31. Прикалываешься?

На всю комнату разнёсся самый ненавистный всеми людьми звук будильника, и Арсений спросонья поморщился, вырубив его в одно движение.— Как ты достал… Можешь хотя бы более приятную мелодию ставить? — невнятно пролепетал подросток на соседней подушке, не открывая глаз и еле-еле разлепляя губы.— Ну прости, — улыбчиво прохрипел старший, притянув того к себе под одеялом и обвив за талию. И всё бы ничего, но он скользнул рукой по заду Шастуна, когда закидывал его ногу к себе на бедро, за чем следом послышался вскрик и мычание.— Приду-у-урок, — болезненно кривясь, простонал мальчишка, тычась тому носом в шею. Попов сочувствующе прошипел и помог парню лечь обратно.— Прости-прости, — тараторил он, успокаивающе оглаживая голую спину.— А чё так больно-то? — поджимая губы, спросил мальчишка.— Ну, вот так, — неловко «объяснился» мужчина, поцеловав русую макушку.— Не, я на это не подписывался, — усмехнулся подросток, пытаясь найти более удобное положение на груди учителя, который как-то разочарованно вздохнул.— Я же говорил, не нужно было этого делать, пока не…— О-о-о! Завёл шарманку! Хорош нудеть! — очень оптимистично прозвучало это из уст несуразно расположившегося в кровати Антона.— Ладно, — в ответ усмехнулся литератор, запустив пальцы в пружинистые прядки волос.Ещё пару минут они так и нежились в кровати, а потом Арсений собрался в ванную, еле отговорив мальчишку идти с ним. «Если пойдём вместе, мы оттуда выйдем завтра, а твоя задница ещё после вчерашнего не зажила», — так и прозвучало его оправдание.Повалявшись ещё пару тихих минут, Шастун очень аккуратно поднялся на ноги, болезненно морщась и переминаясь с ноги на ногу. И первое, что он увидел — себя в зеркале.— Ё-ё-ёб твою ма-а-ать! — нервно усмехнулся подросток, увидев свою шею, на которой совсем почти не было чистой кожи, а вместо этого всё было усеяно многочисленными фиолетовыми и красноватыми отметинами. — Ой баля-я-ять, — опять послышалось нечто искромётное и невероятно содержательное от Антона, когда в отражении он увидел, что и сзади на шее, и даже на спине дело обстояло примерно так же. Многочисленные засосы последовательно спускались вдоль позвоночника к самой пояснице. Он знал, что отпечатки губ и где-то даже зубов на его теле есть, но он надеялся на то, что они достаточно быстро сойдут, но увы.— Кто увидит, скажет, что изнасиловали, — хохотнул парень, по привычке нагнувшись вниз и зашипев от резкой боли.И вот как раз в этот момент, когда Антон открыл шкаф, послышался звук щелчка замка в ванной.— Арсений Серге-е-еевич! — лукавым тоном позвал его младший.— Ты чего? — растерянно отозвался тот, появившись на пороге в одном полотенце и со слегка взмокшими волосами.— Ваших губ дело? — хмыкнул парень, раскинув руки в стороны и крутанувшись вокруг себя. Арсений широко распахнул глаза, облизнул губу и присвистнул. Он, конечно, видел, что засосы от него остались, но не думал, что в таком количестве.— Неудобно получилось, — хихикнул старший, неловко почесав затылок.— Оч смешно, — фыркнул Шастун, хотя самому и правда было смешно.— Не, ну я тоже хотел тебе предъявить, но, кажется, теперь это не считается…— А что у тебя? — подросток нахмурился и в один шаг преодолел то минимальное расстояние, что между ними было. — А-а-а! — протянул он, когда увидел яркую отметину, которую вчера сам и оставил на сгибе шеи и подбородка учителя. В его голове по щелчку будто загорелась новая идея, которую было просто необходимо воплотить. Пока Попов запрокинул голову, чтобы парень осмотрел место характерного поцелуя, он не стал терять ни секунды и припал губами ещё чуть выше прежнего засоса, оставляя на коже новый след.— Шастун! — яростно вскрикнул мужчина, шлёпнув того по ягодицам.— Ай! — в ответ взвизгнул мальчишка, подскочив на месте и поморщившись от накатившей неприятной тупой боли. — Да что?! Ты меня вон всего излизал, а я молчу!— Ц! — Арсений закатил глаза и мягко прижал его к себе.— Считаю, что у меня есть все основания остаться дома…— Обойдёшься, — фыркнул литератор, — у тебя же сегодня полугодовая по биологии, вроде бы.— Бля-я-я… — протянул подросток, только сейчас вспомнив о запланированной контрольной, — …шка от сандалика… — неловко добавил он, как только увидел сердито сдвинутые брови Попова.— Жук, — усмехнулся старший. — А ещё сегодня дам вам работу одну на русском писать, так что…— Эй! Ты не предупреждал! Чё за подстава?!— Разве что только ты всех подставил, — невинно пожал плечами мужчина, не выпуская парня из объятий. — Если бы не вот это всё вчера, я бы проверил ваши тесты в школе и мы бы вместе их разбирали на уроке, а так…— А-а-арс, ну давай не надо? Пожа-а-алуйста! — жалостливо пропел Шастун.— Не-а, — хитро прищурился учитель и чмокнул Антона в кончик носа.— Изверг, — недовольно буркнул подросток, но всё равно припал к его груди. — Ну а с водолазками у тебя как?— Ну, эт имеется, — усмехнулся литератор, отстранившись от парня и случайно, после всех этих трений, уронив, судя по всему, плохо повязанное на бёдрах полотенце. Шастун вскинул брови, расплылся в пошловатой улыбке и с любопытством опустил взгляд на оголенный пах Арсения.— Эт ты на чё намекаешь? Хочешь опоздать на работу? — самодовольно ухмыльнулся младший.— Иди уже в душ! — посмеялся в ответ Попов, бросая это же полотенце в спину хохочущему подростку.

***— Это ты такой охуенный, но не надеваешь их? Осуждаю, — непроизвольно вырвалось у Шастуна, когда они вместе стояли у зеркала шкафа в водолазках. Нет, Арсений правда был хорош: чёрная обтягивающая водолазка, очки в чёрной оправе и чёрные, спасибо, что не слишком облегающие, брюки.— Но ты не меньше, — ухмыльнулся он вдруг, поправив воротник похожей серой кофты на Антоне. Шастун усмехнулся и ответил на поцелуй, как только губы Попова нежно приблизились к нему. Но он действительно выглядел не хуже. Самому Шастуну был не привычен этот образ взамен мешковатым толстовкам, но вот Арсению нравилось, а это было ещё одним поводом носить водолазку.

***Похрамывая и изредка морщась, парень сумел дойти до кабинета географии, где через пару минут должен был начаться первый урок, и там уже его встретили друзья.— Здорова, Шаст! — привычно пожал ему руку Позов. — Чё хромаешь?— Привет, — Катя тоже через парту приобняла его, а потом её взгляд упал на необычный для Шастуна внешний вид. — Так стоп, как давно ты у нас вылез из толстовок? У тебя есть другая одежда?— Это Арса, — тихо ответил мальчишка, аккуратно усаживаясь на стул, и начал рыться в рюкзаке в поиске хоть какой-нибудь тетрадки на этот урок. Катя с Димой подозрительно переглянулись и снова всё внимание обратили на Антона.— Погоди-погоди-и-и, — озадаченно произнесла девушка, потянувшись к шее подростка. Она чуть оттащила воротник и увидела этот самый настоящий рассадник засосов. — Да ладно! Серьёзно?! — Добрачёва удивлённо засмеялась, её поддержал и Позов.— Да ну, хорош, не орите! — шикнул Шастун, окинув взглядом полупустой класс.— Так стоп, — растерянно остановилась Катя, — у вас что… что-то было вчера?— Ц! — на вздохе закатил глаза подросток. — Да…— Еба-а-а, — еле не сорвавшись на громкий голос, ошарашенно произнёс Дима, пока его девушка чрезмерно счастливо визжала.— Это после вчерашней самоподготовки? — продолжала она свой допрос.— Ага, — ухмыльнувшись, кашлянул Антон.— Только не говори, что в нашем классе… — Катя настороженно покосилась.— Ладно, не скажу, — неловко хмыкнул подросток. Добрачёва с Позовым опять переглянулись, и пока Дима ничего, кроме тихого мата не говорил, будучи в полном ауте, Катя восторженно пищала.

***Контрольная по биологии прошла нормально. Все, кажется, справились с основной частью, потому что с Волей это было просто — он требовал, но и сам давал сполна, добавляя разумного снисхождения.Так и сейчас: звонок с урока прозвенел, но некоторые, в числе которых был и Антон с друзьями, ещё что-то дописывали, в случае Шастуна — списывали, пока остальные уже сдавали листки на стол учителю.— Слушай, Паш, — с порога послышался до боли знакомый голос Арсения, который заставил парня рефлекторно поднять голову. Да, это был он. Арсений начал что-то обсуждать с другом по поводу какого-то совещания, а Шастун застыл, глотая слюни при виде Попова в этой чёртовой водолазке. Катя это заметила.— Так и наш Тоша в долгу не остался, — усмехнулась девушка.— А? Что? Ты о чём?— Да я про ваш «family look», — хохотнула она, заставив парня смущённо прикусить губу и снова опустить голову в задачку, которую он списывал как раз у Добрачёвой.— Позов! Шастун! Добрачёва! Ну мне долго ждать вас? — крикнул Воля. — Я голодный как собака, а там щас эти троглодиты-пятиклассники всё раскупят!— Щас, Пал Алексеич, уже идём! — крикнул за всех Позов, пока Шастун и глаз не отрывал, быстро черкая решения заданий, в которых он вообще ничего не смыслил. — Шаст, резче давай! — прошипел Димка, растягивая время своими сборами.— Всё! — радостно объявил Антон, поставив точку и буквально выдернув листок из-под шарика ручки.— Погнали уже! — Катя толкнула обоих в спину к столу биолога, так как они в классе остались последние. А вот Попов всё ещё стоял с Волей.— Ну наконе-е-ец-то! — Паша нетерпеливо вырвал у них листки с контрольными и положил в общую стопку. — Всё успел списать, Шастун?— Да чё Вы..? Я сам… — растерянно побегал тот глазами, именно избегая насмешливого, но в то же время и строгого взгляда Арсения рядом с собой.— Да ладно, — хмыкнул учитель, — хоть что-то же решил?— Ну, на троечку будет, наверное, — уже более уверенно ответил подросток, посмотрев на друзей.— На троечку? Наверное? — возмущённо вздёрнул бровь Попов, одним только голосом вынудив мальчишку обернуться к нему. — Ну, ладно, это мы дома поговорим…— О-о-о, семейные разборки начались, ребят, — усмехнулся Воля в сторону Димы с Катей, которые тоже едва сдерживали смех. Шастун же раскраснелся весь, чем умилил литератора так, что тот неконтролируемо расплылся в улыбке. — Всё, чешите отсюда, — снова начал подгонять всех Паша. Ребята первыми двинулись к выходу, но тут Воля опять подал голос, — Арсений Сергеич! Антон! Потрясающие водолазки. Не подскажете где приобрели, а?— Да иди ты! — хихикнул в ответ Попов, наблюдая за тем, как его мальчик вновь залился краской.Пока Паша в таком хорошем настроении закрывал свой класс, Арсений в многолюдном коридоре аккуратно приблизился к Шастуну.— В столовую с нами не хочешь?— Не, я к сестре обещал спуститься…— А, ладно, привет там передавай, — улыбнулся Арсений, кое-как сдерживаясь от поцелуя.— Обязательно, — в ответ улыбнулся младший и уже сделал пару шагов, как его снова окликнули.— Шастун, а чё хромаешь? Ногу подвернул? — язвительно насмехался Паша. Антон показательно закатил глаза, пока его главный защитник пихал смеющегося друга в бок локтём и уводил в сторону столовой.— А вы-то чё ржёте?! — напал на вовсю расхохотавшихся ребят Антон.

***Оставшийся день в стенах школы прошёл как обычно, разве что только Шастун бесконечно ёрзал на стуле, будучи не в состоянии найти удобное положение. Это, кстати, не удалось скрыть от хитрой ухмылки Попова на его уроке.Ну а после самоподготовки они вдвоём поехали домой, чтобы уже там в более удобных условиях позаниматься литературой. Правда, перед этим они решили заехать в супермаркет, неподалёку от квартала.Попов уже как обычно ставил блокировку на автомобиле, а за его спиной послышался какой-то визг умиления.— Ну что там уже? — чуть устало подал голос литератор, догоняя подростка, который как вкопанный замер, устремив взгляд к дверям магазина.— Ты видишь это? Видишь? Какой он сла-а-адкий! — восторженно, но тихо пищал мальчишка, кивая на небольшую породистую собаку у ступенек супермаркета.— О Господи, — цокнул старший, и оба двинулись ко входу.— Извините, а можно погладить? — стеснительно улыбнувшись, попросил Шастун у девушки, что держала собаку на поводке. Арсений был вынужден притормозить, чтобы потом не потерять этого ребёнка.— Да, конечно, — приветливо ответила незнакомка. Парень аж засиял, опустившись на корточки перед этим лохматым рыжим чудом с длинными ушами.— А как зовут? — снова задал вопрос Антон, пока осторожными и мягкими движениями водил ладонью по блестящей шерсти.— Сеня.— Сеня? — удивлённо вскинул брови мальчишка, обернувшись к Попову и еле сдерживая резкий порыв смеха. Арсений только закатил глаза и вздохнул. — Какой хоро-о-оший! Да какой ты красивый! — сюсюкал подросток, увлечённо поглаживая вытянутую морду, а собака и сама уже с удовольствием тянулась к такому искреннему парню.— Антош, может, пойдём уже?— Да, уже иду… — сбито бросил мальчишка и поднялся на ноги. — Спасибо, — он неловко пожал плечами, не находя других слов для хозяйки Сени.— Да не за что, — усмехнулась та в ответ. — Он вон и сам, кажется, доволен, хвостом виляет…Антон улыбчиво кивнул в последний раз и пошёл вслед за учителем.— Ну ты видел! Видел! — аж подпрыгивая вокруг него, щебетал Шастун. — Какой он милаха! Затискал бы на месте!— Да я уже понял, — усмехнулся мужчина, беря в руки металлическую корзину. — Может, я только что спас собаку от накатившего приступа любви незнакомого ей человека…— Ой, — осуждающе цокнул младший.— Вот, кстати, сравни: он Сеня и я. Я разве «Сеня»? Какой я вам «Сеня»? — вдруг задушнил литератор, вглядываясь в упаковку сыра в своих руках.— Нет, ему бы подошло какое-нибудь сложное имечко типа «Жан-де-Жарк-Ферденандос-Троепольский», — на ходу сочинял подросток, воодушевлённо вскидывая ладони на воздух, — ну а тебе так-то норм, подходит… — хитро косясь на сосредоточенного учителя у безлюдных прилавков, продолжал парень. И тут к этому мальчишескому задорному взгляду оборачивается убивающий прищур небесно-голубых глаз.— Чё-то передумал я покупать тебе конфеты сегодня… — тяжко вздохнул старший, опять повернувшись к жужжащим холодильникам и едко ухмыльнувшись.— Эй-эй! Да хорош! Шучу я! — звонко смеялся в ответ подросток, цепляясь за крепкое плечо и пряча там же почти всё своё лицо. Арсений тоже счастливо улыбался, видя своего мальчика таким живым. Ему правда больше ничего не нужно было, кроме как видеть смеющегося Шастуна, а обижаться или злиться он и не думал, особенно из-за таких мелочей.

***Дома они почти сразу начали заниматься, только Арсений дал послабление в виде «позы». Шастун лежал на диване на животе со своими книжками и конспектами, а Попов сидел с его ногами на своих коленях. Так и прошло около часа монотонной лекции бархатным негромким баритоном.— Короче, делим проблемы на три категории. В первую, где вся эта нравственная ерунда, пихаем отношения поколений, семей и их различия, соответственно; потом взросление, путь, формирование кого-то из героев; всякая индивидуальность души и мозга, короче, всё, что у них в головах… и… и… — Арсений активно залистал страницы методички, забыв последний пункт в этом перечислении, о котором стоит сказать, — а, ну и просто всякая любовь, дружба, честь, достоинство, понял? — а в ответ молчание. — Антон?А Антон в это время вовсю мирно спал, упираясь подбородком на жестковатый подлокотник дивана. Даже это ему не помешало, он вырубился вокруг своих исписанных листков и четырёх отдельных книг «Войны и мира». Попов пригляделся, прислушался и заметил, как ровно и спокойно вздымается спина подростка, он сердито нахмурился и с громким «Шастун!» с размаху треснул мальчишку по заду, что тот в следующую же секунду подорвался, болезненно корчась и поджимая под себя ноги.— Ты чё, блин! — вскричал он, подобрав ноги и сморщившись от ударившего в глаза света.— Это ты чё!— Чё за привычка у тебя идиотская, по заднице меня бить чуть что? Больно вообще-то… — чуть озлобленно косился подросток.— Скажи спасибо, что не ремень. А если сейчас же не напишешь мне готовое сочинение, он тебе гарантирован, — твёрдо заявил старший, захлопнув свою методичку и собравшись идти куда-то на кухню.— Эй, Арс… Какое сочинение? — Шастун явно напрягся.— А вот, не знаю! Слушать надо было! Я для него тут распинаюсь, а он сопит в две дырочки! Я тебя понял, спасибо… — с этим возмущённым ворчанием он скрылся на кухне, но благодаря тому, что диван стоял как раз у входа в ту часть квартиры, Антон с лёгкостью вытянулся на руках и высунул голову в проём.— Ну, у тебя голос просто слишком приятный… И с чего ты вообще взял, что я спал? — не очень-то и действенно оправдывался парень, пытаясь проморгаться и убрать с лица «следы сна». А учитель в свою очередь только обернулся и единожды стрельнул убивающим взглядом. После этого всё стало предельно ясно.Пока Попов кипятил чайник и готовил себе кофе, Шастун, чтобы лишний раз не злить его, пытался найти нужные слова для своего вопроса.— А… тему хоть скажешь? — робко спросил мальчишка, усаживаясь на мягком диване в поиске удобного положения.— Сто двадцатая страница. Сам найди, — сурово донеслось из кухни на фоне тихого шума воды в чайнике. Вот этот металлический голос, явно обиженный тон — всё заставляло совесть Шастуна легально грызть его изнутри. Он аж поморщился от этой жёсткости в словах, переживая именно за то, что обидел своего учителя.Не с первого раза отыскав нужный номер на желтоватой странице, Антон быстро пробежал глазами в поиске темы для сочинения, а в итоге нашёл целых три. Он раз пять туда-сюда пролистал книжку в надежде на то, что ошибся, пока Арсений на фоне уже шумел ложечкой внутри кружки кофе.— А их же тут… три… вроде… — всё тем же неуверенным писклявым голоском говорил мальчишка, снова вчитываясь в сплошной текст, напечатанный сверхмелким шрифтом.— Ну, значит, и пиши по трём, — невозмутимо отвечал Попов, появившись в комнате с кофе.— Гонишь, что ли? — недоверчиво нахмурился мальчишка. — Я сколько над ними должен тут просидеть?— Не мои проблемы, — беззаботно пожал тот плечами и сделал глоток горячего напитка, запах которого разнёсся по всей квартире. — Я говорил, что нужно делать. В том, что ты не слушал, я не виноват. — Да Арс, ну, прости, — принуждённо будто, на выдохе сказал Шастун, — оно само как-то… заснулось…— Напишешь все три сочинения, тогда поговорим.— Да чё за бред! Мне для одного дохера времени надо, ещё всякую геометрию с физикой делать… — тут он подзадумался и договорил тише, — английский ещё ладно, сымпровизирую чё-нибудь, русский тоже можно…— Так! — Арсений строго прервал его рассуждения, адресованные, скорее всего, совершенно не ему, но точно услышанные им. — Ты сделаешь всё и как надо. И это не обсуждается, — решительно объявил учитель и неспешным шагом двинулся в спальню со своим кофе.— Арс, я тут до утра просижу! Это жестоко!— Ну, ничего страшного. Считай, что это замена твоим посиделкам до утра в телефоне, — преспокойно ответил Попов, только-только переступив порог коридора.— Go fuck yourself{?}[Пошёл нахуй (Иди нахуй)] отсюда, — возмущённо прошипел Антон сквозь зубы.— You should better watch your tongue,{?}[Тебе лучше следить за своим языком] — холодно ответил мужчина где-то за стеной.— Бля-я-ять! — одними губами произнёс подросток, так же неслышно стукнув себя кулаком в лоб. Он забыл о том, что не один он тут такой умный. — And what are you gonna do?{?}[И что ты мне сделаешь? ] — всё же парировал мальчишка чуть громче и с надменной ухмылкой.— Otherwise I' ll really take my lanyard and you' ll write four essays!{?}[Иначе я реально возьму свой ремень, а ты напишешь четыре сочинения!] — с очередным вздохом и потрясающе чистым произношением громко ответил мужчина, усаживаясь за свой стол.Ну, Антон всё понял, поэтому обиженно надулся с тихими словами «Вот и поговорили».— Дай хоть пару листов! Где я писать тебе должен?! — всё ещё недовольно возмущался мальчишка, откидываясь на спинку дивана и скрещивая руки на груди. Вот сейчас он уже плевать хотел на совесть свою. Он понимал, что проторчит над этой галиматьёй очень долго. Арсений снова усмехнулся тому, что парень вот так просто сдался после последних его слов, но продолжал строить из себя серьёзного и сурового, тихо откашливаясь перед ответом.— Сам иди и ищи! Дайте ему, видите ли!.. Я занят!Шастун с тяжёлым вздохом провыл, закатил глаза и поплёлся в комнату с самым заёбаным лицом и жопой. Но увиденное там заставило его снова вспыхнуть: Арсений просто сидел за столом, глядел в окошко и попивал всё ещё дымящийся напиток.— Ты пьёшь кофе! Занят он! — сердито сдвинув брови, воскликнул парень.— Но я же занят, — слишком самоуверенно отозвался учитель, повернувшись к мальчишке.— Это просто… капец, — еле сдержался тот, морщась от противной остаточной боли и присев на корточки возле шкафа внизу стола, как раз у ног Попова. В эту секунду, когда Антон осознанно заменил такое подходящее к этой ситуации «пиздец» на «капец» прельстило учителю. Это почти вынужденное послушание подростка его впечатляло.И пока Шастун искал в столе что-то, что похоже на листки или тетрадь, недовольно ворча себе под нос, Арсений еле сдерживал улыбку умиления, а вот когда заметил торчащий из заднего кармана младшего смартфон, хитро сузил глаза, решив проверить ещё кое-что.И только Антон поднялся на ноги и направился к выходу, всё ещё бурча что-то себе под нос, литератор его остановил:— И телефончик здесь оставь…— Это… зачем?— Хочу быть уверенным, что ты у меня правда всё сам умеешь писать, — надменно как-то улыбаясь, играя бровями и снова делая глоток горячего кофе, пояснил мужчина.— Прикалываешься? — на всякий случай спросил тот, недоверчиво вскинув брови. Арсений незатейливо качнул головой из стороны в сторону. — Арс, вот видит Бог… Я хотел сейчас извиниться, но иди ты в жопу, понял! — беззлобно встрепенулся мальчишка, вытаскивая смартфон из джинсов. — И «lanyard» — это шнурок, а не ремень! Тоже мне, полиглот… — горделиво добавил он и почти без прежней хромоты удалился обратно в гостиную со стопкой учебников и тетрадей.Попов всё-таки не выдержал и беззвучно рассмеялся. Его правда зацепило это смирение Антона перед ним, которое, несмотря ни на что, всё равно не оставило самого парня без дерзости и иронии в каждом слове и взгляде.

***Спустя пару часов Антон сумел написать почти полтора сочинения. Правда, писал он именно то, что на самом деле думал, а не то, что требуется. Но суть не в этом. Хотелось в отместку позлить учителя хотя бы своевольным вариантом аргументов в сочинениях, что противоречили шаблонным заготовкам.Пока он лежал на диване и коряво черкал мысли на листке, Арсений появился рядом.— Погнали чай пить! — бодро позвал он, потрепав парня по пушистым кудряшкам.— Я занят! — хмуро бросил подросток, безуспешно уворачиваясь от руки над головой.— Не вредничай, я говорю, пойдём!— Отстань, — буркнул мальчишка, опять утыкаясь в наполовину написанное сочинение, — у меня ещё дохера дел в отличие от некоторых.— Вот язва желудочная, а, — улыбчиво хмыкнул учитель.— Сам такой…— Так чай пить не пойдёшь?— Нет, — всё ещё с нотками обиды в голосе ответил Шастун.— Эх, как жаль, — наигранно вздыхал мужчина, — придётся самому мне съесть твой любимый медовик… Ну ладно, что ж теперь…— Эй! — Антон на локтях подскочил и как совсем недавно вытянул голову в проход. — Обойдёшься!— Чёй-то? — хмыкнул старший, включив чайник и облокотившись на столешницу.— Ты его мне купил!— Но ты же не хочешь. А раз ты не…— Про торт я ничего не говорил. Можешь отдать его мне, а сам дальше делай, чё хочешь!— Да какой ты умный! — весело усмехнулся литератор. — Сюда шуруй, вместе диабет будем зарабатывать.— Ц! — Шастун закатил глаза, но ради торта всё-таки пришёл на кухню на радость Попову.— И не надо смотреть на меня, словно на врага народа. Ты сам виноват, я не мог не наказать, — стоя спиной к младшему и чувствуя этот прожигающий взгляд, сказал учитель, пока возился с чайником. — Угу, только в планах до этого было написать всего одно, нет? — недовольно пробурчал подросток, исподлобья поглядывая на развернувшегося учителя.— Так в этом и смысл наказания. Зато усвоишь урок, — налегке фыркнул тот в ответ, пожав плечами. — Я бы его усвоил, написав и одно сочинение. Всё равно нихера не помню твоих разглагольствований по теме, — опять обиженно как-то и тихо отозвался парень.— Сколько написал? — с усмешкой спросил литератор, помолчав с пару секунд.— Второй аргумент остался и заключение, — всё так же ворчливо отвечал подросток, наблюдая за тем, как Арсений ставит на стол пустые кружки и коробку с тортом.— Как? Ты ещё не дописал первое даже?— Это уже второе, — осуждающе покосился Антон.— А, ладно… Какие темы взял?— Как будто у меня выбор был… По первым двум пока.— Ладно, — удовлетворённо кивнул старший, разливая кипяток, — тогда заканчивай это и берись за уроки.— Серьёзно? — более бодро, но недоверчиво спросил мальчишка.— Да.— Юху-у! — восторженно вскрикнул подросток, даже напугав этим Арсения. — Но если ещё раз ты вот так вот халатно отнесёшься ко мне и моему времени, которое я трачу на те…— Да всё, всё! Харэ нудеть! И так уже умандил своими лекциями да сочинениями! Торт лучше давай!— Тебе просто повезло, что я люблю тебя, иначе-е-е… — сдержанно вздохнул учитель, закатив глаза и шумно распечатав упаковку с медовиком, на который Антон тут же накинулся.— Согласен, — довольно улыбнулся подросток, беря свой первый треугольный кусочек. Тут и Арсений не мог не улыбнуться.