что ты творишь?!….. глава 4.

Лена протянула паузу, словно пробуя на вкус каждое слово, и наконец произнесла с нарочитой небрежностью:

— Ну‑у‑у, давай лёгкий вопрос. Расскажи любой интересный факт о себе.

Эрик медленно поднял взгляд. Его глаза — тёмные, с искоркой — на мгновение задержались на её лице, а потом в уголках губ заиграла ухмылка, будто он знал что‑то, чего не знала она.

— Я знаю китайский, — произнёс он спокойно, но в голосе звучала едва уловимая гордость.

Лена почувствовала, как внутри всё сжалось. Волна эмоций накрыла её с головой: удивление, восхищение, лёгкий укол ревности — как он мог скрывать такое? Она невольно сжала пальцы в кулак, пытаясь унять дрожь. Вокруг раздались возгласы — друзья ахали, переспрашивали, не веря своим ушам.

Нейт, всегда готовый подлить масла в огонь, подался вперёд:

— Ну давай тогда кались — кто ей нравится?

Эрик рассмеялся, но взгляд его снова метнулся к Лене — будто искал в её глазах ответ.

— Ха‑ха. Я промолчу, да, вандалка? — он подмигнул, и в этом жесте было что‑то дразнящее, почти интимное.

Лена ощутила, как жар приливает к щекам. Растерянность на секунду парализовала её, но она тут же взяла себя в руки, вскинув подбородок:

— Ну хочешь — говори, хочешь — нет. Какая мне разница, — её голос звучал ровно, но внутри всё трепетало. Она отвернулась, делая вид, что разглядывает узор на скатерти, но краем глаза всё равно следила за ним.

— Так, ребята, хватит цапаться, — вмешалась Элли, поднимая руки в примиряющем жесте. Её голос, мягкий, но твёрдый, мгновенно заставил всех замолчать.

В комнате повисла тишина — напряжённая, но уже не колючая, а скорее любопытная. Элли обвела взглядом друзей, и на её лице расцвела улыбка — та самая, с которой она обычно предлагала что‑то безумное.

— Я тут прочитала про одну игру. Называется «Семь минут в раю». Очень популярная среди подростков, — она бросила быстрый взгляд на Бобби, и в её глазах мелькнула надежда, почти мольба.

Стефани приподняла бровь, скрестив руки на груди:

— Звучит неплохо. В чём суть?

— Правила простые, — Элли оживилась, её голос зазвучал быстрее, словно она боялась, что её перебьют. — Игрок крутит бутылочку. На кого выпадает — тот идёт с ним в закрытое помещение, допустим, в шкаф, на семь минут.

Лена замерла. В голове вихрем пронеслись образы: темнота, ограниченное пространство, возможность сказать то, что давно хотелось, но не хватало смелости. Сердце забилось чаще — то ли от страха, то ли от предвкушения.

— Опасная игра, но интересная. Я за! — её голос прозвучал громче, чем она ожидала, и она тут же прикусила губу, будто пытаясь забрать слова обратно.

Эрик усмехнулся, откинувшись на спинку стула:

— Ну раз вандалка за, то и я.

Нейт хлопнул в ладоши:

— Я тоже не прочь.

— Шикарно, все за! Лена, тащи бутылку, — Элли сияла, словно уже представляла, как всё будет.

Лена встала, чувствуя, как колени слегка подрагивают. Она прошла в кладовку, взяла бутылку из‑под вина — старую, с потёртой этикеткой — и вернулась за стол. Её движения были чуть резче, чем обычно, будто она пыталась скрыть волнение.

Эрик, наблюдая за ней, приподнял бровь:

— Откуда в доме семнадцатилетней девочки бутылки из‑под вина?

Она фыркнула, ставя бутылку на середину стола:

— Бла‑бла‑бла, люблю вечеринки.

Её голос звучал легко, но внутри всё сжималось от странного сочетания страха и восторга. Она знала — эта игра может изменить всё.

— Я ЧУР ПЕРВАЯ! — выкрикнула Стефани, бросаясь к бутылке. Её пальцы с ярким маникюром обхватили горлышко, и она с размахом закрутила её.

Бутылка вращалась, словно в замедленной съёмке. Все замерли, следя за её движением. Наконец она остановилась, указывая на Нейта.

— Чёрт! Я хотела вообще с Бобби… — Стефани скривила лицо, но в её глазах промелькнула хитринка.

Все обернулись к ней, удивлённо подняв брови.

— Что? — она развела руками, смеясь. — Шантажом бы заставила его вернуть все мои шоколадки…

Бобби закатил глаза:

— Что‑о‑о? Что съедено, то съедено.

Комната взорвалась хохотом. Лена смеялась вместе со всеми, но где‑то в глубине души её мысли крутились вокруг одного: а что, если бутылочка укажет на Эрика?

    Нейт нехотя поднялся с места. В его глазах, словно далёкие звёзды, мерцала загадочная искра — то ли озорства, то ли смутного волнения. Он молча кивнул Стефани, жестом приглашая её в тёмный шкаф. Она, поколебавшись долю секунды, шагнула вслед за ним. Элли, с едва сдерживаемой улыбкой, плотно закрыла за ними дверь.

— Итак, поехали! Таймер на семь минут, — объявила она, и в комнате повисла напряжённая тишина.

Все замерли в ожидании, вслушиваясь в каждый шорох. Время тянулось невыносимо медленно, словно густая смола, заполняющая пространство. Кто‑то нервно постукивал пальцами, кто‑то переглядывался, а Лена, главная героиня этой сцены, чувствовала, как внутри неё нарастает странное, щемящее чувство. Ей казалось, что сердце бьётся в такт секундной стрелке, отсчитывая мгновения, которые растягивались в вечность. В груди теснилось непонятное волнение — то ли тревога, то ли предвкушение чего‑то важного.

Внутри шкафа

Тесное пространство окутало их полумраком, пропитанным запахом старой древесины и едва уловимым ароматом духов Стефани.

— Эй, ты можешь ноги прибрать? Мне места совсем нет! — прошептала Стефани, пытаясь устроиться поудобнее.

— А, понял, — тихо ответил Нейт.

Он осторожно притянул её к себе и усадил на колени. Его движения были неуверенными, но в них чувствовалась странная решимость.

— Так место достаточно? — спросил он, и в его голосе прозвучала лёгкая улыбка.

— Эй, ты чего?! Ладно, достаточно, — пробормотала Стефани, чувствуя, как щёки заливает румянец.

В темноте её сердце бешено колотилось, а мысли путались. Она не знала, что сказать, как реагировать. В этот момент Нейт наклонился ближе, и его голос, тихий и проникновенный, коснулся её слуха:

— Знаешь, а ты мне нравишься. Есть в тебе что‑то… цепляющее душу.

Стефани не успела ответить. Время словно остановилось, а затем он прильнул к её губам, подарив нежный, почти робкий поцелуй. В этот миг весь мир сузился до тесного шкафа, до биения двух сердец, до тепла его рук и лёгкого дрожания её ресниц.

Вне шкафа

— РЕБЯТАААА! ВРЕМЯ ВЫШЛО! — раздался звонкий голос Элли, разрывая хрупкую магию момента.

Стефани резко пришла в себя, отстранилась и, сбиваясь с дыхания, попыталась собраться. Они неуклюже выбрались из шкафа, словно два смущённых призрака, вырвавшихся из заточения.

Лена, наблюдавшая за всем этим, невольно задержала взгляд на Стефани. Её глаза, обычно ясные и уверенные, сейчас были полны растерянности. И тут Лена заметила:

— СТЕФАНИ! У тебя помада смазана.

Стефани неуверенно посмотрела на неё, в её взгляде читались и смущение, и лёгкая паника. Нейт лишь усмехнулся, провёл рукой по волосам и спокойно вернулся на своё место, будто ничего особенного не произошло.

— Лена, крути! — весело скомандовала Элли.

Лена неуверенно подошла к бутылке. Её пальцы, украшенные аккуратным молочным френчем, слегка дрожали, когда она закрутила её. В воздухе повисло напряжение, а затем бутылка остановилась, указав на Эрика.

    В душе Лены вихрем кружились противоречивые чувства. Смятение, тревога, едва уловимое волнение — всё смешалось в один пульсирующий комок где‑то под рёбрами. Она невольно взглянула на Эрика: его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мерцала странная искра — то ли раздражения, то ли затаённого интереса.

Собрав всю волю в кулак, Лена сделала шаг вперёд — уверенно, почти дерзко. Эрик последовал за ней, и его тёплая ладонь мягко легла на её талию, словно ненавязчивое напоминание о близости. В тот же миг Элли с торжествующим хлопком захлопнула за ними дверь, отрезав от внешнего мира.

— Так, следующая пара! Таймер пошёл! — её голос прозвучал словно сигнал старта, и в тесном пространстве шкафа воцарилась напряжённая тишина.

За дверью Стефани нервно постукивала ногтями по полу. Каждый удар отдавался в её сознании, словно метроном, отсчитывающий мгновения. Ей отчаянно хотелось заглянуть внутрь, увидеть, почувствовать, что происходит за этой тёмной дверцей. Любопытство жгло изнутри, заставляя сердце биться чаще.

Внутри шкафа

Тесное пространство окутало их полумраком, пропитанным запахом старого дерева и едва уловимым ароматом духов Лены. Воздух казался густым, почти осязаемым, словно каждая молекула была насыщена напряжением.

— И что мы будем делать? — с лёгкой, почти насмешливой ухмылкой произнёс Эрик, его голос звучал приглушённо в этой замкнутой тишине.

— Лично я собираюсь просто сидеть. Ты — как хочешь, — ответила Лена, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Внутри неё бушевала буря: страх смешивался с необъяснимым предвкушением, а сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно за пределами шкафа.

— Как хочу? Значит… — Эрик резко повернулся к ней, и в следующее мгновение Лена ощутила, как её прижимают к холодной дверце шкафа.

— Что ты творишь?! — вырвалось у неё, но голос прозвучал тише, чем она рассчитывала. В груди сжалась пружина тревоги, но где‑то на краю сознания теплилось странное, пугающее любопытство.

— Ты же сказала — делай что хочу. А это… — он сделал паузу, и его дыхание коснулось её щеки, — это именно то, чего я хочу прямо сейчас.

Его губы впились в её с неожиданной страстью, словно пытаясь выхватить из неё ответ, которого она сама ещё не знала. Лена инстинктивно попыталась оттолкнуть его, но быстро поняла, что это бесполезно. Её сопротивление растаяло, как лёд под тёплым солнцем, и она ответила на поцелуй, позволяя себе утонуть в этом вихре чувств.

Эрик продолжал целовать её, его руки крепко держали её за талию, будто боясь, что она исчезнет. Воздух становился всё более разряженным, и когда они наконец отстранились, оба тяжело дышали, словно пробежали марафон.

— Ты что творишь?! — снова прошептала Лена, но в её голосе уже не было прежнего возмущения. Только растерянность и смутное желание продолжить.

— Ч‑ч‑ч… — Эрик мягко приложил палец к её губам, его глаза блестели в полумраке. — Дай насладиться моментом.

И он снова поцеловал её, на этот раз медленнее, нежнее, словно пытаясь запомнить каждую секунду.

Вне шкафа

— ВРЕМЯ ВЫШЛО! — резкий голос Элли разорвал магическую пелену, окутавшую их.

Они отстранились, всё ещё тяжело дыша, их взгляды встретились в темноте, пытаясь прочесть друг в друге то, что не смогли выразить словами.

— А ещё… — Эрик слегка улыбнулся, его голос звучал чуть хрипло. — Знай, что то, что ты сказала… это взаимно.

Дверь шкафа распахнулась, впуская поток света и шум внешнего мира. Лена вышла, чувствуя, как её щёки пылают, а сердце всё ещё бьётся в бешеном ритме. Она украдкой взглянула на Эрика — его лицо оставалось спокойным, но в глазах всё ещё таилась та самая искра, которая заставила её сердце дрогнуть.