46.

ЭММА:

Том: «Слушай. Я знаю, что мог бы справиться с этим по-другому. Но поверь мне, так будет лучше. Если тебе или Лекси что-то понадобится — просто скажи».Том: «Дороти, наверное, уже говорила тебе, но охранная компания в субботу установит сигнализацию в коттедже. Во сколько у Лекси футбольный матч?»Том: «Как ты?»Том: «Хотя мы и не вместе, я хочу, чтобы вы с Лекси были в безопасности».Том: «Ты не сможешь вечно меня избегать».Том: «Можем вести себя как взрослые люди? Это, чёрт возьми, маленький город. Рано или поздно мы столкнёмся».

***

Я приоткрыла один заспанный глаз и посмотрела на экран телефона.Убедившись, что это не тот, мёртвый для меня, один из братьев Каулитцев, я свайпнула, чтобы ответить.— Что? — прохрипела я.— Подъём, Лейн, — раздался бодрый голос Криса с полмира отсюда.Я тихо застонала в ответ и перевернулась.

натянула одеяло на голову в детской попытке отгородиться от всего мира. К сожалению, это имело непредсказуемый эффект — я также окунулась в его запах.Если спишь в кровати, где вы спали вместе, ничего хорошего не жди.Если я хочу пережить эту историю, придётся сжечь эти простыни и купить Дороти новый комплект.

— Судя по твоему горячему приветствию, ты ещё не вытащила из кровати свою задницу, которая сегодня точно о нём забудет, — предположил Крисс.Я только фыркнула.

— На твоё счастье, мы сейчас на разных континентах, потому что твоё время вышло, — пропел он.— Какое ещё время?— Время твоего «горе мне, я скучаю по своему дурацкому, так называемому бойфренду». Пять дней уже прошло. Приемлемый период траура закончился. Ты официально возрождаешься как Новая Эмма.

Возрождение казалось чем-то ужасно тяжёлым.— А можно я просто увяну Старой Эммой?

Последние несколько дней Старая Эмма ходила с приклеенной фальшивой улыбкой перед Лекси и читателями библиотеки, а потом по нескольку часов в день вполсилы пыталась навести порядок в коттедже. И всё это — отгоняя мысли о Томе.Я была измотана.

— Не вариант. Сейчас 06:30 по твоему времени. Твой день начинается!— Почему ты такой жестокий? — простонала я.— Я твой злой крестный-фея. Тебе нужно начать превращение, моя маленькая гусеничка.— Я не хочу быть бабочкой. Я хочу сдохнуть в своём коконе.— Не пройдёт. Если через десять секунд не вылезешь из кровати, применю тяжёлую артиллерию.— Уже встала, — соврала я.

Он сказал что-то язвительное по-французски.

— На случай, если тебе нужен переводчик, это было «лгунья» по-французски. Теперь я хочу, чтобы ты подняла свой залежавшийся зад с кровати и пошла в душ, потому что Дороти доложила, что твои волосы жирнее, чем фритюрница в спортбаре в вечер крылышек. Потом я хочу, чтобы ты открыла заказ из «Sephora», который я тебе отправил, и выбралась из своей хандры.— Я люблю хандру.— Нет, не любишь. Ты любишь планы и списки дел. Я даю тебе и то, и другое.— Зря все так хвалят друзей, которые слишком хорошо тебя знают, — пожаловалась я подушке.— Ладно. Ладно. Но хочу официально заявить, что ты сама меня к этому вынудила.— К чему?— На тебя равняется одиннадцатилетняя девочка. Ты правда хочешь научить её тому, что, когда какой-то парень задевает твои чувства, надо поставить крест на всей жизни?

Я села на кровати.— Ненавижу тебя.— Неправда.— Ну почему мне нельзя немного расклеиться?

Это ведь не просто обида. И он это знал. Том предупреждал.Он говорил не влюбляться в него, не принимать его действия за настоящие чувства. А я всё равно влюбилась. Значит, я дура.Джефф хотя бы пытался скрывать своё истинное «я». Это оправдание — не самое лучшее, но всё-таки оправдание. А с Томом такого оправдания не было.Я люблю его. По-настоящему люблю. Я влюбилась в него настолько, что не была уверена, смогу ли пережить боль от того, что он так меня оттолкнул.

— Потому что вся эта самокритика вроде «я такая дура» и «как я могла в него влюбиться» — это пустая трата времени и сил. И плохой пример для Лекси, у которой и так полно плохих примеров — хватит на всю жизнь. Поднимай попку с кровати, принимай душ и готовься показать Лекси, как сжечь жизнь засранца дотла.

Мои ноги коснулись пола.— Умеешь ты подбодрить.— Ты заслуживаешь лучшего, Лейн. Я знаю, что глубоко в душе сама ты так не думаешь. Но ты заслуживаешь мужчину, который будет ставить тебя на первое место.— Я тебя люблю.— И я тебя, солнышко моё. Всё, прощаюсь! Но пришли мне селфи после душа и макияжа. А я пришлю тебе план на день.

***

ОТ: КриссКому: ЭммаТема: Новая Эмма. День первыйПодними свою задницу с кровати.Душ.Макияж.Причёска.Гардероб. (Я знаю, как ты любишь вычёркивать что-то из своего списка.)Завтрак чемпионов.Тренировка Лекси. Улыбнись. Зажги там поле своей красотой.Устрой импровизированную вечеринку. Пригласи друзей, семью и Билла (эта часть очень важна). Будь сногсшибательной (тоже очень важно). Развлекайся по-настоящему (самое важное) или притворяйся, пока не получится.Ложись спать довольной.Умойся. Повтори.

***

Довольная тем, что вычеркнула уже четыре пункта из своего списка дел, я решилась спуститься вниз. Остальная часть дома спала.

Крисс слишком хорошо меня знает. Мне и правда было легче притворяться, что у меня хорошее настроение, когда снаружи всё выглядело в порядке.Меня ждала свежая кофе. Я налила щедрую порцию горячего напитка в весёлую красную кружку и, потягивая кофе, рассматривала кухню.Комната обрела новую жизнь с того момента, как меня впервые пригласили сюда. Как, впрочем, и большая часть дома. Шторы были не только раздвинуты, но и выстираны и выглажены. Утреннее солнце пробивалось сквозь чистые стёкла.С дома соскребли годы пыли и грязи, шкафы и ящики очистили от хлама. Спальни, закрытые почти два десятилетия, теперь были полны жизни. Кухня, столовая и веранда стали сердцем дома, наполненного людьми.Вместе мы вдохнули жизнь в пространство, которое слишком долго было безжизненным.Я взяла кофе на веранду и встала у окна, глядя, как ручей подхватывает опавшие листья и несёт их вниз по течению.Ощущение потери никуда не делось.Дыры, что оставили дочь и муж Дороти, не заполнились по мановению волшебной палочки. Но мне казалось, что теперь вокруг этих дыр появилось что-то большее. Субботние футбольные матчи. Семейные ужины. Киновечера, когда все болтали так много, что невозможно было услышать, что происходит на экране. Ленивые вечера, проведённые за приготовлением ужина на гриле и играми в ручье.Собаки. Дети. Вино. Десерты. Вечера игр.Мы создали что-то особенное вокруг Дороти и её одиночества. Вокруг меня и моих ошибок. Это был не конец. Ошибки нужны, чтобы учиться, преодолевать их. Они не должны разрушать.Стойкость.На мой взгляд, Лекси уже была воплощением стойкости. Она пережила нестабильное и небезопасное детство и училась доверять взрослым. Возможно, ей было чуть легче, потому что она никогда не опускала руки, как я. И этим я восхищалась.Я могу многому научиться на её примере.

Я услышала шарканье тапочек, перемежаемое взволнованным постукиванием собачьих когтей по плитке.— Доброе утро, тётя Эмма. Что на завтрак? — зевнула из кухни Лекси.

Я оставила свою утреннюю хандру и вернулась на кухню.— Доброе утро. А чего бы ты хотела?

Она пожала плечами и села на табурет у кухонного острова. Её светлые волосы с одной стороны стояли дыбом, а с другой — падали на плечо. На Лекси была розовая камуфляжная пижама и пушистые тапочки, которые собаки как минимум раз в день пытались стащить и спрятать в своих лежанках.

— Хм. Как насчёт яичницы? — сказала она. — Ого. Ты красивая.— Спасибо, — ответила я, потянувшись к сковородке.— А где Том?

Вопрос резанул по сердцу, как лезвие.— Он вернулся к себе, — осторожно сказала я.

Лекси закатила глаза.— Это я знаю. Почему? Я думала, у вас всё хорошо. Вы всё время целовались и много смеялись.

Первым порывом было солгать. Чтобы защитить её. Всё-таки она ещё ребёнок. Но я уже столько сделала, чтобы оберегать её, и это же всегда оборачивалось против меня.

— Нам нужно кое-что обсудить, — сказала я, доставая из холодильника масло и яйца.— Я сказала однокласснику, что он козёл, потому что он толкнул Айрис и назвал её грёбаной неудачницей, — начала оправдываться Лекси. — И я не ругалась, потому что мне нельзя.

Я выпрямилась с коробкой яиц в руках и моргнула.— Знаешь что? Мы вернёмся к этому через минуту.

Но моя племянница не собиралась сдаваться.— Том сказал, что это правильно — заступаться за людей. Что сильные должны заботиться о тех, кто нуждается в защите. Он сказал, что я — одна из таких сильных.

Чёрт.Я сглотнула ком в горле и быстро моргнула, чтобы сдержать слёзы, обжигающие глаза и грозящие смыть тушь.

Теперь горевать буду не только я. Теперь маленькая девочка будет тосковать по герою, которому мы оказались не нужны.

— Это правда, — сказала я. — И хорошо, что ты такая сильная, потому что я должна сказать тебе кое-что непростое.— Мама возвращается? — прошептала Лекси.

Я не нашла, что на это ответить. Поэтому начала с другого.— Коттедж не нужно обрабатывать от паразитов, — выпалила я.

Бигль Бред подскочил к моим ногам и посмотрел на меня своими проницательными карими глазами. Я наклонилась, чтобы почесать его за ухом.

— Как это?— Вот так, милая. Я сказала тебе это, чтобы ты не волновалась. Но тебе лучше знать, что происходит. К нам кто-то вломился. Всё перерыли и забрали кое-какие вещи. Шеф Билл считает, что там что-то искали. Мы не знаем, что именно искали и нашли ли.

Лекси уставилась в стол.

— Поэтому мы переехали сюда, к Дороти и твоим бабушке с дедушкой.— А Том?

Я сглотнула.— Мы расстались.

Палец, которым она водила по столешнице, замер.— Почему?

Чёртовы дети и их вопросы без ответов.

— Я не знаю, милая. Иногда люди хотят разного.— Ну, а чего хотел он? Разве мы были недостаточно хороши для него?

Я накрыла её руку своей и сжала.— Я думаю, что мы более чем достаточно хороши для него, и, возможно, именно это его и напугало.— Надо было мне сказать.— Надо было, — согласилась я.— Я ведь не какое-то сопливое младенце, которое может запаниковать, ты же знаешь, — сказала она.— Знаю. Из нас двоих я куда больший ребёнок.

Этим я заслужила лёгкую улыбку.

— Это мама?— Что значит «мама»?— Мама вломилась в коттедж? Это в её стиле.

Вот почему я не люблю честных разговоров. Потому что тогда люди задают вопросы, на которые нужны ещё более честные ответы.

Я выдохнула.— Честно говоря, я не знаю. Вполне возможно. Есть ли что-то, что она могла искать?

Лекси пожала плечами, которые уже несли больше груза, чем должны были.— Не знаю. Может, что-то дорогое.— Ну, твоя мама там была или нет, но больше не о чем волноваться. Дороти сегодня устанавливает охранную систему.

Она кивнула и снова начала водить пальцами по столу.— Хочешь поделиться, что ты чувствуешь по поводу всего этого? — спросила я.

Лекси наклонилась и почесала кошку по голове.— Не знаю. Не очень. И я злюсь.— Я тоже, — согласилась я.— Том нас бросил. Я думала, мы ему нравились. Правда нравились.

Моё сердце снова разбилось, и я поклялась, что Том Каулитц за это заплатит. Я подошла к ней и обняла.— Нравились, милая. Но иногда люди пугаются, когда кто-то им слишком нравится.

Она замычала.— Наверное. Но я всё ещё могу злиться на него?

Я убрала волосы с её глаз.— Да. Можешь. Твои чувства настоящие и важные. Не позволяй никому говорить тебе, что ты не должна чувствовать то, что чувствуешь. Хорошо?— Да. Хорошо.— Как насчёт вечеринки сегодня, если Дороти не против? — спросила я, ещё раз обнимая её.

Лекси оживилась.— Какая вечеринка?

— Я думала о костре, яблочном сидре и смортах, — сказала я, разбивая яйцо в стеклянную миску.— Круто. Можно я приглашу Айрис и Викторию?Меня так радовало, что у неё есть друзья и дом, куда она хочет их привести.— Конечно. Сегодня же свяжусь с их родителями.— Может, попросим Дороти включить кантри-музыку, которую любила мама Тома и Билла, — предложила она.— Классная идея, Лекси. Кстати, о вечеринке...

Лекси вздохнула и посмотрела в потолок.— У тебя скоро день рождения, — напомнила я ей. Мы с Дороти и моими родителями уже набили шкаф подарками.Мы уже несколько недель напоминали ей об этом важном дне, а она упорно не проявляла инициативы. — Ты уже решила, как хочешь праздновать?

Она закатила глаза.— Боже мой, тётя Эмма! Я тебе говорила девять миллионов раз, что не люблю дни рождения. Они тупые, отстойные, одно сплошное разочарование.

Я невольно улыбнулась.— Не хочу давить на чувство вины, но бабушка устроит истерику, если ты не позволишь ей хотя бы испечь торт.

Я увидела, что она обдумывает сказанное.— Какой торт?

Я легко постучала её лопаткой по носу.— Это лучшее в днях рождения. Ты можешь выбрать сама.— Я подумаю.— Я большего и не прошу.

Я вылила яйца на сковороду и вдруг почувствовала, как Лекси обняла меня сзади за талию и прижалась лицом к спине.— Тётя Эмма, мне жаль, что Том оказался дураком, — сказала она очень тихо.

У меня в горле застыл комок, и я сжала её руки своими. Это была такая новая, деликатная вещь — эта нежность, которую племянница проявляла, когда я меньше всего этого ожидала.Я боялась сделать или сказать что-то не так и отпугнуть её.

— Мне тоже. Но всё будет хорошо. Даже лучше, — пообещала я.Она отпустила меня.— Кстати, эти козлы, что к нам вломились, не украли мои джинсы с розовыми цветочками?

****

Рейна: «Не знаю, что между вами происходит, но Том только что предложил мне тысячу долларов, чтобы я включила тебя в сегодняшний график, потому что последние две смены ты была на больничном. Могу поделиться с тобой наличкой или послать его к чёрту. Решай!»Я: «Извини, не могу. Сегодня у меня вечеринка, ты приглашена.»Рейна: «Чёрт! А можно взять с собой моих надоедливых родственников?»Я: «Буду разочарована, если ты их не возьмёшь.»