Часть 23

Вы, наверное, прекрасно знаете, как же это трудно - встать рано утром и пилить на первый урок, который, какое чудо, ещё и физра. Что может быть отвратительней, чем первый урок физкультуры в понедельник, в самое начало учебной недели? Поднимаясь с кровати, Антон задаётся вопросом, кто же этот добрый и умный человек, который составлял их расписание уроков. Ответа на него, конечно, ждать не стоит, но, тем не менее, вставать всё же приходится. Антон, возможно, и проспал бы этот урок, понежился лишние полчаса в тёплой кровати, но предчувствие, что если он не придёт, то Арсений устроит ему Третью Мировую, всё же появилось. А предчувствие Антона подводило крайне редко, даже, возможно, и в этот раз, но лучше не рисковать, решает парень, и с тяжёлым стоном поднимается с кровати.

На сборы уходит стандартное количество времени, так что Шастун вовремя выходит из квартиры и думает, что не будет спешить. Пиная редко попадавшиеся под ноги камни, Антон медленно доходит до остановки и поправляет наушники. Добраться до школы не составляет труда, и за десять минут до урока уже слоняется по первому этажу, не зная, куда себя деть. Но тут появляется Дима и жить становится веселее. Наушники повисают белыми проводами на одежде, между друзьями завязывается разговор. Через пять минут после звонка, уже в спортзал, заходит Лера и, чмокнув обоих парней в щёки, уходит, перехватывая в руках сборник задач по химии.

И всё же Антон в очередной раз убеждается в том, что предчувствие его не подводит. В спортзал заходит Арсений Сергеевич, подходя к учителю, который отчитывает учеников за отсутствие формы. Прервав свой монолог, учительница, женщина средних лет с крайне неприятным и писклявым голосом, поворачивается к Попову и отвечает на парочку его вопросов. Шастун, в этот момент присоединившийся к игре в волейбол, бьёт по мячу. Всё, кажется, нормально, потому что Арсений Сергеевич кивает и направляется к выходу из спортзала.

Предчувствие у Антона может и хорошее, но вот удача к нему точно поворачивается пятой точкой. Мяч, сейчас подаваемый парнем, летит в точно поставленную цель. Ну, может и не совсем поставленную, но попадает прямо в яблочко. Точнее в голову Арсения Сергеевича. Попов останавливается и, сматерившись себе под нос, оборачивается, окидывая взглядом зал. Антон же, вместо того, чтобы притвориться, мол, ничего не было, начинает искать глазами укрытие и дёргается то в одну, то в другую сторону, благодаря чему Арсений-то и вычисляет своего обидчика.

- Шастун! - раздаётся громкий крик, который кажется просто оглушающим из-за огромного пространства спортзала.

Антон вздрагивает и не может сдержать смеха, который, конечно же, не укрывается от Арсения, и тот вспыхивает ещё больше, чуть ли не краснея. Злобно крикнув «сюда иди!», Попов медленным шагом направляется к выходу, и Шастун всё же повинуется, ускоряя шаг. Не хватало, чтобы Арс разозлился ещё больше из-за того, что парень будет медленно плестись к нему. Попов, с хмурым и неимоверно серьёзным лицом, стоит в тёмном коридоре между раздевалками и спортзалом, скрестив руки на груди.

- Ты что, совсем страх потерял? - взрывается Арсений, выражая всем своим видом суровость и крайнее недовольство.

Антон молчит, идёт тихо и еле-еле, почему-то сейчас стараясь слиться со стеной. Ему не хочется лишний раз нарываться на Арсения, особенно сейчас, на такого злого Арсения. Когда Попов в очередной раз повышает голос, с его губ срывается фамилия ученика, и Антон, просто чисто из-за инстинктов, спешит ретироваться, выбегая из коридора. Оборачиваясь, Шастун искренне надеется, что разгневанный классный руководитель не гонится за ним, и ведь на самом деле силуэт учителя не появляется в полумраке коридора. И Антону бы уже обрадоваться, но он просто не успевает это сделать: его хватает только на то, чтобы повернуться и тут же выдать «чёрт», чуть ли не сбивая с ног какого-то человека.

- Сука! - вырывается изо рта незнакомца, и Антон может различить внешность человека перед ним: тёмные волосы, собранные в хвост, и выбритые с двух сторон головы, лёгкая щетина, лицо, которое явно выдаёт в нём принадлежность к одной нации. - Шпала ты долбанная! У тебя вообще глаза есть? Совсем охренел? Кроссы за десять штук!

Антон рассыпается в извинениях, но потом перестаёт слушать гневную речь армянина, убегая с места преступления.

Шастун искренне надеется, что не столкнётся ещё раз с Арсением, и на самом деле не сталкивается с ним до урока русского языка. Парень вместе с другом Димой сидит на перемене, болтая, и Шастун смотрит на нового учителя русского и литературы - Добровольский Павел Алексеевич. Худой, подобно Шастуну, брюнет в пиджаке с закатанными рукавами и тёмной рубашке. В кабинет заваливается Арсений Сергеевич и присаживается на край учительского стола. Учителя начинают болтать, и никто не обращает на них никакого внимания, кроме, пожалуй, Антона, который, кажется, вообще не моргая смотрит на них. Это остаётся незамеченным, пока Арсений, сидящий спиной к Антону, не говорит что-то Павлу Алексеевичу, что тот переводит взгляд на ученика, тут же поворачивается и Арсений. Антону не остаётся ничего, кроме как перевести взгляд, стараясь выразить крайнюю заинтересованность в разговоре Димы и Леры, которые в данный момент обсуждали, почему у Ким не получается именно этот вопрос в тесте.

Звенит звонок, и Арсений уходит. Добровольский поднимается, здоровается с классом, и Антон наконец слышит его голос, который произносит:

- К доске пойдёт... иди, Шастун.

Получив свою законную четвёрку, Антон плюхается на место, проклиная Арсения Сергеевича. Потому что... какого чёрта Добровольский вызвал меня, при том, что это мой первый урок у него? Спасибо Арсению, сука, Сергеевичу.

В остальном урок проходит нормально, звенит звонок, и Антон уже направляется к выходу из кабинета, как его останавливает учитель. «Антон, зайди к Арсению Сергеевичу», говорит тот, и парень, конечно же, жутко недовольный, растягивая минуты, идёт как можно медленнее, просто плетётся по коридору, еле переставляя ноги, к кабинету английского. И, наверное, он был бы не Антоном Шастуном, если бы, зайдя в помещение, сразу не накинулся с гневным вопросом на учителя, при этом хмуря брови и выражая всем своим видом недовольство.

- Что вы ему про меня рассказали? - вопрошает Антон, сбрасывая рюкзак на пустую парту и устремляя свой взгляд на Арсения, сидящего за своим столом и как всегда роющемся в каких-то бумагах.

- Ты о чём? - в ответ спрашивает Попов, поднимая взгляд на ученика. Антон фыркает, скрещивает руки на груди и застывает на месте, чуть приподнимая брови, задавая немой вопрос: «ты идиот?». Арсений же, видимо, действительно притворяется дурачком, потому что всё также недоумевает и смотрит на ученика, который в итоге всё-таки фыркает и выплевывает слова, не собираясь сильно распинаться перед Поповым.

- Павел Алексеевич.

- А-а-а, - протягивает Арсений и, поднявшись, продолжает, - ничего такого. Просто упомянул тебя в разговоре.

И у Шастуна почему-то начинает кипеть такой гнев в душе, что грудная клетка, кажется, вот-вот взорвется или же Антон просто задохнется от этого чувства. Просто упомянул в разговоре? Просто упомянул?!

- Ну, очевидно, он хорошо запомнил мою фамилию, - не без сарказма произносит парень, и Попов хмурится вновь, но Антон даже не собирается пояснять свои слова, и потому повисает тишина.

Шастун не сводит взгляда с Попова, Арсений в ответ также смотрит на ученика. Воздух, кажется, сгущается и становится труднее дышать, в ушах начинает звенеть от тишины, и тогда Антон не выдерживает - он смягчает взгляд, выдыхает и остывает.

- Ну ладно, зачем звали?

Арсений ещё некоторое время смотрит на ученика, как будто стараясь представить, к чему бы привёл только что прерванный разговор, но потом оставляет эти попытки и возвращается в реальность, становится самим собой, расслабляется, словно вспоминает, что перед ним Антон, Антон Шастун, чудо, ангел, и тогда задаёт встречный вопрос.

- Помнишь, дополнительные занятия?

Антону на эмоциях так и хочется закатить глаза, бросить грубое «такое забудешь», но он просто вздыхает и кивает, после чего Арсений продолжает:

- Как на счёт вторника? В четыре?

- Okay, - выдаёт Антон, и Попов, конечно же, отвечает ему на английском.

- I'll be waiting for you.

Шастун ловит себя на мысли, что ему нравится то, как Арсений говорит на английском. Его голос становится ещё более хриплым, сексуальным... Стоп, что?!

Испугавшись своих мыслей и, видимо, показав это в действительности своими резкими движениями, которые не укрываются от Попова, Антон хватает рюкзак с парты и спешит к двери, надеясь быстрее сбежать из общества Арсения. Однако усмехающееся сознание говорит: «Лол, чувак, куда ты собрался? Это твой учитель, а теперь ты будешь видеться с ним еще чаще. Удачи, тряпка». Шастун выдавливает из себя:

- Goodbye, Арсений Сергеевич.

На что Арсений выдаёт спокойным голосом, как будто так и должно быть, фразу «Bye, baby», провожая как будто ударенного молнией ученика взглядом. Антон действительно дёргается так, словно он впихнул два пальца в розетку, и выбегает из кабинета, громко хлопнув дверью. Чёртчёртчёрт. Антон! Что это с тобой?! Шастун еле сдерживается от желания залепить самому себе пощечину, потому что «очнись, идиот», и спускается вниз, выходя из школы. Так, завтра дополнительные. Надо повторить хоть что-то, чтобы не казаться совсем тупым. И что в итоге? Ну если просмотр сериала с субтитрами можно счесть за повторение, то да, Антон вечером очень хорошо повторил.

С каждым днём Шастун понимает, что в его голове всё больше мыслей занимает его учитель английского. И тут, естественно, напрашивается сам по себе вопрос: «а с фига ли?» Антон, конечно же, не может ответить, потому что и сам ничего не понимает. Да, они сблизились за время поездки, да и до такой степени, что Шастун начинает бояться. Бояться больше себя, чем Арсения, ведь тот, по сути, ничего такого сверхъестественного не делает. Антон не понимает, почему симпатизирует Попову. Да, естественно, он ему симпатизирует, это ясно как день. Но почему? Потому что тот заботится о нём? Серьёзно? Только из-за этого? Точнее пусть будет только из-за этого. Господи, что? Антон, заткнись. И Антон затыкается, замолкает про себя, слушая ту свою часть, которая вечно «рукалицо» во всех ситуациях.

По приходу домой он делает уроки, занимается, в общем, всякой бесполезной всячиной, и так наступает вечер. Повторить Антон, как и было уже сказано, ничего не удосужился, и потому он делает это судорожно перед самым началом занятий, стоя, фактически, у Попова под дверью квартиры. Арсений скидывает адрес и даже даёт код от домофона, и потому Антон проводит двадцать минут в подъезде, дожидаясь своего занятия. Наверняка, у него сейчас другой ученик. Но когда время подходит к четырем, из квартиры никто не выходит, и Антон тогда поднимается с кафельной плитки в этой новостройке, где живёт учитель. Отряхнув джинсы рефлекторным жестом, Шастун запихивает учебник в рюкзак за плечом, хотя, по сути, будет доставать его уже через пару минут вновь. Антон встаёт напротив черной двери, собирает всю свою волю в кулак и протягивает руку к звонку, замирая так на секунду, но позже всё-таки нажимая. Слышно, как в квартире раздаётся мягкая трель, и Шастун отдёргивает руку, как будто за неё сейчас должна укусить собака. Хватит загоняться, чувак. Он тебя не сожрет. И в этот же момент, конечно же, в противовес, подобно ангелу и дьяволу на плечах парня, в голове раздаётся второй голос. Если что, родители знают, куда ты пошёл. И друзья. Родители не будут тебя искать, хаха. Шастун произносит про себя «заткнитесь» и понимает, что, наверное, сходит с ума. Прекрасно. Антон готов рассмеяться, но в этот момент дверь распахивается прямо перед его носом, и мысли улетают вместе со слабым ветерком, созданным этим резким движением массивной груды металла. Сейчас бы произнести любимое антоновское «блять», но Шастун сдерживается и выдавливает слабую улыбку - еле заметно дёргаются уголки губ.

Арсений, выглядывающий из-за двери, всё тот же Арсений Сергеевич, просто в черной футболке с белыми надписями, которые, вроде бы, и на английском, но в то же время их невозможно прочесть. Антон может лишь различить значки, которыми обозначают пол в биологии. Мужчина-женщина. Женщина-женщина. Мужчина-мужчи...

- Ты чего застыл? Проходи, - произносит Арсений, и Антон, вернувшись в реальность, делает шаг, переступая порог квартиры его преподавателя.

Шастун принимается разуваться, пока Попов закрывает дверь и громко хлопает ей, отчего парень вздрагивает. В итоге Арсений, не дожидаясь ученика, протискивается между Антоном и стеной, прижавшись, кажется, уж слишком сильно к пятой точке Шастуна. Ох, видели бы вы сейчас глаза Антона... Ему становится ещё страшнее.

Потом, всё же разобравшись с обувью, парень следует за учителем по коридору. Слева Антон видит спальню, дверь в которую полуприкрыта. Справа - другой небольшой коридор с аркой в конце, которая ведёт на кухню. Там же имеются ещё парочка дверей. Но они идут прямо, в просторную гостиную. Сразу же слева стоит большой стол с двумя стульями, на который Арсений и указывает Антону, а сам уходит. Крутой ремонт. Шастун окидывает взглядом комнату: справа - раздвижные двери шкафа-купе и парочка мягких пуфиков, рядом со столом стоит диван, на стене висит плазма и парочка полок, забитых всякой мелочью, которую Антон не успевает рассмотреть, потому что возвращается Арсений. Тот садится на стул напротив и кладёт перед Шастуном три скрепленных между собой листа.

- Антон, это небольшой тест. На него уйдёт не более двадцати минут. Это для того, чтобы я мог точно определить, где ты имеешь пробелы, а там уже и разработать план занятий.

Шастун кивает и, достав карандаш, придвигает к себе листы, полностью погружаясь в работу. Он практически не замечает пристальный взгляд Арсения, который якобы делает вид, что печатает что-то на ноутбуке. Попов пару раз не может сдержать улыбку, потому что Антон так мило хмурится, когда чего-то не понимает или же усердно думает. Чудо да и только.

- Так, давай, сдавай, - говорит Попов по истечении двадцати минут, и Шастун нехотя отодвигает от себя листы, потому что явно недоволен тем, что плохо подумал над последними вопросами.

Пока Арсений проверяет, Антон позволяет себе осмотреть комнату подробнее. Слева, за плотными шторами, располагается балкон. Шкаф-купе, располагающийся по правую сторону от входа в комнату, занимает немного места, потому что в оставшихся двух метрах от его стенки до стены квартиры стоят эти самые два пуфика. Антон уже представляет, как классно можно в них разместиться с ноутбуком на ногах. А вообще можно многое придумать.

- А вообще я хочу сделать перестановку, - говорит Арсений, откладывая красную ручку и переводя взгляд с Антона на комнату.

- А? - Шастуна резко вырывают из своих мыслей, и тот ничего не понимает, как и любой другой человек, который не слушал разговор до этого.

- Хочу сделать перестановку. Мне не нравится расположение мебели.

- И как же сделаете? - интересуется Антон, вникая в разговор.

- Сделаешь, - поправляет Попов, приподнимая брови.

- И как же ты сделаешь? - усмехаясь, вопрошает Антон.

Арсений улыбается в ответ, как бы говоря «вот теперь нормально».

- Переставлю диван сюда. Кресла поставлю туда, - указывая на стену, на которой висит плазма, говорит учитель. - А вот туда передвину стол.

- А что в тот угол? - показывая на место пуфиков, спрашивает Антон.

- Не буду его загромождать. Пусть стоит так. Ну или светильник запихну туда, - пожимает плечами Попов, и ученик не может удержаться от смешка. - Но пока вот, смотри, - возвращаясь к тесту, говорит Арсений, на что Антон, развернувшись, превращается во внимание. Ему вдруг от этого небольшого бытового диалога становится легче, и он спокойно выдыхает. Кажется, первое занятие проходит хорошо.

Арсений объясняет доходчиво, разговаривает на равных, и Антон потому не зажимается, чувствуя себя в своей тарелке. Спустя два с половиной часа Шастун выходит из квартиры учителя в хорошем расположении духа. Он задерживается на лишних полчаса, потому что Арсений всё же утаскивает ученика на кухню, заваривает им зелёный чай и завязывает беседу. Попов спрашивает, куда собирается поступать парень, интересуется просто жизнью Антона, и Шастун не знает, от чего чувствует это тепло в груди: чай это или же... Арсений.

Этот день заканчивается, однако, мыслями о Попове. Уже укладываясь спать, Шастун отвечает на парочку сообщений учителя в ВКонтакте и подводит итог: Арсений на дополнительных больше походит на Арсения обычного, чем на Арсения-учителя, что, несомненно, очень радует Антона, а еще парень перестаёт париться по поводу дополнительных, ведь всё теперь будет нормально, ну и плюсом идёт ещё один пункт - это отличный способ сблизиться с Арсом.

Шастун даже думает, что, возможно, эта чёрная полоса в его жизни ненадолго закончилась, потому что налаживается. Возможно, всё будет хорошо. А через день у Антона следующее занятие у Арсения. Пусть тот и задал много домашнего задания и парню предстоит много зубрежки, он рад. Искренне рад.