Глава 16: «Холодные тени, ч.1»

Добравшись до дворца, Леголас спрыгнул с Солнечного Света у самого порога, в спешке бросая его там. Торопясь попасть к королю раньше, чем та служанка, что пряталась в лесу около поляны, его совершенно не беспокоило, кто мог бы увести его коня обратно в его стойло. Кому было известно, насколько хорошо эта эльфийка знала дворец и его тёмные коридоры? Конечно, она была из лесных эльфов, живших при дворе, что нисколько не убавляло тревоги. Но надежда на то, что она знала только ходы нижних этажей, мелко теплилась внутри.

Быстро поднимаясь по, казалось, тысячам лестниц, которые должны были привести к кабинету короля, Леголас еле услышал ржание другой лошади на подъездной дороге поверх своего чрезмерно быстро и сильно бившегося сердца. И он точно понимал, что это не могла быть Мор, цокота копыт которой даже отдалённо не было слышно за Солнечным Светом ещё на большой дороге.

По обе стороны от двери в кабинет лесного короля стояли два стража, а по другую сторону были слышны голоса нескольких эльфов. И как только Леголас сделал несколько шагов вперед, они одновременно сделали один ему навстречу, преграждая путь к двери.

- Отойдите. Мое обращение к королю не потерпит отлагательств, - Леголас старался звучать как можно увереннее и серьезнее, хоть и бегающие из стороны в сторону глаза выдавали его тревогу.

- Его Величество велел никого не пускать, - сказал один из стражей, чуть двинувшись ближе к другому, закрывая собой дверь, когда Леголас сделал еще один шаг к ним.

- Вы оба знаете, кто я такой... И что я бы не стал беспокоить короля без нужды или веской на то причины, - кончики его ушей задергались, пытаясь услышать шаги среди всех эльфов замка нужной служанки, а пальцы рук начало потряхивать от беспокойства и даже страха, которые нарастали все больше и больше с каждой секундой промедления.

- Gihena, nîn ernil Laegolas, dan em alpid le badnedh, (<син.> Простите, мой принц Лаэголас, но мы не можем Вас впустить) - лишь ответил все тот же страж. - Слово короля стоит выше Вашего, Ваше Высочество, - с большим холодом закончил он и отошел обратно к двери.

И он был прав. Больше не было слов, которые позволили бы ему войти. И даже если бы они были, то не помогли. Леголас отошел назад, прислушиваясь к тому, что происходило в стенах дворца, к каждому шагу, но ни одни из них не следовали к кабинету короля. Думая, что еще он мог сделать. Уж точно не применять силу, когда против стояли два вооруженных стража, а у него за спиной только мелкие листья и трава с поляны.

Леголас был бессилен, пока король был по другую сторону двери. Но и уходить нельзя было. Если было бы нужно, он мог простоять хоть несколько дней у порога, не двигаясь в сторону своих покоев даже на малейший шаг, в ожидании момента, когда король смог бы выслушать его.

Голоса по другую сторону стали намного громче, и любой проходящий мимо мог бы узнать, что люди из Эсгарота пытались сплавиться вверх по реке Лесная в Эрин Гален. Но на секунду все замерло, и кабинет погрузился в полную тишину. А после дверь внезапно открылась, и за королем, который вышел первым, следовали одни из блюстителей той части леса, что была ближе всего к людям. Трандуил на мгновение взглянул на Леголаса, но тут же вернулся к обсуждению Эсгарота.

- Ваше Величество, - сначала замешкавшись, а после выпалив слова, надеясь привлечь внимание, Леголас пошел вслед за эльфами. - Нам нужно поговорить.

- Не сейчас, - не посмотрев в его сторону, посреди разговора со стражами бросил Трандуил и сразу же вернулся к обсуждению.

Но нужно было сейчас и плевать на людей из Озерного города. От того, что Трандуил мог просто уйти, что эта гадкая служанка могла найти его после и рассказать всё, в горле начал нарастать ком, из-за которого становилось трудно дышать.

- Мой король, прошу, - но ответа не последовало. Становилось тошно от того, что даже один из эльфов, который следовал за Трандуилом, бросил взгляд на идущего за ними Леголаса. Но не сам король, который был уж очень сильно погружен в "проблему", которая уже не в первый раз за последнюю сотню лет появлялась.

Леголас не заметил, как остановился. Он просто стоял посреди коридора, смотря как Трандуил уходит, не зная, как он мог его остановить. Леголас опустил голову и пождал губы, закрывая глаза. Отвратительное щемящее чувство заполняло все внутри, вытесняя любые мысли и решения, которые могли бы помочь.

Единственная мысль, которую ничто не могло затмить, которая стояла живой фигурой перед глазами, болью отдавалась в сердце, заставляя сильнее сжимать веки до самых ярких звезд. Он не мог себе позволить подвести Элотиэль. Только тот мимолетный страх в её голосе, ещё на поляне, уже заставил руки биться в мелкой дрожи. И он даже представлять не смел, что могло бы с ней случиться, если все раскрылось бы из-за одной служанки. Но Леголас не мог остановить короля.

Он поднял глаза на удалющуюся фигуру с лишь одной надеждой на то, что единственное слово, пришедшее на ум, помогло бы его остановить.

- Adar...

Да, он не мог остановить короля. Но мог отца, который замер на месте, услышав полный безысходности голос сына.

Хватило только одного движения руки короля, чтобы эльфы, которые стояли в том коридоре, ушли. Даже стражи, которые не имели права покидать его, не смели ослушаться. В считанные секунды Трандуил и Леголас остались одни и также быстро оказались в кабинете короля за закрытой от остальных, от чужих глаз и ушей, дверью.

Тишина, казалось, не имела понятия о времени и могла продлиться между ними столько, сколько было ей угодно, остаться с ними до самой ночи, но пытливый взгляд Трандуила не позволил ей этого сделать.

Собрав всю уверенность и решительность, которые были так нужны в тот момент и столько, сколько не было скрыто тяжестью переживаний, в одном вдохе, Леголас заговорил.

- Нужно расторгнуть помолвку, - смотря отцу прямо в глаза, сказал он.

Тихий ужас, которым тут же стало испещрено лицо Трандуила, наполнил своей густотой кабинет.

- Могу ли я узнать, почему? - задал вопрос Трандуил. Твёрдо, как никогда раньше, и одновременно с этим со страхом чего-то ускользнувшего из его поля зрения. Страхом, который мог почувствовать даже Леголас. - Тем более, после того количества времени, которое они здесь провели, - и из-за этого "они" было невозможно понять, говорил он о четырёх эльфах, которые всегда прятались где-то в тенях дворца, или о принцессах, которых старались окружить как можно больше дам.

- Я не могу жениться на ней... - он не успел договорить, как Трандуил перебил его.

- И без этого разглагольствования было понятно, что "не можешь", - он был точно раздражен, учитывая количество издевки, которую только мог вложить в свои слова. - Мне нужна причина.

Но для чего именно? Чтобы сказать, что эта причина слишком мелочна для таких крайностей? Или что-то внутри не давало спокойствия из-за беспокойства и безнадеги в глазах сына?

- Есть другая, от которой я не могу отказаться из-за какой-то договорённости, - он не обращал внимания на то, с каким холодом говорил это. Как пренебрежительно относился не к просто договору, а к собственному отцу, рука которого была к этому приложена.

- И с какого момента появилась эта другая? - лишь для того, чтобы узнать как можно больше и могла ли это быть выдумка, спросил Трандуил. Он видел только дважды как Леголас прогуливался с принцессой, но, тем не менее, в компании кого-либо другого он не был замечен, что не могло не вселять сомнения.

- С момента её первого появления здесь. С первого мелко брошенного и открытого взгляда... С момента первого касания и танца, - взгляд Леголаса был полон смиренности. - Im melin hîn...

- Не стоит говорить того, чего может и не быть, - более серьезно, обратив внимание на слишком откровенное выражение, сказал Трандуил.

- Но я знаю это точно, - проговорил Леголас, прикладывая ладонь к сердцу. - Вот здесь... В мыслях, которые она заполняет собой каждый день. Даже во сне, когда ее не может быть рядом, ее дух чувствуется сильнее, чем что-либо.

С каждым новым словом черты лица Трандуила все больше смягчались от ощущений, которые накрывали Леголаса. И который даже не замечал этого, погружаясь все глубже в чувства, которые вызывал малейший намек на присутствие Элотиэль. Да, ее не было в кабинете короля, но благодаря словам она будто стояла прямо за ним, успокаивая сердце своим тихим дыханием и невесомым прикосновением, которые раньше будоражили его до кончиков ушей.

- И в ее чувствах я уверен не меньше, - Леголас ступил чуть ближе к отцу, чувствуя в этом сильную необходимость. - Я был бы полнейшим идиотом, если бы говорил это, не зная, что происходит с ней. С ее нежным сердцем, как оно бьется быстрее от одного разговора. Какая дрожь бьёт в ее маленьких руках, когда только прикосаюсь к ней.

Между ними повисла тишина, в которой витали попытка понять и надежда на понимание. Они смотрели друг на друга, стараясь узнать, угадать, насколько сильно это затрагивало чувства одного и насколько получилось объяснить это другому.

- С первым ее появлением здесь? - необычно мягко переспросил Трандуил, уже видя ответы на все свои вопросы в глазах Леголаса. После короткого кивка Леголаса, Трандуил опустил глаза, практически точно зная, кто эта другая. Но все ещё сомневаясь.

- И танцем, которого она не должна была мне давать, - сказал Леголас, ощущая кончиками пальцев, как напряжение между ними почти сошло на нет.

Больше не было смысла прятать её имя за чувствами. Недовольство отца, уже не осязаемое в каждом уголке кабинета, сменилось милосердием, от которого хотелось сказать намного больше.

- Sen aranel Elothiel, adar. Ar baw mîn pâdt. (<син.> Это принцесса Элотиэль, отец. И никто другой.)

Трандуил лишь коротко кивнул, отводя взгляд в сторону на свечу, которая не была потушена перед уходом и уже почти догорела. Думать о решении не было необходимости. Оно было сказано самым первым, когда они только начали этот разговор. Нужно было думать о том, как это преподнести другому королю. Нужны были слова, которые нельзя было получить за минуту размышлений.

- И последнее, - проговорил Трандуил. - Почему только сейчас ты решил мне об этом рассказать?

- Я боялся, - просто сказал Леголас, потому что нельзя было говорить правду. Нужно было врать о том, что ему было не до этого разговора не из-за слишком сильным увлечением даже тенью принцессы, а из-за страха. 

- Можешь идти. 

Но Леголас не двинулся с места, ожидая ответа на просьбу. И получил еще один одобрительный кивок, после которого поклонился и покинул кабинет короля. На пути к выходу из дворца встретилось столько эльфов, сколько не шли ему навстречу ни в один другой день. Жизнь во дворце шла своим чередом, что не могло не радовать, с учетом перемен, которые вскоре должны были прийти в Эрин Гален.

Оставалось дождаться только вечера, когда никого не будет рядом, чтобы можно было прийти к Элотиэль, успокоить ее, унять тревогу, которую обрушила на них какая-то служанка. Он скрылся в тени деревьев, там, где можно было укрыться от чужих глаз ни на один день, ожидая, когда придет нужное время.

И как только солнце зашло за горизонт, Леголас отправился обратно во дворец, прячась в тёмных коридорах, по которым прогуливался северный лорд Фородндил. Эльфов было намного меньше, но стражей, которые обходили дворец, было невозможно избежать. От них можно было только скрыть лицо под капюшоном, хоть и рано или поздно его могло сорвать ветром, который начинал гудеть в щелях под дверьми.

Пройдя последний поворот до покоев Элотиэль, Леголас остановился и прислушался. На входе могли стоять ее эльфы, в мыслях которых могло бы и не быть и малейшего желания впускать его на порог ее покоев в столь позднее время. Но никого не было. В коридоре стояла полнейшая тишина, даже ни единого намека на их разговоры за дверьми.

Он поправил капюшон, сильнее натянув поверх волос, и тихо постучал. По другую сторону послышались тихие, но быстрые шаги, и дверь медленно открылась. Бросив взгляд вдоль коридора, чтобы удостовериться, что на этот раз никого точно не было, Леголас вошёл, закрывая за собой дверь.

В канделябре на столе горела только одна свеча, освещая собой самую малую часть комнаты, практически только сам стол, оставляя всю остальную часть покоев в темноте. Но даже при таком плохом освещении Леголас увидел весь тот ужас, который пронизывал лицо и глаза Элотиэль. Она, как и он, была все в той же одежде с поляны, только ее платье было в большем беспорядке. Практически в таком же, как и в момент их расставания.

Она ожидала самого наихудшего, томясь в комнатах с самого возвращения. Когда Элотиэль оказалась перед дворцом служанка уже была там. Лошадь, на которой та ехала, одиноко плелась по дороге в сторону конюшни. Как она могла узнать, кто первым настиг короля, если ей было сказано по возвращении закрыться в своих покоях?

Смотря на Леголаса, Элотиэль не могла выдавить из себя и слова. Она поджала губы, боясь, что за тишиной, которую он только ухудшал, могло последовать притворение её страха в явь.

- Il mae, Eloth, (<син.> Все хорошо, Цветочек) - успокаивающе проговрил Леголас, подходя ближе к ней и беря за руку. - Я был первым... Я всё рассказал отцу.

Элотиэль чуть отшатнулась в сторону и нахмурилась. Что он рассказал? Нет, он не мог быть настолько глуп, чтобы рассказать всё, даже не смотря на то, что им обоим пришлось испытать.

- Я сказал ему только о своих чувствах, Цветочек, - он слабо улыбнулся, стараясь унять тревогу, которая с большей силой заискрилась в её глазах. - И что помолвлен не с той принцессой, - Леголас опустил ладонь её щеку, нежно поглаживая её большим пальцем.

- Король собирается расторгнуть...? - но она не успела договорить, как Леголас кивнул.

И этого было достаточно, чтобы спокойно выдохнуть. Если один король понял, то и второй смог бы.

Оставив легкий поцелуй на ее макушке, Леголас протянул Элотиэль ближе, прижал к себе, забирая последнюю дрожь, от отсутствия которой успокаивалось и его сердце.

- Надеюсь, они смогут прийти к мирному соглашению, - сказала Элотиэль. - Мой отец будет явно недоволен...

- Все будет хорошо, - снова повторил Леголас. - А если и нет, - он поднял её лицо, чтобы видеть её глаза. - Я не позволю этому затронуть тебя. Вся вина, чтобы они не думали, всё равно на мне. Если бы я не пошёл в тот вечер на шум...

- Молчи, - перебила его Элотиэль,  надавливая на носок его сапога.

Когда она хотела прижаться к нему ещё сильнее, почувствовала как его хватка ослабевает. Леголас чуть отошел назад и посмотрел в ее непонимающие этого глаза.

- Нужно идти, Цветочек, - проговорил Леголас, обернувшись на дверь. - Пока кто-нибудь снова все не разрушил.

И, оставив смазанный поцелуй на ее губах, покинул покои. Но даже этих нескольких минут его присутствия хватило Элотиэль для чувств, которые были скованны несколько месяцев страшной тайной. Для чувства свободы и крохотного, своего счастья, затеплившиеся внутри. В тот момент они оба чувствовали себя свободными, даже не думая, что-то еще могло произойти за тот день.

Что-то свилось за спинами каждого из них, намереваясь поймать и опустить на дно. Но нужно было немного времени. Меньше недели на ответное письмо, которое будет предназначено даже не изначальному отправителю.

05.05.2025г.