию. Теперь мне становится вдвойне жаль его, ведь я понимаю, что Герман убьёт его прямо здесь и сейчас.

Юля тоже заметила его приближение и начала отцеплять мужчину от меня со словами:

— Проблемы и вправду серьёзные, но сейчас, если вы не отпустите девушку, эти ваши проблемы станут ничем по сравнению с..

— Герман, стой! — вскрикиваю я, но слишком поздно.

Троицкий обхватывает затылок мужчины и со всей силы бьёт его лицом об столешницу. Юля ошарашенно отскакивает, явно не ожидая такой жестокости от Германа.

— Троицкий, прекрати! — рычу я, пытаясь отцепить его от бедолаги.

На помощь мне приходит Вал, у которого намного лучше выходит оттащить Германа, поскольку они одинаковых размеров. Когда мужчина с жалобным стоном поднимает голову, я ужасаюсь от увиденного: разбитый нос и губа, осколки разбитой рюмки попали ему на некоторые участки лица.

— Ты озверел что-ли? — грубо рявкает Вал на Германа.

— Я же предупреждал тебя, — Троицкий игнорирует его, обращаясь ко мне. Чёрные глаза сверлят во мне дыру.

— Ничего не было! Ты человека покалечил! — восклицаю я. В нём и вправду нет ничего человечного.

— Я убью его прямо сейчас, а тебя, Регина...

Он не успевает договорить, как музыка слишком резко стихает, и вместо неё раздаются уже хорошо знакомые мне оглушающие хлопки. Народ в панике начинает покидать клуб и толкаться, а стрельба не прекращается. Вал и Герман мгновенно достают из своих поясов пистолеты и, прикрывая нас спинами, начинают отстреливаться. К ним подключаются мужчины со второго этажа и охрана.

Юля хватает меня за руку и бежит в сторону тёмных коридоров.

— Господи, Юля, что ты делаешь? — дрожащим голосом вскрикиваю я.

— Спасаю нас.

***

Мои хорошие, жду всех вас в своëм тг: Варвара Вишневская или же bookVishnevskaya 🍒

Там я публикую множество интересных постов, которые связаны с моими выходящими и будущими книгами 📚

А также там создан чат, где у нас происходит общение напрямую ❤

Если хотите, чтобы новая глава вышла как можно скорее, проявите активность, чтобы я знала, что вы ждёте 🫂