Глава 20

С трудом успокоив Гермиону, Гарри вновьусадил ее на диван, а сам присел перед ней накорточки, с тревогой вглядываясь в лицо.— Почему ты не предупредил меня? — тихоспросила она, глядя на Гарри краснымизаплаканными глазами, в которых еще четкочитался страх.— Потому что, согласись, это не телефонныйразговор, — ответил Гарри. — А вот тебе надобыло обязательно сообщить мне, чтоприезжаешь. Я бы постепенно ввел тебя в курсдела, и не было бы у тебя такого стресса из-за Малфоя. Ну, Герми.— Я не могла, — Гермиона покачала головой иопустила взгляд. — Я не могла с тобойсвязаться. И мне надо было проверить.— Что проверить?— Свои сны, — еле слышно ответила она.— Какие еще сны? — почти воскликнул Гарри.Он все меньше понимал Гермиону, и это егоочень нервировало.— Последнее время меня преследуюткошмары. То ты становишься темным магом,то тебя убивает маггл, а пару дней назад мнеприснилось, что ты здесь нашел себе другуюдевушку.Гарри дернулся, как от пощечины, но тут жевзял себя в руки.— Это всего лишь сны, Герми, — деланноравнодушным тоном произнес он.— Я подумала, что, возможно, это некиезнаки. Что с тобой могло что-то случиться, —продолжала тихо говорить Гермиона.— Или что я кувыркаюсь тут с новойподружкой, — кивнул Гарри. — Герми, ты мнене доверяешь?— Прости, — из глаз Гермионы снова потеклислезы. — Я в последнее время сама не своя. Ядоверяю тебе, но я боюсь. Все происходит такбыстро, а я... — она посмотрела на Гарри ипровела рукой по его щеке. — Я боюсьпотерять тебя. Боюсь, что в будущем мывдруг осознаем, что наши отношения —ошибка.Гарри резко поднялся и поцеловал Гермиону.— Я уверен в своих чувствах к тебе, — ответилон. — Немедленно выкинь всю эту чушь изголовы. И тебе надо поспать.— Я не хочу спать, — Гермиона упрямозамотала головой.— Я побуду с тобой, — ответил Гарри и, необращая внимания на возглас протеста,подхватил Гермиону и понес в спальню.Оглядев гостиную, он порадовался, чтоМалфою хватило ума и такта исчезнуть также быстро и неожиданно, как он появился. —Тебе обязательно нужен отдых. Почти сутки всамолете провела, — проворчал он, опускаяГермиону на кровать и ложась рядом. — Спи.И ничего не бойся.Он прижал ее к себе, целуя в висок, иГермиона тут же потянулась к его губам,закрывая глаза и чувствуя, как по всему телупробегают мурашки от прикосновений Гарри.Она еле слышно застонала, в полной мереосознавая, как же сильно соскучилась понему, по его рукам, губам, по близости еготела. Она крепко обвила руками его шею,закинула ногу ему на бедро, переплетая егоноги со своими, и вжалась в Гарри до боли вребрах. Его руки блуждали по ее телу изарывались в пышные волосы, даря такоедолгожданное ощущение умиротворения испокойствия и выбрасывая из головы всесомнения. Гермиона чуть нахмурилась илегонько прикусила губу Гарри. Да как онавообще могла подозревать его в чем-то?Усомнившись в Гарри, Гермиона самапочувствовала себя предательницей.Вспомнив, сколько обиды и горечи появилосьв его взгляде после того, как она озвучиласвои мысли, Гермиона беззвучно заплакала.Ей стало противно от самой себя и от того,что Гарри теперь наверняка думал, что онаприлетела лишь для того, чтобы проверитьего.— Что случилось? — Гарри резко отстранилсяот Гермионы, почувствовав ее слезы.Она некоторое время молча смотрела вобеспокоенные зеленые глаза, а потомпритянула Гарри к себе и стала осыпать еголицо поцелуями.— Прости меня, — прошептала она. —Пожалуйста, не думай, что я специальноприехала неожиданно, чтобы поймать тебя начем-то.— Я так не думаю, — ответил Гарри, слегкаулыбаясь и вытирая слезы с ее щек.— Ты даже представить себе не можешь, как ябоюсь того, что в один день проснусь, а тебянет, — вновь заговорила Гермиона, и слезыполились еще сильней. — Вообще нет. В моейжизни. Все те пять лет я жила с одной мечтой— увидеть тебя, хотя бы мельком, хотя быиздалека. Моя мечта исполнилась с лихвой, номеня не перестает преследовать страх, что всеэто мои выдумки, сон.Гарри наклонился к ее уху и хорошенькоприкусил мочку.— Гарри! — вскрикнула Гермиона.— Просто доказываю тебе, что все это не сон,— улыбнулся Гарри и мягко поцеловалпострадавшее ухо. — Герми, что мне сделать,чтобы ты перестала думать об этом?— Ты и так все для этого делаешь, — ответилаГермиона, припала к его губам и тут жеоказалась прижата тяжестью его тела ккровати. Гарри запустил руку под коротенькоеплатье Гермионы, и на ближайшее время в ееголове стало пусто.* * *Когда Гермиона уснула спокойнымбезмятежным сном, Гарри потянулся, чувствуясладкую истому, разлившуюся по телу, и,бесшумно выйдя из комнаты, направился вванную, чтобы смыть засохшую кровь с ранна руках, которые утром безжалостно нанеслаГермиона, пытаясь вырваться. Он оперся нараковину и опустил голову, шумно вздохнув.Сначала слова Гермионы его разозлили. Онбыл так рад ее видеть, а она вдруг заявила,что приехала проверки ради. Но Гарри не могсебе позволить показать ей свою злость, несейчас, когда Гермиона носила под сердцемих ребенка. Ей нужны были толькоположительные эмоции, а свои претензииГарри спрячет куда подальше. Он понимал,что причина крылась в гормонах, и старалсясделать все, что было в его силах, чтобыминимизировать их отрицательноевоздействие.Но когда Гермиона сказала про свои сны,Гарри понял, что самое страшное ждало ихвпереди. Как, ну как он сообщит своейлюбимой и временно очень впечатлительнойГермионе о том, что нашел способ снять ссебя это чертово проклятие, который включалв себя пусть и короткие, но далеко неплатонические отношения с другой девушкой?Да это убьет Гермиону.Гарри поднял голову и посмотрел на своехмурое отражение.Оставался только один способ — провернутьвсе это втайне от Гермионы, придумав длянее совсем другую историю, и жить всюоставшуюся жизнь с мыслями о том, чтопредал любимую, которая доверяла ему всейдушой. Пусть даже предал и с благиминамерениями.* * *Гермиона проснулась ближе к вечеру, и,несмотря на утренние события, настроение унее было хорошее. Она осмотрела комнату ирасплылась в улыбке, увидев лежащий насоседней подушке небольшой пышный букетикиз роз. Схватив его, она уткнулась носом внежные бархатные лепестки и закрыла глазаот наслаждения. Оглядевшись в поисках своейодежды, Гермиона не сдержала смущенныйсмешок, заметив свое платье, свисающее состоящего в углу торшера. Одевшись, онаспустилась вниз в поисках Гарри. Он сидел вгостиной, закинув ноги на журнальный столик,и смотрел телевизор.Гермиона тихо подошла к нему сзади изакрыла ладонями глаза.— Отдохнула? — улыбнулся Гарри, накрываяее руки своими.— Да, — ответила Гермиона, целуя Гарри вмакушку. Увидев стоящую на столе недалекоот него большую вазочку с фруктами, онаогляделась, не сдержав удивленного вздоха —вся гостиная была уставлена цветами. — А чтоздесь происходит?Гарри, улыбаясь и запрокинув голову назад,вверх тормашками наблюдал за удивленнойГермионой.— Решил сделать тебе приятный сюрприз.— Очень приятный, — она наклонилась ипоцеловала Гарри.— Но это еще не все, — ответил он, загадочноулыбаясь, и похлопал по дивану возле себя. —Иди сюда.Гермиона замешкалась, глядя в блестящиеозорством и предвкушением зеленые глаза, иохнула от неожиданности, когда Гарри резкоподскочил и, схватив ее в охапку, буквальноперекинул через спинку дивана.— Гарри! — взвизгнула Гермиона изасмеялась. — Что ты делаешь?Но тут ее взгляд упал на его руку, и оназатихла.— Что это? — взяв его руку в свою, оназаметила четкие следы ногтей и подняла наГарри испуганные глаза. — Гарри, прости! Я...— Ерунда, — перебил ее Гарри, целуя. — Досвадьбы заживет.Он спустился с дивана на пол и, не отрывая отзамершей в непонимании и ожиданииГермионы нежного взгляда, достал изкармана небольшую бархатную синююкоробочку, раскрыл ее и положил любимой наколени.Казалось, Гермиона забыла, как дышать.Широко открытыми глазами она смотрела напоблескивающее и переливающееся в неяркомсвете небольшого камина кольцо.— Гарри... — еле слышно шепнула она. — Оновосхитительно.Он пошевелился и, достав кольцо изкоробочки, надел его на слегкаподрагивающий от волнения палец Гермионы.— У меня есть три причины подарить тебе его,— тихо заговорил Гарри, и Гермиона, оторваввзгляд от украшения, посмотрела на него. —Во-первых, я очень сильно тебя люблю... Во-вторых, скоро у нас родится замечательныймалыш... И в третьих, я хочу, чтобы ты сталамоей женой.Гермиона часто-часто заморгала, пытаясьпрогнать подступившие слезы.— Я даже не знаю, что сказать, —пробормотала она, переводя ошарашенныйвзгляд с Гарри на кольцо и обратно.— Ну, например, скажи, что ты согласна. Илине согласна. Или подумаешь, — ответил Гарри,улыбаясь и смешно поморщившись.Гермиона засмеялась и кинулась к нему нашею.— Да тут и думать нечего! — воскликнула она,крепко его обнимая. — Конечно, согласна. И ятоже очень тебя люблю, — уже тишезакончила она, касаясь губами губ Гарри.Он поцеловал ее руку, украшенную новенькойдрагоценностью.— Теперь, когда тебе вновь все покажетсясном, просто посмотри на свою левую руку, —ласково прошептал Гарри и вытер одинокуюслезинку со щеки Гермионы.— Пожалуйста, не напоминай мне, что впоследнее время я веду себя как дура, —Гермиона стыдливо опустила глаза, наблюдая,как пальцы Гарри поглаживают ее ладонь.— Самая лучшая ученица на курсе, —засмеялся Гарри, сел на диван, обнявГермиону, и вздохнул, глядя в камин.— Скучаешь по Хогвартсу? — тихо спросилаона, любуясь отражением язычков огня взеленых глазах, которые при таком освещенииказались черными.— Да, — кивнул Гарри и усмехнулся. — Он былмоим домом. Несмотря на то, что там стольковсего произошло, я люблю его. Егопронизывающие сквозняки, скрипящие ответра окна, холодные коридоры и классы.Хогвартс был для меня целым миром.— А дом на площади Гриммо? — Гермионаположила голову на плечо Гарри и покрутилакольцо на пальце. — Мы много раз пыталисьзайти в него, но у нас так ничего и не вышло.Я думала, что ты был там.— Нет, — Гарри нахмурился от нахлынувшихвоспоминаний. — Я закрыл особняк Блэковвсеми мыслимыми и немыслимымизаклинаниями. Сейчас, наверное, не вспомнюи половины из них.— Библиотека Блэков одна из самых больших,— задумчиво произнесла Гермиона.— Да, и она сейчас нам бы очень пригодилась,— кивнул Гарри. — Но, увы, как бы я ни хотел,без магии в дом попасть не смогу.— Почему? — удивилась Гермиона. — Ты чтоже, закрыл его и от себя?— Да, — снова кивок. — Решил, что никогдабольше не ступлю в дом Сириуса.Опрометчивое решение, согласен.Гермиона молчала, закрыв глаза и слушаялегкий треск горящих поленьев и дыханиеГарри. Она и представить не могла, какзаставит себя вернуться в Лондон, в пустуюкровать и серые дни, наполненные лишьожиданием звонка от Гарри.Бросив взгляд на кольцо, Гермионаулыбнулась и повернулась к Гарри: он все также смотрел на огонь и казалсярасслабленным, но появившаяся между бровейморщинка показывала, что он о чем-тосерьезно думал.— Гарри? — тихонько позвала его Гермиона.— М-м-м? — он не пошевелился, лишьморгнул.— А как бы ты хотел назвать своих детей?Гарри удивленно поднял брови и повернулся кГермионе.— Даже не думал еще об этом, — улыбнулсяон.— Может, назвать в честь твоих родителей? —предложила Гермиона. — Если бы не они, тебябы не было в живых.— Ну, логично, — засмеялся Гарри и получилчувствительный пинок от Гермионы.— Я другое имела в виду, Гарри! — онапопыталась сказать это с грозным видом, ноне могла сдержать смех.— Прости, — Гарри чмокнул ее в щеку. — Японял, но не знаю, стоит ли. Да и что же этополучится? Один Гарри Джеймс Поттер, авторой Джеймс Гарри Поттер, — Гарриусмехнулся. — Я думаю, что не надопереносить свои личные потери на детей.Давай лучше подождем, когда малышподрастет, и спросим, как его назвать, —Гарри положил руку Гермионе на живот.Она провела ладонью по его руке, ощущаяполосы ран, и тут же подскочила.— Подожди, — бросила она ему через плечо,скрываясь в другой комнате, — у меня же всес собой.Вернувшись через минуту, она держала вруках небольшой флакон с прозрачнойжидкостью и обычную упаковку маггловскойваты. Сев рядом с Гарри, Гермиона открылафлакон и, достав немного ваты, смочила еезельем.— Давай руки, — скомандовала она, и Гаррипослушно выставил вперед обе руки, слегкапоморщившись, когда Заживляющее зельепопало на раны.Гермиона нежно водила мокрой ватой по рукеГарри, наблюдая, как медленно, но верноисчезают царапины, а потом присмотрелась круке.— Так напоминает пятый курс, — прошепталаона, всматриваясь в слабо заметные буквы,оставленные чудовищным пером Амбридж.— Гостиная Гриффиндора, камин и ты,спасающая меня от боли, — улыбнулся Гарри.Гермиона слегка подула на раздраженнуюпокрасневшую кожу рук и, отставив зельеподальше на стол, прижалась к Гарри.— И ты целовался с Чжоу, — притворнообиженно сказала она.— А ты заявила, что уверена, что я целуюсьхорошо, — засмеялся Гарри и легонько ткнулпальцем Гермиону в бок. — Надо было тебетогда проверить это, — подмигнул он.— И ты бы не ушел из мира магов? —улыбнулась Гермиона.— Ушел бы, — ответил Гарри и приложил палецк губам Гермионы, не давая ее возмущенномувздоху перерасти в гневную тираду. — Новместе с тобой.Вновь взглянув на кольцо, она тревожнопосмотрела на Гарри.— Я хочу поговорить с Малфоем.— Завтра, — кивнул Гарри. — Но только еслиты не будешь волноваться.— Ты ему доверяешь? — спросила Гермиона,неосознанно оглядываясь.— Нет, но враг моего врага — мой друг, —ответил Гарри.* * *Гермиона восторженно смотрела в окноавтомобиля, любуясь океаном.— В прошлый раз мне было не дорассматривания местных красот, — сказалаона. — В неплохом месте Малфой живет.— Может, и нам поменять серый Лондон насолнечный Сидней? — спросил Гарри,поглаживая одной рукой ногу Гермионы.— Понравилось здесь? — засмеяласьГермиона. — А как ехать не хотел.— Ехать не хотел по другой причине, ты жезнаешь, — ответил Гарри, запуская руку в еешортики.— Гарри! Щекотно, — взвизгнула Гермиона,убирая его руку. — И ты бы не отвлекался отдороги.— А мы уже приехали.Гарри остановил машину в тени деревьеввозле высоких решетчатых ворот и, взявГермиону за руку, повел по дорожке вглубьсада. Когда они поднялись по лестнице кдому, перед ними возник домовой эльф.— Хозяин просил провести гостей, — пискнулон. — Пожалуйста, следуйте за мной.Он завел их во внутренний двор дома, иГермиона тихо охнула, рассматривая большойбассейн. Малфой сидел немного в стороне, закруглым столиком.— Сегодня не будешь тыкать в меняпалочкой? — поинтересовался он, когда Гаррис Гермионой подошли к нему.— Посмотрим на твое поведение, —парировала та, наблюдая, как Гарри пожимаетпротянутую руку Малфоя. Это было такстранно и непривычно.Гермиона пристально посмотрела на Малфоя.Он явно отличался от того, кто был вДурмштранге, да и от того, каким был вХогвартсе — тоже. Кожа не была фарфорово-белой, а заметно потемнела подавстралийским солнцем.— Что-нибудь будете? — спросил он, отставляяв сторону чашку кофе и газету.— Холодной воды, пожалуйста, — отозваласьГермиона, оторвавшись от разглядыванияМалфоя.Эльф исчез с негромким хлопком, но черезпару секунд опять появился, держа на подносестакан с водой, и, поставив его на стол передней, снова испарился.— Ну, я тебя слушаю, — произнес Малфой,откинувшись на спинку кресла и глядя наГермиону.Та взволнованно посмотрела на Гарри.— Грейнджер, я не кусаюсь.— Как знать, — тихо ответила она, слегкакачнув головой. — Может, у тебя есть какие-то соображения насчет того, кто прикрываетсятобой?— Я уже говорил Поттеру, что понятия неимею, кто это может быть. И зачем емувообще это, — ответил Малфой.— У тебя имеется много причин для мести нетолько мне и Гарри, но и большинствумагического населения Англии, — сказалаГермиона и вздрогнула от неожиданности,схватив под столом руку Гарри, когда Малфойрезко подался вперед, облокачиваясь на стол.— Назови хоть одну, — прошипел он.— Так, стоп, — громко произнес Гарри. — Этаидея имеет право на существование. Подожди,— он поднял вверх палец, останавливаяМалфоя. Тот откинулся назад на спинку,скрестил руки на груди и, слегкаприщурившись, впился взглядом в Гарри. —Твой двойник неплохо осведомлен о твоейжизни, но не так хорошо, как он думает. Кто-нибудь знает, что спросила твоя мать у меняв Запретном лесу, когда Волдеморт якобыубил меня? — продолжил Гарри иухмыльнулся, видя, как нахмурился Малфой.— Кто-нибудь знает, что было в туалетеплаксы Миртл до того, как я испытал на тебеСектумсемпру, или что я вытащил тебя изВыручай-комнаты, когда ее уничтожал Адскийогонь?— Точно, — подхватила Гермиона. — Всевидели только внешнюю вражду, а то, что тызаступился за их семью на суде, восприняликак жалость, которую якобы вы, — онапосмотрела на Малфоя, — презираете.— Вам не кажется, что это ни на шаг неприблизило нас к разгадке? — с сарказмомпоинтересовался Малфой.Гарри покачал головой.— Это доказывает лишь то, что круг поискаогромен.— И нам надо вернуться в Англию, но сначалавернуть твою магию. Ты ей рассказал? —спросил Малфой, кивнув на Гермиону.— Малфой, — простонал Гарри, облокотившисьна стол и зарывшись пальцами в волосы, в товремя как Гермиона заинтересованно, нонастороженно посмотрела на того.— Что рассказал?— Что мы выяснили, какое проклятие мешаетему выпить бокал вина в честь вашейпомолвки, — ответил он, бросая взгляд накольцо Гермионы, которое Гарри вчераприобрел в его магазине.— Гарри! — воскликнула она. — Почему ты мненичего об этом не сказал?— Потому что способ избавления от этогопроклятия для меня неприемлем, —проговорил тот, не поднимая головы.Поймав непонимающий взгляд Гермионы,Малфой взял с соседнего кресла тот самыйдревний фолиант и положил его передГермионой, раскрыв на нужной странице.— Книге ты поверишь больше, чем мне, не такли, Грейнджер?