Глава 4

Октябрь

Белая роза стояла в вазе на подоконнике уже неделю. Совершенная, ненастоящая, как всё, что исходило от Марка. Алиса провела пальцем по холодным лепесткам, когда телефон наконец завибрировал. Она вздрогнула так сильно, что чуть не опрокинула баночку с водой.

"Приходи в ресторан на углу. 20:00. Надень синее."

Она перечитала сообщение трижды, потом ещё два раза, как будто между строк могло скрываться второе послание. Синее? У неё было только одно синее платье — то самое, в котором они познакомились на той выставке. Это не могло быть совпадением.

—

Ресторан "Эклипс" оказался полупустым в этот будний вечер. Алиса сидела за столиком у окна, поправляя бретельку (слишком оголённое плечо? Слишком вызывающе?), когда официант принёс ей бокал белого вина.

—От джентльмена за тем столиком, — кивнул он куда-то вглубь зала.

Она обернулась и увидела его. Марк сидел в тени колонны, одетый в тёмно-синий костюм, который делал его глаза ещё холоднее. Он поднял свой бокал в немом тосте, и Алиса почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

Но когда она хотела встать, чтобы подойти, он резким жестом остановил её. Только тогда она заметила — он был не один.

К его столику подходила женщина. Высокая, в чёрном платье, облегающем как вторая кожа, с волосами цвета воронова крыла, собранными в идеальную гладкую шишку. Она двигалась с хищной грацией, и когда положила руку на рукав Марка, Алиса вдруг осознала, что грызёт губу до крови.

— Вот и моя художница, — Марк поцеловал её в щёку, пахнув дорогим виски и чужими духами, когда они подошли к её столику. — Алиса, это Виолетта. Мой новый арт-директор.

Женщина протянула руку с безупречным маникюром. Её пальцы были холодными, как мрамор.

— Марк столько рассказывал о ваших... необычных работах, — голос у неё был низким, с лёгким акцентом, который Алиса не смогла определить.

— Я не знала, что у тебя появился арт-директор, — прошептала она, чувствуя, как в горле пересыхает.

Марк сделал знак официанту, не глядя на меню.

— Красное бордо, "Шато Латур" шестьдесят девятого. И утиные грудки с трюфельным пюре для дам. Я возьму стейк, редкий.

Он знал, что она ненавидела утку. Любила только курицу и рыбу. Это был тест.

Виолетта скрестила ноги, и Алиса заметила шрам — тонкую белую линию поперёк икры.

— Виолетта будет курировать мой новый проект, — Марк потягивал вино, наблюдая, как Алиса теребит салфетку. — Галерею современного искусства на набережной.

— Ты... никогда не говорил об этом, — прошептала Алиса, чувствуя, как лёд в её бокале начинает звенеть от дрожи в руках.

— Ты никогда не спрашивала, — он улыбнулся той самой натянутой улыбкой. — Ты слишком занята своими маленькими трагедиями.

Виолетта засмеялась, как будто это была шутка, и положила руку на запястье Марка. Алиса заметила, как его мышцы напряглись под этим прикосновением.

— Мы как раз ищем новых художников для открытия, — сказала Виолетта, поворачивая к Алисе лицо с безупречным макияжем. — Марк настаивал, что вы должны быть первой.

— Почему? — вырвалось у Алисы.

Марк отложил вилку с кусочком стейка, который даже не успел попробовать.

— Потому что ты идеальна для этого. Хрупкая, талантливая, с... интересной историей, — его глаза скользнули по её запястьям, где под тональным кремом скрывались желтеющие синяки. — Публика обожает таких.

Алиса встала так резко, что стул грохнулся на пол.

— Мне нужно в туалет.

В зеркале дамской комнаты отражалось бледное лицо с красными пятнами на щеках. Алиса включила воду, чтобы заглушить стук собственного сердца. Она пыталась дышать глубже, как учила Кира, но в груди всё равно было тесно.

Когда она вышла, в тёмном коридоре её ждал Марк.

— Ты ведёшь себя как испуганный кролик, — прошептал он, прижимая её к стене. Его руки были тёплыми, а дыхание пахло дорогим вином. — Это некрасиво.

— Почему ты не предупредил меня? — она пыталась звучать твёрдо, но голос дрожал. — Кто она?

— Тебе не понравилось, что я уделил внимание кому-то ещё? — он при

жался губами к её шее, и Алиса почувствовала, как предательское тепло разливается по животу. — Завтра в восемь. Моя квартира. Придёшь?

Она кивнула, ненавидя себя за эту слабость.

Когда они вернулись к столику, Виолетта разглядывала что-то в телефоне. Она подняла глаза и улыбнулась Алисе той улыбкой, от которой стало холодно.

— О, смотрите! — она повернула экран. — Я вчера проезжала мимо вашей мастерской. Надеюсь, вы не против, что я заглянула?

На экране была фотография её мастерской, снятая через окно. На переднем плане — незаконченный портрет Марка.

— Когда... Когда это было сделано? — Алиса почувствовала, как кровь отливает от лица.

Марк допивал вино, не торопясь.

— Вчера. Ты спала. Такая была уставшая... — он провёл пальцем по краю бокала. — Я показал Виолетте, где ты работаешь. На случай, если захочет навестить тебя снова.

Виолетта рассмеялась, как будто это была шутка, но её глаза оставались холодными, как лезвие.

Алиса схватила сумочку и выбежала, не слушая окликов. На улице лил дождь. Она бежала, не разбирая дороги, пока не споткнулась о бордюр. Телефон выскользнул из мокрых рук.

Новое сообщение:

"Не забывай — ты моя. Восемь вечера. И приготовься отвечать за свой побег."

Алиса подняла глаза. В окне ресторана, за стекающими каплями дождя, они сидели вдвоем, оживленно о чем-то беседовали и искренне улыбались.