Глава 19

Гермиона смотрела в потолок, лежа накровати и не предпринимая ни одной попыткизаставить себя подняться.Это был всего лишь сон.Но он был настолько реален, что, проснувшисьутром, она почувствовала себя полностьюразбитой и опустошенной.Гермиона закрыла глаза и глубоко вздохнула,осознавая, насколько стала уязвима иподвержена эмоциям, а постоянное учащенноесердцебиение уже не могли успокоить никакиезелья, особенно учитывая тот факт, чтотаковых, разрешенных принимать в ееположении, было буквально пара-тройка.Одно радовало — Гарри звонил каждый день.Правда, он так и не рассказал, чем и с кем онтам занимался и каких результатов ждал.Нет, она доверяла Гарри и была уверена, чтони в какую авантюру он не ввяжется, но этихзнаний было мало для того, чтобы перестатьволноваться. Более того, ее сталипреследовать непонятные сны. То ей снилось,что именно Гарри стоит за всеми этиминовыми нападениями, то в него стреляют измаггловского оружия и он умирает у нее наруках, то он вновь избивает ее и она теряет ихребенка. По сравнению с ними сегодняшнийсон был самым безобидным, но он заполнилсобой последнее оставшееся место в чашетерпения Гермионы, и она, резко откинуводеяло, встала с кровати с твердымнамерением немедленно отправиться ваэропорт за билетом в Сидней.— Доброе утро, — кивнула она Рону, сидящемуза кухонным столом с «Пророком» в руках.— Доброе, — тот хмуро на нее посмотрел. —Ты себя хорошо чувствуешь?— Что, так заметно? — вздохнула Гермиона,заваривая себе липовый чай.— К сожалению, не только мне, — Рон отложилгазету в сторону и облокотился на стол. —Лаванда слышала, как какая-то министерскаяособа интересовалась у своей подружки-медсестры, не обращалась ли ты в Мунго сосвоим недугом, — последнее слово Ронвыделил, кривляя писклявую сплетницу.— Ну, — Гермиона пожала плечами. — Черезпару месяцев этот недуг будет хорошозаметен уже всем.— Герм, — Рон резко встал и, подойдя кГермионе, сжал ее плечи и наклонился,заглядывая в глаза. — Герм, уезжай к Гарри.Сейчас ты просто не имеешь права рисковатьсвоей жизнью.— Да, я сегодня же куплю билет, — ответилаГермиона и опустила голову. — Но я еду кнему по другой причине, — она раздумывала,стоит ли рассказывать Рону о сегодняшнемсне. Точнее, о том, что она, как малолетняядура, позволила ревности овладеть собой.— И по какой же? — Рон выпрямился и,засунув руки в карманы брюк, выжидающепосмотрел на Гермиону. Та села за стол и,обхватив руками чашку с чаем, тихофыркнула.— Стыдно в этом признаться, но мне сегодняприснилось, будто Гарри нашел там себедевушку, и я хочу это проверить.Рон, не отрывая от Гермионы удивленноговзгляда, сделал несколько шагов назад иопустился на стул.— Я не ослышался? — заговорил он,пристально наблюдая за Гермионой,внимательно рассматривающей содержимоестоящей перед ней чашки. — Гарри семь летбыл у тебя под боком, никто не знает еголучше, чем мы, но сейчас ты думаешь, что онкак последняя сволочь развлекается вАвстралии с девками, в то время как егобеременная невеста в любой момент можетподвергнуться серьезной опасности?Гермиона, я тебя не узнаю! — воскликнул Рон,хлопнув ладонями по столу, отчего Гермионавздрогнула.— Я сама себя не узнаю, — ответила она, — номне надо это проверить. Мне никогда раньшене снились подобные сны, в том числе и вдевяносто восьмом. А вдруг это всенеспроста? Вдруг на самом деле с Гарри что-то случилось, и эти сны — знаки?— В таком случае отправляться в Сиднейдолжен я, а не ты, — произнес Рон.— Но аврорам запрещено покидать страну,какие бы причины для этого ни были, —продолжила за него Гермиона. — А я полечутуда ближайшим рейсом.— А Гарри ты как объяснишь свойнеожиданный визит? — Рон не мог сдержатьулыбку.— Наверное, скажу правду, — неуверенноответила Гермиона.— И сильно его разозлишь, — Рон вздохнул ипокачал головой. — Ты же знаешь нашегоблагородного Гарри. Остается надеяться, чтоон будет так рад твоему приезду, что нестанет задавать вопросы.* * *Джек второй раз за день восторженно трясруку Гарри, разглядывая британского героя свосхищением.— Несмотря на то, что война нас не коснулась,я так много о вас читал, — произнес он,усаживаясь в кресло напротив Гарри иМалфоя и бегло осматривая огромнуюбиблиотеку последнего. — Книги —единственная для меня возможностьокунуться в мир магии. Хоть мои родители исквибы, но у них много магическойлитературы, и я постоянно ее изучаю, пытаюсьчто-то повторить, — он вздохнул и грустноулыбнулся. — Безуспешно, конечно. Но я нетеряю надежды! Вдруг однажды и во мнепроснется магия.Он достал из принесенного с собой рюкзаканесколько книг и разложил их в ряд нажурнальном столике.— Когда Драко вкратце рассказал мне овашем, Гарри, проклятье, будем так егоназывать, то я сразу вспомнил, что недавновстречал нечто подобное, — Джек раскрылпервую книгу на странице с закладкой.— У ваших родителей есть книги по Черноймагии? — с подозрением спросил Гарри.— Нет, что вы! — воскликнул Джек и дляпущей убедительности помахал руками. — Восновном это книги по магии для начинающих,базовые основы и много книг по зельеделию.Мы аптекари не в первом поколении, началвсе мой прадед. Он решил попробовать внестив маггловские препараты толику магии, дабыулучшить их целебные свойства, но, какоказалось, волшебство на магглов действуетнаоборот пагубно, — он снова вздохнул. — И стех пор мы просто сотрудничаем с магами,изготавливая для них зелья, — он замолчал,задумавшись о чем-то, но потом резкоспохватился. — Так, на чем я остановился?..Зелья — универсальное средство. В отличие отмагии, которую можно поделить на белую ичерную, зелья такому разделению неподвергаются. Яды и целебные зельядействуют одинаково на белых и черныхмагов. Существует лишь разница вингредиентах — одни зелья способны исцелитьтемномагическое ранение, а другие — нет.Малфой щелчком пальцев призвал домовогоэльфа и приказал ему принести кофе. Гарривидел, что Малфой откровенно скучает, ведьдля него эта информация вовсе не была вновинку. Джек сделал глоток кофе ипродолжил:— Так вот, я пересмотрел последние книги,которые читал, и нашел, что искал, — онвнимательно пробежал глазами по страницекниги, — вот. Зелье с кровью оборотняспособно выявлять, есть ли на магевоздействие какого-либо темномагическогопроклятия.— И как же оно даст нам знать, есть или нет?— подал голос Малфой, допивая кофе.— Написано, что если проклятье есть, то втечение двух часов после принятия зельяпациента будут мучить сильнейшие головныеболи, — ответил Джек, проводя пальцем постранице книги, а потом посмотрел на Драко.— И почему у вас все основано на боли? —негромко спросил он.Малфой лишь слегка вздернул брови.— Чтобы подавить волю, сломать человека, —равнодушным тоном произнес он.Джек нахмурился и перевел взгляд на Гарри.— Но вы же точно знаете, что проклятье навас есть?— Думаю, да, — хрипло ответил Гарри ипрочистил горло.Джек кивнул и взял вторую книгу.— В первом источнике я наткнулся на ссылкина другие издания и просмотрел их. И думаю,что нашел то, что вам надо, — он поочереднопереводил взгляд с Гарри на Драко. —Проклятие отсроченного убийства.— Что? — в один голос спросили те ипереглянулись.— Отсроченного убийства, — повторил Джек. —В книге нет описания самого проклятия, лишьнаписано, что зелье является одним изкомпонентов системы его снятия.— Системы? — упавшим тоном пробормоталГарри, в то время как Малфой быстроскрылся среди стеллажей. — Но хотя быингредиенты этого зелья достать возможно?— В принципе, само зелье довольно простое,но долго готовится — три недели. Ононейтрализует токсины, которые отравляюторганизм, вынуждая его совершатьопределенные действия в тех или иныхситуациях.— Я нашел его, — Малфой вернулся, держа вруках невероятно объемную книгу в чернойобложке. — Проклятие отсроченной смертиявляется одним из самых распространенныхпроклятий, не выявляется никакимизаклинаниями и может быть направлено налюбого человека и привязано к любойситуации.— Но почему именно алкоголь? — удивилсяГарри.— Может, во время схватки тому ублюдкупросто было не до придумывания какой-тоособенной ситуации, в которой ты прикончишьГрейнджер, — ответил Малфой. — Вот ипривязал к тому, что душе его было ближевсего. Зелье зельем, но вот вторая стадияизбавления от проклятья тебе явно непонравится, — Малфой быстро пробежалглазами по тексту. — Если оно связано сдругом, надо завести другого, заменить. Еслис врагом — нажить себе другого. А если свозлюбленным, то надо влюбиться в другогочеловека. Проклятие действует точно посхеме, и перемена эмоций в отношенииобъекта убийства его нейтрализует раз инавсегда.— Клин клином вышибается, — задумчивокивнул Джек.Гарри же с трудом смог заговорить.— Влюбиться в другого человека? Этоневозможно.— Иного выхода у тебя нет, — ответилМалфой, перелистывая пожелтевшие страницыдревнего фолианта. — Со временем действиепроклятия усиливается, и для того, чтобыпривести приговор в исполнение, уже не нужныбудут изначально установленные условия.Просто в один прекрасный день ты обнимешьсвою ненаглядную Грейнджер, а через секундусвернешь ей шею.— Но я не могу влюбиться по заказу! —воскликнул Гарри.— Есть у меня одна идея, — усмехнулсяМалфой. — Здесь сказано, что нельзяиспользовать приворотные зелья илизаклинания подвластия, так как сбитая столку магия пострадавшего толькоподхлестнет проклятие, даст ему еще большевлияния на сознание. Но ты везучий сукинсын, Поттер! Ведь именно сейчас твоя магиябездействует. Даже возможно, мы убьем двухзайцев сразу — и проклятие снимем, и дадимтолчок твоей магии, от которого, кто знает,может, все встанет на свои места.— Как бы мы с Гермионой не стали этимиубитыми зайцами, — хмыкнул Гарри. — Тыпредлагаешь влюбиться, находясь подвоздействием Империуса?— Или приворотного зелья, — кивнул Малфой.— Да это бред какой-то! — воскликнул Гарри.— Может, на мне не это проклятье.— Если не попробуем, то не узнаем, — пожалплечами Малфой. — Ты здесь уже давно один,почему бы и не развлечься денек-другой скакой-нибудь красоткой. И не надо так наменя смотреть. Твоя ненаглядная Грейнджерничего не узнает. А даже если и узнает, это жебудет не твой выбор, а приворот и Империус,это не измена, Поттер. Да в конце концов, тыради нее и стараешься. Или она выберетсмерть? — Малфой насмешливо приподнялбровь.* * *Гермиона прилетела в Сидней в пять утра и,взяв такси, приехала к дому родителей. Струдом попав ключом в замочную скважинудрожащими руками, она открыла дверь ивошла.Здесь ничего не изменилось с того момента,как она была в этом доме шесть лет назад.Казалось, что в нем никто и не живет. Жутконервничая, Гермиона направилась к комнатам,проходя через кухню, где лежащая наподоконнике пачка сигарет доказывала, чтоГарри все-таки был здесь.Поднявшись на второй этаж, она увидела, чтов одной из комнат открыта дверь, и заглянулатуда, не замечая, как губы непроизвольнорастягиваются в улыбке, а на глазахнаворачиваются слезы. Гарри мирно спалпосреди огромной кровати, и что самоеглавное — он был один.Гермиона бесшумно подошла к нему и, присевна пол, облокотилась на край кровати, снежностью глядя на Гарри. Не удержавшись,она легонько провела рукой по его волосам,отчего он тут же пошевелился, но непроснулся. Заставив себя оторваться отсозерцания любимого, Гермиона вернулась накухню, планируя порадовать его вкуснымзавтраком.* * *Гарри медленно открыл глаза и тут же,мучительно нахмурившись, их закрыл. Головаболела уже второй день от беспрерывныхтяжелых раздумий над способом избавленияот его проклятия. Малфой провел вбиблиотеке почти сутки и сообщил Гарри орезультатах — ни под одно другое проклятьеего симптомы не попадали, следовательно,авантюра с приворотным зельем являласьединственным выходом из сложившейсяситуации.Гарри застонал и повернулся на бок, как вдругдо него донеслись посторонние звуки. Резкоперекатившись на спину, он сел, одновременновыхватывая из-под подушки пистолет. Быстронадев штаны, Гарри пошел на звук иизумленно застыл в дверях кухни — спиной кнему возле стола стояла Гермиона. Онпомотал головой, пытаясь прогнатьнаваждение, но Гермиона не исчезла.Наоборот, она в это время потянулась засыром и, увидев краем глаза движение, резкообернулась. Звонко вскрикнув: «Гарри!» —отчего тот непроизвольно вздрогнул, онакинулась к нему на шею. Ошарашенный такимнеожиданным визитом, Гарри не сразу обнялее в ответ, но потом отложил пистолет настоящую как раз под рукой тумбочку и крепкообхватил Гермиону, зарываясь носом в ееволосы.— Ты почему не предупредила? Я бы встретилтебя, — прошептал он и, когда Гермионаподняла голову, тут же припал к ее губам.— Хотела сделать тебе сюрприз, — улыбнуласьона, бросая взгляд на лежащее на тумбочкеоружие.— У тебя получилось, — засмеялся Гарри. —Как ты сбежала от наших доблестныхавроров?— О, мы с Роном работали над этим двенедели, — заговорила Гермиона, усаживаясьрядом с Гарри на диванчик и обнимая его зашею. — Допрос с Сывороткой правды прошелпо плану, но некоторое время за нами ещеследили. И это несмотря на то, что Рон самявляется Старшим аврором! Но скандал,развернувшийся вокруг нашего развода,сыграл нам на руку. Журналисты самипридумали историю о том, как распалосьзнаменитое героическое трио. Но мы всеравно всеми способами проверяли, нет ли занами слежки. Потом я специально взялась заразработку нового закона, касающегосясовместной работы Министерства и гоблинов,и заявила, что работать буду на дому, собираянеобходимую литературу.Гарри улыбнулся и покачал головой,поглаживая Гермиону по плечу кончикамипальцев.— Пока все идет удачно, — продолжала она. —Но магией мне здесь пользоваться нельзя,никто не должен знать, что я была вАвстралии.— Значит, с этого дня ты навсегдастановишься обычной магглой, — усмехнулсяГарри.— Почему? — удивилась Гермиона,непонимающе глядя в насмешливые зеленыеглаза.— Потому что отсюда ты уже не уедешь, —ответил Гарри, крепче сжимая ее в объятиях.— Я тебя не отпущу. Ты сейчас должназаботиться только об одной жизни, самойценной, — он положил руку ей на живот. —Остальные должны перестать тебя волновать.Гермиона вздохнула и положила голову Гаррина плечо.— Вот и Рон сказал то же самое.— Ему тоже не помешало бы уехать изБритании, — отозвался Гарри. — Мы свое ужеотвоевали.— Но это, наверное, неправильно, — заговорилаГермиона и резко замолчала, когда в гостинойпослышался шум.Спустя пару секунд в дверях кухни появилсяМалфой, отряхиваясь от каминной сажи.— Поттер, я тут нашел еще кое-что...Драко перевел взгляд со своей одежды наГарри и увидел прижимающуюся к немуГермиону, в глазах которой все большенарастал ужас.Гарри почувствовал, как напряглась Гермиона,и осознал весь кошмар ситуации. ВнезапноГермиона резко подскочила и, выхвативпалочку, направила ее на Малфоя, которыйвсего на секунду позже достал свою, готовясьобороняться.— Гарри, — заговорила Гермиона, не отрываявзгляд от Малфоя. — Что здесь происходит?— Герми, опусти палочку. Нам надо многоетебе рассказать, — Гарри тоже поднялся,делая шаг в ее сторону, но Гермиона резкоотшатнулась назад, направляя палочку уже наГарри.— Нам? — звонко переспросила она. — Комуэто «нам»? Ты что, с ним заодно? Гарри! Онже хотел нас убить!— Да вы сговорились, что ли? — подал голосМалфой.— Убери палочку, — рявкнул на него Гарри иповернулся к Гермионе, с болью отмечая,сколько страха и отчаяния сейчас было в ееглазах, полных слез. — Герми, успокойся. Ярасскажу тебе все с самого начала.— Нет! — Гермиона сильно замотала головой ипопятилась, по-прежнему целясь палочкой вГарри и не замечая, как Малфой скрылся вгостиной. — Зачем, Гарри? — она моргнула, ипо щекам потекли слезы. — Как ты мог? Послетого, что он хотел со мной сделать...— Родная моя, пожалуйста, послушай, — Гаррисделал еще одну попытку приблизиться кГермионе, но та бросилась к выходу из дома изакричала, когда Гарри догнал ее и схватил,крепко сжимая.Он не уворачивался от ее ударов в попыткахвырваться, терпел, когда она раздираланогтями его руки — лишь только говорилуспокаивающие слова и умолял ее выслушать.Дождавшись, когда Гермиона затихнет, онстал быстро рассказывать все, что произошлос ним за эти недели, слегка раскачиваясь изстороны в сторону, закрыв глаза и болезненнонахмурившись, слушая всхлипы Гермионы.