глава 19 «Вечер Прайма» 18+

Треки к этой главе:• Shest — ЛСП• I Fell Like I'm Drowning — Two Feet• Ride — Sir Mix-A-Lot• A Little Bit Harder Now — She Wants Revenge • Glory Box — Portishead • Ламбада — T-Fest, Скриптонит• Дико, например — PHARAON• Я твой номер один — Дима Билан

Запомните, если треком много, значит глава должна быть обещающей.

____

Эвелин стояла перед зеркалом, оценивая отражение. Синее платье облегало её фигуру, подчёркивая изгибы, но оставляя достаточно простора для движения. Материал переливался при каждом шаге, играя светом, словно отзываясь на её настроение. Волосы она слегка уложила, глаза выделила мягким макияжем, чтобы сохранить природную зелень.

Сентинел наблюдал за ней с дивана, одетый в синюю рубашку, идеально сидящую на широких плечах, и строгие чёрные брюки. Его взгляд не отрывался от Эвелин, и в глазах блестела смесь восхищения, желания и лёгкой игривости.

— Ты... ослепительна, — пробормотал он, поднимаясь, чтобы подойти ближе. — Такое платье... ты знаешь, как свести с ума Прайма.

Эвелин усмехнулась, слегка покачивая головой:

— А ты уверен, что выдержишь всю ночь, если я буду так ходить рядом?

— Выдержу, — сказал он, скользнув взглядом по её фигуре. — Но не гарантирую, что смогу вести себя прилично.

Он протянул руку, и она, слегка улыбнувшись, взяла её. Они вышли из покоев, шаги их уверенные и синхронные, словно каждый момент был тщательно продуман — хотя на самом деле это была естественная гармония.

В зале гостей уже собиралось множество представителей влиятельных людей. Свет мягко отражался от металлических золотых поверхностей и стеклянных люстр, а тихая музыка задавала ритм вечернему настроению. Как только они вошли, разговоры затихли на мгновение. Все взгляды обратились к главе Иакона и его спутнице.

— Здравствуй, Прайм! — раздался знакомый голос, когда один из знакомых подошёл к ним. — Вижу, вы оба выглядите великолепно.

— Спасибо, — ответил Сентинел, слегка наклонив голову, глаза искрились, а улыбка была мягкой, но властной. — А вы выглядите не хуже.

Эвелин слегка склонила голову, позволяя себе легкую игривость:

— Я радуюсь, что вы заметили платье.

Сентинел ухмыльнулся, прижимая её руку к своей.

— Замечательно, — сказал он тихо, так что только она услышала. — И прекрасно, что ты рядом со мной.

Гости постепенно окружали их, задавая вопросы, высказывая комплименты. Сентинел принимал их с привычной грацией и харизмой, а Эвелин стояла рядом, иногда вмешиваясь в разговор мягким, но уверенным тоном.

— Кажется, мы сделали правильный выбор, — прошептала она, когда один из гостей ушёл.

— Без сомнений, — ответил он, слегка проводя пальцами по её спине. — Ты — моя сила. Сегодня все увидят, как это выглядит.

Музыка немного усилилась, и Сентинел наклонился к ней:

— Пойдём, — сказал он, — танцевать.

Она кивнула, и он мягко обвил её руками, прижимая к себе. Танец начался плавно, почти медленно, каждый их шаг совпадал с музыкой. Его руки касались её талии, спины, иногда нежно скользя вдоль рук, плеч — и каждый раз, когда их тела соприкасались, между ними пробегала невидимая искра.

— Ты не только красивее всех здесь, — прошептал он ей в ухо, — но и великолепно держишься. Даже когда все смотрят.

Эвелин слегка усмехнулась:

— А ты умеешь создавать впечатление... и держать меня рядом.

— Я хочу быть только рядом с тобой, — сказал он, проведя пальцами по её спине, — чтобы никто не сомневался, кому ты принадлежишь.

Она слегка прижалась к нему, чувствуя тепло его груди и уверенность его тела. В зале всё продолжало идти своим чередом — гости шептались, смеялись, обсуждали политику, экономику и новости Иакона. Но для Сентинела и Эвелин мир за пределами их танца перестал существовать.

Он слегка наклонил её к себе, целуя шею, плечо, слегка проводя губами по коже. Эвелин вздрогнула от легкого напряжения, но в глазах её была не только тревога, но и желание.

— Ты... слишком близко, — сказала она тихо, но улыбка была явной.

— Именно там, где я хочу быть, — ответил он с улыбкой, слегка шепча её имя, — рядом с тобой.

Музыка продолжала играть, а гости восхищённо наблюдали за главными фигурами вечера. Сентинел держал Эвелин так, что она почти не могла отвести взгляд от него, и каждый их жест, каждый взгляд были наполнены игрой, страстью и флиртом, который они уже не прятали.

— После этого танца... — начала Эвелин, когда они слегка оторвались друг от друга.

— После этого... будет только лучше, — ответил он, наклоняя её к себе для лёгкого, чувственного поцелуя.

И пока вечер продолжался, Сентинел и Эвелин шли вместе, флиртуя, наслаждаясь вниманием, переплетая близость и власть, демонстрируя едва сдерживаемую страсть, которая кипела между ними. Каждый взгляд, каждое прикосновение — всё говорило о том, что они единицы, для которых мир снаружи существует только для галочки, а главное сокровище — быть рядом друг с другом.

*

Шампанское медленно разливали по бокалам, игристые пузырьки вспыхивали на свету, отражаясь в глазах гостей. Эвелин с Сентинелом взяли бокалы, слегка чокнувшись.

— За... нас? — тихо произнесла она, ощущая лёгкое тепло в груди.

— За нас, — повторил он с мягкой улыбкой, скользя взглядом по её фигуре. — И за вечер, который мы полностью контролируем.

Первый глоток шампанского вызвал лёгкое покалывание во рту, а затем тепло разлилось по всему телу. Эвелин заметила, как её плечи расслабляются, а лёгкая румяность появляется на щеках. Сентинел наблюдал за ней, словно читая каждый её сигнал.

— Ты выглядишь... ещё красивее, чем я думал, — пробормотал он, слегка наклоняясь, чтобы коснуться её плеча губами.

— Пьянеешь? — усмехнулась она, слегка отодвигаясь, хотя улыбка её была игривой.

— Возможно, — он наклонился ближе, так что дыхание касалось её шеи. — Но я предпочитаю этот «эффект»... когда рядом ты.

Эвелин заметила, что его взгляд стал мягче, чуть расфокусированным, но в нём всё равно играла властная харизма. Её пальцы невольно коснулись его руки, а сердце начало биться быстрее.

— Смотрю, шампанское действует не только на меня, — сказала она тихо, улыбаясь.

— А что если оно действует и на тебя... вдвойне, — шепнул он, проводя рукой вдоль её спины, слегка сжимая. — Не только как напиток, но и как... предлог.

Она вздрогнула от лёгкого напряжения, которое пробежало по телу, но улыбка не сошла с её лица:

— Предлог... для чего, Прайм?

— Для того, чтобы... — он наклонился ближе, почти шепча у её уха, — быть рядом. Ближе, чем когда-либо.

Музыка продолжала звучать, но их мир сузился до расстояния в несколько сантиметров между ними. Сентинел слегка коснулся её подбородка, удерживая взгляд, и Эвелин почувствовала, как лёгкая дрожь проходит по телу.

— Ты опасен, — пробормотала она, улыбаясь, но в глазах читалась смесь желания и волнения.

— Опасность — это часть меня, — ответил он, проводя пальцем по её плечу, — но рядом с тобой я могу быть мягким... даже слишком.

Эвелин позволила себе слегка наклониться к нему, чувствуя тепло его тела и лёгкую дрожь от алкоголя, который разливался по крови. Сентинел заметил это и слегка улыбнулся, прикоснувшись губами к её щеке, затем шепнув:

— Похоже, ты тоже начинаешь расслабляться... и это мне нравится.

— Ты ведь тоже, — тихо сказала она, едва дыша, — но всё равно сохраняешь контроль.

— Контроль — моя игра, — хрипло пробормотал он, — но с тобой... я хочу позволить себе чуть меньше.

Шампанское и их близость делали их смелее. Эвелин почувствовала, как её пальцы снова тянутся к нему, а Сентинел — почти одновременно — слегка провёл рукой по её талии, прижимая ближе.

— Может, мы покажем... — начал он, чуть наклоняя её к себе, — что умеем управлять вечеринки... по-своему?

Эвелин улыбнулась, слегка прикусив губу, понимая, что ночь только начинается, а напряжение между ними будет расти с каждым глотком, каждым взглядом, каждым прикосновением.

Сентинел, наблюдая, как Эвелин улыбается и играет взглядом, внезапно почувствовал, что больше не может сдерживаться. Сердце бешено колотилось, кровь пульсировала по венам, а лёгкое опьянение делало каждое её движение магнетическим.

— Эвелин... — хрипло произнёс он, его пальцы сжали её талию сильнее, притягивая к себе. — Я... не могу больше... ждать.

Она посмотрела на него с лёгкой тревогой, но и с искрой возбуждения в глазах.

— Прайм... не здесь... — начала она, но он мягко приложил палец к её губам:

— Пойдем.

Не давая ей возможности опомниться, он взял её за руку и повёл к своему кабинету, игриво подталкивая к двери. Каждый шаг был полон напряжения; они едва касались друг друга, но каждое прикосновение словно разжигало огонь.

Дверь за ними закрылась, звук гостей и музыки стал приглушённым, почти несуществующим. Сентинел повернулся к ней, обхватил лицо руками, прижимая к себе, и поцеловал горячо, настойчиво, почти безумно.

— Ты... безумно красива, — прошептал он, прижимая к стене. — Не могу сдерживаться...

Эвелин, задыхаясь от близости и желания, попыталась мягко отодвинуть его, но его руки уже скользили по её спине, опускаясь ниже.

— Сентинел... — тихо вздохнула она, но в голосе уже дрожь предвкушения.

Он провёл рукой по её бедру, легко подталкивая к столу в кабинете. Эвелин, чуть прикасаясь к нему руками, почувствовала, как его дыхание горячо на шее, а руки не знают меры.

— На столе... — хрипло произнёс он, притягивая её к себе. — Я хочу, чтобы это было сейчас.

Она покачала головой, сердце бешено стучало, но желание превозмогло осторожность. Его руки крепко обвили её талию, прижимая к столу, а губы не отпускали ни мгновения.

— Ты опасен... — выдохнула она, чувствуя, как он легко, но уверенно берёт контроль.

— И ты... — ответил он, едва дыша, — моя слабость.

Свет в кабинете отражался от её глаз, от его кожи, от стеклянных поверхностей вокруг. Каждое движение, каждый шепот, каждый жест наполнял кабинет электричеством. Эвелин ощущала одновременно боль и наслаждение: грубость его силы и нежность прикосновений слились в единый поток ощущений.

Он полностью захватил её внимание, оставляя позади всё: гостей, музыку, свет — только она и он, и их мир, где границы стерты, а желание стало законом.

Сентинел сжал её талию ещё крепче, притягивая к себе. Его дыхание было тяжёлым, губы едва отпускали шею, оставляя горячие следы. Эвелин, чувствуя жар, который разливался по всему телу, не отстранилась — наоборот, руки её осторожно скользнули под его рубашку.

— Ты... не должен... — прошептала она, но голос дрожал, выдавая желание.

— Я не могу... ждать больше, — хрипло ответил он, проводя руками по её спине, медленно развернув её к себе. — Позволь мне...

Его пальцы начали снимать платье, осторожно, но настойчиво. Эвелин сжала губы, когда ткань соскользнула с плеч, обнажая нежную кожу. Сердце билось так быстро, что казалось, будто каждый удар отзывается в груди Сентинела.

Он слегка отстранился, чтобы снять рубашку, и Эвелин, чувствуя, как жар его тела растёт, помогла снять с него оставшуюся одежду. Их тела были близко, почти сливаясь, и напряжение стало почти невыносимым.

— Ты потрясающе выглядишь, — выдохнул он, скользя ладонями по её бедрам, осторожно прижимая к себе. — Я... хочу тебя сейчас.

Эвелин чуть отпрянула, дрожь пробежала по телу, но глаза её горели желанием.

— Я... готова, — прошептала она, обхватывая его шею руками.

Сентинел улыбнулся почти хищно, губы его встретились с её в новом, долгом поцелуе, руки скользили по телу, исследуя каждую кривую, каждую линию. Напряжение росло с каждой секундой, дыхание становилось всё тяжелее, а желание — всё ярче.

Он скользнул рукой вниз, осторожно, но уверенно, касаясь её интимной зоны. Эвелин сжала его плечи, ощущая прилив волнения, а его губы нашли её шею, снова и снова оставляя горячие следы.

— Сентинел... — едва слышно произнесла она, чувствуя, как каждый нерв на её теле реагирует на прикосновения.

— Я буду осторожен... — хрипло шепнул он, но сила в его руках говорила обратное. — Но я больше не могу ждать.

Он наклонил её на стол, ощущая, как её тело мягко принимает его. Эвелин почувствовала боль, когда он вошёл в неё, но смесь боли и наслаждения мгновенно заставила её застонать. Он слегка дернулся, чувствуя сопротивление, и тут же замедлил движения, внимательно наблюдая за её реакцией.

— Ты в порядке? — спросил он, скользя пальцами по её спине, удерживая её близко.

— Да... — выдохнула она, постепенно расслабляясь под его вниманием и силой. — Только... медленно...

Сентинел кивнул, снижая темп, позволяя им обоим привыкнуть к близости, наслаждаясь каждым мгновением, каждым вздохом, каждым шёпотом. Напряжение постепенно перерастало в ритм, который они устанавливали вместе, их тела сливались в единый поток ощущений.

Он провёл рукой по её бедру, затем по талии, чувствуя, как её дыхание становится всё более прерывистым. Эвелин ответила, обвивая его руками, прижимаясь ближе, ощущая его силу и одновременно нежность.

— Ты... невероятен... — выдохнула она, дрожа всем телом.

— И ты... моя слабость, — прошептал он, чувствуя, как напряжение достигает пика. — Я хочу... быть только с тобой.

Каждое движение, каждый поцелуй, каждая ласка наполняли их комнату жаром, смешанным с тихими стонами и шёпотом. Стол, на котором сидела Эвелин, пока Сентинел стоял возле её раздвинутых ног, стол уже давно перестал быть просто мебелью — он стал сценой их страсти, местом, где власть и нежность слились воедино.

Сентинел, чувствуя, как её тело отзывается на каждое его движение, начал постепенно ускоряться. Ритм становился всё более настойчивым, но в его глазах по-прежнему читалась забота, словно он боялся причинить слишком много боли, хотя сам уже был на пределе.

— Эвелин... — хрипло произнёс он, прижимая её к себе ближе, — ты невероятна.

Она в ответ зажмурилась, чувствуя, как жар разливается по всему телу, дыхание становится прерывистым, а руки инстинктивно обвивали его шею, оставляя лёгкие следы от своих ногтей на плечах.

Сентинел слегка наклонил её голову, касаясь губами её шеи. Его поцелуи оставляли горячие, почти болезненные следы — засосы, которые они оба начали оставлять друг другу, почти соревнуясь в страсти. Она ответила тем же, прижимаясь к нему и оставляя отпечатки на его шее и груди.

— Ты чувствуешь, как сильно я хочу тебя? — хрипло спросил он, ускоряя движения, чувствуя, как тело Эвелин идеально подстраивается под его.

— Да... — выдохнула она, теряя счет времени, каждое движение усиливало их страсть. — Я хочу тебя... только тебя.

Его руки скользили по её талии, бедрам, спине, одновременно поддерживая её и исследуя каждый изгиб. Каждый их жест сопровождался тихими стонами, дыханием и шёпотом, смешиваясь с ритмом их тел.

— Эвелин... — произнёс он, почти шепотом, — ты... оставляешь следы не только на мне... — провёл рукой по её спине, оставляя лёгкие покраснения, которые она сама почувствовала и тихо застонала.

Она ответила тем же, оставляя свои метки на его плечах, груди, шее. Между ними возникло словно невидимое соревнование, где каждый хотел оставить знак страсти на теле другого, их взаимная игривость лишь подогревала желание.

Сентинел ускорялся всё больше, прижимая её к себе, чувствуя, как они оба сливаются в единый поток. Его руки обвивали её плотнее, губы не отпускали шеи, оставляя новые засосы, а глаза блестели от напряжения и восторга.

— Я... не могу... больше... — выдохнул он, прижимая её к столу, — ты... сводишь меня с ума...

— Сентинел... — прошептала она, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с его, — давай... вместе...

И с каждым их движением, с каждым шепотом, с каждым следом на коже напряжение достигало нового предела. Их тела были охвачены страстью, желаниями и игривым азартом, смешиваясь в ритм, который невозможно было остановить.

Сентинел чувствовал, как её тело напрягалось под ним, дыхание становилось всё прерывистее, руки обвивали его крепче. Его губы, засосы на шее и плечах, ласки — всё это доводило её до предела.

— Сентинел... — прошептала она, голос дрожал, тело дрожало, — я... не могу...

Он прижал её к себе сильнее, чувствуя, как напряжение в её теле достигает критической точки. Его движения стали более мягкими, почти заботливыми, но настойчивыми, точно знающими, чего ей нужно.

И вдруг — она потеряла контроль. Её тело сжалось, дыхание сорвалось, голос вырвался в стоне, глаза закрылись. Оргазм прокатился волной через всё тело, заставляя её дрожать, почти теряя равновесие. Сентинел, удерживая её крепко, не дал упасть, поддерживая на руках.

— Эвелин... — хрипло произнёс он, чувствуя, как её тело сжалось и расслабилось одновременно, — держись, я рядом...

Она едва могла дышать, глаза были полузакрыты, а губы дрожали. Сердце билось бешено, словно вот-вот вырвалось из груди. Сентинел провёл рукой по её спине, успокаивая, прижимая к себе, ощущая каждое её движение.

— Я... — выдохнула она, ещё пытаясь собраться, — я никогда... такого...

Он улыбнулся, чуть хищно, чуть заботливо, губы снова встретились с её, шёпот и дыхание слились в одно. — Теперь я знаю... как сильно ты можешь...

Эвелин, едва приходя в себя, обвила его шею руками, прижимаясь ближе, ощущая, как пульс и тепло их тел сливаются в одно целое.

— Сентинел... — сказала она, голос слабый, но полный желания — — я хочу ещё...

Он ответил лишь мягким, почти хищным шепотом на её губах: — Всё будет так, как ты хочешь...

И в этом моменте их тела и дыхание полностью слились, эмоции, напряжение и страсть переплелись в неразрывный поток, оставляя лишь их и мгновение абсолютного единения.

Сентинел держал Эвелин на себе, ощущая её дрожь после первого оргазма, и мягко направил свои руки к её бедрам. Его пальцы нашли клитор, лёгкими, но точными движениями. Она застонала, тело снова напряглось, дыхание сбилось.

— Сентинел... — выдохнула она, чувствуя, как волны удовольствия снова накатывают.

Он ускорил движения, чувствуя её отклик. Каждый стон, каждый изгиб её тела отзывался в нём, подгоняя его собственное возбуждение. Его губы снова встретились с её, шепот и поцелуи переплетались с движениями рук и тела.

Эвелин сжалась, чувствуя, как возбуждение растёт всё сильнее. Волны удовольствия накатывали одна за другой, и вскоре она едва не потеряла сознание, цепляясь за его плечи.

— Держись... я с тобой... — хрипло произнёс Сентинел, чувствуя, как его собственное тело достигает предела.

И в этом едином порыве они оба достигли кульминации. Его движения, её дрожь, их стон — всё слилось в одно, мощное и всепоглощающее ощущение. Оргазм прокатился через них, оставляя после себя дрожь, пот, тепло и тишину, в которой было только дыхание и биение сердец.

Сентинел оперся на руки рядом, не отпуская её полностью, чувствуя, как она постепенно успокаивается на его груди. Её дыхание стало ровнее, руки обвили его шею, тело прильнуло к нему, ощущая тепло, которое оставалось ещё долго после завершения страсти.

— Ты... невероятная... — тихо выдохнул он, прижимая её к себе.

Она лишь улыбнулась, устало, но счастливо, прижимаясь ещё ближе: — И ты... тоже...

Это была ночь, которую никто и ничто не смогло бы разрушить — ночь абсолютной страсти, доверия и единения.

**

После последнего, совместного оргазма их дыхание постепенно выровнялось. Сентинел аккуратно прижал Эвелин к себе, ощущая, как её тело расслабляется, а руки всё ещё обвивают его шею. Тепло и остатки возбуждения медленно переходили в чувство покоя и безопасности.

Она тяжело вздохнула, закрывая глаза, прижимаясь к его груди. Он провёл рукой по её волосам, слегка улыбаясь, наблюдая, как она постепенно успокаивается.

— Ты... невероятная, — прошептал он, ощущая, как её дыхание становится ровным.

Она лишь улыбнулась, устало, но счастливо, прижимаясь ещё ближе: — И ты тоже...

Он аккуратно взял её на руки, и понес к дивану не обращая на разбросанную одежду лежащую на полу.

Они остались так, на диване, объятые теплом друг друга, позволяя усталости взять своё. Постепенно веки тяжелеют, дыхание сливается в тихий, ритмичный шёпот, и вскоре они оба погружаются в сон, уже не думая ни о власти, ни о обязанностях, только о близости и том, что это мгновение — только их.

Диван стал их маленьким островком тишины в этом штабе, городе, планете, где правит Сентинел Прайм, но в этот момент — просто мужчина и девушка, спящие рядом, уставшие, пьяные, но счастливые.

Эта ночь, была самой запоминающейся в их жизни.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

Я не знаю как описать свой труд. Я очень старалась над этой главой, ведь я её написала за ОДИН день, понадобилось всего лишь пару часиков. Покаместь, глав в ближайшее время не будет, потому что на следующие главы у меня огромные планы. Аж в рифму. Вообщем, надеюсь глава понравилась, и жду по больше отзывов, потому что для кого я стараюсь?)) Мне очень важно ваше мнение, может стоит что то мне поменять или нет, можете дать советов если хотите. Следующие главы гарантирую, что могут выйти в конце этого месяца, я раздумываю над этим. А пока что все, good bye.