Глава 8. Старые связи

Быстро собравшись, я сбежала вниз по лестнице и начала нетерпеливо высматривать остальных, переминаясь с ноги на ногу. Мне хотелось поскорее переместиться в главный дом семьи Илувала. Я ждала этого так долго, казалось, ещё пару минут и я сгорю от нетерпения! Себастия, посмеиваясь, неторопливо шла ко мне. Мартин вообще, стоя в проходе, разговаривал со слугами, давая какие-то указания. Только Леура, понимая моё нетерпение, настраивала портал.

— Почему сегодня все превратились в улиток? — не выдержав, возмутилась я.

— Это ты сегодня стала торопыгой, — улыбнулась Себастия. — Наш дом ждал почти два года. Ничего с ним не случиться за пару часов.

Прокрутившись на каблуках, я возмущённо вздохнула. С последнего приключения прошло несколько месяцев. С группой некромагов наши семьи разобрались, получив за это новые почётные награды и лестные комплименты. Лициния ещё не пришла в себя. Она начала самостоятельно есть и ходить — это был колоссальный успех. Жрецы прогнозировали ей быстрое восстановление и с интересом наблюдали за подопытной. Ведь, как они сами говорили — это довольно редкий случай. Плакус, к нездоровому любопытству целителей, относился нейтрально, полагая, что это поможет в будущем другим несчастным.

— Все готовы? — вывел меня из воспоминаний голос Мартина.

— Давно уже, — проворчала я.

— Тогда начинаем, — продолжил Ганцеваль, не отреагировав на мой комментарий.

Переместившись через портал, я услышала хор голосов, приветствующих нас. Это были слуги нашего дома. Они стояли, выстроившись в линию, и, низко поклонившись, вторили:

— С возвращением господа! Рады видеть вас в здравии!

К нам вышел сухонький, седой старичок и, поклонившись, обратился ко мне:

— Разрешите представиться. Я Аппий — смотритель дома семьи Илувала. Рад познакомится с женой моего господина. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, или пожелания я всегда готов их выслушать и помочь вам, — повернувшись к Себастии, он сообщил. — Всё было подготовлено согласно вашим распоряжениям, госпожа.

— Хорошо. Отнесите наши вещи в комнаты. Вначале я проведу экскурсию, для новой хозяйки дома. Где-то через час, подавай чай в зелёную гостиную, — распорядилась Себастия и, обернувшись, жестом позвала за собой.

Мы находились в огромном холле с мраморным белым полом и колоннами, по которым шли золотые прожилки. С высокого потолка — примерно метра три — свисали тяжёлые люстры, горящие магическим светом. Сам потолок представлял собой целую картину, в центре которой был изображён белый дракон, величественно расправивший крылья и парящий среди облаков. Его золотые глаза лукаво смотрели на приходящих в дом и, как бы говорили — я всё про вас знаю. Порталом нам послужило большое зеркало, в серебряной тяжёлой раме. Оно висело в центре лестничного пролёта. Из зала к нему вела широкая лестница, затем расходящаяся в две стороны и ведущая на верхние этажи.

— Ты должно быть знаешь, что у всех семей, имеющих титул герцога, есть своя символика, отражающая величие рода. Наш символизирует белый дракон — это чистота и верность, мудрость и сила. Так же, это отражает сильные стихийные стороны: огонь и воздух. Чаще всего, именно это лучше получалось у нашей семьи, — рассказала мне Себастия, продолжая показывать комнаты нашего замка.

Оказалось, имение Илувала намного больше, чем у семьи Корио. Хотя, когда я была в гостях у Лицинии, то думала, что таких огромных домов не существует. В этом замке я точно заблужусь, если попробую самостоятельно прогуляться ночью до кухни, которых тут было две. Одна для слуг, а в другой готовили для хозяев и их гостей.

Больше всего мне было интересно, как выглядит наш храм. Оказывается, по традиции, он должен быть у каждого дома герцогов. В них проводили важные семейные обряды и ритуалы.

Наш храм стоял отдельно от основного здания. Снаружи на строении сидел мраморный дракон с золотыми прожилками, благодаря которым светился на солнце словно изнутри. Каждый его глаз был из янтарного топаза размером с яйцо. Он сидел, свесив морду над центральным входом, позволяя разглядеть все чешуйки. Его лапы обхватывали храм со всех сторон, словно защищая, а крылья были прижаты к изящному, поджарому телу. Только сейчас я поняла, что форма здания похожа на огромное яйцо, с мягко переливающейся на солнце, серебряной скорлупой.

Проходя под мордой дракона, я словно чувствовала его следящий взгляд. Честно сказать, ощущения странные: какое-то священное благоговение смешивается со страхом. Внутри, стены храма мягко светились, словно действительно состояли из скорлупы, и свет проникал сквозь неё, подсвечивая сеть сосудов золотого цвета. Я не уставала поражаться тому, насколько живыми казались скульптуры. Вот и сейчас, я удивлённо замерла, подумав, что в храме, остановилось время, в момент, когда маленький, белокурый мальчик, лет пяти, бежал навстречу входящим весело и задорно улыбаясь. Видя его, ты не мог сдержать улыбки. Какой контраст эмоций я испытала за эти пару минут. Только что меня строго провожал взглядом грозный дракон, а сейчас встречает с любовью маленький ребёнок. Словно прочитав мои мысли, Себастия сказала:

— Это Бог ветра — Аквалон, а дракон его хранитель — Экваз.

Либо здание было построено определённым образом, либо снова не обошлось без магии. Когда ты находился внутри, то ветер, завывающий снаружи, казался размеренным дыханием дракона.

— Прошу меня простить, — появился из-за спины смотритель. — В дом прибыл барон Гелеон Мираски. Он ждёт вашей аудиенции.

— Уже? — разочарованно протянула Себастия. — Я ведь ещё не объявила об официальном возвращении. Что надо этому надменному коротышке?

Аппий промолчал, провожая нас в сторону дома. Себастия настояла, чтобы я присутствовала в предстоящем разговоре, ведь скоро меня официально объявят членом семьи Илувала. Это значит, что я буду делить все обязанности с герцогиней пополам.

— Рад видеть вас в здравии, герцогини, — поклонился Гелеон. — Слышал, недавно вы попали в серьёзную передрягу. Видимо, удача была на вашей стороне.

— Мы тоже рады видеть вас, барон, — присев в реверансе, ответила Себастия. — Одной удачи нам бы явно не хватило. Так, по какому вы к нам поводу?

— Вы любите начинать сразу с дела, не так ли? — подмигнул чёрными глазами бусинками Мираски. — Ничего особенного, просто накопилась кипа документов, которые мы обязаны с вами рассмотреть и подписать.

— Да, конечно, — закатила глаза Себастия. — Тогда, если позволите, начнём.

Примерно с час мы занимались бумажной волокитой, лишь изредка перебрасываясь парой фраз. То Мираски хотел использовать часть наших земель под агрокультуру. То решить вопрос с расплодившимися хищниками, которые мешали спокойно жить фермерам. Ну и всё в таком духе. Оказалось, он был нашим соседом.

Под конец он добавил:

— Слышал, вы ищите магическое животное для Аврелии? — постучав по столу собранными документами, он продолжил. — Так вот, в эти выходные, в столице будет ярмарка зверей. Как раз можете что-нибудь присмотреть.

— Благодарю за совет, — вымученно улыбнулась Себастия. — Мы им непременно воспользуемся.

— Не сомневаюсь. Спасибо за работу. Надеюсь, на дальнейшее плодотворное сотрудничество, — подытожил барон и, вежливо поклонившись, покинул комнату.

Как только дверь за Мираски закрылась герцогиня смешно скорчила рожицу. Я в изумлении открыла рот.

— Фух... И доставучий же у нас сосед, подруга, — ухмыляясь, сообщила Себастия.

— Почему? — не понимала я.

Себа не стала отвечать, а лишь молча вздохнула, но её выразительный взгляд словно говорил мне: Поживёшь — увидишь.

***

В выходные, меня наконец-то взяли с собой в столицу нашей Империи — Верженту. Добрались мы туда через центральный портал, переместившись сразу на ярмарочную площадь. Я, как человек побывавший в этом мире только в одном маленьком сельском городке, поминутно залипала на всё, что казалось мне интересным: яркая площадь, со множеством разнообразных товаров; в буквальном смысле кричащие надписи продавцов; расфуфыренные столичные жители, важно перекатывающиеся между рядов; пряный запах специй, от которых хотелось чихать; диковинные вещи и животные, не виданные мной ранее.

В очередной раз, я зависла над необычным зверем, казавшимся пушистым шариком с ярко-голубыми глазами бусинками и белоснежной пушистой шерстью, словно пух. Размером он был небольшим, примерно с крысу

— Понравился, госпожа? — учтиво спросила продавщица в ярко-зелёном длинном платье, с широкими рукавами. — Это фафр. Не смотрите на его милый вид. В случае опасности, он сможет некоторое время не подпускать к вам противника. Фафр увеличивается в размерах до средней лисы и выдвигает из толщи меха на поверхность ядовитые шипы. Кроме того, животное будет служить вам вернее и преданнее собаки

— Спасибо вам большое за информацию, — сказала я хозяйке, и, как можно теплее улыбнувшись, добавила. — Мне нужно посоветоваться.

— Фафры очень редкие звери. Поторопитесь, а то можете не успеть, — кричала мне вслед продавщица.

— Ты как маленькая, — не выдержала Себастия, когда я уткнулась в очередную витрину. — Держись рядом, а то привяжу к себе.

Я промолчала, но попыталась не отставать от поспешно пробивающейся сквозь толпу герцогини. В какой-то момент, моё любопытство взяло верх, и я уткнулась носом в ещё одну витрину. В ней лежали книги, страницы, которых представляли собой целые голографические картины. Самое что интересное, переворачивая лист, ты мог, как прочитать написанный текст отдельно, так и вызвать объёмную картинку, на которой, словно в кино, проигрывалась сценка. Как человек своего мира, я очень соскучилась по фильмам. В нашей библиотеке таких книг не было и мне очень захотелось приобрести хотя бы одну. Но прежде, нужно было посоветоваться с Себастией. Вдруг из-за особенности моей магии, я не смогу её использовать? Обернувшись, я стала искать глазами герцогиню, но поняла, что потерялась. На этот случай она проинструктировала меня как маленькую, и попросила ждать возле центральной башни с часами. Они возвышались над ярмаркой выше всего, и я выдвинулась в том направлении, не отказывая себе в удовольствии параллельно рассматривать разные товары.

— Ох! — вскрикнула я, ударившись грудью об кого-то.

Опустив взгляд, я увидела мальчика, лет десяти-двенадцати, и с удивлением поняла, что где-то мы уже встречались. Его чёрные глаза пронзили мою душу насквозь, заставив вспомнить иррациональный страх, а затем и то, где мы виделись.

— Простите, — поклонившись, сказал он. — Я не заметил вас. Засмотрелся на башню.

— Ничего страшного. Я тоже ей любовалась, — улыбнувшись, я решилась спросить. — Я понимаю, что вопрос покажется странным, но, примерно два года назад, ты ничем не болел?

Мальчик задумчиво смотрел мне в глаза, а я всё больше чувствовала неловкость. И зачем вообще я поддалась этому порыву? Наконец, он сказал:

— Кажется, я вспомнил. Это были вы, той девушкой, что спасла мне жизнь. Спасибо вам огромное! — неожиданно он наклонился и поцеловал мою руку. — Я хочу вас отблагодарить чем-то большим, а не тем булыжником, который я нашёл на дороге.

Я удивилась. Значит, он не знал о силе камня? А к чему тогда были его слова, о защите от тёмных магов? Просто детская фантазия, так кстати, случайно совпавшая с артефактом?

— Скажите пожалуйста, могут ли мои родители повидаться с вами и поблагодарить? Мы скромно живём. Но, если бы они накормили вас простым ужином, то были бы счастливы и спокойны. Это ведь не обременит вас? — он так настаивал и просил, что я сдалась, так и не начав противиться.

— Я согласна, только мне нужно предупредить свою подругу. Иначе, она будет волноваться.

— Пойдёмте вместе с ней! Так вам будет спокойнее, я ведь прав? — догадался парень.

— Хорошо, ты уговорил меня. Надеюсь, что сможешь уговорить и её, — и, улыбнувшись, я пошла вместе с ним в сторону часов.

Там уже стояла злая, как огнелис, Себастия. Её голубые глаза снова стали цвета штормового моря, как будто говорили: «Непослушных матросов за борт! Перевернём корабль!» Я порадовалась, что приняла предложение мальчика. Присутствие других людей успокаивало бурю на время.

— Привет, — выдавила я, и, заплетающимся языком, начала объяснять. — А я тут встретила мальчика. Ну, того, про которого я тебе рассказывала.

Себастия смерила меня взглядом, ничего не ответила и переключила внимание на парнишку. Тот, не растерявшись затараторил:

— Госпожа, не ругайтесь, пожалуйста. Это я её задержал. Ой! Я ведь, не сказал, как меня зовут! Я Норд. А ваша жрица спасла мне жизнь. Я буду вам очень признателен, если вы примите благодарность моих родителей и посетите скромный ужин нашей семьи, — с очаровательной улыбкой, словно сам бог Аквалон, он посмотрел Себастии в глаза.

Та колебалась, с подозрением осматривая мальчика, и над чем-то раздумывая. В этот момент к нам подошли двое людей, одетые в простые тёмно-синие одежды. Тучный мужчина, лет сорока, с запасом на чёрный день в виде круглого пузика, и женщина примерно его же возраста, пышного телосложения.

— Норд, а мы тебя везде ищем! — добродушно улыбнувшись, сказала дама. — Куда ты запропастился?

— Мама! Я встретил жрицу, которая меня спасла. Ну тогда, когда я потерял память и очнулся в чужой деревне весь в ранах.

Рассказал парнишка, а затем обнял женщину и потянул за руку к нам. Остановившись, он нерешительно добавил:

— Правда, я ещё не знаю её имени.

— Ох...Где твои манеры? Сколько раз я просила тебя представляться и узнавать имя у людей сразу же! Простите его, ради Богов. Я Атея Фарин, а это мой муж Ридий Фарин — сказала женщина и в растерянности взглянула на нас. — Госпожи, простите, но кто же из вас спас моего Норда?

— Это она, — схватив меня за юбку, показал мальчик.

Прежде, чем его мама успела отвесить ему тумаков, я представилась:

— Аврелия Илувала. Можно просто Аврелия, — и я присела в реверансе, запоздало сообразив, что получилось чересчур формально.

Не дожидаясь вопросов, герцогиня тоже представилась:

— Себастия Илувала, или Себастия.

Открыв рот от удивления, Атея молчала, хлопая глазами. Ридий, видимо спасая положение, сказал:

— Не каждый день встретишь герцогинь такой знатной семьи на простом базаре. Что ж, простите нам грубость и неотёсанность. Вы спасли нашего единственного сына. Мы так счастливы, что встретились с вами и нам очень важно отблагодарить вас. Прошу, не могли бы вы хотя бы отужинать с нами?

— Если вы настаиваете. Для нас это большая честь, — решилась Себастия, но затем добавила. — Только, нам надо предупредить друзей.

— Конечно, конечно, — радостно ожила Атея и тут же засуетилась. — Ой, а что вы любите? Что лучше подать на стол?

— Мы всеядны и не откажемся от простой еды, — улыбнувшись ответила я.

Разговаривая о вкусностях, мы двинулись в путь. Норд радостно прыгал впереди, Себастия, о чём-то думая, шла позади, а я, с супружеской парой, по центру. Мы проходили мимо шумных и оживлённых улиц, минуя несколько мраморных памятников в честь Императоров нашей страны. О каждом Ридий что-нибудь мне рассказывал, словно проводил экскурсию. Норд иногда подбегал поближе, слушая его истории и вставляя парочку своих. То о том, что на той улице вкуснейшие пирожки, то, указывая на другую, делился секретом, про лучшее в мире виноградное мороженое.

Так мы и добрались, до низкого двухэтажного домика белого цвета в конце улицы. На его окнах висели горшки с разноцветными цветами, о которых Атея с любовью начала рассказывать. Слушая её болтовню, я поняла, как давно не ходила в гости просто так, как обычно это делали в моём мире. А ещё о том, как я устала от роскошных замков и дворцов, с их формальностью и законами. Если бы мне когда-нибудь сказали, что я утомлюсь от жизни в роскоши, я бы им не поверила. Хотя, возможно, во мне заговорила ностальгия и тоска по дому. Норд, внимательно наблюдавший за мной, подошёл и сказал маме:

— Ты совсем замучила Аврелию своими цветами. Пойдём уже в дом.

— Ах, да. Простите, я не контролирую себя, когда дело доходит до моих растений!

Себастия задержалась снаружи, видимо связываясь с Мартином. Внутри пахло свежей выпечкой, да так, что у меня потекли слюни. В общем-то, это был самый обычный, но от того уютный дом. Маленькая гостиная представляла собой одновременно и кухню, и столовую. Уютная софа стояла рядом с камином, на котором готовили еду. Близь очага расположилась столешница для посуды и кухонной утвари. Напротив окна был обеденный стол, а справа от него, опершись о стену, стоял шкаф, забитый под завязку самыми разными книгами. Наверх уходила узкая и крутая лестница. Я даже задумалась, как же туда протискиваются хозяева?

Норд, перепрыгивая через две ступеньки, поманил меня рукой наверх. Взобравшись, я увидела две крохотные комнаты, одна из которых принадлежала мальчику. Пригласив меня к себе, он залез под кровать и что-то долго там искал. Я оглянулась: узкая лежанка напротив окна, рядом стол, заваленный книгами и бумагами — вот и весь интерьер.

Норд, видимо найдя, то, что искал, встал и отряхнул колени.

— Я хочу подарить тебе это. Мой учитель дал мне его за успехи в учёбе. Говорят, оно помогает увидеть истинное я человека. Если ты, когда-нибудь начнёшь сомневаться в окружающих тебя людях, то просто попроси их в него посмотреть.

Он протянул мне свёрток, похожий на книгу, завёрнутый в шерстяную ткань. Бережно взяв его в руки, я ответила:

— Спасибо большое. Послушай, в прошлый раз ты мне очень помог с тем камнем. Я тоже хочу тебя отблагодарить.

Я уже хотела протянуть ему кошель с деньгами, как он жестом меня остановил и сказал:

— Если это было для тебя действительно важно, то деньги мне не нужны. Я ценю твоё желание, но приму только подарок от чистого сердца. Это может быть всё что угодно. Любая безделушка. Главное, что бы ты ей дорожила, — и он смущённо потупил взор, ковыряя носком сапога деревянный пол.

Задумавшись, я сняла кулон с розовым кварцем — вещь, которую я носила ещё в своём мире. Он был для меня действительно важен. Мне подарила его мама. Не сомневаясь в своём решении, я протянула его Норду. Он счастливо заулыбался и, взяв камень в руки, импульсивно прижал его к губам, прошептав мне:

— Я буду беречь его. Спасибо. Это очень много значит для меня.

Смотря на его радость, я не сдержала улыбки. Снизу нас позвали:

— Всё готово! Идите кушать!

Услышав эту фразу, я вздрогнула, вспомнив, как мама точно так же звала меня на кухню. Слёзы, против воли побежали по щекам. Норд внимательно посмотрел на меня, а затем, подойдя ближе, крепко обнял и погладил по спине.

— Ты вспомнила что-то грустное?

— Нет. Я вспомнила свою маму. Она так же звала меня кушать, — всхлипнув, ответила я.

Он замолчал и, уткнувшись мне в грудь лицом, прижал крепче. Я ответила на объятия, погрузив лицо в его мягкие волосы и вдыхая их аромат. Почему-то они пахли очень знакомо, но я не могла понять чем.

— Ну вы идёте, или нет? — прервав мои мысли, спросила Себастия.

Улыбнувшись, я кивнула и, прежде чем начать спускаться, шепнула Норду:

— Спасибо за всё.