Часть 22

На следующее утро Антон просыпается на полчаса раньше будильника и решает, что сегодня он точно не будет в спешке собираться в школу. Ха. Ха-ха и ещё раз ха. Эти полчаса парень проводит в телефоне, и ещё десять там же, а, когда видит время, то резко подрывается с кровати и мчится в ванную. Облив лицо холодной водой, Антон быстро умывается, проводит мокрой рукой по волосам, пропуская пряди через пальцы, и выходит из ванной, направляясь на кухню, чтобы хоть немного перекусить. На столе остаются после завтрака родителей два бутерброда, и парень, запихнув их в рот, запивает апельсиновым соком, достав тот из холодильника. Как гулять под дождём, так конечно, мы не хотим заболеть, а как пить холодный сок из холодильника, так милое дело.

Хотел, называется, не торопясь собраться. Выходит же всё на самом деле наоборот. Антон опять бегает по квартире, на ходу натягивая вещи. За двадцать минут до урока парень выбегает из квартиры, цепляясь наушниками за дверную ручку и тем самым чуть ли не порвав их. Шастун матерится, закрывает входную дверь и поправляет капюшон на голове. Перепрыгивая через три ступеньки, Антон уже меньше, чем через минуту, оказывается на первом этаже и выскакивает из подъезда, как чёрт из табакерки. Он, временами переходя на бег, доходит до остановки и стоит, искренне надеясь, что его маршрутка всё-таки приедет. Видимо, сегодня боги его услышали, потому что нужный автобус поворачивает из-за поворота уже через пять минут, и Антон один из первых заскакивает в него. Парень даже уже решает, что ему сегодня везёт, потому что маршрутка не забивается до степени, что двери не закрываются, да и доезжает он до школы за семь минут. Прям вовремя, до урока три минуты. Сегодня, кстати, первый английский. Даже если Арсения и нет, то желания опаздывать всё равно нет. Поднявшись на четвёртый этаж, Антон подходит к двери, когда раздаётся звонок, и дёргает дверную ручку на себя, заходя в кабинет. Он тут же встречается со взглядом синих глаз, обладатель которых в удивлении стоит за своим рабочим столом, и уже собирается поздороваться, как на самом начале слова раздаётся в кашле, прикрывая рот рукой. Попов хмурится, и Антон понимает, что разозлил учителя. Тот дышит шумно через нос и поправляет свою тёмно-синюю рубашку, плотно обтягивающую его торс.

- О, Шастун! - восклицает Арсений, вернув себе самообладание. - А мне сказали, что ты ещё не выздоровел.

- Ну как же я мог пропустить свой любимый урок?! - с притворным восхищением говорит Антон, поправляя лямку рюкзака на плече. - Так можно войти?

Арсений сжимает губы в тонкую линию, кусая внутреннюю сторону щеки. Ну какой же гад!

- Только если не заразишь остальных, - кивает парень, поправляя стопку документов на краю стола, добавляя: - Мне тебя, одной радости, хватает.

Антон улыбается, идёт к своей парте и, только сев, говорит:

- Не переживайте, Арсений Сергеевич, эта болезнь не заразна.

Попов бросает на него хмурый взгляд и переводит его на севший на свои места класс. Он садится и сам за стол, открывает учебник и просит учеников прочитать текст, чтобы потом в общих чертах рассказать, о чём же повествует данный текст. Антон пробегается глазами по строчкам, перепрыгивая с одной на другую, и заканчивает через две минуты, собрав в голове полную картину происходящего. Одноклассники парня продолжают читать, пока Арсений записывает что-то в журнал. Шастун, решив, что делать ему всё равно пока нечего, достаёт телефон, начиная листать ленту «ВКонтакте». Тут, как гром среди ясного неба, раздаётся грубый голос учителя:

- Антон, телефон на стол, - говорит тот, продолжая смотреть в монитор включенного компьютера.

Шастун вздрагивает и с удивлением уставляется на учителя, пока тот снова не повторяет «телефон ко мне на стол». Антон поднимается, подходит к столу и смотрит на Арсения, который, оторвавшись взглядом от компьютера, смотрит на парня в ответ. Так вот как он спалил. Сам-то сидит в «Вк».

- Ну и наглость, - сцепив руки в замок и положа их перед собой на столе, начинает Попов. - Мало того, что пришёл без формы, так ещё и в телефоне на уроке сидит. Если ты у нас такой умный, то давай, садись, переводи текст.

Антон кусает губу, продолжая ещё некоторое время смотреть на Арса, а потом кивает, разворачивается и, сев за свою парту, всё же начинает читать текст. Арсений же начинает придираться и к произношению некоторых слов, и к переводу, пытаясь этим показать, что «вот, видишь, не стоит умничать». Эти пять минут перевода длятся настолько долго, что Шастун думает, что ему просто хочется сдохнуть. Взбесил учителя, вот теперь и мучайся.

Урок в остальном проходит спокойно, если не обращать внимания только на одно «но» - Арсений игнорирует Антона. Он спрашивает других учеников, некоторых даже по несколько раз, но из всего класса не спрашивает только Шастуна, который от этого, мягко говоря, поражён. Попов не спрашивает его даже тогда, когда в классе нет поднятой руки, не считая руки Антона, потому что никто больше не знает. Арсений обводит класс взглядом, размазано скользя им мимо Антона, и спрашивает: «Что? Никто не знает?». У Шастуна аж рот открывается от удивления и негодования. Да пусть он лучше нагружает его, чем просто вот так вот игнорирует. Безразличие хуже, чем что-либо.

Когда наконец раздаётся звонок с урока, Антон собирается медленнее всех, ожидая, когда все ученики покинут кабинет. Он подходит к столу Арсения как раз тогда, когда дверь закрывается, и смотрит на него, а тот, как будто действительно не замечая ученика, продолжает возиться с документами. Шастун стоит так полминуты, и тишина, нарушаемая лишь шумом из коридора, становится такой осязаемой, что её хоть ножом режь. Но Антон не выдерживает, первый начинает говорить:

- Очень по-взрослому, Арсений Сергеевич.

- Не сомневаюсь, Шастун, - отзывается учитель, всё ещё не смотря на парня. - А теперь попрошу покинуть кабинет, - собрав всю стопку в кучу, Арсений поднимается, кладёт перед Антоном его телефон и выходит из-за стола, направляясь к двери. - Мне надо идти.

- Ах, так?! - притворно восклицает Антон и сбрасывает рюкзак, запрыгивая на первую парту. - Ну тогда я побуду тут чуть-чуть.

Арсений останавливается, поворачивается и смотрит выжидающе на ученика, который так же в ответ смотрит на него и тоже явно не собирается уступать.

- Антон... - предупреждающе произносит Попов, но Антон лишь произносит спокойное «да-да?», и Арсений срывается, психует, бросает документы на первую парту второго ряда и подходит к Антону, который сидит на первой парте третьего ряда, прямо напротив его стола. Попов быстро оказывается рядом с Шастуном, встаёт между его раздвинутых ног, опирается руками по обе стороны от бёдер парня и говорит прямо в лицо, так, что Антон чувствует его дыхание.

- Ты что, самый умный, что ли? - выдыхает учитель прямо в лицо ученику. - Антон, не нарывайся на неприятности.

Шастун же сохраняет прежнее спокойствие, выдерживает даже такое резкое вторжение в зону комфорта, пусть даже и Арсением, и размеренно отвечает:

- Умный? Хм... пожалуй, - и расплывается в улыбке, даже в ухмылке, что действует на Арсения, как красная тряпка на быка. - И я не нарываюсь.

- Да ты что?! - удивляется Попов и чуть ли не смеётся с того, как меняется лицо парня в пару сантиметрах от него, когда он говорит: - Завтра маму в школу.

- Что? За что?! - вопрошает Антон, и Арсений отходит от него, поправляя рубашку.

- Ни за что, - просто отвечает тот и берёт в руки документы. - Собрание в 6 вечера, - и улыбается, слыша облегченное «фух» от Антона. - А теперь ты либо останешься на ближайший час здесь, либо идёшь на следующий урок.

Шастун хватается за сердце, выдыхая и тут же отвечая учителю:

- Да не пугайте вы так! Я не хочу умереть в 17 лет из-за остановки сердца, - на что Арсений тихо смеётся и, вскинув брови, всё же дожидается ещё одного ответа от ученика: - Я лучше останусь здесь, - кивает парень, ёрзая задницей на парте.

- Ну да, чудо, тебе ещё рано умирать, - говорит Попов и у самой двери дополняет: - Отмазывать я тебя не буду.

Антон кивает, вставляет в уши наушники и ложится спиной на парту, сгибая одну ногу в колене. Арсений ухмыляется и, выйдя из кабинета, закрывает дверь на ключ, отправляясь по своим делам. Ну что ж, Шастун сам так решил.

Заканчивается перемена, урок идёт уже десять минут. Арсений заходит в кабинет на втором этаже, где на него тут же уставляются двадцать две пары глаз. Он улыбается и говорит «Ирина Владимировна, Шастуна сегодня не будет», на что та кивает, и Арсений, расплывшись ещё в большей улыбке, выходит из класса. Ким не может перестать улыбаться широкой улыбкой, как будто происходящее понимает лишь она одна. Ну, возможно, так и есть.

Возвращается Арсений не как говорил - через час, а спустя тридцать пять минут, когда до конца урока остаётся десять минут. Открыв дверь, он заходит, закрывая её за собой на ключ, и садится за свой стол. Антон не двигается вообще, размеренно дыша и как будто находясь во сне. Арс так думает, потому что глаза под веками не двигаются, и он решает, что не будет его будить, потому просто садится за стол и опять погружается в работу. Этих отчетов столько, что Арсений просто поражается: он как будто не учитель, а экономист какой-то.

Но, как оказывается на самом деле, Антон и не спит вовсе, а музыка просто играет так громко, что он даже не слышит, как в кабинет возвращается учитель. Он поворачивает голову вправо и открывает глаза, тут же выдавая лаконичное «блять!». Антон выдёргивает наушники, садясь на парте, и Арсений, дописав предложение, ставит точку и поднимает взгляд на ученика.

- Мне кажется, что это слово я слышу чаще, чем что-то умное. Надо занять твой ротик чем-нибудь пополезнее.

Глаза Антона расширяются сразу в несколько раз, а мысли уходят куда-то не туда. Что, блин? Какого вообще чёрта? Шастун совершенно ничего не понимает, и Арс, заметив это замешательство, еле сдерживает смех, но пытается реабилитироваться.

- Ну, для начала, пусть это будут таблетки. А для этого, правильно, нужно поехать домой. Теперь всё понял? Или объяснить ещё раз?

Антон некоторое время смотрит на учителя, а потом сдаётся.

- Ладно, - произносит он и, спрыгнув с парты, перекидывает через плечо рюкзак. - До свидания, Арсений Сергеевич.

- Стой, - резко говорит учитель и, подскочив, подходит к ученику, смотря на перемотанную правую руку. - Это что такое?

Антон трет кожу вокруг бинта большим пальцем другой руки и смотрит на неё, как будто видит это впервые. Он выдавливает из себя что-то наподобие «да так, обжёгся», но Арсений протягивает свою руку к Шастуну, берёт его руку и аккуратно принимается разматывать бинт, делая всё так нежно, чтобы Антону ни в коем случае не было больно. Попов убирает ватку, пропитанную мазью, и его взору открывается рана, всё ещё красная, и от того кажущаяся очень болезненной.

- Где ж ты так, чудо? - на что Антон просто ведёт плечами, не намереваясь отвечать. - Чем ты обрабатывал? - парень называет пару мазей, Арсений качает головой и отходит к столу, из которого достаёт какую-то заживляющую мазь, и возвращается, заставляя Антона сесть за парту, и сам садится рядом. Они заканчивают возиться с этим через пару минут, и вот тогда Шастун уже подходит к двери.

- Я завезу вечером пару мазей, - сообщает Арсений, и Антон кивает, понимая, что сопротивляться тут бесполезно. Арсений это Арсений. Если он так решил, то никто его не отговорит. - Пока, Тох, - махнув тому рукой, Арсений возвращается к работе, а Шастун отправляется домой.

Через десять минут он уже подходит к своему подъезду и поднимается в квартиру. В остальном день проходит так же скучно, как и все предыдущие. Антон иногда открывает учебники и готовится, а иногда просто валяется на кровати, подпевая песням и пялясь в потолок. В его ленте в «ВКонтакте» то и дело мелькают новости и спойлеры из нового «Тор: Рагнарёк». Это уже начинает надоедать, особенно, когда ты хочешь посмотреть этот фильм. Поэтому Антон выходит из соцсети и ищет расписание сеансов в ближайшем из кинотеатров. Завтра, в 16:20. Отлично. Антон улыбается и понимает, что завтрашний день, возможно, станет отличным.

Вечером родители возвращаются с работы, а через час после них в дверь стучит Арсений. Мама Шастуна открывает дверь и вся прям расцветает, когда видит учителя. Они здороваются, и Попов, пройдя внутрь, извиняется, говорит, что ему надо поговорить с Антоном, и проходит к парню в комнату, который, совсем не ожидая визита вот именно сейчас, вырубает ужастик и вздрагивает.

- Ну ты точно хочешь, чтобы я умер, - выдыхает Антон, включая свет. Арсений смеётся, подходит к парню и, произнеся «и тебе привет», протягивает пакет с медикаментами в нём. Шастун убирает их в сторону, но учитель требует сделать перевязку прямо сейчас, и Антон соглашается. Арс бережно обрабатывает ожог и заматывает всё бинтом, отпуская, наконец, руку парня. Тот улыбается уголками губ в знак благодарности, и Попов уходит, прикрывая за собой дверь.

Родителей Антона учитель находит на кухне и сообщает им о родительском собрании завтра.

- Я бы и сам рассказал всё, но так как это общешкольное собрание, которое проводится завучем в девятых и одиннадцатых классах, то вам следует появиться там. А потом я задержу вас буквально на пару минут, чтобы обсудить именно наш класс.

- Тогда мне придётся отпроситься, чтобы уйти пораньше, - рассуждает женщина и потом с улыбкой кивает Арсению. - Спасибо, Арсений Сергеевич.

Попов прощается с отцом ученика и, пожав тому руку, уходит в коридор, по пути заглядывая к Шастуну.

- Чтобы завтра сидел дома, понял?

- Ла-а-адно, - протягивает Антон и закатывает глаза. Арсений усмехается, бросает короткое «пока» и уходит.

Когда парень идёт в ванную, он просто слышит краем уха голос отца, сидящего с матерью на кухне.

- Странный он какой-то. Чего это он так часто ошивается у нас дома?

- Андрей, не неси ерунду. Арсений Сергеевич - хороший человек, и тем более он классный руководитель нашего сына. Он просто заботится о детях, которые в этом году оканчивают школу.

- Ага, можно подумать, он так к каждой семье заехал и сообщил о собрании.

Дальше Антон не слушает, принимая душ. Да, возможно, это странно, что Арсений так заботится о парне, но ему, честно говоря, плевать. Плевать потому, что ему это нравится. О нём заботится хоть кто-то.

Эта пятница ничем не отличается от прошедших вторника и среды. Антон сидит дома до полчетвертого, а потом уезжает в кино. В этот раз ему с маршрутками реально везёт, и день, кажется, не может ничто испортить, если не считать только того, что идёт в кино он один. У Димы дополнительные по биологии, у Леры - по химии, а Арина не может просто потому, что находится в гостях на другом конце города. Так что Шастуну приходится идти одному, но это не огорчает его так сильно, как могло бы. Реклама перед фильмом показывает парочку интересных трейлеров, название которых Антон пытается запомнить, чтобы сходить на данные фильмы при их выходе, но забывает абсолютно всё, как только начинается «Тор». Парень полностью погружается в атмосферу фильма, смеётся вместе с остальными зрителями в зале над комичными моментами и просто наслаждается времяпрепровождением.

Домой Антон возвращается в семь, а через полчаса домой возвращается и мама с родительского собрания. Когда парень, придя на кухню, спрашивает у неё, что нового рассказали, она отвечает сухим «ничего», но потом, когда Шастун уже собирается уйти, вновь начинает говорить.

- Мы поговорили с Арсением Сергеевичем о тебе.

Ого! Вау!

- И к чему же пришли?

- Он сказал, что тебе нужен репетитор по английскому. И предложил себя. Я и записала тебя.

ЧТО? ЧТО БЛЯТЬ?!

- Что ты сделала? Записала меня к... Арсению Сергеевичу? - на что женщина кивает, но игнорирует не особо, скажем так, хорошую реакцию сына на это. Да и на что ей это? Она даже не смотрит на него, так что не видит того искреннего удивления на его лице.

Антон уходит, просто молча уходит в комнату. В голове кружатся мысли в духе «мне пиздец». Заниматься с ним. Боже. Ну за что мне это? Как учитель... он же просто сожрёт меня. Они что, окончательно хотят отбить у меня желание учить английский язык? Черт. Я буду просто подыхать. Арсений - учитель и Арсений - не учитель, это два совершенно разных человека. Антону совсем не хочется ближе сходиться с преподавательской стороной Попова, но, видимо, придётся. Ну всё, тогда точно пиздец.

И только захлопнув дверь в свою комнату, Антон всё же говорит это констатирующее полный пиздец «блять», хватаясь за голову.

Кто там говорил, что это будет отличный день? Да пусть он горит в Аду! Ах, Антон? Ну так он уже в Аду, варится в котле, а его личным мучителем является сам Дьявол. Дьявол с глазами-омутами, очаровательной улыбкой. А иначе просто учитель английского Попов Арсений Сергеевич.