Глава двадцать первая

Антон ненавидел утро. Оно напоминало о том, что у ночи есть конец и нужно вновь как-то справляться со своими мыслями. Сигареты и вовсе перестали заглушать голоса, оставляя только такую бесполезную зависимость. Первая кружка кофе, после которой следует вторая, но тревога не исчезает. Сообщение всё также висело в телефоне, и шатен не осмелился его удалять.

– Ты чего встал в такую рань? – на кухню, где сидел шатен, вошёл дедушка. Было заметно, что ночные гости его потревожили: круги под глазами, усталый вид. Антон почувствовал укол совести, внушая себе, что это нужно было сделать ради брата.

Но теперь дедушка знал о том, что мать пыталась от него скрыть многие годы. Такое сложно переварить за ночь.

– Не спалось. А ты чего встал? – Антон из-под кружки поглядывал за тяжелыми действиями старика. Дедушка всегда был самостоятельным, а после смерти жены он вообще перестал просить о какой-либо помощи, подставляя своё плечо в нужное время. В свои годы он всё ещё работал, встречался с друзьями и наслаждался небольшими путешествиями летом.

– Да так же, всё пытался осмыслить услышанное, – подтвердил догадки шатена, и Антон тяжело выдохнул, спиной прислоняясь к спинке стула и вытягивая ноги под столом. Следя за чужими махинациями с кофеваркой, парень произнёс:

– Ты же понимаешь, что твоей вины ни в чем нет? Это было решение матери.

– Но я решил не замечать происходящего. Я не слепой, Антон. Я просто решил не лезть, ведь ваша мама ничего мне не говорила, – сердце больно кольнуло от признания, но Антон сразу же отставил все мысли – ему никто ничем не обязан.

– Тогда просто пообещай, что приглядишь за Тимуром, – Антон встал из-за стола, убирая кружку в раковину и взглянул в серые глаза дедушки, в которых читался вопрос. – Я не хочу, чтобы он находился дома рядом с пьяницей, но кто-то должен присмотреть за отчимом.

Дедушка дёрнулся от услышанного слова. Перед людьми Антон называл отчима отцом. Он играл роль хорошего сына, рассказывая, как ему повезло с семьей. И окружающие глотали его ложь. Порой Антон задавался вопросом: он такой хороший манипулятор или люди не хотят видеть очевидного?

– Хорошо. У меня есть запасные ключи на тумбочке возле обуви. Возьми их. И если что, звони, – пояснил дедушка, кладя ложку сахара в кружку с кофе и помешивая его. Антон лишь кивнул, направляясь к выходу. Сегодня он собирался пойти в школу, перед этим заскочив к Егору. Они давно не виделись. Наверное, с момента встречи в палате Дмитрия.

***

– Давно тебя не видел, – Егор слегка улыбнулся, впуская Антона к себе. – В последнее время происходит что-то из ряда фантастики.

– Согласен, – кивнул Антон, разуваясь и вальяжно входя на кухню, где Егор готовил завтрак. Как давно они вот так просто встречались утром? Как давно Антон мог позволить себе спокойно выдохнуть, находясь рядом с кем-то?

– Я готовлю блинчики. Будешь? – Егор достал две тарелки, не дожидаясь ответа друга, но шатен лишь согласно кивнул. – Кстати, мы же сегодня идём в школу?

– Похоже на то...

– Учителя наседают. Я их могу понять – осталось менее чем полгода на подготовку. Только вот я до сих пор не решил, что делать с поступлением, – голос Егора под конец стих, а прозрачно-голубые глаза уставились на шатена. – А ты... Ты знаешь, чем займешься?

Антон молчал, поджав губы. Знал ли он? Смыслом его последних лет жизни было выживание, забота о брате и о друзьях. Хреново он с этим справился, конечно.

– Понятия не имею.

Егор на это добродушно хмыкнул, накладывая еду в тарелки и ставя их на стол. Антон заметил, что Егор чуточку изменился. Будто стал более расслабленным. Казалось, он уже и забыл, когда видел его улыбку, а сегодня в чистых, будто ясное небо, глазах отображалась искра. Совсем маленькая, еле заметная простым человеком, но Антон не мог не заметить.

– Егор, что-то изменилось в последнее время?

Голубоглазый одарил шатена пронзительным взглядом, после чего взял в руки вилку с ножом, отрезая кусочек блина.

– Давай есть.

***

Уроки шли довольно медленно. В перерывах парни выходили покурить и посидеть в тишине. За весь день они мало разговаривали, перекидываясь незначительными фразами. Учителя дёргали по каждому вопросу, так как оба были в учёте «должников». Антон успел получить одну четверку по математике и пять по английскому, пересказав недавно прочитанную книгу. Несмотря на прогулы, парень хорошо понимал математику и иностранные языки. Ему также легко давалась история и литература, но учителя не особо его любили из-за прогулов, что влияло на его желание вообще приходить на урок.

Антон собирался сдавать математику, литературу, историю и английский и совсем не понимал, для чего ему эти предметы. Он даже не был уверен, что учителя подпустят его к экзаменам, но разбираться с этим Антон не собирался. Не сегодня.

И вот уроки закончились. Антон сидел на ступеньках у чёрного входа, затягиваясь очередной сигаретой, после чего услышал скрип двери и лёгкие шаги. Рядом кто-то сел и повернув голову в сторону пришедшего человека, шатен встретился с ярко-голубыми глазами девушки.

– Ты не изменяешь своим привычкам, – улыбнулась Оксана, подперев подбородок рукой и кладя локоть на колено. Антон ухмыльнулся, сощурив глаза. Ветер легонько раздувал его кудри в разные стороны, оставляя на голове бардак. Сигарета почти потухла, и парень еле сдержался, чтобы не достать вторую. Взглянув на девушку, которая ждала от него какого-то ответа, Антон хриплым голосом произнес:

– Не изменяю. Как и ты. Чем могу помочь?

Девушка вытянула ноги, поднимая взгляд на ясное небо. Погода сегодня была солнечной, без единого облачка, лишь лёгкий ветер. Ей нравились такие дни – хотелось выйти на улицу и искать сюжеты для истории, а после писать, заняв место у окна в своём любимом кафе. Оксана не могла писать в дождь – он пах меланхолией, от которой тело становилось тяжёлым, как и веки. Хотелось спать, забывшись в музыке. И все рукописи, все статьи и интервью оставались нетронутыми. Девушка решила, что сегодня по полной займётся работой.

– Мне очень понравились твои фотографии. Ты и сам знаешь, что у тебя отлично получается. На следующей неделе в университете будет проходить выставка, в которой будут участвовать все школы Питера. Я хочу написать об этом, да и о некоторых работах. Поможешь с фотографиями? – в глазах девушки было столько надежды, что Антон не мог ей отказать. Да и он сам подтолкнул девушку к подобной деятельности. Он и не думал, что те сказанные слова и правда так повлияют на неё. Это вызывало уважение и страх одновременно – сила слов сильнее, чем людям кажется. Они могут как построить, так и разрушить.

– Я не против, – дел у него не было, да и фотография как-никак помогала отвлечься от всех мыслей.

– Отлично, я напомню тебе на следующей неделе! – подскочив на ноги, девушка быстро накинула чёрный мешок на плечо и направилась к двери, которая резко открылась, тем самым чуть не сбив Оксану.

– О, и ты тут, – Егор ничуть не удивился, встретив обоих тут. Это место было магнитом для одиноких людей. И для душевных бесед. Даже если эти люди и не были друзьями.

– Я уже ухожу. Спасибо за цветы! Они были прекрасны! – улыбнулась Оксана, проскакивая мимо парня и оставляя их вдвоём.

– Цветы? – удивлено выгнул бровь Антон, смотря на друга снизу вверх. Егор дёрнул плечом, предпочитая оставить эту тему, после облокотился о перила ступенек, вытаскивая пачку сигарет. Пальцы рук дрожали от напряжения – ему хотелось поговорить с Антоном. Только вот от мыслей, что именно он собирается рассказать, становилось дурно. Несмотря на их дружбу, Антон был своенравен, отчего было сложно предугадать его реакцию. Егор и сам до сих пор не мог понять ту картину, которая складывалась у него в голове.

– Что-то произошло? – первый поинтересовался Антон, внимательно следя за тем, как морщинка на лбу друга углубилась. Егор действительно не знал, как начать разговор. – Мы друзья, не забывай.

Повернув голову в сторону шатена, голубоглазый долго всматривался в чужие черты лица, пытаясь найти мельчайший знак на ложь, но Антон не врал – Егор был важен ему. Искренне. Тяжело выдохнув, голубоглазый горько улыбнулся:

– Кажется, у меня есть чувства.

И эта фраза стала фатальной, разрушая ледяной образ парня. Антон не выглядел ошеломлённым. Скорее, ему было сложно поверить в то, что это сказал именно Егор, но в глазах того действительно пробегала искра, разрушающая эту ледяную стену между им и целым миром.

– И кто этот человек? – сипло, почти шёпотом поинтересовался Антон, не спуская взгляда с морщинки на лбу, которая мгновенно сгладилась, а губы застыли в полуулыбке: мечтательной, будто ребёнка, что увидел давно желаемую игрушку. Или, скорее, человека, по которому скучал долгие годы – и вдруг тот появился.

– Эдуард... Друг Арсения. Только не думаю, что он по-настоящему воспринимает меня, – на последнем слове Егор выдохнул дым из лёгких, вновь затягиваясь сигаретой. – Он поцеловал меня.

– Тогда с чего ты решил, что это не всерьёз? Не думаю, что парень будет целовать парня просто так. Всё-таки наше общество довольно закрыто к подобному, – нахмурился Антон, сам же не веря в свои слова – он переспал с Арсением просто так. Просто из-за прихоти. Не было ни намека на отношения. Только азарт с его стороны и желание забыться со стороны Антона.

– Ты прав, но после того он просто исчез. Мне даже начинает казаться, что это все было миражом – моё собственное воображение, решившее сыграть со мной, – пояснил Егор. В его голосе слышались нотки печали, что вновь удивило Антона.

– В таком случае, у тебя остаётся два выбора: первый – забыть его. Возможно, это будет тяжко, но, если ты считаешь, что шансов никаких – стоит сразу расставить все точки. Второй вариант – самому сделать шаг навстречу. Поговорить и выяснить все, что тебя тревожит. Так как думаешь, Егор? Какой выбор для тебя более подходящий? – Антон всё же достал вторую сигарету, позволив Егору обдумать ситуацию. Шатен был уверен, что друг сделает правильный для себя выбор, ведь, в отличие от Антона, который страдал диссоциацией эмоций, Егор был неразрушим, будто скала. Хотя, человек не может быть неподвижен – каждый имеет чувства. Егор лишь был более рациональный. Он не страдал желанием уберечь всех, тем самым навредив себе. Он страдал, но по-другому.

Антон был не в силах помочь другу, но, если Эдуард смог проломить этот небольшой кусочек ледяной стены, Антон надеялся, что он сможет полностью растопить ее.

– Ты прав.

Кивнув, Егор выкинул окурок на землю, затоптав его ботинком, после чего направился в сторону выхода школы, оставив Антона одного с сигаретой.

– Вот ведь, неожиданно, – улыбнулся шатен, доставая свой телефон и открывая контакты. При виде имени Арсения в горле застыл ком, но он решил ещё раз попробовать дозвониться ему. Только и в этот раз абонент был недоступен. В сердце парня затаились сомнения. Он хотел попробовать вновь, но его попытки прервал звонок и высвеченный номер отчима. Пальцы рук дрогнули – и всё тело покрылось дрожью. Антон хотел сбросить и заблокировать. Хотел... Только вот интуиция подсказывала, что что-то не так, и парень поднял трубку, сдерживая злость, сжав зубы.

– Слушаю?

– Здравствуйте, вы знакомы с человеком по имени Андрей Шастун?

***

Арсений сидел на лекциях как призрак. Ручка ни разу не была тронута, а листки бумаги так и остались пустыми несмотря на то, что на лекции им рассказывали много информации, которая могла пригодится во время экзамена. Эта ночь была одной огромной ошибкой, которую Арсений так и не смог разобрать. Он чувствовал себя виноватым, но не мог понять причину. Мысли так и возвращались к Антону, который сам же исчез в очередной раз. И кто Арсений такой, чтобы постоянно гнаться за уличными котами? Хоть он и был уверен в том, что способен приручить его, но он не учел всей ситуации, что повернула все шансы против него.

Антон не был просто брошен. Он был использован. Его чувства были уничтожены. Его улыбка была убита близкими. Кто Арсений такой, чтобы лезть в подобное? Но сердце так и рвалось к этому ребенку. Желание защитить его росло с каждым разом, как он видел его слёзы.

Но этот кот вновь убегает.

У Арсения чесались руки посадить его в клетку. И он был уверен, что так и поступит в следующий раз. Только ради чего? Как объяснить этот порыв?

Неужто он и правда... Влюбился?

– Да быть не может, – ещё больше нахмурился брюнет, после чего на миг застыл, а в следующую секунду подорвался с места, схватив свои принадлежности и рюкзак, и направился к выходу. Преподаватель остановился на полуслове, с удивлением бросив вдогонку парню:

– Арсений, вы куда?

В ответ получил хлопок закрывающейся двери и тишину в аудитории. Все однокурсники привыкли видеть Арсения холодным и знающим себе цену – картину идеального студента. И сейчас они увидели другую его сторону – ту, о которой даже Арсений не имел понятия.

***

– Мы находимся в квартире Андрея Шастуна. Соседи услышали какой-то шум ночью, после чего решили утром проверить, что случилось, но дверь так никто и не открыл...

Антон еле дышал, перепрыгивая ступеньки. Вся дорога до дома была будто в тумане. И даже когда парень подошел к двери квартиры, замок которой был вскрыт, он не мог четко видеть лица полицейских и соседей. На дрожащих ногах Антон сделал шаг в коридор, где его встретил довольно высокий мужчина с седыми волосами. В его глазах читалось сожаление, но лицо оставалось каменным.

– Антон Шастун? – на вопрос парень только кивнул, чувствуя, как ноги подкашивались, а тело пробирала дрожь. Все слова застыли в горле, а картина собственной квартиры все больше уплывала, теряясь среди черных точек. Заметив состояние парня, полицейский дотронулся до плеча парня, тем самым помогая оставаться в реальности. Смотря шатену прямо в глаза, мужчина тяжело выдохнул. – Мне жаль это сообщать, но мы нашли вашего отца мёртвым. Нам нужно, чтобы вы опознали труп.

Душа Антона свернулась. Тошнота подкатывала к горлу, а слёзы застыли в глазах. Мужчина, придерживая парня, повел его в сторону кухни, где на полу в луже крови лежало тело, накрытое белой наволочкой.

– Покажите, – приказал мужчина другим полицейским, и те сразу же открыли лицо мёртвого. Антон больше не смог устоять на ногах, захлебываясь в слезах. Все тело било будто током, а голос не слушался. Он хотел кричать. Спросить, что это за бред. Сказать, что это глупый розыгрыш, но мёртвое лицо отчима говорило об обратном.

– Мы думаем, что это был сердечный приступ, после которого он упал, разбив себе голову... – говорил мужчина, а Антон не мог его слушать. Не мог...

– Это моя вина... Моя...

– Антон? – знакомый голос позвал его, но парень никого больше не видел. Ничего не чувствовал.

– Я не приехал... Это все я...