ГЛАВА 4. Этот город странный

Эмили проснулась рано, когда за окном ещё царил серый полумрак. Её комната, окутанная утренней тишиной, казалась странно холодной, словно воздух внутри застыл за ночь. Она лежала неподвижно, разглядывая трещины на потолке, а мысли о вчерашнем вечере снова заполнили её сознание.

Слова Ника не давали покоя: "Кто-то учится жить с ними, а кто-то пытается убежать."

Она знала, что относится ко второй категории. С того самого дня, как потеряла Джека, её жизнь превратилась в бесконечную попытку убежать. Убежать от воспоминаний, от вины, от той части себя, которая напоминала о том, что она была счастлива, пока он был рядом.

Эмили резко села, обхватив руками колени. Она пыталась понять: почему это всё так глубоко засело в её сознании? Разве время не должно было помочь? Её родители говорили, что нужно просто подождать. Но чем больше она ждала, тем сильнее боль становилась частью её.

Она посмотрела на окно. Слабый свет начинал пробиваться сквозь занавески, окрашивая комнату в холодные оттенки серого. В такие моменты, когда весь мир только просыпался, её одиночество ощущалось особенно остро.

Эмили подошла к окну и распахнула его. Влажный утренний воздух ударил ей в лицо, и она закрыла глаза, пытаясь вдохнуть глубже. На улице было тихо, только ветер шуршал в голых ветвях деревьев. Её взгляд упал на скамейку возле дома. Она вспомнила, как раньше могла разговаривать с Джеком, смеясь над какими-то глупыми шутками.

— Если бы я могла вернуть всё назад, — тихо прошептала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

Но она знала, что прошлое не вернуть.

Вдохновлённая неожиданным порывом, Эмили оделась и вышла на улицу. Ветер обнимал её лицо, напоминая о том, что утро ещё только начинается. Она шла по пустым улочкам, где каждый уголок был покрыт росой, а асфальт блестел под первыми лучами солнца. Город в это время был почти красивым, но в его красоте ощущалась какая-то хрупкость, словно он сам мог развалиться, как её жизнь.

Она добралась до парка, того самого, где вчера сидела с Ником. Сегодня это место выглядело иначе. Скамейки были пустыми, а листья, облепившие дорожки, выглядели мёртвыми и забытыми.

Эмили нашла ту же скамейку, на которой сидела вчера, и снова опустилась на неё. Ветер поднимал опавшие листья в вихри, которые кружились вокруг её ног.

Она достала из кармана тот самый маленький клочок из прошлого — фотографию. На ней были она и Джек, смеющиеся, молодые, почти беззаботные. На мгновение ей показалось, что этот снимок принадлежит кому-то другому, настолько далёким казались те времена.

— Почему всё так сложно? — спросила она у фотографии, будто ожидая, что Джек даст ей ответ.

Её пальцы крепко сжали бумагу, но слёз не было. Она смотрела на этот кусочек своей жизни, чувствуя, как воспоминания захватывают её.

— Ты бы сказал мне, что нужно двигаться дальше, — прошептала она, уставившись на его лицо. — Но как, если я чувствую себя такой потерянной?

Её голос затих в шуме ветра, и она позволила себе несколько минут молчания.

Внезапно её внимание привлёк звук шагов. Кто-то шёл по аллее в её сторону. Эмили не сразу подняла голову, но, когда это сделала, перед ней снова оказался Ник.

— Ты правда любишь это место, — сказал он, садясь рядом.

— Я бы сказала, что это ты преследуешь меня, — ответила она, пытаясь скрыть удивление.

— Может быть. А может, мы просто думаем одинаково.

Его слова были странно лёгкими, но в них чувствовалось что-то большее.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она, убирая фотографию обратно в карман.

— Просто гуляю. Иногда утром легче думается.

Эмили взглянула на него, и её взгляд задержался. Ник выглядел иначе. В его глазах сегодня было меньше уверенности, чем обычно, словно он оставил свою маску дома.

— Ты тоже пытаешься сбежать от чего-то?

Он долго не отвечал, смотря куда-то вдаль.

— Может быть. А может, я просто ищу место, где могу быть собой.

Эти слова задели её.

— И нашёл?

— Пока нет, — ответил он, повернувшись к ней. — Но в этом ведь весь смысл, правда? Искать.

Эмили кивнула, хотя сама не была уверена, что знает ответ.

— Иногда кажется, что я застряла, — сказала она, чувствуя, как слова выходят сами по себе. — Как будто мир идёт вперёд, а я...

— Остаёшься на месте?

Она кивнула.

— Это нормально. Главное — понять, что это не навсегда.

Его голос звучал так, будто он знал, о чём говорит.

— Как ты это понял?

— Простой опыт, — он слегка пожал плечами. — Иногда жизнь даёт тебе уроки, хочешь ты этого или нет.

Эмили задумалась. Может, этот парк был не просто местом тишины. Может, он был точкой, где её жизнь начинала движение. Девушка сидела на скамейке, чувствуя, как её сердце начинает биться в унисон с Ником. Слова, которые он произносил, словно резонировали с тем, что она испытывала внутри. Каждый звук, каждое слово обретало вес и значимость. Она вглядывалась в его лицо, пытаясь разгадать, что стоит за его уверенностью.

— Ты правда думаешь, что жизнь — это нечто большее, чем просто череда событий? — спросила она, обводя взглядом пустынный парк. Тихие дорожки, усыпанные опавшими листьями, и старые деревья, чьи ветви были обнажены, как будто всё это охраняло какие-то тайны.

Ник задумался, его взгляд устремился вдаль, к горизонту, где небо сливалось с землею.

— Да, — наконец ответил он. — Я думаю, что жизнь — это не просто случайности. Она полна уроков, даже если они бывают болезненными.

Эмили кивнула, осознавая, что его слова затрагивают её на глубоком уровне. Она вспомнила, как долго пряталась от своих чувств, боясь столкнуться с тем, что лежит за ними.

— Но почему это так трудно? — спросила она, почти шёпотом, и почувствовала, как внутри закипает давняя злость. — Почему мне так сложно отпустить прошлое?

— Порой это единственное, что у нас есть, — ответил Ник, повернувшись к ней. Его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась сила. — Но, если честно, иногда нужно отпустить, чтобы освободиться.

Эмили ощутила, как слова Ник заставляют её сердце сжиматься. Она вспомнила, как она не могла перестать прокручивать в голове моменты с Джеком, даже когда понимала, что это не приведёт ни к чему хорошему.

Она взглянула на старые деревья вокруг. Их корни уходили глубоко в землю, как будто держали их на месте. В то же время ветви, покачивавшиеся на ветру, выглядели так, будто стремились к свободе.

— Ты знаешь, это как с деревьями, — произнесла она, чувствуя, как образы становятся яснее. — Они могут быть привязаны к земле, но в то же время стремятся к небу.

Ник кивнул, его глаза светились пониманием.

— Да, — сказал он. — Это хороший образ. Мы все привязаны к своим корням, но нам необходимо расти, стремиться к чему-то большему.

Эмили почувствовала, как внутри её зреет понимание. Она всегда считала свои корни чем-то неприемлемым, чем-то, что мешает ей развиваться. Но, может быть, они просто часть её пути?

— Знаешь, я часто думала, что если бы не то, что произошло с Джеком, я бы могла быть другой. — Она заметила, как её голос дрогнул, но продолжила: — Я не уверена, что когда-либо смогу простить себя за это.

Ник внимательно смотрел на неё, его выражение лица было полным сострадания.

— Порой прощение — это не только освобождение других, но и себя. Если ты будешь продолжать винить себя, ты не сможешь двигаться вперёд.

Эмили почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она всегда думала, что прощение — это слабость, но вдруг поняла, что, возможно, это нечто гораздо более глубокое и важное.

— И как это сделать? — спросила она, чувствуя, как греется её грудь.

— Наверное, нужно просто позволить себе чувствовать. Принять свои эмоции, как бы они ни были сложны. Это сложно, но нужно помнить, что ты не одна, — ответил Ник, его голос был спокойным, уверенным.

Эмили посмотрела на него, и в этот момент почувствовала, что между ними возникло что-то большее, чем просто дружба. Может, это была настоящая связь, основанная на взаимопонимании и принятии.

— Ты действительно понимаешь, — произнесла она, не сводя с него взгляда.

— Просто пытаюсь быть искренним, — сказал он с лёгкой улыбкой.

В этот миг она почувствовала, как частичка её страха уходит. В этом парке, среди старых деревьев и опавших листьев, она могла позволить себе быть уязвимой.

Вдруг лёгкий дождь начал моросить, капли падали на листья, создавая мелодичный звук. Они оба подняли головы, удивлённые внезапным дождём.

— Похоже, нам нужно укрыться, — сказал Ник, вставая с скамейки.

Эмили засмеялась, ощущая, как на душе становится легче.

— Пойдём, — согласилась она, и они направились к ближайшему дереву, под которым было достаточно места, чтобы скрыться от дождя.

Когда они укрылись под ветвями, дождь усилился, превращаясь в мелкую завесу, пронзающую воздух. Эмили глядела на капли, стекающие по листьями, и чувствовала, как это мгновение становилось важным.

— Знаешь, — сказала она, — иногда кажется, что дождь — это как очищение.

— Да, — согласился Ник. — Он может смыть все переживания и подарить что-то новое.

Эмили обдумала его слова. Может, этот дождь мог бы стать началом её нового пути, пути к прощению и пониманию себя.

— А что, если я позволю дождю смыть свою боль? — спросила она, ощущая, как эти слова дают ей новое дыхание.

Ник повернулся к ней, его взгляд был полон поддержки.

— Это хорошая идея, Эмили. Позволь себе это.

Она кивнула, ощущая, как внутренний груз немного ослабевает.

— Спасибо, что ты здесь, — произнесла она, и её голос был полон искренности.

— Я всегда рядом, если нужно, — ответил он, и его слова стали для неё надежным якорем.

Они стояли под деревом, укрытые от дождя, но в то же время всё вокруг казалось живым и полным энергии. Эта ночь, эта встреча, это место — всё это соединилось в её сознании, создавая уникальную атмосферу, полную надежды и возможности.

Когда дождь стал стихать, капли замедлили свой бег, переходя в едва уловимый шёпот. Эмили и Ник стояли под деревом, будто боялись нарушить спокойствие этого момента. Воздух пропитался свежестью, а мягкий свет фонарей, едва пробивавшийся сквозь листву, добавлял уединённости.

— Знаешь, — сказала Эмили, разглядывая тонкие ручейки воды, стекающие по асфальту, — я никогда раньше не чувствовала себя так... свободно.

Ник повернулся к ней, его взгляд был внимательным.

— Потому что ты начинаешь отпускать. Это всегда даёт чувство лёгкости.

Эмили кивнула. Она всё ещё чувствовала в себе сопротивление, как будто её старая боль не хотела уходить без борьбы. Но Ник был прав: впервые за долгое время она почувствовала, что движение вперёд возможно.

Они вышли из-под дерева и медленно пошли по парковой аллее. Лужи на дорожках отражали ночное небо, как маленькие зеркала. Тишина нарушалась лишь тихими шлепками их шагов по мокрой земле.

— Этот город странный, — сказала Эмили, разглядывая размытые силуэты деревьев вдалеке. — Он кажется таким... остановившимся во времени.

— Ты так думаешь? — спросил Ник, слегка улыбнувшись.

— Да. Словно здесь всё ждёт, когда что-то случится.

Ник на секунду замедлил шаг, словно обдумывая её слова.

— Может, это ты ждёшь, а не город, — произнёс он.

Эти слова задели её, как и многие, сказанные им раньше.

— Может быть, — тихо ответила она.

Дальше они шли молча, но эта тишина не казалась тягостной. Она была наполнена смыслом, как будто каждое из них было погружено в свои мысли, но эти мысли шли рядом.

Когда они вышли из парка, Эмили почувствовала, как воздух стал холоднее, обдав её лицо прохладными порывами. Город снова окружил их — узкие тротуары, тени домов, редкие силуэты прохожих.

— Сюда, — сказал Ник, жестом указывая в сторону более освещённой улицы.

Эмили послушалась. Они направились к небольшой закусочной, спрятанной между двух кирпичных зданий. Оранжевый свет ламп проникал через большое окно, создавая уютное пятно на мокром асфальте.

— Это твоё любимое место? — спросила она, пока он открывал для неё дверь.

— Одно из них, — ответил Ник. — Здесь тихо, и кофе приличный.

Эмили вошла, вдохнув запах свежесваренного кофе и чего-то сладкого. Место было небольшим, с деревянными столиками и старомодной мебелью. За стойкой стояла пожилая женщина с доброй улыбкой, которая приветствовала их коротким кивком.

— Что будешь? — спросил Ник, указывая на витрину с десертами.

Эмили задумалась. Её взгляд упал на маленький кусочек морковного пирога за стеклом.

— Этот, наверное, — сказала она, указывая на пирог.

Ник заказал два кофе и их угощения, после чего они сели за столик у окна.

Эмили смотрела на улицу, где редкие машины проезжали по мокрой дороге. Свет фар отражался в лужах, создавая странные, почти мистические отблески.

— Ты часто приходишь сюда? — спросила она, делая глоток кофе.

— Когда хочу подумать, — ответил он, не отрывая взгляда от своей кружки.

— О чём ты думаешь?

Он поднял глаза, и в его взгляде была глубина, которой она раньше не замечала.

— О том, что жизнь странная штука. Иногда кажется, что она ведёт тебя по кругу, заставляя возвращаться к одному и тому же. А иногда она вдруг толкает вперёд, даже если ты к этому не готов.

Эмили почувствовала, как эти слова находят отклик в её душе.

— Ты прав. Иногда я думаю, что мой круг никогда не разорвётся.

— Может, ты сама держишь его замкнутым? — тихо ответил Ник.

Она не нашла, что сказать. Его слова были болезненно точными.

Они сидели в молчании, наблюдая за тем, как на улице начинал сгущаться лёгкий туман.

— Ты знаешь, я всегда считала, что время лечит, — произнесла Эмили, разрывая тишину. — Но сейчас понимаю, что оно просто делает боль привычной.

— А может, это не время лечит, — сказал Ник, склонив голову набок, — а то, что мы делаем с этим временем?

Эти слова прозвучали как вызов.

— И что я должна делать с ним? — спросила она, почти с вызовом.

— Жить, — ответил он просто. — Делать маленькие шаги. Даже если сначала они кажутся бессмысленными.

Эмили задумалась. Может, именно об этом был сегодняшний вечер. Маленький шаг к чему-то большему.

Когда они вышли из кафе, город выглядел ещё более пустым и спокойным. Небо потемнело, укрывая их мягким бархатным куполом.

— Спасибо, — сказала она, останавливаясь на пороге.

— За что?

— За то, что... не пытаешься давить.

Он улыбнулся, как будто понимал, о чём она говорит.

— Это твоё путешествие, Эмили. Я здесь только для того, чтобы помочь, если ты захочешь.

Она кивнула, и на этот раз её улыбка была искренней.

Они попрощались, и Эмили направилась домой. Её шаги были лёгкими, и в этот момент она почувствовала, что в её сердце зародилось нечто новое — хрупкое, как тонкий росток, но достаточно сильное, чтобы расти дальше.