Глава 80. Агния.

— Резче! Давай, да! Раз, два, раз, два! Считай у себя в голове!

Пошёл третий час, как крепкий мужчина в косоворотке командовал на всё поле для тренировок своим выработанным на боях громогласным голосом. Уже садилось солнце и окрасило действительность тёплым оранжевым цветом. В закатном солнце прыгала девочка лет двенадцати с деревянным мечом, выполняя различные рубящие и резные движения. Для своих лет она блестяще владела мечом, что признавал и её названный мастер, особенно он восхищался упорством и трудолюбием этой маленькой девочки, которая просила всех воинов поднатаскать её в их деле. Через пару лет она собиралась пойти в учебный воинский отряд, где помимо неё было всего-то пара-тройка девушек. В ней был потенциал, да ещё какой! Втихаря витязи, у которых девочка просила уроки, говорили, что через пару десятков лет, если она продолжит также упорно заниматься, то сменит их неумелого воеводу.

Волосы девочки, словно лента, летали за ней по ветру и изгибались от резких потоков воздуха. В будущем она планировала отрезать их, чтобы не мешались, так как крепко завязывать ленту она не умела. Её лицо было красным и липким от пота, после двух часов работы другим оно и не будет.

К ограде поля для тренировок подошли две девушки в роскошных одеяниях и с ними маленькая девочка, было ясно, что они — не простые лекарши и уж, тем более, не крестьянки. У одной из них волосы были заплетены в длинную толстую косу, другая заплела две передние пряди своих золотистых волос назад, а волосы девочки были слишком коротки для каких-то замысловатых причёсок.

— А она всё тренируется... – вздохнула одна их них.

— Ха-ха-ха, Елена, какая у твоего дедушки будет сильная и надёжная армия. Нам бы таких!

Сидящий на ограде витязь подскочил и повернулся к ним.

— Здравие желаю, Ваше благородие! – он согнулся в поклоне.

— Здравствуй, здравствуй, Люборад. Ты уже почти год занимаешься с ней, у тебя так хорошо получается. Не думаешь заделаться мастером?

Девочка, заслышав голоса, отложила своё занятие и побежала к девушкам.

— Сударыня Елена! Сударыня Злата! Юля! – она подбежала к ограде и поклонилась им, потом схватилась руками за деревянную перекладину.

— Ох, извини, что отвлекаем тебя от занятий, – извинилась Елена.

— Ха-ха-ха, Агния, как хорошо у тебя получается! Поскорее бы увидеть тебя в форме учебного воинского отряда.

Глаза девочки так и заблестели от благоговения перед этими девушками. Она была с ними близка, девушки всегда, когда выдавалась свободная минутка, навещали Агнию. Она же чуть ли их не боготворила, для неё они — примеры для подражания. Агния хотела вырасти и стать такой же сильной и могущественной, как они, так что ловила каждое их слово. В особенности Агния превозносила сударыню Злату. Девушка в пятнадцать лет, как и подобает будущей главе Кернштадта сдавала экзамен: уничтожить на территории леса десять упырей. Обычно организация такого важного для семьи главы Кернштадта проходит на высоте, но в тот раз никто не уследил, и экзамен проводился на территории обитания аспида. Злата тогда успела лишь пустить сигнал в воздух, чтобы сообщить о своём местонахождении и показать, что что-то пошло не так. Она ясно понимала, что доберутся до неё в лучшем случае через два часа, и всё это время ей нужно будет убегать и сражаться с огромным змеем, который изо рта извергает огонь. Мастерство девушки было настолько высоко, что она за полтора часа справилась и своими руками убила аспида, чего не могли сделать десятки лучших магов города. Для Агнии Злата была словно вышедшая из Нави богиня, она была для неё воплощением идеальности и праведности, защитницей простых крестьян от нечисти.

— А, если я поступлю, то Вы повяжете мне ленту?!

— Агния! – крикнул Люборад.

Девушки разразились смехом.

— Конечно! Надеюсь, сударыня Елена не забудет меня позвать на этот знаменательное мероприятие?

— Надеюсь, сударыня Злата найдёт для нас свободный часик в своём плотном графике?

— Я тоже приду! – сказала маленькая Юлия.

— Вряд ли отец тебя отпустит, но я что-нибудь да придумаю, не волнуйся, – Злата посмотрела на свою сестрёнку и перевела взгляд на светящуюся Агнию.

Девочка Юля была её одногодкой и единственной подругой, с которой они часто что-то творили. От них было много проблем, и глава Кернштадта запретил своей дочери общаться с Агнией. Конечно, такой глупый запрет родителя для столь своевольной девочки ерунда, но хотя бы рядом со своей старшей сестрой она делала вид, что действительно более не общается с Агнией, хотя их сверкающие взгляды говорили сами за себя. Они были похожи и так легко сошлись. Юлия отличалась от всех своих родственников горячим нравом, прямолинейностью и неусидчивостью, но пока её родители это списывали на возраст. Они надеялись, что позже это пройдёт, и их дочь «образумится», но кто знает. Сейчас она лишь взглядом поприветствовала Агнию, и они обе вспомнили, как только два дня назад охотились за зайцами. Для Златы и Елены было всё предельно ясно и они улыбались, смотря на маленьких девочек, которые думали, что об их секрете никто не знает.

— Агния!!! – все вдруг замолчали и посмотрели в сторону крика.

К ним подходила девушка в мантии лекарей, за ней болталась её тонкая длинная коса. Она поклонилась всем присутствующим и сразу обратилась к Агнии.

— Мама тебя уже полчаса ждёт! Меня за тобой прямо из-за стола отправили, давай, домой, быстро!

Люборад встал с ограды.

— Мы уже заканчивали, так что Вы, юная девица, вовремя.

— Уже? – растерянно спросила Агния.

— Перетруждаться тоже не стоит, – сказала Елена. – Надо и отдыхать.

Агния опустила голову.

— Ну ладно... До свидания! – она со всеми раскланялась и пошла за сестрой.

Дом семьи Агнии находится у края холма, у подножия которого находилась станица. Майя — старшая из сестёр Агнии, помимо их двоих в семье было ещё двадцать детей. Одних двоюродных сестёр у Агнии семь штук. Мама Агнии часто пропадает на работе, в поездках, в которых она собирает травы и делает записи. Веслава в свои сорок пять написала уже три книги, одна из которых внесла значительный вклад в лекарское дело. Её муж — отец Агнии — Святомир — не менее успешный человек своего дела. Лучший мастер в учении будущих лекарей, в числе лучший лекарей всего Три Девятого измерения было четверо его бывших учеников. Так как родители девочки много работали, виделись они не так часто, как ей того бы хотелось. Это не отражалось на их отношениях, Агния считала их лучшими родителями, которые у неё могли бы быть. Во время отсутствия Веславы и Святомира Майя остаётся за старшую, а Агния, как непоседливый ребёнок, постоянно ей доставляет неприятности и лишние волнения, поэтому она уже года как два не церемонится со своей младшей сестрой.

Для большой семьи большой дом — тридцать восемь человек, как-никак! Ужины проводились в определённое время, когда все члены семьи, находящиеся в Деревне N, собирались вместе. Поэтому столовая была невероятных размеров, словно банкетный зал во дворце. В столовой стояло три длинных дубовых стола, которые выдерживали тяжесть всех блюд, поставленных на них. Агния любила семейные ужины, каждый день словно праздник. Куча вкуснейших блюд, вся семья, дедушка Боян рассказывает очередные легенды, которые он собрал за свою жизнь, путешествуя по миру, тётя Ладомира, заставляющая съедать всё, что находилось в тарелке, чтобы набираться сил, братья и сёстры, с которыми можно играть во что угодно. Ни единого дня ей не было скучно со своей большой семьёй, в которой она каждого по-особенному любила.

В столовой уже все расселись по своим местам, в центре главного стола сидели старейшие из всех — бабушка Ракита и дедушка Огнеяр. Как только девочки зашли, он обратился к ним.

— Ха-ха-ха, а вот и наша поленица! Сестру пришлось за тобой посылать, трудяга!

Сёстры сели на свои места, к Агнии сразу подошла бабушка Далина и налила два полных половника борща в тарелку, Агния взяла ложку и кинула себе в суп сметану.

— Кушай, девочка моя, после тяжёлой тренировки нужно хорошо подкрепиться и набраться сил на завтрашний день.

— Спасибо, баб Далина!

Девочка размешала сметану и начала жадно поедать борщ, который сготовила тётя Млада. Каждый в этом доме чем-то занимался, таким большим количеством людей было нетрудно вести хозяйство, даже весело.

Агния из древнейшего и знаменитейшего рода лекарей этой деревни, который всё своё существование делает неоценимые вклады в лекарское дело Три Девятого измерения. Сколько книг было написано, сколько трудов выпущено, скольким людям они помогли, сколько открытий сделали. По трудам членов этого рода лечат всех раненных в битвах воинов. В том, что Деревню N включили в список пяти главных поселений, есть и часть их заслуги. Агния будет первой, кто, вопреки традициям, встанет в ряды воинского отряда. Поначалу её родители не одобряли решение девочки, но потом вся семья решила, что одним лекарем больше — одним меньше, дело их рода будут продолжать те, кто действительно любит лекарское дело. Выбор Агнии поддержали все родные, она чувствовала сильную поддержку от них и от этого была уверена в себе и своих силах. Её семья давала ей, если не половину, то значительную часть силы точно. Она тренировалась, проходила множество разных испытаний, училась езде на коне. Возможно, что из-за такой большой семьи и такого большого опыта общения Агния и смогла легко найти общий язык с витязями, которые обучали её: каждый чему-то своему. Она собрала в себе техники и секреты разных воинов, которые в будущем сможет использовать в боях. Агнии всё не терпелось вырасти и пойти на своё первое сражение. Каждый раз, как она видела уходящие на битву ряды воинов и коней, её большие детские глаза блестели от восхищения.

Ужин был как всегда невероятно насыщен вкусной едой, тарелки мыли старшие и некоторые взрослые, поэтому Богдана — самая младшая из здешних детей осталась на Агнию. Это была младшая дочь тёти Сречи, которая являлась старшей сестрой мамы Агнии. Агния, пока Майя мыла посуду, взяла маленькую Богдану и отнесла к себе в комнату. Она поиграла с ней в ладушки, заплела ей косичку. После ужина было время, пока все дети в доме переваривали съеденную еду, поэтому, хотя бы на час в день, в коридорах дома стояла относительная тишина. Агния любила маленькую Богдану, она — единственная, кто младше Агнии, из-за чего она могла заботиться, как старшая, только о ней.

— Ну что, хочешь сказку? – Агния тискала маленькую Богдану за щёчки.

— Угу.

— Ну слушай... Жили-были отец и мать и была у них дочка. Не успела дочка вырасти, как у неё умерла мать. Вот однажды пошла девочка к своей крёстной прясть пряжу, а та принялась её уговаривать, чтобы попросила она отца, взять её в жены. «А потом, — обещала ей крёстная, — ноги я тебе буду мыть в молоке, а голову в пиве».

Агния рассказала сказку «Звенящая липа», которую ей рассказывал дедушка Боян, на которого потом ругалась тётя Ладомира. Несмотря на запрет рассказывать эту сказку ребёнку, Агния просила втихоря пересказывать дедушку эту сказку, так как она ей очень нравилась.

— Утром привязали слуги мачеху к дикому коню и пустили по бездорожью. С тех пор никто её больше не встречал. А липа снова принялась звенеть, пёс лаять, а маленький сыночек — улыбаться.

— Ого-о-о... – протянула Богдана.

В комнату зашла Майя. Яркий свет из коридора из проёма осветил комнату, в которой горела одна восковая свеча. Комнаты были единственным местом, где была возможность побыть в одиночестве, которого в последнее время так не хватало Майе.

— Агния, ты Богдану забрала?

— Ага, я её заплела, посмотри!

Агния с гордостью показала сестре своё творение, созданное на волосах Богданы. Малютка прям светилась от счастья. Майя скрестила руки, легла на косяк и засмеялась в кулак. Не то, чтобы на голове Богданы было прям гнездо, но её причёска была небрежно-смешной.

— Смешно тебе?

— Нет, нет, нет, что ты! Действительно хорошо получилось.

Майя не врала — для Агнии это был действительно хороший результат. Сама себе она пока может заплести кривой-косой хвост, и каждое утро Майе приходится перечёсывать свою сестру.

— Давай Богдану, я её отнесу тётушке Сречи. Иди во двор играть ко всем, я скоро подойду.

Майя подошла и аккуратно взяла на руки Богдану, а радостная Агния побежала по ступеням вниз, чуть не врезавшись в тётю Ольгу.

— Ой, милая моя, поаккуратнее!

— Извините, тётушка!

— Резвунья, – улыбнулась женщина.

Во дворе собрались уже все дети. Целая орава детей, начиная от двенадцатилетней Агнии и заканчивая семнадцатилетним Озимом, играла в жмурки.

— Кот, кот, на чем стоишь?

— На квашне.

— Что в квашне?

— Квас.

— Лови мышей, а не нас!

Как всегда двор был наполнен криком и смехом. Соседи уже привыкли к такой оживлённости и иногда даже чувствовали лёгкое одиночество.

Вскоре окончательно стемнело, и во двор вышла Майя, чтобы отправить всех в дом. Там дети начали играть все вместе в прятки. Дом, благо, позволял прятаться всем двадцати детям. Агния обожала играть в прятки, и она умела хорошо играть. Её находили одной из последних, она всегда пряталась в необычных местах и вовремя находила многие новые. Ей нравилось рисковать и становилось скучно от глупого сидения на месте, поэтому она меняла своё местоположение.

Через час их погнали сначала в баню, а потом спать. Агния делила комнату с Майей. Было невероятно приятно после дня тренировок и вечерней бани лечь в чистую постель. У Агнии отнимались ноги, и она, как только упала на кровать, была готова сладко уснуть. Майя расчёсывала волосы, смотря в окно и о чём-то думая. Агния это заметила и улыбнулась, понимая причину терзаний своей сестры.

— Свидание со Святозаром удалось?

— Эй! – Майя так и подпрыгнула на месте. – Нельзя так резко говорить о таком! Ты-то никому не проболталась?

— Рот на замке.

— Хорошо... – девушка успокоилась и чуть заметно покраснела. – Удалось на славу.

— О-о-о, – довольно протянула Агния.

— Он придёт свататься через три дня.

Агния с восторженным аханьем села на кровати.

— Серьёзно?!

— Тш-ш-ш! – Майя встала с подоконника, положила расчёску на туалетный столик и пошла к свече. – Всё, спать.

— Ну Майя!

— Тебе пора спать, чтобы завтра быть полной сил для тренировок.

Майя задула огонёк, от свечки пошла дорожка дыма. Она поцеловала Агнию в лоб и легла с ней рядом. После такой новости Агния немного взбодрилась и уже не могла уснуть. Майя тоже. Она лежала навзничь и смотрела в потолок. Она ничего не видела в темноте, её слепо смотрящие глаза были чем-то обеспокоены, отчего она кусала свою нижнюю губу.

Прошло десять минут. Агния всё не могла уснуть, а Майя привыкла к темноте и начала видеть балку, проходящую по потолку.

— Ты спишь? – шёпотом спросила Майя.

— Да.

Майя тихо засмеялась. Агния очень сильно любила смех своей сестры, было приятно его слушать.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, ты сохранишь мою тайну до нужного времени?

— Конечно.

— Ты же говоришь бездумно. Но... Ты единственная, кому я могу доверять. Даже маме... Кхм. Ладно.

Майя тоже любила своих родителей, но у неё были свои скелеты в шкафу. Она была прилежной ученицей, послушной старшей дочерью, на которую родители могли положиться. Она видела счастливых домочадцев, которые, казалось, были счастливы и радостны двадцать четыре на семь. Ей думалось, что она — единственный человек в этом доме, который был подвержен тоске.

— Я перееду к Святозару.

— Что?.. – растерянно спросила Агния. – Переедешь к нему?

— Да, там изба, конечно, не такая, как у нас, но всё же.

Агния помолчала.

— Зачем ты мне это сказала?

— Чтобы ты знала. И, может, чтобы мне полегче было.

— Понятненько... – её голос задрожал.

Майя изогнула бровь и повернула голову в сторону сестры.

— Ты чего?

Агния шмыгнула носом.

— Не бойся, я не перестану заниматься лекарским делом, буду сюда частенько заходить.

— Ты любишь Святозара?

— Ну... да, – на самом деле каких-то сильных чувств она не испытывала к нему, для неё это была хорошая возможность переехать в более спокойное место.

— Как я без тебя буду? Ты ведь... ты моя сестра...

Майя услышала, что Агния тихо давилась плачем.

— Ну, что ты! – Майя укрыла Агнию одеялом с головой и повернулась на бок, чтобы обнять сестрёнку. – За тобой будут следить Яролик, Вселюб и Млава, а тебе самой достанется целая отдельная комната! – она пыталась успокоить сестру, чтобы она не расстраивалась.

— Дело не в этом, – пробубнила Агния.

— А в чём же? – Майя говорила нежно и с улыбкой.

— Ты, как я без тебя буду?

— Ну ты чего, я же буду навещать вас, тебя буду каждый день проведывать. Обещаю, что приду на посвящение тебя в ученицы военного отряда.

— Это совсем не то.

— Ха-ха, глупышка, ты же не думала, что я буду всю жизнь с тобой носиться?

Агния шмыгнула носом.

— Спи давай, – Майя ещё раз поцеловала сестрёнку.

Этой ночью Агния, хоть и была в слезах, но уснула в объятиях сестры. Она начала ценить ночи, проводимые с сестрой. Агния всё была недовольна, что с ней в комнате обитает её старшая сестра, которая тщательно следит за её сном. Не хочешь спать? Закрывай глаза и спи. Почему в такое позднее время ещё не спишь? Не можешь уснуть? Не вертись и сразу уснёшь! Но теперь же она осознала, что ей осталось провести всего-то три ночи с сестрой, после чего она уедет. И всё поменяется.

Как только ей пришло осознание того, что вскоре она будет засыпать одна в комнате — в горном одиночестве — по её спине пробежали мурашки. Но она решила, что беспокоиться будет потом. Сейчас надо по-максимому насладиться тем, что у неё ещё есть. Поэтому Агния поёрзала в объятиях сестры, поудобнее устроилась и сладко уснула.

Настало утро. Агния давно так крепко не спала, видимо, её вчерашняя тренировка прошла на славу. Она проснулась в объятиях своей сестры, как и засыпала, только Майя, может, чуть поменяла позу во время сна. Когда такое было-то, что она просыпалась раньше сестры? Агния, у которой поднялось настроение от такого сюрприза, решила удивить сестру. Она аккуратно, чтобы не разбудить обычно чутко спящую Майю, выползла из её объятий. Агния, пока лежала в объятиях сестры по утру, решила, что Майя права: она не сможет быть рядом с ней всю жизнь. Агния должна стать самостоятельнее, она должна радоваться за сестру, что та выходит замуж. У Майи и так будет куча забот, поэтому надо ей показать, что ей не о чем волноваться, что Агния сможет позаботиться о себе. Нельзя быть капризной маленькой девочкой.

Она вышла в ванную, умылась, расчесалась так, как её учила Майя: снизу-вверх, не деря волосы, и сделала себе конский хвост. Агния была довольна проделанной работой. Хвост, который она сделала, был без петухов и не слишком стянутым. Майя будет поражена и горда тем, что её сестра стала более самостоятельной!

Сколько было времени? Агния тихо вышла из ванной и оглядела коридор. Стояла тишина. Все ещё спят? Если бы спала одна лишь Майя, то Агния бы поверила, но не могло быть того, что остальные тридцать шесть человек ещё спали. Она не могла проснуться настолько рано, раньше даже тёти Аси, которая просыпалась с первыми лучами солнца кормить курей, и дяди Трислава, который просыпался от кудахтанья куриц под своим окном и шёл в мастерскую заниматься резьбой по дереву. Агния пошла будить сестру, чтобы спросить, в чём дело.

Она вернулась в комнату.

— Майя, – Агния тихо сказала, чтобы не напугать её спросонья, – ты спишь?

Ответа не последовало.

— Ма-а-ай? Май, поднялась, пошла жить жизнь! Давай!

Агния прыгнула на кровать и начала трясти сестру, которая так и лежала, не двигаясь. Агния тряхнула Майю, и та перевалилась навзничь. Майя была бледна и спала мёртвым сном. Её шея, ночная рубашка, покрывало под ней насквозь были пропитаны кровью. Рот Майи открылся, весь её подбородок был измазан кровью, от губ текло множество толстых дорожек.

— Майя... Мам... – Агния медленно начала отходить от кровати, не отрывая взгляд от мёртвого лица Майи. – Мам!

Девочка рванула в комнату старших, где иногда спали и её родители, и тётя Ладомира со своим мужем — дядей Белотуром, а также бабушка Нина и дедушка Боян. Вчера ещё с родителями ушли спать Млава и Яролик, которые во время вечернего мытья в бане уговаривали родителей позволить им лечь с ними.

Агния спустилась на этаж ниже, перепрыгивая через ступеньки. Она чувствовала приближающуюся истерику, но она держала себя в руках, кусала губы. Глаза застилала пелена слёз, и она по памяти прыгала по ступенькам. Как сказать родителям? Что именно произошло? Это первый раз, когда кто-то умирает у Агнии. Она не знала, как себя вести, и что делать. Казалось, что это просто дурной сон.

Она открыла дверь в комнату старших и сделала шаг, что было непозволительно при старших. Если бы это увидел дедушка Огнеяр, поставил бы её в угол. Но только она сделала шаг, как почувствовала что-то не то. Агния опустила глаза и замерла от ужаса: весь пол был в крови. Она ступила своей правой ногой в лужу крови своих родных.

— Что? Нет... Нет, нет, нет!

Агния закрыла двумя руками рот, пытаясь сдержать рвотный позыв, и согнулась пополам. Прям перед ней ничком лежало тело Яролика с протянутой вперёд рукой. Она медленно подошла к телу брата. Её предплечья свело, а кисти рук дрожали. Агния тронула его пальцем, после потрясла, но он и не думал двинуться.

— Да что же это такое...

Агния начала плакать. Она вскочила и подбежала к родителям: мама лежала на кровати, под ней валялась Млава, а на полу чуть дальше от кровати лежал её отец.

— Мам, пап! – но никто ей не ответил.

Она завизжала, ей стало страшно находиться в комнате, наполненной трупами. Девочка начала в беспамятстве бегать по комнатам избы, ища хоть единственного живого человека, помимо неё, звала кого-нибудь на помощь. Но все — все тридцать семь человек — были уже мертвы. Кто-то безжалостно их убил. Агния кричала, визжала, плакала, давилась слезами и соплями. Она не могла в это поверить, в доме, до этого кишащим людьми, криками и разговорами, воцарилась мёртвая тишина, которая только ещё больше сводила маленькую Агнию с ума.

Агнии внезапно пришло всепоглощающее осознание — все мертвы, она осталась одна, одна живая душа в этом доме. Весь её родной дом наполнен телами, в которых более не осталось сознания. Это осознание затянуло её в пучину, и истерика накатила новой волной. Она вдруг почувствовала мёртвый холодок на своей коже. Агния выбежала на улицу: вся в слезах, соплях, перемешанных с кровью. Она выбежала за калитку и упала на колени, обхватила себя руками, истошно крича и плача.

— ПОМОГИТЕ!!! ПО-МО-ГИ-ТЕ!!!

На крик девочки собрались соседи, которые находились у себя в избах, и мимо проходящие неравнодушные люди. Они сначала пытались выяснить, что случилось, но Агния не могла ничего внятно объяснить, из-за истерики она просто кричала и повторяла что-то несвязное. Некоторые люди протиснулись через калитку и прошли в дом, кто-то остался с ней. Прошло какое-то время, как кто-то из зашедших в избу соседей, закричал.

На крыльцо из избы выбежал мужчина.

- Там все перерезаны!

Толпа ахнула, кто-то ринулся за помощью, кто-то побежал в дом, кто-то заплакал, смотря на маленькую Агнию. Казалось, что её горло на пределе, но всё же Агния смогла закричать ещё истошнее, раздирая своё горло. Девочка плакала так сильно, она так не хотела осознавать происходящее и принимать факт смерти своей семьи, что потеряла сознание.

Ян отучился в монастыре, путешествовал по миру, изучал веру и был так предан церкви, что по собственной инициативе ушёл в деревню строить храм и работать там попом. Он понимал, что может забыть про сон — ему принимать роды, ему хоронить людей, ему кормить странствующих по миру, людей, которые ищут утешение. Всё это могло случиться и в четыре утра, и в два часа ночи, ведь у жизни нет расписания. Она просто начинается и внезапно заканчивается, и каждую из них встречать и провожать предстояло Яну. Он был словно привратником Яви.

Ян уже как неделю жил ухаживал за новым храмом и светился от счастья. Мужчина предвкушал работу, которая ему предстояла в этой деревне, но вот с момента строительства храма никто не рождался и, слава богу, никто не умирал. Глава деревни — великой души человек — отдал во владения храма поле Пиона, о котором известно всему Три Девятому измерению, и который не уступает по своим характеристикам полю Гвоздики в Кернштадте. «Лучше оно будет под надзором честного и надёжного человека, чем кое-как охраняемое безалаберными стражами», – так он и сказал!

Каков был его ужас, когда к нему в храм, когда он, подпевая себе под нос, подметал крыльцо храма, прибежали переполошенные люди и повели его в избу рода местных лекарей. Он не представлял, что первой его работой будут похороны жестоко убитых тридцати семи человек. Он в ступоре стоял и смотрел на тридцать семь тел, покрытых белоснежными покрывалами. Ему нужно было проговорить молитву, походить с кадилом и проконтролировать само погружение тел в землю. Он понимал взваленную на него ответственность, но не думал, что реальность так отличается от его ожиданий. Ян не мог смотреть на потерянную Агнию. Её глаза были пустыми, физически она стояла тут, но в своём сознании она будто потерялась. На похороны семьи пришло множество людей, даже глава деревни. Рядом с Агнией стояла Елена, она положила руку на плечо девочки и сама пыталась сдерживать слёзы. Агния уже не плакала. Елена сказала, что какое-то время Агния поживёт у неё в тереме, конечно, это не та изба, в которой она жила, но пока девочке лучше туда не возвращаться. Софья — тётя Елены, сама живёт в соседнем измерении, но, узнав о случившемся, отбросила все свои дела и примчалась в Деревню N. Софья распорядилась уборкой в доме Агнии, который теперь принадлежал только ей одной, в который она вернётся лишь тогда, когда сможет это сделать сама.

Также на похороны пришёл Святозар со своей семьёй. Они раскланялись с Агнией, Святозар крепко обнял её, за что она его слабо поблагодарила. Её голос и так был сорван, так что лишний раз она пыталась не разговаривать.

Ян, проведя все церемониальные действия, подошёл к Агнии. Ему нужно было что-то сказать Агнии, но он не знал, что именно. Слова поддержки тут не помогут, говорить о жизни дальше тоже сейчас не к чему. Он и представить не мог, что происходило в голове девочки, о чём она думала. Честно сказать, даже глава деревни не знал, что говорить. Вацлав Честиславович стоял рядом и также молчал.

— Агния, ты... – начал Ян. – Ты всегда сможешь прийти в храм, чтобы найти утешение и поддержку.

— Спасибо, – хриплым голосом тихо сказала Агния.

Ян поджал губы и кивнул. Глава деревни отвёл его в сторону.

— Спасибо за хорошую организацию и проведение, батюшка, – сказал Вацлав Честиславович. – Мне прискорбно, что Ваша первая работа здесь получилась такой... Я сам не могу отойти от происходящего.

Несмотря на то, что Ян был гораздо младше Вацлава Честиславовича, он относился к нему с уважением и как к истинному пророку, отчего Ян немного смущался.

— Я от всего сердца соболезную девочке, такое пережить в двенадцать лет! Буду молиться и просить богов, чтобы она не сбилась с истинного пути. Сейчас она в подверженном для тёмной силы и тёмных решений состоянии.

— За ней пока будет присматривать моя внучка, мы все будем благодарны Вам за Ваш вклад в её воспитание.

Ян поклонился главе, тот чуть принагнулся в ответ.

У могил всё стояли Елена с Агнией. Все начали расходиться. Они вдвоём стояли перед деревянными крестами.

— Извини, нам придётся потесниться в моей избе.

— Что вы, спасибо, что взяли меня, – у Агнии были силы говорить лишь с Еленой, она сжала руку девушки крепче. – Я вам буду должна.

— Что ты? Единственное, что ты можешь для меня сделать — не считать себя должной.

— Спасибо.

Елена закусила губу. Она понимала, что Агния была сломлена. Только вчера она была полна сил и бодрости духа, всё говорила о своём будущем в учебном военном отряде. Сейчас её голос был сорван от душераздирающего крика, а она разбита вдребезги.

Агния, как только пришла в сознание, поняла, что на неё легла огромная ответственность — дело её семьи. Она не могла себе позволить, чтобы труды родных пропали зря, были забыты. Агния решила отречься от своей мечты, чтобы её совесть была чиста. Она хотела, чтобы Майя знала, что она может справиться со всем сама, отодвинуть свою эгоистичность, чтобы Майя была спокойна гордилась своей младшей сестрой.