Глава тридцать четвёртая

У меня просто нет сил сопротивляться – именно это я твердила словно мантру, пока Максим целовал меня.

«У тебя точно нет сил? Может, желания?» - издевательски поинтересовался внутренний голос, но и он был перебит касанием мужских ладоней на моей талии.

Проходит, как минимум, несколько минут, когда кончается кислород. Наверное, это единственная причина, по которой Самойлов прервался, а затем соприкоснулся нашими лбами, тяжело дыша. Пытаясь прийти в себя, концентрируюсь на собственном дыхании.

- А мне некого спрашивать кроме тебя, - прошептал парень, прикрыв веки.

Глупо улыбаюсь, даже не понимая, почему. Наконец, он сделал шаг назад, позволив мне вдохнуть полной грудью, но руки с талии не убрал.

- Самойлов, у тебя талант осложнять ситуации, - с грустной усмешкой подметила я и приобняла блондина за шею.

- Беру пример с тебя, - тихо съязвил он, заставив меня рассмеяться.

Громкий звук из-за двери заставил нас вздрогнуть. Кажется, включили какой-то крышесносный трек, из-за чего вся толпа начала сходить с ума.

- Мне пора, - сказала я и аккуратно сняла с себя чужие ладони.

Понимающе кивнув, фотограф чуть подвинулся, открыв мне проход, но не настолько сильно, что я могла пройти, не задев его. Усмехаюсь его смекалке и открываю дверь, показательно толкнув плечом.

Резкий контраст в температурах заставляет вздрогнуть. Воздух в зале был пропитан алкоголем, танцами и криками, из-за чего здесь было теплее чем в уборной. С трудом протискиваюсь мимо дёргающихся гостей и пробираюсь к бару.

От моего бокала и след простыл, поэтому с тихой руганью заказываю очередной коктейль. Танцпол перестал выглядеть таким заманчивым, как полчаса назад, поэтому я опять устраиваюсь на высоком табурете и обращаю всё внимание в зал.

На сцене, в окружении огромного количества техники, стоял Би-Ди, ловко переключая какие-то кнопки. Он делал это так быстро и профессионально, что я невольно задумалась о том, сколько времени он потратил, дабы научиться этому.

Мои размышления прервала его улыбка и поднятый вверх бокал с пивом, которым музыкант отсалютовал мне. Поднимаю в ответ свой ярко-красный напиток и делаю глоток. Конечно же, это не ушло от внимания Самойлова, из-за чего я сейчас физически ощутила на себе его взгляд.

Очередной трек подошёл к концу. Я уже начала волноваться, что Эд спустится со сцены и предложит потанцевать, но вместо этого случилось следующее:

Би-Ди взял со стола перед собой микрофон и, переключив на нём какую-то клавишу, громко поприветствовал всех гостей на английском.

- Как отдыхаете, народ?! – громко крикнул парень, забыв о том, что половина присутствующих не понимает русского. Ответом ему стал дикий визг. – Я рад. Следующую композицию я хочу посвятить одной великолепной девушке, которая сейчас находится в зале. Ника, это для тебя.

Несколько минут шокировано смотрю в одну точку, пока музыкант повторял всё на венгерском. Зал взорвался громкими аплодисментами, а после этого ослепительный софит направили на меня. Распахнулась одна из дверей, около сцены, и из неё вышел незнакомый парень. Он нёс в руках огромный букет красных роз, перетянутых атласной лентой. Войдя в луч света, он молча передал мне цветы и, улыбнувшись, так же быстро скрылся, оставив меня в центре внимания. Теперь все, без исключения, пялились в мою сторону: кто-то восхищённо, кто-то завистливо. Перевожу недоумённый взгляд на диджея, который сейчас улыбался во все тридцать два зуба. Заметив моё внимание, он подмигнул и вернулся к пульту.

Заиграла спокойная мелодия, разбавленная тихими басами и, кажется, звуками пианино. Аккорды плавно сливались воедино, переплетаясь, а я всё ещё смотрела на свой бокал, боясь поднять взгляд.

Свала Всевышнему, они отключили этот дурацкий софит, и спустя пару минут все вновь обратили своё внимание на сцену. Сейчас я не боялась, что завтра во всех соцсетях будут греметь скандальные заголовки, про «бывшую девушку Жени Кувшинова», мне страшно было просто обернуться.

Обернуться и перехватить рассерженный взгляд Максима, который упорно сверлил во мне дыру, - было выше моих сил. Если бы глазами можно было убить, то я бы давно умерла.

Когда ко мне подходит бармен, чтобы поинтересоваться, не нужно ли мне что-то ещё, я вздрагиваю, чудом не разлив коктейль. Только поняв, кто передо мной стоит, я смогла спокойно выдохнуть и отказаться от помощи, пообещав позвать его позже. Уже собираюсь вернуться к изучению толпы, как мне на плечи ложатся знакомые руки.

- Максим, спокойно! – тихим шёпотом попросила я, до белых костяшек сжав дурацкий букет. Никогда не любила розы, тем не менее парни считали своим долгом подарить мне именно их. – Я ничего не знала! Клянусь! Я даже не знала, что встречу его здесь!

- Он здесь работает, Ника, - угрожающе-спокойно протянул фотограф, всё так же стоя за моей спиной. – Как можно было не знать, что он здесь будет? Ты хотя бы представляешь, что завтра в сети всплывёт?

- Это ты виноват! – неожиданно возмутилась я и встала с табурета. – Ты пригласил эту дур... Ангелину сюда! Думаешь, я бы поехала сюда по собственному желанию?

Несколько секунд Самойлов переваривал информацию так же, как и я. наконец, его глаза удивлённо расширились, в них промелькнула догадка. Господи, зачем я это ляпнула?

- Так ты из-за этого сюда приехала? – на его губах заиграла издевательская улыбка. – Камбарова, ты ревнуешь, что ли?

«Прекрати называть меня «Камбарова»!» - тут же встрял внутренний голос. Гордо задираю нос и, отведя внимание на толпу, с самым безразличным видом отвечаю:

- Было бы кого, - кажется, я чуть перестаралась, так как в следующую секунду его взгляд поменялся. Пропала нежность и ехидство, что ли.

Макс выпрямил спину и расправил плечи, став на несколько сантиметров выше. Было в этой осанке что-то железное, отпугивающее, словно он закрылся за стеной, не желая никого подпускать. Стоило фотографу открыть рот, чтобы что-то сказать, как сзади его обняли чужие руки. Резко вскакиваю на ноги, не отдавая себе отчёт в действиях.

- Максик, - на манер растягивая гласные, пропела Ангелина. Пытаясь скрыть напряжение, ногтями впиваюсь в стебли ни в чём неповинных роз. – Идём за столик. Там новые коктейли принесли.

И вот мы второй раз за вечер попали в комичную ситуацию: Геля пытается привлечь внимание Самойлова, в открытую лапая его, а он, не отрываясь, смотрел мне в глаза. В них читалась злоба. Возможно, я действительно переборщила, но не меня сейчас трогает незнакомец.

Выжидающе пялюсь на парня, ожидая его действий. Максим улыбнулся чему-то своему и, накрыв чужие ладони на талии своими, приторно-сладким тоном ответил:

- Конечно. Идём, - прикладываю все усилия, чтобы промолчать. Громко втягиваю носом воздух, не переставая улыбаться. – Ника, хочешь с нами?

Треск!

Один из стеблей всё же не выдержал и переломился на две половинки прямо в моих руках. Сразу же чувствую неприятно жжение в области ладоней, но не опускаю взгляд.

- Я присоединюсь позже, - пообещала я и развернулась лицом к сцене. Заметив на моей спине чужой взгляд, медленно добавляю. – Дождусь Би-Ди, и мы вместе придём.

Моя уловка подействовала на «ура!»: Самойлов сжал зубы с такой силой, что на скулах заиграли «желваки», а костяшки побелели. Я в свою очередь не отставала, сжимая дурацкий букет с неимоверным терпением. Ужасно хочется опустить взгляд и понять, почему руки так болят, но вместо этого я стояла, гордо задрав нос в направлении диджейского пульта.

- Меня не надо ждать, - прервал нас неожиданно подоспевший Эд и обнял меня за талию. В очередной раз втягиваю носом воздух, дабы не скинуть надоедливую ладонь. – Рад тебя видеть.

В этих словах было столько же искренности, сколько можно найти солнечного света ночью. Фотограф лишь кивнул в знак приветствия, не сказав ни слова.

- Пойдёмте за столик! Там напитки остывают, - пьяным голоском ныла Ангелина, повиснув на плече Максима.

Кажется, она даже не понимает, в какой напряжённой ситуации казались мы все.

Быстро занимаем места: я и Би-Ди на одном диванчике, Самойлов и Геля – напротив, Мурсин с незнакомкой заняли диагональ.

На коленях до сих пор лежал тяжёлый букет, который начал мне прилично надоедать. Эд время от времени кидал на него взгляд и улыбался, оставаясь ужасно довольным от себя и своего подарка. Мои пальцы нервно теребили кусочек ленты, грозясь порвать ещё и его.

- Что будете? – сухо поинтересовался Максим, с открытым презрением относясь к слишком маленькому расстоянию между мной и Эдуардом. – Может, текилу с соком?

Самойлов, решив не оставаться в долгу: подтянул к себе Ангелину и положил её голову себе на плечо. Девушка лишь заулыбалась от такого внимания, начав ластиться к чужой руке хуже кошки.

- А ты что хочешь, принцесса? – мир перед глазами померк, после обращения блондина к модели. Это... это ведь моё прозвище...

Вмиг в зале стало слишком душно, воздух жарким, а треки забили по ушам. Пытаясь следить за собственным дыханием, делаю глубокие вдохи и выдохи, но ничего не помогает. Внезапная тошнота то ли от услышанного, то ли от ранее выпитого дала о себе знать.

Трясущимися пальцами тянусь к графину с водой. Еле подняв тяжёлый кувшин, наливаю себе полный бокал и жадно пью, не обратив внимания на оставленные мною «лужи» на столе. Диджей и манекенщица завели беседу, поэтому никто, кроме Макса не заметил моего состояния. Отставляю уже пустой стакан и собираюсь налить добавки, но вовремя останавливаюсь.

- Ника, это что? – стараясь не привлечь внимание компании, одними губами, спросил Максим, подняв мой фужер на уровень наших глаз. На стекле остались красные подтёки и пятна, только я не могла понять от чего. – Господи, твои руки...

Опускаю взгляд и сразу понимаю причину долгого жжения: вся площадь ладоней была покрыта неглубокими порезами и царапинами, из-за чего на кончиках пальцев начали скапливаться алые капли.

Пытаясь найти причину травмы, оглядываю букет: несколько особо больших и выступающих шипов были покрыты корочкой запёкшейся крови. На некоторых ярких лепестках так же виднелись разводы. Чёрт! Вот поэтому я не люблю розы!

- Я... мне не хорошо, - вяло отозвалась я и поднялась из-за столика. Горизонт дёрнулся, меня качнуло, но я вовремя схватилась за спинку дивана, не боясь испачкать её. Без разницы на мебель! Мне срочно нужен воздух. – Поеду домой.

- Я провожу тебя, - первым вызвался Би-Ди, подскочив следом.

Смотря на это, Самойлов сжал губы в тонкую линию, стараясь не выдавать беспокойство, но ничего не сказал.

- Не нужно! – чересчур резко ответила я, пряча окровавленные руки среди листьев. – Я вызову такси, всё хорошо.

- Точно? – вглядываясь мне в глаза, уточнил диджей. Приходится вымученно улыбнуться и кивнуть. – Позвони мне из дома.

- Хорошо, - пообещала я и быстрым шагом направилась к выходу.

Максим пытался аккуратно перехватить мою руку, но я не позволила, спрятав конечность за спину. Чуть ли не бегом несусь к выходу, расталкивая всех зевак на пути локтями.

Холодный воздух привёл в порядок мысли, но не снял боль в ладонях. Осторожно перехватываю букет более-менее целыми пальцами, в душе всё больше начиная ненавидеть розы. Кто только додумался дарить их? Это же настоящее орудие пытки, а не цветы!

Достаю из сумочки телефон и уже хочу набрать номер такси, но в нерешительности замираю над кнопкой вызова. С секунду поразмыслив, пролистываю его и нажимаю на другую комбинацию цифр, а затем прикладываю смартфон к уху.

Через несколько долгих гудков, подруга ответила:

- Ника? Привет, ты чего так поздно? – сказала Лиза и сонно зевнула.

Фоном слышался звон посуды и тихая музыка, которую блондинка всегда включает в кофейне. Отодвигаю гаджет и смотрю на маленькие циферки в углу экрана – почти полночь.

- Лаврентьева, у тебя десять часов вечера. Ты почему ещё работаешь? – немного рассержено спросила я, хмурясь.

Последовал тяжёлый вздох и шум воды прекратился. Кажется, девушка закрыла кран.

- Было много посетителей, поэтому мне нужно задержаться и прибраться в зале, - устало объяснила сестра Егора. – У тебя что-то случилось?

- Нет, просто соскучилась... и мне скучно, - честно призналась я, переводя тему. Если не хочет говорить – то я не имею права докапываться.

Рядом с оглушительным рёвом пронёсся автомобиль, быстро скрывшийся за углом дома. Звук привлёк внимание Лизы.

- Ты гуляешь, что ли? Так поздно? – строго уточнила она. Не могу сдержать улыбки и тихонько смеюсь. – В этом нет ничего весёлого! Ты же в курсе, что нельзя так поздно ходить одной?

- Знаю, просто у тебя тон сейчас, как у мамы, - уже в открытую издеваясь, объяснила я. Немного поломавшись, блондинка тоже поддержала мой хохот. – Как у вас дела? Я так соскучилась.

Второй рукой обнимаю себя за плечи, пытаясь согреться. Всё же нужно было взять куртку или вызвать такси, иначе так и до простуды недалеко.

- Терпимо, только без тебя всем скучно, - от её слов на душе стало так легко и приятно, что даже холод на минуту отступил. – Виталик и Егор постоянно пропадают на баскетбольной площадке. Представляешь, каждый день тренируются в разных командах, а потом вдвоём бегут в спорткомплекс! Я их вместе так часто никогда не видела!

- Серьёзно? Малюков и Лаврентьев вместе играют? Скорее мы умрёт от апокалипсиса, чем это случится! – весело подметила я.

Готова поклясться, Лиза согласно закивала головой, покачиваясь в такт музыке.

Под каблук попал какой-то камешек, заставив меня покачнуться. Немного подумав, я расстегнула ремешки и взяла туфли в руку, из-за чего они пропали в обилие розовых лепестков. Дальше по улице я шла босиком.

- Вот именно! Но эти двое без тебя неплохо подружились, либо опять на что-то поспорили и никак не могут поделить. Ксюша часто заходит в кофейню. Я ей так благодарна за помощь, - на секунду голос подруги стал слишком тихим и, кажется, грустным. – Вроде всё.

Повисла напряжённая тишина. Я чувствовала, что она что-то не договаривает, но давить на неё не хотелось. Если Лаврентьева сама не призналась, то нет смысла выпытывать.

Несмотря на это, одна тема меня порядком взволновала:

- Больше ничего не случилось?

Я ждала, что светловолосая расскажет про Яковлева. Про его посты в соцсетях, которые я до сих пор не успела посмотреть, или что-то другое.

- Есть кое-что, точнее кое-кто, - медленно, с расстановкой, начала она, но замолчала. – В общем, когда ты вернёшься, то всё сама узнаешь.

Голос подруги был непривычно тихий. Обычно от этой девушки всегда разило энергией и оптимизмом, даже после расставания с Лёшей, но сейчас она превратилась в «ледышку». Я искренне надеялась, что это не Яковлев довёл её до такого состояния. Но, в любом случае, я была готова отогнать от Лизы своего бывшего партнёра, чего бы мне это не стоило.

- Скажи хоть, что у тебя всё хорошо, и ты не грустишь по этому поводу, - попросила я, поигрывая обувью в руке.

Букет знатно потрепался от моего неровного шага и даже потерял чуть меньше половины лепестков. Не обращая на это никакого внимания, я продолжала идти дальше, раскачивая связку, когда-то аккуратных цветов.

- Всё хорошо, не волнуйся, - заверила меня Лиза. Оставалось только верить её словам, надеясь, что в случае необходимости она мне сама всё расскажет. – Прости, я должна домыть барную стойку и кофемашину.

- Хорошо, тогда спокойной ночи? – тихо спросила я и завернула на улицу, где находилась моя квартира.

- Спокойной ночи, - пожелала блондинка и отключилась быстрее, чем я успела ответить.

Прячу телефон обратно в сумку и иду к подъезду, рассматривая свои босые ноги. И в какой момент я докатилось до того, что гуляю одна ночью, в Будапеште, без обуви?

Невесело усмехаюсь своим же мыслям и, наконец, поднимаю взгляд. Около подъезда стоял никто иной как Кувшинов. Парень пустыми глазами всматривался в экран планшета, что-то напряжённо ища. Заметив меня, он еле заметно улыбнулся и захлопнул крышку чехла.

- Привет, - поздоровалась я и вяло усмехнулась. – Что-то случилось?

- Привет, - на выдохе произнёс друг, оглядывая меня. – Да, а с тобой что произошло?

Прослеживаю за его взглядом и понимаю, что его так удивило: с ладоней, в местах, ещё не покрытых корочкой запёкшейся крови, собрались большие алые капли, ободранный букет со сломанными стеблями безжизненно висел бутонами вниз, волосы всклокочены от долгих танцев, а туфли качаются на пальцах, иногда задевая измятое платье.

- Окончание крутой вечеринки, - ответила я и подошла к низенькому каменному ограждению, около подъезда. Решив, что ещё сильнее испортить вид невозможно, усаживаюсь на широкий забор. Усталость накатила с новой силой. – А у тебя?

- Нас в аэропорту встретят папарацци, - объяснил Женя и устроился рядом со мной. – Поэтому сразу после нашего приезда, вся сеть загремит новыми заголовками. Представь, - театрально начал друг, размахивая руками. – «Евгений Кувшинов и Вероника Камбарова летели вместе в одном самолёте!», «Бывшая пара YouTube дышала одним воздухом!», «Известный видеоблоггер и танцовщица решили сойтись!».

Он так ярко и весело преподносил информацию, что к концу его «выступления» я смеялась в голос. Да, тут не поспоришь. Ни одни журналисты не пропустят такое событие.

- А ты откуда узнал? – успокоившись, спросила я, хотя улыбка не сходила с лица.

Вместо ответа, парень лишь небрежно пожал плечами, мол «я просто всё могу» и расплылся в усмешке.

- Знакомые есть, - о, это всё объясняет.

Ещё раз оглядев меня, фотограф задержал изучающий взгляд на поцарапанных руках и цветах, словно решая, стоит спрашивать или нет.

- Откуда? – лаконично поинтересовался он и кивнул на розы, не справившись с любопытством.

Кручу в руках надоевший подарок, который за весь вечер принёс мне кучу проблем, начиная от лишнего груза и тяжести, заканчивая ободранными ладонями.

- Би-Ди подарил, - не вдаваясь в подробности, объяснила я и встала с ограждения. Под удивлённый взгляд Жени, подхожу к мусорке, напротив подъезда, и засовываю в неё букет, цветами вниз. Показательно отряхнув руки, добавляю. – Больше он мне не нужен.

Парень ничего не сказал, только опустил голову вниз и искренне рассмеялся. Я сдержано поддержала его настрой и поспешила к двери, ведь ночная прохлада давала о себе знать. Быстро догнав меня, Кувшинов первым открыл дверь и пропустил меня внутрь, не переставая улыбаться.

- Знаешь, Ника, ты самая странная девушка, которую я встречал. 

____________

Опа, а что тут у нас? :) Глава на 2,9К! 

P.S. Всем приятного прочтения;) 

С любовью, Маша)