Глава 94. Палаты белого дворца.

Мы все поехали в Кернштадт. Милина ради меня «вежливо» спросила у Евы, не хочет ли она проехать во дворец тоже, но она также «вежливо» отказалась. Было смешно наблюдать за реакцией людей, которые увидели Князя Нечисти во дворце Кернштадта, можно сказать, в святом месте. Вадима определили в отдельную комнату, а нас остальных к себе в палату пригласила Милина. Ближе к вечеру должно было состояться заседание по поводу того, что же делать дальше.

Мы сидели в покоях Милины. Я поражённо оглядывалась, сидя на стуле и держа в руках фарфоровую чашку с чаем и блюдечко. Эта комната была в таких же цветах, как и её комната в нашем измерении, с такой же роскошью, которая не переросла в пошлость. Только эта комната была гораздо больше, с высоченными потолками и колоннами, с отдельным балконом. Как вообще при такой невероятной комнате она может спокойно жить в той комнатке в квартире?

Из граммофона играл балет «Щелкунчик», комнату озаряло вставшее около часа назад солнце. За прошедшие вечер и ночь случилось много чего, нам было, что обсуждать, но разговор никак не шёл. Милина взяла ответственность за ведение разговора на себя.

— Хорошо на весенний бал сходили, ничего не скажешь... – она села на стул с чашкой, держа под ней блюдце, все засмеялись. – Теперь будущее зависит от сегодняшнего заседания. Мы все должны там быть.

Мы вшестером сидели за круглым белым столом на белых стульях с мягкими сиденьями и спинками, которые были в цвет комнаты и вышиты белейшими нитками. Видимо, у Милины не было здесь гостей до нас, раз стулья сохранились в таком идеальном состоянии.

— Будущее? – спросил Даня.

— Да, твоё в особенности. Ты и Князь Нечисти можете понести наказания, так как уже находитесь в руках Кернштадта, на территории дворца, где лежит заклинание, благодаря которому в стенах дворца нельзя пользоваться тёмной магией. Может вас просто выгонят, и всё вернётся на круги своя. Может тебе запретят появляться в пяти поселениях. Так что всем там нужно быть, чтобы как-то повлиять на исход собрания.

— Мне в любом случае надо будет прийти, так как всё происходило на территории нашей деревни.

— Я поговорю с мамой, чтобы она выделила помощь и деньги на восстановление.

Илья поперхнулся чаем.

— Что ты! Не могу же я...

— И даже не отпирайся! На собрании ради приличия — да, а так только попробуй!

— Действительно, – я вмешалась в разговор. – Только представь, скольких денег и сил будет стоить восстановление деревни. Помощь надо уметь принимать, и не кичиться своей гордостью.

— Я думаю, что отец тоже поможет. Он не оставит всё просто так.

Илья вздохнул и сделал ещё глоток.

— Спасибо вам огромное.

— Ещё рано, – сказала ему Милина.

Антон и Коля сидели, как бедные родственнички. Им было неловко здесь находиться, так как дело их никоим образом не касалось. Они только-только потеряли своего близкого друга, увидели его настоящее лицо. Друг, который для них был старшим братом, сам сбился с правильного пути и бросил их, предварительно высказав одному все свои тайные мысли, которые он скрывал на протяжении многих лет. Как давно Саше пришла идея могущества и свержения богов?

— Ваши родители как? – Милина тоже заметила, как им неловко. – Они знают, что случилось?

За них двоих начал говорить Антон. Они как будто два дипломата, ведущие милые, но официальные беседы.

— Времени было мало, чтобы всё объяснить им, поэтому мы решили пока им солгать и сказали, что идём на ночёвку к Дане после бала. Конечно, после нашего возвращения мы всё расскажем своим родителям. Это же никакой не секрет, что существует другое измерение?

— Конечно нет, – Милина махнул рукой. – Дело в другом — поверят ли вам. А так валяйте.

— Так странно, – сказал Коля, пребывая в ступоре и при этом вертя в руках чашку. – Меня так разъедает изнутри... – он моргнул и вернул себе ясность взгляда. – Я от Саши такого не ожидал. Сколько лет он носил в себе всё это? Сколько он нам врал?

— И считал ли он нас друзьями вообще, – тихо сказал Даня.

— Ты, – к нему обратился Антон, – не замечал, что в какой-то момент он изменился? Ты его с сада знаешь, может тогда уже были звоночки?

— В том-то и дело, что нет.

Даня спал гораздо меньше меня, поэтому был сильно уставшим и до собрания решил вздремнуть. Милина отвела его в соседнюю комнату для гостей, где он улёгся на кровати. Все хотели посидеть вместе, я должна была поддержать Колю с Антоном и Илью, но мне хотелось отдохнуть. Я хотела погулять в одиночестве, поэтому отпросилась у Милины и пообещала ей, что не заблужусь.

Роскошные залы и коридоры, конечно, не такие роскошные, как во дворце Вадима, заливал тёплый свет. Воздух прогрелся, и было уже не так зябко, как когда мы ехали в Кернштадт по только-только выходящему из-за горизонта солнцу. С пятого этажа дворца я дошла до первого. Потолки здесь были выше, чем на предыдущих этажах, а окна больше. Я каким-то образом попала в галерею, на углу которой выл витраж от пола до потолка. Эта галерея вела вдоль внутренней стены дворца и шла мимо тихого сада с небольшим чуть заросшим водоёмом. Я вышла и, скрестя руки на груди, подошла к нему.

Посреди водоёма плавала лодка с вёслами. Здесь было спокойно, и этот сад идеально подходил для того, чтобы побыть с самой собой наедине.

Но, как только я вздохнула, рядом послышался голос.

— Ты заблудилась?

Я вздрогнула от испуга и обернулась. На камне красиво возлегал Вадим, видимо, он тоже хотел насладиться тишиной и оставшимися спокойными часами.

— Я Вас не заметила.

Я начала заламывать руки. Мне было неловко, последний раз мы разговаривали с глазу на глаз в его дворце, из которого я сбежала. Мы даже ехали в разных повозках. За прошедшую ночь много, чего изменилось. И в нём самом в большей степени.

У камня стояла лавочка, на которую он почему-то не сел. Я села на неё, и мы оба смотрели на гладь и тишь воды.

— Ты тогда сбежала с Даней, – сказал он с ленивой усмешкой. – На самом деле, я ожидал, что ты приведёшь его на милую семейную беседу со мной. Но, как оказалось, ты умеешь удивлять.

— Если бы я его привела тогда к Вам, Деревня бы осталась цела?

— Вряд ли. Я тогда и правда ничего не то, чтобы не слышал, а не желал слышать. Мне нужно было побыть в эпицентре устроенной мною катастрофы, чтобы понять всё в полном объёме.

— Извините, мне действительно очень неловко. Просто я понимала, что Вы меня хотели на время битвы запереть в дворце, поэтому мне нужно было как-нибудь по-тихому убежать и предупредить всех в Деревне. Я правда собиралась попросить у Вас прощения за это, но всё как-то времени не было.

— Попросить прощения? – Вадим аж приподнялся с камня.

— Ну да, Вам нужна была поддержка в тот момент, кто-нибудь, кто о Вас позаботится, а я предпочла побежать в Деревню готовить сопротивление против Вас. Я понимаю, что сделала всё правильно, но осадок остался.

— Да, на самом деле я тогда даже разозлился на тебя и совсем поехал головой, решил, что меня снова все оставили. Как Даня вообще добрался...

— По тайному проходу к Пади, а оттуда через зеркало и на метле. Он тогда впервые на ней летал.

— А откуда он про проход узнал? – озадачился Вадим.

— Дядя Петя показал.

— О, я слышал о нём. Это из-за него построили тот сарай и положили полное вето на тёмную магию. Он — молодой человек Юлии?

Я кивнула.

— Эх... – Вадим вздохнул с улыбкой и посмотрел куда-то вдаль. – Жалко, что этого не видит Злата.

От воспоминаний про Злату в его подсознании меня передёрнуло.

— А обратно, конечно, мы с приключениями добрались.

Я услышала шуршание. Вадим лёг в другую сторону и опустил голову с камня, чтобы внимательно меня слушать и смотреть на меня во время разговора.

— Сначала у нас разломалась моя метла, потому что Даня использовал тёмную магию, а я светлую. Мы рухнули у Смородины, нашли лодку, проплыли на ней до водопада, нас к себе завела Баба-Яга, мы оттуда сбежали, переночевали и переждали дождь в какой-то пещере, после чего уже добрались до Деревни.

— Какой кошмар, такой путь преодолеть, – он перевернулся на спину. – Это я должен просить у Вас прощения. Вы могли простудиться или погибнуть.

Солнце светило через листья высоких деревьев, окружающих водоём. Вадим сложил ногу на ногу и махал одной вверх-вниз.

— Давненько я тут не бывал, – сказал он. – Я временами залезал сюда к Злате, конечно, это было опасно, но ради меня она сильно рисковала. Эту лодку я украл у местного зажравшегося купца, про которого мне говорила Злата, мы на ней обкатали всё это озеро, – он тихо засмеялся. – Она тогда так удивилась и била меня своими ручками, хоть и смеялась, требуя меня вернуть купцу его лодку. Извини, – Вадим повернул свою голову ко мне. – Я слишком увлёкся.

— Не извиняйтесь, воспоминания о ней — всё, что у Вас осталось.

— У некоторых от своих близкий людей даже и их не сохранилось.

Мы ещё посидели полчаса, после чего я попрощалась с ним и ушла. Ему нужно было насладиться временем и воспоминаниями, пока его никто не трогает. Я даже не стала ему ничего желать, чтобы не загружать Вадима раньше времени.

Я вернулась к комнате Милины, взялась за ручку и уже была готова открывать дверь, но, услышав радостные возгласы, смех и громкую музыку оттуда, медленно убрала свою ладонь. Я посмотрела на соседнюю дверь.

В комнату, где спал Даня, я вошла тихо, полностью уверенная в том, что за час он не успел выспаться. Я тихо проскользнула в комнату и, придерживая её одной рукой, а другой держась за ручку, закрыла за собой дверь. Шторы были задёрнуты, в комнате стояла тишина, было слышно лишь тихое сопение Дани. Какие толстые тут стены, раз смогли полностью изолировать спальню от тамошнего бедокура и воцарить здесь идеальную тишину. Я боялась издать лишний шум, чтобы не разбудить Даню, несмотря на то, что он обычно спит крепко. На самом деле, мне тоже хотелось вздремнуть ещё хотя бы часик. Я аккуратно пристроилась рядом с ним на огромную кровать с балдахином. Конечно, и по мягкости матрасов дворец Кернштадта проигрывает дворцу Вадима, но после земли с листьями для меня эта кровать было раем.

В такой сонной обстановке я уснула.

Я проснулась снова первая. Из-за штор было невозможно даже определить время суток. Я во время сна закинула руку на Даню и пододвинулась в упор к нему. После сна я всё ещё была сонной и до конца непроснувшейся, поэтому осталась лежать. Даня повертелся и перевернулся на спину. Его глаза были открыты, и он, закинув руки за голову, смотрел в потолок.

— Ты уже проснулся? – спросонья мой голос был сиплым.

— Угу.

— Я недавно Вадима видела, он в саду сидит, не хочешь к нему наведаться?

— Нет, пусть он отдыхает перед этим сраным собранием. У меня с ним будет ещё куча времени, – Даня помолчал и посмотрел на меня. – Как и у нас с тобой.

— Дурак, – я засмеялась и уткнулась лицом в подушку.

Даня тоже посмеялся и немного помолчал.

— На самом деле, мне правда нужно с ним как-то наладить контакт. Он мне родной отец, но между нами такая огромная пропасть, над которой надо работать и работать. Глеб и правда промыл мне мозги своим бредом, что я был настроен слишком категорично к нему изначально.

— Конечно, он же сильнейший демон. Народ его боится и ненавидит, он же типа представляет сильную опасность для них, и под его началом работает другая мелкая нечисть.

— А меня народ тоже будет ненавидеть?

— Кто их знает. Коллективный разум не всегда генерирует верные и адекватные вещи.

— Ну, теперь у нас появилась другая опасность. Может коллективный разум переключится на нового тёмного бога и забудет про папу.

— Насчёт Саши... мне очень жаль.

— Мне кажется, что мы ещё с ним встретимся. Это точно не была последняя наша встреча, для этого мне нужно стать сильнее.

— Ты хотя бы на эту тему умом не тронься.

— Я буду знать, что у меня есть надёжная поддержка, которая, если что, мне подскажет правильный путь и мякнёт, если я с него собьюсь.

Даня обнял меня двумя руками, я обвила руки вокруг его шеи, и мы поцеловались. Пока я наслаждалась милым и спокойным моментом, я не заметила, как он переставил ноги и уже оказался надо мной. В темноте было не видно, какой красной я была, но у меня горели щёки адовым огнём. В голове все мои морали и правила отошли на задний план, когда меня словно камнем придавило к кровати в области живота. Я чуть повернула свою голову в сторону.

— Дань?

— М?

Он поднял свою голову и посмотрел на меня. В темноте его взгляд казался по-настоящему демоническим, отчего в моей голове начало всё путаться пуще прежнего. Даня усмехнулся и снова начал меня нежно и с любовью целовать.

— Рота, подъём!!! – с ноги кто-то выбил дверь. – Собрание только через час, но сказали...

С порога в комнату Коля успел уже сделать пару шагов и, завидев нас, встал в ступор на пару секунд, после чего отвернулся и рванул обратно в коридор.

— Я ничего не видел, я ничего не видел!

Я резко хлопнула себя по лицу и закрыла его ладонями. Даня обречённо упал на спину камнем рядом со мной. Он взял из-под головы одну подушку и кинул её на себя.

— Какой кошмар, какой кошмар! – я причитала себе в руки.

— Умеет он вовремя приходить.

— Милина меня с ума сведёт, если до неё дойдёт.

— А если такое видел Коля, то до неё дойдёт...

Я застонала себе в ладони.

— Ты иди пока к ним, я скоро подойду.

— Да, да, да.

От пережитого волнения меня всю потрясывало, я вскочила и выбежала из комнаты, забежав сразу в туалет, чтобы немного снизить градус.

Перед таким важным собранием нужно быть спокойной и собранной. На нём должно решиться будущее.