Глава 9

9   За дверью меня действительно ждали. Как вы уже могли догадаться, это был мужчина в черном костюме. Он провел меня через весь холл к лифту. По подкосившимся коленям я понял, что мы движемся вверх. Вышли мы в извилистый коридор, устланный темно красным ковровым покрытием уходившим далеко вперед. Слева и справа тянулись сотни дубовых дверей, пропадая за поворотом. Мужчина в черном костюме провел меня к девятой двери справа. Отпер ее заранее приготовленным ключом, пригласил войти.   Мы оказались в комнате-гардеробной, с полками, заставленными разнообразной обувью, зеркалами в полный рост и рядовкой вешалок с одеждой. На вешалках висели не черные костюмы, которые я ожидал увидеть, а подобранные стилизованные комплекты, содержащие в себе все от трусов до куртки.    Мужчина, в черном костюме деликатно прикасаясь к вещам, отодвигал вешалку за вешалкой, пока не наткнулся на комплект из темно-синих свободных джинсов, серой футболки с длинным рукавом и оранжевой толстовке на замке.   — Сколько лет твоей жене? — бережно поглаживая рукав толстовки, спросил мужчина в черном костюме.   — Двадцать три, — ответил я, стараясь понять, к чему он клонит.   — Значит тридцать три, — задумчиво произнес он. — Хорошо. Этот костюм, то, что надо.   — Не уверен, что она его оценит, — попытался возразить я.    Одежда выглядела подростковой.   Мужчина в черном костюме пропустил мои слова мимо ушей. Он аккуратно вложил костюм мне в руки и, развернув, подтолкнул в спину в сторону небольшой примерочной со шторкой.   — Будь с ним предельно осторожен! — напутствовал он. — Не торопись.   Я прошел за шторку. Разделся до трусов, но когда расстегнул ширинку на джинсах, чтобы их примерить заметил под ними серые боксеры. Недолго думая я снял трусы и надел, те, что прилагались к костюму. Оказавшись в серых боксерах, я ощутил странную перемену в собственном теле. Мои ноги стали еще худее, чем были, а черные волосы, покрывавшие икры вдруг побелели. Я потрогал свою грудь, затем лицо и голову. Все оставалось прежним за исключением ног. Я решил, что ничего страшного не произошло. Подумаешь волосы, побелели, главное, что ноги целы и продолжают меня слушаться. Стараясь долго не копаться, хотя мужчина в черном костюме и велел не торопиться, я надел футболку, толстовку, влез в джинсы и вышел из примерочной.   Мужчина в черном костюме чуть наклонил голову вправо, и я догадался, что он меня рассматривает.   — Отлично! — удовлетворенно кивнув головой, наконец, сказал он. — Сейчас подберем обувь и очки.   Я расстегнул толстовку. Она оказалась на удивление теплой, да и футболка с длинным рукавом под ней была лишней. Лучше бы обменять ее на майку.   — Простите, — обратился я к мужчине в черном костюме, подбирающем мне ботинки. Он обернулся. — Какое время года сейчас на Земле?    — Лето. А что?   — Лето? Тогда я не понимаю, зачем мне такие теплые вещи? По мне же пот течет градом. Может здесь есть что-то более легкое?   — Нет, — ответил мужчина в черном костюме и протянул мне светло коричневые ботинки с толстой шнуровкой.   Глядя на них, я понял, что ничего мне не добиться от мужчины в черном костюме. Он, вероятно, издевается надо мной. А с другой стороны, какая разница, в чем я появлюсь на Земле? У меня же будет платиновая карта. Куплю себе сандалии и майку с шортами. И вообще все что захочу.   Я надел ботинки и завязал шнурки.    Мужчина в черном костюме уже протягивал мне солнцезащитные очки. Я не стал больше возражать, просто принял их, зацепив душкой за ворот футболки.   — Здесь все. Сейчас пройдем за документами, и мы попрощаемся ровно на сутки, — мужчина в черном костюме пошел к двери.    Я последовал за ним. Проходя мимо зеркала, я остановился, повернулся к нему и уставился на отражение, чувствуя, как отвисает челюсть.   На меня смотрел худощавый угловатый подросток с пухлыми губами, которыми я никогда не обладал, большими голубыми глазами, торчащими ушами и белобрысыми всклоченными волосами. Я бы ни за что не поверил, что стоящий передо мной сопляк мое собственное отражение, если бы он не повторил все мои движения.   — Это что? — в состоянии близком к истерике спросил я у мужчины в черном костюме, показав на отражение.   — Твой человеческий костюм. Это прописано в договоре, — пояснил он.   Так вот значит, что представляет собой «человеческий костюм». Так и вижу рекламный слоган «Купи один из костюмов ада и получи новое лицо в подарок!».   — Но там ничего не говорилось об услугах пластического хирурга, — сказал я, разглядывая движение новых губ в зеркале.    Теперь я уловил новые мимические ощущения и противное грубоватое звучание голоса.   — А ты думал, мы отпустим тебя с твоим настоящим лицом? Да еще и к жене! — ухмыльнулся мужчина в черном костюме. — Ей в отличие от тебя еще рано на тот свет.   Мои новые светлые брови, хмурясь, сошлись у переносицы.    Черт с ним, с моим лицом. Почему я не тридцатилетний мужик… — я повернулся к зеркалу, только  заметив в мочках ушей блондина черные кольца, сквозь которые можно разглядывать мир. — Это еще что? Сколько ему вообще лет? — наклоняясь ближе к зеркалу, спросил я.   — Это туннели. Они теперь модные среди молодежи, — объяснил мужчина в черном костюме.   — Никогда не слышал. И не видел.   — Пара идти, — сказал мужчина в черном костюме, отрывая меня от зеркала.   — Сколько мне лет? — поглаживая чуть вытянутое лицо паренька, спросил я.   — Девятнадцать. — Мужчина в черном костюме закрыл дверь на ключ.     Мы прошли дальше по коридору. Я разглядывал носки ботинок, не понимая, как я смогу поговорить с женой в теле незнакомого ей девятнадцатилетнего пацана? Если бы мне выдали «костюмчик» постарше, я бы мог подключить все свое обаяние и попытаться пригласить ее куда-нибудь провести время вместе. Но в теле подростка! Как девятнадцатилетний юнец сможет  заинтересовать  тридцатитрехлетнюю женщину?   Пройдя мимо десятка два дверей, мы наконец-то остановились напротив одной. Мужчина в черном костюме отпер ее и пригласил меня внутрь. Обычная комната с белыми стенами, фотоаппаратом на треноге и стулом напротив него. Он велел мне сесть на стул, сам встал за фотоаппарат. Щелкнув пару, раз зашел за небольшую ширму. Я продолжал сидеть на стуле. Там что-то пожужжало, побрякало и спустя минут десять, он появился с белым конвертом. В конверте я обнаружил паспорт на имя Мухина Кирилла Сергеевича с блестящими маленькими буквами РФ и цветной фотографией (в жизни до смерти у меня был совершенно другой паспорт). Права, которые так же видоизменились и платиновую карту.   Вся эта мнимая работа с документами выглядела дурацкой игрой в бюрократию. Но мне было наплевать. Я предвкушал свое, пусть и не триумфальное, как представлял поначалу, но все же возвращение в жизнь до смерти.   Мы вернулись в коридор, а затем прошли к лифту. Мужчина в черном костюме нажал на три неизвестные мне кнопки, и мои колени вновь подкосились. Я так и не смог выпрямиться пока лифт не остановился, и не открылись двери.   — Счастливого отдыха и до скорой встречи Юдин Кирилл Андреевич, — быстро проговорил мужчина в черном костюме и небрежно вытолкнул меня из лифта.