Глава 12

12. Казуя Каменато

Каменато заметил, что Кэрри вышла из кабинки. С тех пор, как он узнал в одном из гостей детектива Ишикаву, он ошивался где-то поблизости. Когда волна удивления схлынула, Каменато стало любопытно, как Ишикаве удалось узнать об этом месте и заполучить приглашение. Да еще и так быстро, ведь они виделись меньше недели назад.

— Казуя, можно тебя на минутку, — позвала его Кэрри. — Там клиент тебя спрашивал, хочет портрет, сделаешь?

— Я же не участвую в шоу, что ты ему сказала? — спросил Каменато, поражаясь, как быстро Ишикава сообразил про вип-кабинки.

— Сказала, что ты прекрасно рисуешь, — ответила Кэрри. — И знаешь, прекращай вести себя так заносчиво. Может, клиенты и не замечают, но я видела твои ухмылки. Я здесь уже очень давно и знаю, к чему это может привести. Здешняя публика не любит, когда им говорят «нет», или когда на них смотрят свысока такие, как мы.

Вот только наставлений Каменато и не хватало. Почти с первого дня, как Каменато появился в клубе, Кэрри, видимо, вбила себе в голову, что должна взять над новичком шефство. А может, она всем новеньким помогала советами, но пока крайним был именно Каменато.

— И что они мне сделают? Денег предложат? — усмехнулся Каменато.

— Денег они предложат за положительный ответ, — многозначительно ответила Кэрри. — А за отрицательный воспользуются другими методами. И тебе они не понравятся.

— Подожди-ка, — Каменато пропустил все слова Кэрри мимо ушей. — А сколько лет ты здесь работаешь?

Но Кэрри остановила его нетерпеливым жестом.

— Я могу подождать, а вот клиент — нет, иди уже, — сказала она и скрылась в служебном помещении.

Каменато закатил глаза, он не хотел идти. Конечно, его мучило любопытство, но Ишикава был здесь в качестве клиента из Элиты, и это как-то напрягало Каменато.

И все же он нашел альбом, карандаш засунул за ухо, как порой сигаретку — ведь он шел вроде бы для того, чтобы рисовать. И вошел в кабинку к детективу Ишикаве. Он не смотрел на него, когда садился напротив и раскрывал альбом. Но поднял глаза, когда спросил: — Значит, вы хотите портрет?

— Да, — лаконично ответил Ишикава. И усмехнулся. — И желательно, чтобы рисовали не по моей физиономии. Сможешь?

— Если ты, вы не заметили, я уже не рисую на улице, — процедил Каменато, так и не определившись, как ему называть детектива. Как клиента из Элиты или как того, с кем у него было соглашение «услуга за услугу».

— Это радует, — серьезно ответил детектив. — Как быстро ты нашел это место? Как тебе удалось сюда устроиться? Это из-за твоих талантов или...

— Да, из-за них, — перебил Каменато. — Где, по-твоему, должны работать такие, как я?

— Но если ты пришел сюда работать, почему о твоих талантах никто не знает? — удивился Ишикава.

— Кому надо, тот знает, а гостям знать не обязательно. Это пугает не только тебя, знаешь ли, — не очень вежливо пояснил Каменато, не отрываясь от рисования.

— Меня это не пугает, — сказал Ишикава. — Но разве это не рискованно? Что если убийца девушки где-то здесь, среди гостей или работников? Ты же видел, что она отлетела, разве это не указывает на кого-то из артистов?

— Ее звали Огава Ким, эту девушку, — произнес Каменато. — И я не уверен в том, что видел, все было слишком туманно.

Каменато работал здесь всего третий день, точнее ночь, но он уже сомневался, что кто-то из артистов стал бы убивать Ким. Был еще один момент в пользу этой версии — в своем видении Каменато ясно видел мужчину и хотя он еще не знал всех участников клуба, телекинезом здесь обладала только Кэрри. Она, конечно, та еще заноза в заднице и доставала его своими советами, но лишь из-за этого он не стал бы зачислять ее в убийцы. Да и на мужчину она никак не походила. Возможно, был еще кто-то с таким талантом, просто Каменато о нем не знал. Но он сможет узнать, если поработает здесь больше времени.

— А клиенты? Думаешь, кто-то из них мог ее убить? — Ишикава прервал его мысли.

— Ты мне скажи, ты ведь в роли клиента из Элиты, должен лучше знать, — огрызнулся Каменато.

Почему-то присутствие Ишикавы вызывало в нем досаду. Мог бы и подольше искать это место, дать Каменато больше времени, чтобы обосноваться здесь. А так выходило, Каменато не сделал ничего особенного. Они почти одновременно вышли на этот клуб и это как-то разочаровывало.

Детектив оказался неплох. Ему помогло то, что он родом из Элиты, без золотого браслета он никогда не попал бы сюда. В каком-то смысле они оба жульничали, каждый на своей стороне: Каменато помогал его дар, а Ишикаве — его золотой браслет. Своеобразная получилась бы из них команда.

Ишикава молчал, но мысли привели Каменато к неожиданному выводу, и он прервал молчание.

— Знаешь, ты, может быть, прав насчет своей сестры. Все, кого, скажем так, приняли в семью, все они из Гетто. Нет никого даже из Миддл-Тауна. Что бы тут делала девчонка из Элиты? Может быть, кто-то подарил ей кулон. Или она нашла его.

— Я не нашел никаких улик — ни подтверждающих, ни опровергающих, — признался Ишикава. — В ее комнате не было ничего особенного, записей с камер давно нет, прислуга сменилась. А я был слишком мал, чтобы запоминать какие-то детали. Я не помню, чтобы в Атсу было что-то необычное, она точно не поднимала вещи взглядом и не зажигала свечи, ну и все в таком духе. Но кулоном этим она дорожила, это я точно помню.

— Я мог бы выяснить, бывала ли здесь твоя сестра, — не поднимая глаз от рисунка, сказал Каменато.

— Но, — Ишикава замялся, прежде чем продолжить. — Что ты хочешь за подобную услугу?

— Пропуск на три года — слишком большая плата, а ведь я не узнал ничего особенного из кулона, не видел лица убийцы. Я все еще у тебя в долгу.

— Но? — Ишикава насторожился, явно ожидая продолжения.

«Наверное, ждал, — подумал Каменато, — что я сейчас загну еще какую-нибудь „плату", похлеще пропуска».

Эта мысль вызвала в нем невольную ухмылку.

— У меня к тебе вопрос, — в итоге сказал он. — Если ты узнаешь, что убийца из Элиты, что будешь делать? Ты же в курсе, что его не посадить и не отправить в Дзигоку, да что там, даже до суда дело не дойдет, никогда.

— Я, честно говоря, не думал об этом. Но мне все равно, я хочу докопаться до правды и тогда уже решать, что делать.

— Ты можешь держать меня в курсе этого дела? — спросил тогда Каменато.

— Это и есть та услуга, ради которой ты готов помочь мне? — Ишикава не спускал с Каменато глаз.

— Да, — Каменато принялся активно заштриховывать нужные места в рисунке.

— Значит, мы теперь коллеги? — уточнил Ишикава. — Я не самый лучший напарник.

— Как и я, — усмехнулся Каменато. — Но другим лучше не рассказывай о нашем договоре. Здесь я всего лишь дворецкий, и гости не должны знать о моем даре.

— О том, что я коп, тоже не распространяйся. В Элите не в курсе, чем я занимаюсь и как жил в Миддл-Тауне.

— Отлично, — сказал Каменато. — Тогда договорились.

— Сегодня я здесь по приглашению друга, но мне не хотелось бы зависеть от кого-то.

Каменато понимающе кивнул. Он достал из кармана визитку, увел одну у Кэрри, и положил перед Ишикавой на стол.

— Там номер телефона, позвони и назови адрес, откуда водитель сможет тебя забрать, покажешь ему визитку, и он доставит тебя сюда. У Кенджи, владельца, эта система хорошо налажена, потом водитель отвезет тебя обратно, ну или куда скажешь.

— Кенджи, он из Элиты? — нахмурившись, спросил Ишикава, но визитку забрал и положил в карман пиджака.

— А по обстановке ты этого не понял? — усмехнулся Каменато. — Никто не потянул бы такой уровень сервиса, не будь у него денег и связей.

— В Гетто, разве здесь не опасно налаживать подобный бизнес? — с сомнением спросил Ишикава.

— В этом-то и смысл, он, конечно, платит местной банде, чтобы они обходили это место стороной, и при этом подмазывает охрану ворот, чтобы никаких задержек в пути не возникало. Но элитным мажорам нравится чувствовать хотя бы мнимую опасность и они готовы платить за острые ощущения. Если ты не заметил, этот клуб не из дешевых, и приглашения сюда получают не все.

— А фамилию его ты не знаешь? — Ишикава явно заинтересовался хозяином заведения.

— У него есть алиби, по крайней мере, в убийстве Ким он точно не виноват, — отмахнулся Каменато. — Савада его фамилия.

— Лучше и его проверить, на всякий случай, — пояснил Ишикава.

Каменато уже все дорисовал, к тому же они и так довольно долго занимали вип-место, это могло показаться странным. Он с сомнением взглянул на рисунок, который нарисовал бездумно, пока они разговаривали, просто чтобы занять руки и быть при деле, если бы кто-то вошел, например, официант. Брать за такое творчество деньги было бы преступлением... против чистого искусства.

— Когда я могу приехать снова? — спросил Ишикава, видимо, тоже чувствуя, что разговор подходит к концу.

— Приезжай дня через три, вряд ли я смогу выяснить что-то раньше, — с сомнением ответил Каменато.

— Хорошо, — согласился Ишикава. — Ты дорисовал?

Каменато взглянул на свой рисунок и с усмешкой протянул его детективу.

Портрет был выполнен в классическом стиле, никакого сходства с граффити, которые Каменато рисовал обычно на стенах. Каменато отметил, что вышло неплохо, он не приукрасил и никак не исказил черты лица Ишикавы — те же серьезные глаза, взгляд задумчивый, плотно-сжатые губы, темные волосы, падающие на плечи, у детектива была привычка запускать в них руку, так что все старания парикмахера, если таковые имели место быть, уходили абсолютно впустую. Вот только напоследок Каменато обвел портрет в рамку и убедительно написал внизу «Разыскивается», вознаграждение за поимку Каменато так и не определил, поэтому оставил это место пустым.

Детектив долго рассматривал потрет, но в конце концов, по губам его скользнула усмешка.

— Очень остроумно, — заметил он, но лист с рисунком не вернул.

— Считай это бесплатным бонусом, за счет заведения, — с улыбкой сказал Каменато. — Увидимся.

Каменато вышел из кабинки, засунув карандаш за ухо. Получалось, что теперь он практически официально работал на полицию или все же просто помогал детективу Ишикаве в благодарность за пропуск? Вообще-то, детектив оказался неплохим парнем, немного у себя на уме, но в целом понять его мотивы не сложно. Да и пока он еще ни разу не нарушил свои обещания, которыми так легкомысленно разбрасывался. Но Каменато смущала одна деталь — что если убийца действительно окажется из Элиты? Против элитных даже Ишикава ничего не сможет сделать, это было ясно, как день. Чего ради копать там, где любой закон и правосудие бессильны? Пустая трата времени и сил. Неужели, работая в полиции уже какое-то время, Ишикава все еще не понимал этого? Но если у Ишикавы, как у копа, были связаны руки, то у выходца из Гетто вариантов мести было великое множество, особенно если сама жертва приезжала сюда. Нет, Каменато не собирался мстить или тем более убивать кого-то — он обходился без этого и уподобляться ублюдкам из банд не собирался — но проучить убийцу, оставив его на улицах Гетто, вверив его судьбу Аканэ... почему бы и нет?

Если убийца из Элиты, а не из клуба, если убийца обычный человек, а не такой же, как Каменато.

После того как Ишикава и его друг, который пригласил его сюда, ушли, Каменато еще раз попытался поговорить с Кэрри, но она всегда была занята, а трогать ее — в прямом и переносном смысле — Каменато не решился.

Придя домой — вымотанный и морально, и физически — он сразу лег спать. И на этот раз уже не видел никаких снов.

На следующий день Каменато пришел в клуб заранее, чего раньше никогда не делал. Он планировал сдержать обещание и выяснить, была ли здесь сестра Ишикавы и что она здесь делала. Он выяснит это, даже если его накроет приступ, ведь это было шестнадцать лет назад. Вряд ли вещи смогут ему что-то показать, однако сидеть сложа руки Каменато не собирался. Впрочем, он оказался не первым, кто пришел в клуб в такую рань — некоторые артисты репетировали перед выступлением. Пришлось Каменато помогать ребятам готовиться и смириться с ролью мальчика на побегушках.

Вечером он встречал гостей, провожая их к столикам, все было как обычно, Каменато уже успел привыкнуть к своим обязанностям. Когда выдавалось свободное время, он выходил покурить через черный выход, тот самый, который и привел его в клуб.

В этот раз к нему вышла Кэрри и заговорила первой. И вскоре Каменато догадался, почему.

— Ты так долго рисовал вчера этого клиента, вы, случайно, не знакомы? — лукаво спросила она.

— С чего бы? Я же не был в Элите, — ответил Каменато, сделав очередную затяжку и выпустив дым в ночной воздух.

Она пожала плечами, скучающее хмыкнула.

— Просто раньше я его здесь не видела. Ну, знаешь, новые лица, — пояснила она, и Каменато разумно рассудил, что она ждет от него каких-нибудь интересных сплетен.

— Он приехал по приглашению друга, сказал, что обязательно приедет еще. А друга его ты видела раньше?

— Возможно, но не часто, по крайней мере, меня в вип-кабинку он никогда не приглашал, — с напускным разочарованием ответила Кэрри.

— Я могу поговорить с тобой, когда будет время? — спросил Каменато, пока она не ушла. Хороший был момент для того, чтобы выяснить у нее что-нибудь полезное, к тому же, когда она не читала нотаций, нравилась Каменато гораздо больше.

Кэрри удивилась, он раньше никогда ни с кем особо не разговаривал. Он видел, как в ее глазах загорелось явное любопытство.

— У меня сейчас перерыв, идем, — она поманила его за собой во внутренние помещения.

Оказавшись в каморке с костюмами, которую они использовали как гардеробную, Каменато замешкался. Он не хотел врать Кэрри, к тому же знал, что она сразу его раскусит, она видела его насквозь, было бы глупо недооценивать ее проницательность. Поэтому решил начать издалека.

— Ты говорила, что работаешь здесь давно, верно? — спросил Каменато.

— Лет с четырнадцати, — ответила она. — В то время Кенджи только открыл это место и искал разных необычных людей, я была одной из первых, кого он нашел. И что ты хотел узнать?

— Тогда, может быть, ты помнишь, приходила ли сюда девушка, ее звали Атсуко. Ишикава Атсуко? — напряжение так и сквозило в его голосе. — Или, может, она даже работала здесь?

Кэрри сузила глаза, молча наблюдая за Каменато.

— И тебе нужно это знать, потому что?.. — растягивая слова, спросила она.

Каменато вздохнул, он ждал подобного вопроса.

— Все дело в том клиенте, которого я рисовал. Я случайно кое-что узнал о нем, точнее увидел, и теперь мне интересно, была ли здесь его сестра, вот и все.

— Тебе просто интересно? — недоверчиво спросила Кэрри. — Ты ни с кем здесь особо не разговаривал все это время и тут вдруг задаешь вопрос о событиях пятнадцати или шестнадцатилетней давности только потому, что тебе «просто интересно»?

Каменато снова вздохнул. Он думал, будет проще, но с ее доводами не поспоришь.

— Я мог бы узнать все другим способом, но это было так давно, что меня наверняка накрыло бы сильным приступом или ты отправила бы меня на луну, — сказал он.

— Я отправила бы тебя дальше, и неизвестно, от чего тебе было бы хуже, — согласно кивнула Кэрри и скрестила руки на груди.

— Но я решил, что лучше прямо спросить, чем нарываться на полет, — продолжил Каменато.

— И это правильно, — сказала Кэрри. — Но ты все еще недооцениваешь мои умственные способности, если думаешь, что я не спрошу, зачем тебе нужно знать события тех далеких лет.

— Ее убили, — ответил Каменато. — Атсуко Ишикаву убили, почти так же, как и Ким недавно. Я просто хочу узнать, не связаны ли эти две смерти. Ты сама не хотела бы узнать, нет ли среди клиентов или даже работников убийцы? — спросил Каменато.

— Если б меня спросили, что я думаю о клиентах, я бы сказала, здесь каждый второй тянет на убийцу, — усмехнувшись, ответила она. — Ну а что касается работников, ты и сам знаешь, что с некоторыми талантами очень сложно не оступиться хотя бы раз в жизни.

Каменато продолжал смотреть на нее, он не мог рассказать ей больше того, что уже рассказал, должна же она понять это. Он и так выдал практически все, умолчав о сущем пустяке. О том, что он был знаком с Ишикавой, который, в свою очередь, был детективом. Всего лишь. Возможно, узнав об этом, Кэрри вообще перестала бы с ним разговаривать. Здесь не жаловали полицейских, и не нужно быть гением, чтобы понять, почему.

— Ладно, — она вздохнула, сдаваясь под натиском его умоляющего взгляда. — Так и быть, я скажу то, что тебя так интересует. В конце концов, Атсуко мне нравилась, мы были подругами, пусть и недолго, пока она не пропала. Теперь я хотя бы знаю, почему она так внезапно исчезла.

Кэрри прислонилась к столу, на котором в беспорядке валялись шляпы и другие аксессуары. Кто-то хотел было войти, но она одним взглядом закрыла дверь и повернула ключ в замке.

— Это Атсуко привела меня сюда. Тогда она была на год или два старше меня, но в таком возрасте это казалось огромной разницей, и я, конечно, попала под ее влияние и последовала бы за ней куда угодно. Она ведь была из Элит-Сити, все это знали, потому что больше никогда ни до нее, ни после я не встречала элитных, у которых был бы какой-нибудь дар. Согласись, такого человека сложно забыть, сколько бы лет ни прошло. Но ей не нужна была работа, она не нуждалась в деньгах, как все мы, она приходила сюда просто так, была любимицей Кенджи, да и остальных, потому что была частью семьи. Ты знаешь, в чем заключался ее талант?

Каменато покачал головой, и она продолжила.

— Она могла с одного взгляда сказать, обладаешь ты каким-нибудь особенным талантом или нет, и если обладаешь — то каким именно. О, мы устраивали ей викторину, когда сами находили кого-то особенного, и она никогда не ошибалась. Она всем нравилась, Атсуко была не похожа на элитных, она была скорее похожа на нас.

— А что случилось, когда она исчезла? — спросил Каменато.

— Ну, она просто перестала приходить, вот и все, — пожав плечами, ответила Кэрри. — Такое бывает, мы, конечно, скучали по ней первое время, но не удивились, мало ли — нашла другие увлечения или родители запретили. Мы были подростками, а в этом возрасте могло случиться все что угодно.

— И ты помнишь, — Каменато пришла в голову интересная мысль, но он не знал, как отреагирует на это Кэрри. — Ты помнишь день, когда она в последний раз появилась тут? Когда это было? Как она себя вела?

— Это было давно, — она задумалась. — Если постараюсь, я могу что-то вспомнить, но не уверена.

— Я знаю, что не имею права просить тебя, но...

— Показать тебе? — угадала его мысль Кэрри.

Каменато кивнул, ожидая отказа. Но Кэрри молча протянула ему руку.

— Скажи, что мне делать, я не хочу откачивать тебя, если ты свалишься в обморок, — сказала она.

— Тебе и не придется, — усмехнулся Каменато. — Попробуй вспомнить как можно больше из того дня или из других, где есть Атсуко.

Она закрыла глаза, погрузившись в воспоминания, и Каменато взял ее за руку — осторожно, боясь, что она передумает и выхватит ее. Но Кэрри не передумала, она стояла на месте и даже не пыталась убрать руку. И Каменато увидел Атсуко ее глазами.

Молодая, симпатичная и, главное — живая, она смеялась с кем-то, кого Каменато не знал — картинка была смазанной, как затертая фотография, что и не удивительно, ведь Кэрри специально доставала эти воспоминания из своей памяти. Глядя на нее, он никогда бы не подумал, что Атсуко из Элит-Сити, но, только увидев, он по-настоящему понял слова Кэрри: «она была скорее похожа на нас». Да, она сливалась с этим местом, была в нем полностью своей, со всеми шутила и никого не боялась. Смотрела на все «чудеса» с широко раскрытыми глазами и хлопала в ладоши. Один ее вид заряжал энергией и жаждой жизни.

И оттого, что этой жизни ее лишили, да еще в столь юном возрасте, Каменато чувствовал грусть и злость одновременно. Кому это было нужно? В клубе у нее точно не было врагов, да и работники уже успели смениться, теперь здесь было много молодежи, которой не было тогда.

Потом Каменато увидел последний день, когда Атсуко приходила в клуб. Она была задумчива и даже подавлена, на все реагировала нервно, ее явно что-то беспокоило. Она подошла к Кэрри попрощаться и замерла, как будто хотела что-то спросить.

«Ну же, — между тем, думал Каменато, как будто мог изменить то, что уже случилось. — Давай, спроси что-нибудь, расскажи, что тебя мучает».

Но она так и не спросила. Улыбнулась напоследок, обняла подругу и, помахав рукой, ушла, исчезла из клуба, из Гетто, а вскоре и из жизни.

Каменато отпустил руку Кэрри и вернулся в настоящее. Никаких приступов не было, Кэрри все сделала правильно, и ему не пришлось искать воспоминания и копаться в ее жизни.

— Она хотела что-то рассказать, — сказала Кэрри. — Если бы я знала, что она больше не придет.

— Ты не могла этого знать, — Каменато не очень-то умел утешать людей. — Спасибо, что показала.

Она грустно улыбнулась и пошла к двери. Открыв дверь, она обернулась и посмотрела на Каменато долгим понимающим взглядом. Он так не вязался с ее обычным легкомысленным видом, что Каменато вдруг осознал — в этот момент Кэрри на мгновение рассталась с маской и показала настоящее лицо, то, которое не дано было увидеть клиентам, да и не каждый работник клуба мог похвастаться этим.

— Ее младшему брату очень повезло, если ему помогаешь ты, Казуя, — сказала она и, не дожидаясь ответа, вышла.

Из клуба Каменато вернулся утром и сразу лег спать. Теперь он почти все дневное время спал, чтобы работать в клубе по ночам. Но сон к нему долго не шел, он вспоминал живую Атсуко, которую ему показала Кэрри. Это дело становилось для него все более личным, затягивало в прошлое. Шестнадцать лет назад уже существовал клуб. Но кому могла не угодить сестра Ишикавы, и было ли это вообще связано с клубом? Столько времени прошло, смогут ли они докопаться до правды?