Глава 11. Страж моста мертвецов

– Нельзя оставлять её одну, – бросил Оскар, обращаясь к ребятам, – но я не могу...

– Всё нормально, Красноволосый, я побуду с ней.

Оскар перестал быть обладателем огненно-красной шевелюры, но Иса, наверное по привычке, до сих пор обращалась к нему именно так. Она вышла на свежий воздух, опустилась на траву рядом со мной и по-дружески обняла. Я не плакала больше. Сидела и смотрела на тусклую луну, закутанную в мрачные тучи.

– Здесь холодно, Ти. И опасно... как и везде. Идём внутрь?

– Дай мне буквально минут десять. Я в порядке, правда, не нужно беспокоиться.

Говорила я с трудом и чувствовала себя сквернее некуда. Казалось, будто кто-то посадил меня в вакуум, и всё происходящее вокруг отошло на второй план. Но я пыталась держаться.

– Не меня первую отшил парень, переживу. Сейчас намного важнее понять, как нам выбраться отсюда. Остальное подождёт.

– Ты такая сильная, – шмыгнув носом и уткнувшись в меня ещё больше, ответила подруга.

Я погладила Ису по руке и через силу улыбнулась. Я не считала себя сильной, лишь жалкой и раздавленной, но по какой-то причине больше не убивалась. Даже стало немного легче, когда я выплеснула все эмоции на Оскара и призналась ему. Теперь груз неразделенной любви был и на нём тоже, меня это радовало. Злорадство пугало, но я не могла избавиться от этого чувства. Да и не хотела. Оно меня подпитывало и держало на плаву.

– Красноволосый переживает, Ти. Ему не всё равно... Просто дай ему время. Пусть переварит сказанные тобой слова.

– А ты совсем не обижаешься, услышав правду от меня? Я ведь ради него всех вас подставила.

– Обижалась бы, наверное, если бы не сама решилась на путешествие в Хельхейм, – пожала плечами она. – Мы на это согласились без принуждения. Причины отправиться сюда у каждого имелись, твои так вообще ни для кого не были секретом. – Иса поднялась с земли, отряхнула джинсы и протянула мне руку. – Пойдём, надо поспать. Завтра предстоит путь домой.

– Да, – согласилась я, принимая ладонь подруги. – Дорога в Хельхейм оказалась сложной, назад будет ещё опаснее... Нужно отдохнуть.

Мы улыбнулись друг другу и в обнимку пошли внутрь. Об Оскаре я больше думать не собиралась.

***

Будто в тумане проскальзывали образы двоих. Они сидели на лавочке с мягкими подушками, которая удачно располагалась под пушистой кроной ясеня. Создавая спасительную тень, ветви деревца замерли в спокойном ожидании малейшего ветерка. А пока, они учтиво скрывали от зноя мужчину и девочку-подростка.

– Давай я расчешу тебе волосы, погашу бурю в твоей груди.

– Мне уже тринадцать, Бернард! Я сама могу расчесаться, – девчушка отодвинулась от собеседника, нахмурилась и властно проговорила: – Помоги мне спасти отца! Сколько ещё можно ждать?!

– Терпения, моё сокровище. Тебе не хватает терпения.

– Я терплю уже слишком долго! Где обещанная сила?! Может, ты обманывал меня и я обычный человечишка?

– Прекрати, дитя. Ты ведь знаешь, что это не так. Твой отец...

– Отец наверняка ошибся и я ничем не смогу помочь ему! – в сердцах крикнула та.

– Терпения, – спокойно повторил Бернард. – И время. Необходимо немного подождать.

Утро наступило внезапно. Я не помнила, как засыпала, о чём думала накануне. Казалось, просто закрыла глаза, и меня отключило от внешнего мира, а поутру я так и не включилась.

– Идём налегке, – бормотал Оскар, отпихивая ногами странные пещерные пожитки. – Хотя тут и брать-то нечего...

– Ты как, Оберг? – поинтересовалась Альма шепотом.

– Отлично. Всё на самом деле хорошо, вот только...

– Что?

– Почему вы так беспокоитесь о моих чувствах? Не нужно этого делать, мир не крутится вокруг меня одной. Лучше сбереги силы для дороги, они, я думаю, пригодятся.

– Я не буду доставать тебя. Рада, что всё отлично, но знаешь... твоё поведение говорит об обратном.

– Не начинай, Скрим.

Альма фыркнула, резко отвернулась и отошла от меня. Но что такого было сказано? Их забота обо мне сейчас может только навредить, им самим между прочим.

Заметила, как парни разом оглянулись, излишнее внимание только больше выводило. Пришлось вынужденно покинуть пещеру в числе первых. Зато можно было наедине с собой обдумать, как поступать дальше. Сначала дорога к Гьёлль, затем в Мидгард. На словах просто, а на деле же...

– Нуара не пробовала призвать? – поинтересовался Джамие, выйдя из пещеры следом за мной.

– А, точно, есть же ещё этот прихвостень... То есть прислужник. Я хотела сказать, прислужник, конечно же.

– Тира, точно всё в порядке? – Джамие с подозрением взглянул на меня. – Ты вроде хорошо относилась к Нуару.

– Я в порядке, просто... действие Гьёлль, возможно, сказывается. Я немного раздражительна. Точнее, намного больше, чем обычно. А Нуар он ведь исчез, когда так нужен.

– Старайся не питать гнев. Когда выберемся отсюда, действие Гьёлль пройдет, будто ничего и не было. Вот увидишь.

– Спасибо, милый. И за что, интересно, мне достались такие славные друзья?

Джамие зарделся от моих слов и даже улыбнулся. Промелькнула мысль – почему мой выбор вообще пал на Оскара? Джамие настоящий красавчик. К тому же верный, милый и обаятельный. А глаза, будто два бездонных озера. Я удивлялась самой себе.

– Так, хорошо. – Я мысленно настроилась призвать прислужники и четко произнесла: – Нуар! Нуар, ты меня слышишь?

Ответом стала лишь тишина. Я и не надеялась, что он откликнется – не просто так ведь испарился не по своей воле. Но мне вдруг стало мало подобных оправданий, он не явился на зов и подставил меня. Опять!

– Отзовись, ночной засранец, – сквозь зубы прошипела я. – Где тебя черти носят, когда ты так нужен?!

– Видимо, кто-то намного сильнее призвал его и не отпускает.

Оскар поравнялся со мной, и наши взгляды встретились. Берсерк выглядел удручающе: горбился, будто моё признание тяжким грузом давило на плечи, серость кругов под глазами удвоилась. Возможно, прошлой ночью он так и не смог заснуть. Я спала крепко. И после, решила думать только о своей цели.

– Выглядишь так, будто это тебя вчера отвергла возлюбленная.

– Тира...

– Не стоит. Я хотела сказать, чтобы ты собрался. Прекрати киснуть, возьми себя в руки и стань снова собой – берсерком, способным сражаться и с ходячими мертвецами, и с нечистью, и с богами! Защищай меня. Этого будет достаточно.

– Хорошо, – кивнул он.

Я улыбнулась и сделала шаг вперёд, затем второй и третий. Любовные страдания хороши под алкоголь, особенно когда нечем заняться, но сейчас у меня совсем не было на них времени. Я чувствовала в себе внутренний подъём, знала, что меня ждет нечто невероятное. И это ощущение тянуло вперёд. Навстречу новым свершениям.

***

Я вела ребят вдоль берега реки, к мосту Гьялларбру, и время от времени посматривала на своё отражение. Ждала, когда эта чертовка покажется и выполнит обещание – проведёт на ту сторону, но водная гладь была спокойной. Солнце Хельхейма сонно выглядывало из-за грузных, серых облаков, ветер, доносящий запах падали, щекотал нос. Путешествие изнуряло мрачностью и скукой.

– Чем ты недовольна? – хмыкнула Альма. – По-твоему, лучше спасаться от монстров, сражаться?

– А разве так не веселее, Скрим?

– Не беси меня, Оберг! – зарычала подруга.– Ты никогда так часто не называла меня этим прозвищем!

– Я просто пошутила, – хохотнула я, сорвав несколько веточек растущего тут и там сорняка. – Но думать о том, что в царстве мёртвых на нас не хватает монстров глупо.

– О чем ты?

– Слишком тихо, – ответила за меня Аста. – Подозрительно тихо.

– Верно, рыжая. Настолько подозрительно, что все нервные окончания на пределе. Кажется, кто-то водит нас за нос. И я знаю, кто именно.

Я подобрала небольшой камень, немного повертела его в руке и швырнула в глубины реки. Некоторое время ничего не происходило. Друзья столпились за моей спиной в нервном ожидании, их неспокойные дыхания раздражали, но я сконцентрировалась лишь на себе. Точнее, на отражении.

– Ну же, милочка, покажи свое личико.

– А жутко-то как, – пробормотал Александер, где-то справа. – Там ведь только ты, Тира.

Я закатила глаза в попытке переварить тупость парня, но в отражении действительно была только я. Гьёлль ни в этот момент, ни минутой позже так и не показалась.

– Что ж, ладненько... Значит, идём к мосту. Если речушка сдержит обещание, он не станет голосить. Так и поймём.

– А поздно не будет, если он всё же заголосит? – осторожно спросила Иса.

– Будет, – ответил Оскар. – Определенно.

– И что делать в таком случае?

– Придётся его заткнуть.

– У-у-у, – протянула я, обращаясь к берсерку, – вот такой настрой мне нравится!

– Не издевайся, – буркнул в ответ защитник, взглянув исподлобья.

Я ухмыльнулась. Злой или раздражённый Оскар Бергман мне нравился намного больше. По крайней мере, он не выглядел жалко, как несколькими часами ранее.

Берег возле реки был скалистым, твёрдым и шипастым, словно говорил своим видом – он не рад незваным гостям. Все в Хельхейме так и кричало об этом. Этот мир, сотканный из боли и отчаяния, будто концентрировал в себе всю возможную тьму. Но теперь я не чувствовала себя в логове врага. Наоборот, знала, с чем имею дело, ощущала себя вполне комфортно и тянулась к истокам Хельхейма. Сама не понимала, что изменилось и почему я настолько воодушевлена, но новая Тира Оберг однозначно была лучшей версией себя.

Мы прошли более пол мили, если вообще можно было верить подсчетам Александера, но так и не встретили на своем пути ни единой живой души. И мёртвой тоже. Гьялларбру виднелся издалека, но с каждым шагом приближаясь, казалось, будто он становился дальше. И всё-таки мы дошли. Перед тем как вступить на мост – он оказался громоздким, широким и весьма устрашающим – наша компания замерла шокированная его величием. Кроваво красный, будто запекшаяся кровь, он тянулся от одного берега к другому цепкими щупальцами-тросами, которые больше напоминали кровеносные сосуды в человеческом организме. Промежуточные и концевые опоры кривились и изгибались, отчего казалось, будто мост танцует в присядку. Гьялларбру выглядел надежно – такую махину трудно было бы разрушить – но из-за своего карикатурного вида доверия он не вызывал.

– Отврат-то какой! – поморщился Алекс. – Я боялся, он начнёт голосить, а теперь мне кажется, что эта штука скорее нас просто сожрёт!

– Не сожрёт, – ответила Аста, – у моста только одна цель – оповещать, если по нему идет живое существо. Он безобиден.

– С другой стороны он выглядит иначе: резные узоры, покрытые золотом, величественные парапеты... Идёшь и думаешь, что попал в прекрасное место.

Оскар задумчиво рассматривал Гьялларбру, видимо, вспоминая, как сам шёл по нему к владычице царства мёртвых, когда погиб.

– Смотрите! – ахнула Иса, заставив всех вздрогнуть.

По мосту ехала повозка, запряжённая гнедой кобылой и наполненная душами людей. Потрёпанные и облезлые из человеческого рода стонали, охали и скулили. Какофония звуков порождала мириады мурашек на теле. Наша компания пригнулась и на полусогнутых юркнула за первый попавшийся валун. Я напрягла зрение, чтобы разглядеть мертвецов.

– Каждую минуту прибывают.

– На драугров похожи, – подхватила Альма.

– А драугры по-вашему из воздуха получаются? Те же мёртвые, чей сон потревожили.

Аста стояла на месте, выпрямив спину, и смотрела на парад душ, я последовала её примеру. Нам ничего не угрожало. Мертвецы не обращали на живых никакого внимания, будто не замечали или им просто не было дела до нас и наших авантюр. Следом за повозкой шагал целый отряд усопших, выряженных в массивные ботинки – башмаки Хель*, далее по мосту передвигались наездники.

– А почему они все такие? – спросила Иса. – Красноволосый же нормальный... почти. А эти люди, будто из прошлого тысячелетия, которых пропустили через мясорубку.

– Так тебя обноски их смутили или болезненный вид?

– Да всё. Всё вместе взятое.

– Законы Хель, – наморщилась валькирия. – Если бы она хотела, чтобы загробный мир выглядел как Асгард, например, она бы это сделала. Это место – отражение души владычицы подземного царства. Будь то окружающая среда, люди или даже божественные создания с богами, всё превращается в жалкое подобие настоящего. По-твоему берсерк хорошо выглядит?

– Объективно, он выглядит отвратительно... – почесывая подбородок, ответила я. – Ну а ты почему тогда нормальная?

– Не совсем, – поморщилась Аста. – У меня пока не получается выпустить крылья... Это как с твоей силой. Я потеряла крылья, берсерк – возможность перевоплощаться. Только он к тому же умер ещё, поэтому такой.

– Но я-то смогла кричать...

– Ты духом сильна, можешь собой гордиться.

Альма слегка покраснела от похвалы, а я, закатив глаза, решительно добавила:

– Предлагаю тогда заслать шпиона. Пусть кто-нибудь вступит на мост, у нас появится возможность проверить договоренность с Гьёлль.

– И кто это должен быть, Тира? – прищурившись, спросил Оскар, я почувствовала его раздражение.

– Еркер, не кипятись... – зачем-то встрял Джамие.

– Альма, конечно же. У неё единственной есть талант, который сможет достойно противостоять врагу.

Ребята уставились на меня, словно сказанные слова не имели никакого смысла. Но они имели! Мне казалось, план идеален. В случае неудачи, все успели бы скрыться, а для банши не составило бы труда разобраться с возможной проблемой.

– Я не права?

– Права, – кивнула Альма. – У Тиры нет больше способностей, Еркер слишком слаб... да и к тому же мёртв. Я определенно самая лучшая кандидатура.

– Для роли приманки? – зарычал защитник.

Подруга вздрогнула. Её взгляд устремился на меня, ища поддержки. Зрелище оказалось действительно жалким. Как можно обладать такой силой – Альма справилась бы даже с берсерком, имея желание – и бояться? Зачем оставаться в стороне, если есть шанс показать себя, узнать, насколько ограничены возможности и, может быть, убедиться в том, что они на самом деле безграничны? А дело-то всего лишь в страхе...

Я ухмыльнулась, покачав головой, и двинулась вперёд. Даже не обладая способностями, страха не испытывала. Его больше не было. Совсем.

– К ноге, Оскар. Не хочешь, чтобы Альма участвовала в этом, придётся мне.

– Да сколько можно?! – разозлился тот, перехватил меня за руку и развернул к себе. – Из-за того, что я тебя отшил, будешь мозг выносить?..

– Причём здесь ты? – удивилась я. – Понимаю, принцип «держаться вместе» и всё такое, но здесь подобная чушь не сработает. Наша группа больше похожа на детский сад, – попыталась расцепить пальцы Оскара, крепко вцепившиеся в мое запястье, но парень не отпускал. – Если нападут, всех застанут врасплох. Подумай хорошенько!

– Она права, берсерк.

– Да, рыжая, я права. И с твоей стороны было бы весьма кстати предложить свою кандидатуру. Пока мы здесь болтаем, уже сходила бы туда и обратно...

Вмиг полыхнула молния, тучи разразились раскатами грома. Мы все разом затихли, уставившись на бесконечно мрачное небо. Я замерла в оцепенении перед догадкой о том, кто к нам пожаловал, тем временем Оскар уже тянул меня в сторону.

Мгновение спустя мы неслись по ухабистому берегу, назад, откуда пришли. Спотыкались, падали и вставали, бежали дальше, не обращая внимания на расцарапанные ноги. Я тащилась в числе последних и то только потому что защитник упрямо тянул за собой, а в душе нарастало странное возбуждение и безумное желание встретиться лицом к лицу с опасностью. Меня тянуло познать этот мир и его обитателей, снова почувствовать себя ключевой фигурой. Меня тянуло прикоснуться к чёрному сердцу Хельхейма.

– Все вглубь Хельхейма! – закричал Джамие, бегущий рядом со мной.

– Нельзя, – отмахнулся защитник, – там начинается Ярнвид**. Железный лес замучает нас хуже любого великана!

– За нами великан что ли гонится?! – ужаснулась Иса.

– Наверное, почувствовал человечину, – хохотнула я.

Послышался треск деревьев, грохот раскалывающихся камней. Кто-то завизжал. Я оглянулась, но за спиной ничего не увидела, а в следующую секунду всё потемнело. Земля ушла из-под ног. Я рухнула в объятия берсерка, точнее, он снова прикрыл меня собой, будто жизнь его совсем ничему не научила...

– Ч-что произошло? – Исабель заскулила где-то в стороне.

– Мы в ловушке, – рыкнула Аста. – Чёртовы бесы Хельхейма!

Я отстранилась от Оскара, огляделась, хотя смотреть было не на что – темнота, да и только. Постучала по шершавому покрытию того, что накрыло нас, словно куполом, и ахнула от распирающего чувства восторженности. Наша группа была прижата к земле громадной ладонью великанши-стража Модгуд.

* Башмаки Хель – у народов Северной Европы существовала незыблемая традиция обувать умерших в очень прочную обувь, которую называли «башмаками Хель», чтобы покойные не испытывали страданий во время трудного и долгого пути по мосту Гьялларбру.

** Ярнвид (др.сканд. Járnviðr, Ярнвид) – Желе́зный лес — лес в скандинавской мифологии, обитателями которого являются ётуны в обличии ведьм и волков.