Глава 11.

Берег разливался в разные стороны, пока ветер уносился как можно быстрее в одном направлении. Мрачный, темный день. Коктебель сегодня не радует красками, ведь намечается очень страшное. Небо серое, чайки больше не кричат свои любимые символы свободы и чистоты. Воздух проникает в самые легкие, заставляя поежаться и засунуть нос под воротник куртки. Не красочно. Не ярко. Не счастливо сегодня нашим героям.

" Дуэль " должна была начаться совсем скоро. Еще и в выходной вставать в 7 утра, ради такого удовольствия. Мел к удивлению даже присутствовал, но вести ее отказался. Желающим выступил Киса. Сегодня он будет вести сегодняшнее мероприятие.

По склону горы шло 2 силуэта, на фоне серого и безжизненного неба они выглядели вполне себе даже по живому.

Кислов подлетел к пацанам, что уже подошли.

— О, опа! Четко, вместе. Без опозданий. Молодцы! — Хлопнул в ладоши Кудрявый, — Кхм кхм, Ну что ж, чуваки, во первых — респект вам и уважуха, вы не опоздали. Во вторых по реальным условиям дуэли я должен предложить вам помириться. Тоесть ты, Локонов, нанес оскорбление Игнатову, если хочешь проси у него прощения. А Павел он там сам решает, принимать, сука, твои извинения или не принимать. — Объяснил Кислов, — Я ясно Изложил?

— Да.. Паш, ты реально, прости меня пожалуйста за то что я тебя снимал. — Процедил Локон. Его голос максимально дрожал и передавал всю неуверенность парня. Странно, с девушками он вел себя по другому.

— Не парься, Всеволод, я твои извинения не принимаю и желаю стреляться. — Уверено проговорил Толстый, скинув сигарету на рассыпчатый песок под ногами.

— Оскорбленная сторона извинений не принимает и желает стреляться. — Сказал Кислов, подняв подбородок.

— Э, Чуваки.. — Локон был максимально испуган.

— Борис, доставайте пистолеты. — Автоматова, стоявшая до этого времени в тени, не выдержав этих соплей, решила действовать.

— Так ими же реально убить можно! — Воскликнул Локонов.

— Ты че думал? Мы тут в игры играем? Графика компьютерная будет? — Кислов говорил чистым Сарказмом — У нас вон, даже доктор есть.

— В принципе надо было и священника притянуть. — Добавила Автоматова и оглянулась на Ивана.

— Пистолеты сейчас будут при вас заряжены и вы можете выбрать себе любой. — Взяв в руки оружие начал объяснять Боря.

— Ребят, да вы че! Ну Паш, я же реально.. я просто ради шутки, юмора хотел. Что бы типа всем смешно.. ха-ха.. Ну... хочешь давай всех кто был на тусовке соберем? Вместе! Я перед всеми извинюсь. — Начал унижаться Локонов. Его пробирал страх до дрожжи в коленках. Он начал затирать че то про путевки на каникулы, хотел оплатить их Толстому, парень в это время смотрел максимально странно на Всеволода.

— Слушай, меня твой фэн-шуй вообще никак не трогает. Живем только здесь и сейчас. — Игнатов был настроен на одно — Дуэль. Больше его никакие путевки не Интересовали.

— О, Красава Толстый! — Воскликнул Кислов, показывая максимальное уважение, — А, тоесть Павел. — Смутился парень, осознав что ведет Дуэль.

Локонов затирал про то что это все полная херня, что не стоит это того что бы стреляться. Ну Максимально напуган.

— А если он мне в яйца попадет? — Уже ели сдерживая слезы говорил Сева.

— А че, лучше в бошку? — Крикнула на Локонова Автоматова. Он ее безумно начинал раздражать.

Всеволод уже только какие варианты не предлагал, лишь бы не стреляться, не один из них не сработал.

— Не смешно уже даже, давайте к делу перейдем. — Толстый сам устал от этого бреда.

По результатам жеребьевки, право первого выстрела было отдано Локонову.

Киса расставил парней к барьеру. Объяснил, как будет проходить дуэль.

Эмоции Локонова были максимально смешанные. Отчаяние, и абсолютное непонятие происходящего. В его взгляде читалась неизвестность и ужасное, нетерпимое чувство — страх. Что делать, он даже не знал. А отказаться он не мог, как бы не хотел этого сам. Сердце заколотилось максимально сильно, заставляя тяжело дышать и чуть ли не плакать. Кучерявый блондин вытянул руку вперед, готовясь сделать выстрел.

Пару секунд. Учащение дыхания. Выстрел. Голова локона сильно отдернулась вверх, а после опустилась, направляя его взгляд в песок.

Мимо.

Блондин осмотрел пистолет с разных сторон, понимая — он не попал. Но резко пришло еще одно осознание в голове — сейчас стреляет Толстый.

Павел стоял, полный уверенности и принятие того, что может умереть. Зато отстоит свою честь. Только это его радовало. И не важно, будет он после этого жив или нет. Толстый даже не подозревал, что пистолеты заряжены холостыми. Он верил и надеялся на то, что его честь максимально будет восстановлена и чиста, а жив он или нет — не такая уж и важная деталь. Павел считал себя героем, за то, что осмелился на эту дуэль. Ему было совсем не жалко и без разницы, сколько денег он на это потратил.

Игнатов уже вытягивает свою руку, и готовиться спустить курок целясь в Локона.

Секунда. И Всеволод бросается прочь, быстро убегая и спотыкаясь о острые камни. В след ему летит выстрел. Блондин падает на песок, сразу встает и снова бросается прочь от туда.

Павел бежит за ним, кричит пацанам о том, что его нужно поймать, что бы они его вернули. Автоматова, глядя на все это даже смех сдержать не смогла. Улыбка с лица не спадала ни на секунду, смотря на то как сверкают пятки Локонова.

Пацаны быстро подбежали к Игнатову, успокаивая его. Сказали что его честь восстановлена, что Всеволод даже в глаза людям смотреть не может теперь.

— Паш, ты большой молодец. Ты достойно держался, правда. Очень достойно. — Встрял Мел, желая все это закончить как можно быстрее.

— Серьезно? — Паша не верил в то, что его честь восстановлена, — Мне если честно очень сильно важно ваше мнение.

— Чувак, ты наш! — Кислов задрал кофту и оголил торс, где красовалась татуировка « черная весна »

— Че у вас? Система какая то? – Не понял Толстый.

— Дуэльный клуб. – Откликнулась Саша, сидя недалеко от пацанов.

— И ты походу принят! — Поддержал Боря.

Возгласы хвалы и славы послышались в районе рыбачьей бухты. Пацаны кричали, стараюсь убедить Пашу, что теперь он — свой.

Свой так свой. Только 200 тысяч рублей Павел все равно им отдал. Дуэль то так или иначе прошла.

Кислов с Автоматовой коварно переглянулись, располагаясь в улыбке. Они уже представляли как прогуляют все эти бабки.

Доктор отвел Гену перетереть на счет оплаты. А Толстый поднял свои глаза на Автоматову, что все это время сидела на камне, упираясь рукой об подбородок. Еще секунда и она прыснула от смеха со взгляда Игнатова, который был уверен в том что стрелял настоящими, быстрыми и строгими пулями.

— А эта че? С вами что ли? Она ж девка! — Возмутился Толстый, показав рукой на Автоматову.

Еще немного и она не выдержит и засмеется во всю рыбачью бухту.

— Ээ, Толстощекий, новеньким избирательное право еще не дано, — Поменялся в лице Кислов, — Сань, иди ка сюда, че засела там как в засаде немецкой!

Павел заткнулся и опустил взгляд вниз. Понял видимо, что Автоматова здесь не задний план.

Русоволосая быстро подлетела к пацанам и встала рядом с Кисловым, восхитительно улыбаясь. Парень обнял девушку за плече и прижал к груди, громко сказав:

— Пашунь, Саню обижать тут не следует, как ты уже понял. Она с нами с самого начала, а ты — привыкай.

— Кис, Кис все, я понял. Ноль вопросов. Извиняюсь. — Сказал Толстый и чиркнул зажигалкой.

Девушка неловко улыбнулась и кинула взгляд на Хенкина, что сжав скулы пялился в глаза Ивана.

Интересно.

***

— А-а-а! Саня, блять! — вздрогнул Кислов, ощутив резкую боль от укуса на коже.

— Я же тебя предупреждала! — Девушка рассмеялась в голос, довольно наблюдая, как на его руке проступает красный след.

Они уже несколько часов бездельничали в её квартире, пользуясь отсутствием отца на смене. Воздух был наполнен лёгкостью и смехом, мимолётными прикосновениями и тихими шутками, которые заканчивались потасовкой на диване.

Саша толкнула парня на мягкую спинку и уже занесла подушку для нового удара, как оглушительная вибрация телефона разрезала уютную атмосферу. Мелодия звонка звучала настойчиво и тревожно. Кислов и Саша переглянулись.

Девушка подошла к столу,На экране светилось имя «Риточка». Она совсем забыла о подруге, о их договорённостях, о всём, что было до того, как её мир сузился до дуэлей и этого кудрявого парня.

Саша быстрым движением поднесла трубку к уху.— Алло, Рит? — её голос прозвучал неестественно бодро.

— Саш, привет. Я хотела поговорить. — Голос Риты был ровным, холодным и невероятно серьёзным. Таким, каким он бывал только в самые не легкие моменты.

— Что-то случилось? — Глаза Саши забегали, а внутри всё сжалось в тугой, тревожный комок. Она облокотилась на тумбочку, пытаясь найти опору.

— Сама не замечаешь? — Рита горько усмехнулась. В этой усмешке сквозила обида, которая копилась уже очень долго.

— Да что такое, Рит? Я не понимаю! — Саша почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Доброжелательности в тоне подруги не было.

С телефоном в дрожащей руке она вышла на балкон, захлопнув за собой дверь и оставив Ваню в гнетущем ожидании. Прохладный вечерний воздух обжёг её разгорячённую кожу.

— Не звонишь, не пишешь... Совсем разум проебала со своим Кисловым? — Фига. Слишком резко это прозвучало в трубке с откровенной грубостью.

— Рит, я... Я просто была очень занята в последние дни. Контрольные, проверочные... Ну, сама понимаешь. — Оправдание вышло фальшивым, и Саша это поняла сразу.

— Какие ещё контрольные? Ты в школе не появлялась несколько дней. Кислов, если что, тоже. Ничего странного не находишь? И денег на дозу ты у меня больше не просишь... Он тебе теперь так просто даёт? Или вы вместе обнюхиваетесь? — Рита била точно в цель, её слова были будто уколами Иголки.

— Рит, мы с ним просто... нормально общаемся теперь. — В голове у Саши пронеслись образы: их разговор в подъезде, его смех, улыбка.. И она, сама того не желая, улыбнулась. А после в голове всплыл образ синяков и губы, что кровоточит. Улыбка быстро пропала с лица.

— Нормально? — голос подруги взорвался. — А удар по лицу — это тоже «нормально»? Очень у вас «нормальное» общение!

— Рит, мы это обсудили.. — попыталась вставить Саша, но блондинка резко её перебила.

— Не ври! Вот только сейчас не ври мне. Ты даже на ту тусовку пошла с ним, а не со мной. Я не хочу больше с тобой разговаривать. — С каждой секундой в её голосе чувства ласт все большая злость.

— Рит, я не хотела тебя обидеть, честно! Я просто... немного забылась. Извини. Давай встретимся? — Саше стало до тошноты грустно. Она осознавала свою вину, осознавала, что забыла про Риту, пока разбиралась в своих чувствах и мыслях о кудрявом парне, что сейчас лежал на диване в гостиной.

— Хорошо. Тогда жду тебя у подъезда через двадцать минут, — отчеканила Рита. Это был ультиматум. Либо сейчас, либо никогда.

— Я... Я сейчас не могу. Я с Ваней... — Саша уставилась в грязный пол балкона, сгорая от стыда. Ей не хотелось отпускать его. Не сейчас. Не сегодня.

— Просто потрясающе! Ну давай, удачи тебе! — Раздались короткие гудки. Диалог был окончен.

Для атмосферы при чтении данного отрывка советую включить трек —

« Девочка с реп концерта — Глеб Калюжный. »

тгк со всеми треками из фанфика, для удобного формата — Centplaylist.

Саша громко, с надрывом выдохнула и со всей силы швырнула телефон на пол. Пластик злобно стукнулся о линолеум.

На звук из гостиной вышел Кислов. Он увидел её спину, напряжённую и хрупкую на фоне загорающихся в сумерках окон и неоновых вывесок. Откуда-то снизу доносился сладкий запах свежей выпечки и кофе.

Он молча подошёл, поднял телефон, осмотрел его на трещины и аккуратно положил на стол. Потом, так же беззвучно, приблизился к Саше сзади и мягко обнял её, положив ладони на её талию. Она вся дрожала.

Девушка резко, почти рывком выдохнула, будто сбрасывая с себя все давление.

— Что-то случилось? — прошептал он ей на ухо, уткнувшись лицом в её волосы. Они пахли ванилью — сладкой, тёплой и такой знакомой, щекотавшей ноздри и вызывавшей странное умиротворение.

Саша молчала, глядя в темнеющую даль. Ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно, чтобы он защитил её от всего.

— Сань?.. — её имя на его губах звучало как заклинание. Только он и мама называли её так. Он приподнял голову, пытаясь заглянуть ей в лицо.

— Это... мы с Ритой поссорились, — выдохнула она, чувствуя, как жар от его щеки проникает через тонкую ткань её блузки.

— Из-за чего? — он захлопал длинными ресницами, неосознанно притягивая её к себе ещё сильнее.

— Из-за тебя, — отрезала она, отворачиваясь.

Иван отстранился, удивлённый. Мягко положив руки ей на плечи, он развернул её к себе. И увидел всё: первую одинокую слезу, скатившуюся по щеке, вторую... Она не выдержала и, рыдая, уткнулась лицом в его грудь, оставляя на чёрно-красном свитере мокрые, солёные следы.

Он прижал её к себе так крепко, как только мог, будто пытаясь вобрать в себя всю её боль. Гладил по волосам, по спине, слушая её сдавленные рыдания.

— Что я сделал? — тихо спросил он, уткнувшись подбородком в ее макушку.

— Её... её бесит, что с твоим появлением я перестала с ней общаться... что мы отдалились, — выдавила она сквозь слёзы, запинаясь и всхлипывая.

Кислов глубоко вздохнул. Воздух в лёгких будто стал густым.

— Сань, ты же понимаешь, она просто ненавидит меня и не хочет, чтобы ты со мной общалась? — он аккуратно отодвинул её, чтобы посмотреть в глаза. — Я обязательно буду рядом. Но, похоже, тебе придётся сделать выбор.

Слёз в её глазах прибавилось. В горле встал ком, и ей захотелось кричать от несправедливости всего.

— Понимаю, что это тяжело. Но Рита не захочет делить тебя со мной, — произнёс он, опустив взгляд. Его голос звучал отстранённо и холодно.

— Неужели нельзя сделать так, чтобы я общалась и с ней, и с тобой? — в её голосе прозвучала отчаянная надежда.

— Её это не устроит, — тихо, но твёрдо ответил Иван, глядя куда-то мимо неё, в наступающую ночь.

И тогда она снова уткнулась в его грудь, и её плечи затряслись от новых, уже безнадёжных рыданий. Она чувствовала, как почва уходит из-под ног, как рушится часть её жизни. Ее подруга. С 7 класса.

Которая когда то тащила ее до медпункта, когда Русоволосая подвернула ногу.

Которая обсуждала с ней и сталкерила каждого парня, который симпатизировал.

Которая всегда была рядом и терпела все ее ломки.

Которая доводила до боли в животе, пока они смеялись.

Которая давала ей деньги, лишь бы та могла купить себе дозу.

— Вань? — её голос звучал так сопливо и неуверенно, что стало страшно. — М-м? Что, Сань?— Выбор очевиден.

Эти слова повисли в воздухе, став приговором. Такова была её первая настоящая потеря. Прекращение многолетней дружбы ради парня, который качал её на своих эмоциональных качелях. Автоматова искренне надеялась что с Кисловым она будет общаться. Причем очень долго. Эта мысль жила в ее голове и выселять эту мысль она не собиралась.

• Она не заметила, как Кислов манипулировал ей во время разговора.

• Она не заметила, как сильно и быстро он меняет свое мнение.

• Она не заметила, каждый синяк на ее теле.

• К кому ты придешь когда он вновь тебя ударит?

• К кому ты придешь когда вы снова поссоритесь?

• К кому ты придешь когда тебя будет ломать?

Молодец, Автоматова. Что же будет следующей ценой, которую ты согласишься заплатить?