Часть 68. Темнота.

— Она у себя в кабинете в StayHigh. — отвечал Вокс. — Амани, прошу, возвращайся, иначе через пару минут Ви станут лишь руинами и мертвецами. — быстро выговорил он, а затем нервно посмеялся.

— Амани, дорогая! — раздался ласковый, но властный женский голос.

— Привет, Ви. — неохотно поздоровалась я.

— Куда ты пропала?

— Я... вспомнила, что у меня остались кое-какие дела у себя. — врала я, прижимая большой и указательный пальцы к переносице.

— Мне одиноко без тебя, возвращайся скорее, цветочек.

— Хорошо-хорошо, только не зови меня так больше, ладно?

— Раньше тебе это нравилось... — промурчала она.

— Не теперь.

— ...

— Вина? — спросила я, не услышав ответа. 

— Жду тебя здесь через десять минут. — строго сказала она резко переменившимся голосом, что заставил меня опустить брови и изумиться. 

Я положила трубку. Мне искренне не хотелось туда идти, однако, похоже, мне придётся. Я лениво поднялась со стола и направилась на выход из здания, заранее составляя текст о расставании, такой, чтобы её не ранить. Хотя вряд ли у меня это получится. 

***

Я оказалась в башне "V" только через двадцать минут просто потому, что шла неспешно, будто иду на какую-нибудь скучную и ненужную мне лекцию. А она там будет. Казалось, что мне предстоит выслушать немало, но и так у меня было, что сказать Вине. Сегодня я твёрдо намерена с ней расстаться.

В главном зале, где обычно сидели только члены Ви, находилась куча слуг, кроме Вокс и Валентино. Первый напряжённо следил за тем, чтобы в помещении всё было идеально, вплоть до квадратного миллиметра.

— Нет, чёртов ты урод! Левее!!! — кричал он подчинённому, что пытался выровнять картину трясущимися руками. — Вот, лучше. Что думаешь, Вал?

Валентино в это время что-то быстро тараторил своему работнику с чёрной шерстью, в шляпе и с сердцем вместо зрачка. Тот записывал каждое слово возбуждённого Валентино.

— Вал! — снова окликнул его товарищ.

— Что?! — огрызнулся он, брызнув ярко-розовой слюной. Вокс устало и раздражённо вздохнул, закатив глаза:

— Как ты думаешь, эта картина хорошо здесь смотрится? — спросил он спокойнее.

Вокс снова повернул голову к стене, у которой, едва выдерживая равновесие на лестнице, стоял акулоподобный грешник и придерживал произведение искусства, на котором были изображены все четверо : Вокс, Вал, Вина и я. На этом полотне мы находились в полутьме, где наши глаза светились, а зловещие клыки отражали свет. На кресле сидели мы с Виной как пара, а Вокс и Вал стояли по обе стороны и ухмылялись.

— Пф, — фыркнул Вал, — Это моя картина. Она везде будем смотреться великолепно.

— Агх... О, Амани, здравствуй. Рад, что ты пришла. Я полчаса назад лишился своего лучшего работника из-за этой истерички. Где ты пропадала?

— Привет, Вокс. Не важно. К слову, что здесь происходит? Мы... ждём кого-то в гости?

— Можно и так сказать. Нет! — рявкнул он в сторону, — Оставь этот ебучий цветок здесь!

Один из грешников поставил огромную вазу с высоким цветком, смахивавшим на дерево на место, мгновенно исчезнув в другой угол, подальше от яростного босса.

— Ладно, не до этого. Где Вина?

— Эта мисс "Они-у-меня-выхлебают-всё-вино" у тебя. Ждёт твоего появления. Кстати, настроение у неё не очень. Готовься расплачиваться. — хмыкнул он с улыбкой.

— Не надо. Я... хочу порвать с ней.

— А как же фильм?! — встрял Вал, лежащий на диване. — Я уже составляю сценарий!!!

— Потом решим, ладно? Я... правда потеряла чувства.

Со стороны Валентино послышался насмехающийся смешок. Я послала ему вопросительный взгляд, но он продолжил что-то описывать своему подчинённому.

— Это не моё дело. — отмахнулся оверлорд. — Только сделай так, чтобы она не захотела уйти. Мы уже распечатали кучу постеров с нами четырьмя и собираемся афишировать твоё присоединение.

— Да-да, Вокс...

Я покинула общую комнату. Пока я преодолевала путь к Вине, я думала над своими словами. Нужно просто сказать ей, что та страсть угасла и любовью это вовсе не было. Не знаю, почему, но мои руки чуть подрагивали, а я выдыхала через рот. Как только я открыла двери в свою комнату, то увидела, как Ви сидела за столиком и напряжённо глядела на два бокала вина, словно они вот-вот оживут и умчаться. Она подняла и повернула голову, облегчённо выдохнув:

— Амани...

Девушка вскочила с дивана и направилась ко мне, раскинув руки. Через короткое мгновение её ладони легли на мои щёки, а губы потянулись к моим устам. Я увернулась, направив на неё сожалеющий взгляд.

— Привет. Извини, что пропала. Я хочу поговорить.

— Что-то случилось? — жалобно спросила она, заставляя меня взглянуть на неё.

— Да. Я...

— Стой, подожди! Давай ты расскажешь всё, что тебя мучает за бокалом вина.

Я устало улыбнулась и позволила ей взять мою руку и повести за собой. Ви усадила меня напротив и подтолкнула мне бокал. Я взяла его в руки и глотнула, снова обжигая горло и ощущая, что теперь мне станет легче говорить. Ви всё смотрела на меня, ожидая моих слов.

— Так о чём ты хотела поговорить?

— Послушай, Вина, я ценю всё, что между нами было. Ты прекрасная девушка и заслуживаешь лучшего, но...

— Не говори, что ты хочешь со мной расстаться. — опустила она брови, сильнее сжав бокал в руках.

— Прости.

Я опустила лицо в бокал, снова сделав несколько больших глотков. Я не привыкла разбивать сердца. Обычно это делали со мной.

— Могу я попросить тебя кое о чём? На последок?

Её щенячьи глаза, полные боли и отчаяния смотрели на меня. Взгляд стал стеклянным, заблестел на свету и с ресниц сорвалась небольшая капля, что тут же начала прокладывать дорожку к губам.

— Конечно. — ответила я, ощущая, как моё сердце сжимается от жалости и меня начинает клонить в сон. Надо было лечь спать прошлой ночью.

— Поцелуй меня. В последний раз.

Я вздохнула и поднялась с дивана. Ви повторила за мной. Обойдя стол, мы встали друг напротив друга и она обвела меня печальным и нежным взором, будто прощалась. Я вновь стала замечать, какие её глаза красивые и глубокие, какие у неё привлекательные черты лица, и какая она сама... изумительная. Я первая потянулась к ней, ощутив мгновенную слабость ног. Ви подловила меня и соединила наши губы, мягко проскользнув языком внутрь и приобняв меня. Ноги стали слабеть сильнее. Мне захотелось продлить поцелуй, потому что... потому что я чувствовала снова этот огонь в сердце, раздувающий мои чувства к ней, но эта сонливость...

— Ви... Я хочу спать... — едва прошептала я, теряя силы.

— Извини. Я не хочу потерять тебя. — произнесла она над моей головой возле уха. — Я тебя люблю слишком сильно. И не позволю кому-либо стать помехой наших отношений...

Это последние слова, которые я услышала, прежде чем в глазах резко потемнело, а под ногами перестал ощущаться пол.