Шаг 2. Туман воспоминаний

Неприятная настолько же, насколько и знакомая тьма окутала разум и тело. Противная липкая материя заполнила собой всё пространство вокруг. Эри снова оказалась здесь одна. Давно ли? Она не помнит. Последнее, что Сакураи видела перед кромешной темнотой: перепуганные лица Маны и Рики, сидевших напротив в беседке. Лишь на секунду её боковое зрение успело заметить белое пятно быстро наклонившегося за сестрой Шинке. Кажется, его препарат нуждается в большей доработке.

Эри попыталась открыть глаза и подняться, но тело будто налили свинцом, даже пальцем пошевелить оказалось трудно. Гадкое чувство беспомощности проснулось в груди, откуда исчезло все. И боль в том числе. Каждый раз в этой холодной пустоте ощущается бесконечно долгим кошмаром. А ведь Сакураи надеялась не попадать сюда в ближайшее время. Но в Аду не стоит надеяться на удачу и судьбу. Они оставят самыми первыми, как только появится возможность.

И всё же переборов смертельные усталость и тяжесть, Эри заставила себя открыть глаза. Её взгляд упёрся в пустую тёмную бесконечность, лишённую света и жизни. Ничего нового и необычного, как прискорбно. Медленно женские конечности стали теплеть и легчать, Сакураи смогла подняться с опорой на колено. Вслед за холодом стала уходить и тьма, проясняя пространство вокруг.

– Хочу проснуться...

В никуда прошептала девушка, ощутив на языке вязкий кровяной привкус. Тёмные брови сошлись к переносице, а глаза закрылись. Зарывшись руками в распущенные волосы, Эри слегка помассировала зудящий изнутри череп, в котором угольками трещали мысли и воспоминания. Их слишком много. Виски слегка пульсировали, но настоящей боли не ощущалось. Только мерзопакостное разочарование и бессилие. Холодное безмолвие сводит с ума. Вокруг нет ничего и никого. Как минимум пока.

Как бы Эри ни хотелось просто отсидеться здесь, ей не позволена такая роскошь. Нехотя подняв веки и опустив руки от волос, она осмотрелась. На её глазах окружение менялось и деформировалось. То тут, то там стали вспыхивать огненные искры, которые почти сразу тушились маленькими всплесками воды. В других местах наоборот: водные шарики и фигурки испарялись из-за большего пламени. Атмосфера стала наполняться паром, спешно превращающимся в туман. Густая белизна быстро окутала всё вокруг, отчего не было видно дальше вытянутой руки. Пустота сменилась неопределённостью конфликта двух совершенно противоположных сторон. Эри слегка закусила губу, тихо стукнув зубом по кольцу в ней.

Первый беззвучный шаг в туман дался легче, чем в прошлый раз, когда она тут была. Сакураи чуть сжала ладони в кулаки, всматриваясь вперёд перед каждым новым движением. Оба глаза, не скрытые волосами, старались выследить любой намёк на движение в этом тревожном пространстве. Походка была осторожной и напряжённой. Сложно предугадать, что измученное сознание решит подкинуть в этот раз. Поэтому нужно быть готовой ко всему, что бы это ни было. Пройдя какое-то время, Эри начала угадывать в бесконечном тумане очертания старых воспоминаний.

Вот она с младшим братом в детстве прячется от взрослых в саду, чтобы посмотреть на маленькие бутоны, которые распустились на живой изгороди одной из многочисленных дорожек. Они с Шинке очень осторожны, но на их лицах широкие улыбки, яркие и искренние. Их труд не прошёл зря, и цветы действительно появились в густой массе зелёных листьев. Для детей это сродни чуду, о котором стоит помалкивать, чтобы оно не исчезло. Эри позволила себе улыбнуться, видя маленьких себя и брата, склонившихся над розовыми бутонами. Как жаль, что здесь ей не дано чувствовать ничего.

Пройдя чуть дальше, Сакураи увидела другую сцену из прошлого, когда предыдущая осталась позади. Там она с друзьями гуляет по главному парку Эрайхинана во время фестиваля. Всего четверо, включая саму Эри: два парня и две девушки. Все одеты в праздничные кимоно, длинные волосы подруг собраны в милые причёски и украшены шпильками и заколками, а на лицах яркий макияж. Юноши о чём-то яростно спорят, пока девушки весело смеются, пытаясь их разнять. Но, очевидно, слишком упёртые молодые демоны не желали слушать, оттого спор разгорался только сильнее. Будто костёр, в который налили литр чего-то горючего сверху. Кажется, это было совсем недавно, но прошло уже лет семьдесят, если не больше, сложно вспомнить. Мысль о грусти пронеслась в тёмной голове, в то время как пустая грудь даже не дрогнула. Путь продолжился дальше.

Туман стал гуще и плотнее, когда в нём появилась новая сценка. От неё по коже Эри пробежала крупная дрожь, а в горле образовался ком.

Её крепко держали два демона, один парень из прошлого воспоминания и одна девушка, не та, что до этого. Сакураи же всеми силами пыталась вырваться из их захвата. Её лицо искажала гримаса ужаса, отчаяния и боли. По бледным щекам, на которых цветной тенью плясало голубое пламя, в три ручья текли слёзы.

Эри помнит, как надрывала глотку в оглушающем крике в тот день. Помнит, как ничего не могла сделать с горящим заживо телом старшего брата.

– Старший брат! Там мой брат! Пустите! – кричала Сакураи, захлёбываясь слезами, пока её усиленно оттаскивали назад. – Я убью этих тварей! Пустите же! Это приказ!

Военная форма, перепачканная пылью и кровью, казалось тюрьмой. Внутри всё горело, как в самой горячей печи. Вокруг то и дело появлялись вспышки огня из-за нарастающего от боли безумия. В пустом белом глазу отражался высокий столб пламени, от которого подальше отлетали враги. С их крыльев выпали пара белых перьев, сгоревших в том же огне, где и Сора. Они сделали своё дело и поспешили убраться прочь, воспользовавшись замешательством вокруг. Солдаты Ада едва могли поверить своим глазам и ушам. Но огромный сумбурный бой продолжился, армия Рая не собиралась отступать.

Лёгкие всех ближайших заполнил мерзкий запах горелого мяса, ткани и кожи.

– Очнись, дура! – в ответ накричал на брыкающуюся Эри парень, особенно сильным рывком оттаскивая её назад. – Ему уже не помочь!

– Прикрывайте капитана! – рявкнула девушка, тоже державшая Сакураи мёртвой хваткой, что и её напарник.

Её приказу повиновались, три демона в следующий миг ринулись вперёд. Заблестели клинки, подали голоса автоматы. Война не остановилась ни на сколько. Для всех, кроме Эри, в чьих жилах вместе с кровью закипали страх и бесконечная боль на пару с безумием.

– Старший брат...

Без привычного для реальности эха раздался голос девушки, когда образы прошлого растворились в тумане. Разного цвета глаза наполнились слезами, две солёные дорожки появились на щеках. Тело никак не откликнулось, не вздрогнуло, не затряслось. Остались только мысли в голове. Мысли о том, что она должна, но не может почувствовать здесь.

– Почему война забирает лучших? – вопрос прозвучал в пустоту и остался без ответа. – Она оставила жён без мужа, детей без отца, Клан без Главы. А меня и Шинке без старшего брата.

Эри двинулась дальше. Беззвучные тяжёлые шаги повели в самую густую часть тумана. Воспоминаний там уже не было, как и чёткого пути. Плотная белая пелена застелила собой всё, не оставив места иной материи. Как повязка, которая осталась на столе в доме Араки после собрания. Слепота не оставляет даже здесь, где нет никого и ничего, кроме какофонии мыслей и пустой груди. Братья, друзья, семья, война, слёзы, горе. Каждое новое слово скребло череп изнутри вереницей ассоциаций из прошлого. Босые ноги вели хозяйку всё глубже и глубже в гущу тумана. Сакураи, вытерев влагу с лица, отрешённо вглядывалась повсюду в попытке найти верную дорогу, которая приведёт её домой. С каждым разом это становилось легче, хотя опыт определённо пренеприятный.

Через время где-то вдалеке Эри заметила, что туман, наконец, начал рассеиваться. Она не знала, сколько ей пришлось бродить в нём, но в тёмной голове промелькнула мысль о радости, а уголки пухловатых губ слегка приподнялись. Можно ли назвать это выражение улыбкой? Вряд ли, если за ним нет эмоций и чувств. В любом случае оковы усталости и одиночества стали неохотно исчезать. Пелена тумана становилась всё прозрачнее и прозрачнее с каждым новым шагом вперёд.

– Я помню, что прошлое должно оставаться в прошлом.

Лишь успели слова сорваться с губ, девушка закрыла глаза и сделала последний шаг. Туман остался позади.

В одно мгновение мир обрёл привычные черты. Слух, обоняние и сознание вернулись в тёплое тело, укрытое тонким мягким покрывалом. Нос защекотали привычный запах дома и резко выделяющийся на его фоне запах табачного дыма. До ушей донеслись тихие шум поместья и биение собственного сердца. Ровное, спокойное, живое. Осторожно и нежно руки коснулись до боли родные и знакомые холодные пальцы.

– Шинке... – приподнимая веки, прошептала Эри.

– Сестра... – также шепотом ответил ей брат, чей голос слегка охрип. – Ты проснулась...

Мягкая улыбка расцвела на лице старшей Сакураи, когда младший, с облегчением выдохнув, вытер слёзы со своих бледных щёк, выглядящих сейчас почти так же бело, как и его волосы.

– Прости, что напугала... – чуть прочистив горло, Эри попыталась поднять руку. Близнец без слов подхватил её, бережно сжав ладонь сестры в своей. – Глупо было ожидать, что приступ не случится. Особенно после собрания, когда ты уже вкалывал мне лекарство... Сколько я проспала?

– Не извиняйся, это не твоя вина... – хмуро возразил Шинке, прижавшись щекой к тёплой ладони. – Почти два дня. Сердце дало сбой сильнее обычного, регенерировать пришлось много. Даже для тебя нагрузка оказалась немаленькая, но осложнений не появилось...

Младший Сакураи закрыл глаза. И без того обычно усталое и измученное бессонными ночами лицо со шрамом на носу немного опухло от слёз и очевидных переживаний. Эри слабо зашевелила большим пальцем, поглаживая немного потеплевшую, но ещё влажную щёку брата.

– Ложись рядом, ты очень устал.

Она похлопала второй рукой по свободной половине большой кровати. Окна не были полностью зашторены, поэтому всё пространство вокруг освещало солнце, клонившееся к закату. Так же, как и два дня назад, когда старшая Сакураи потеряла сознание в беседке. Не скажи ей брат о том, сколько на самом деле времени она провела в постели, Эри бы подумала, что всего несколько минут. Но перед ней сидел вымотанный Шинке, не отходивший от постели сестры все те часы, что она провела глубоко внутри себя. Его белые волосы, собранные в слабый низкий хвост, успели растрепаться. Длинная чёлка на левую сторону лица была убрана за ухо и заколота тёмными заколками, когда-то подаренными Эри.

"Хорошо, что хотя бы он не стесняется наших глаз. Я так почти не могу." – подумала старшая Сакураи, когда младший без лишних слов и протеста последовал её совету. Шинке нехотя отпустил тёплую ладонь сестры и встал со стула, на котором сидел. Юноша обошёл кровать и присел на неё с той стороны, где было больше свободного места. Стянув тонкую резинку и сняв заколки с волос, он положил их на прикроватную тумбу и чуть взъерошил белые пряди, доходившие ему почти до лопаток. Голове быстро стало легче, поэтому, не теряя больше ни секунды, Шинке опустил её на плечо сестры. Веки под тяжестью усталости и измотанности тела и сознания, быстро сомкнулись, а душу стало окутывать ощущение безопасности и тепла.

– Что ты видела в этот раз...? – тихо пробормотал он, укладываясь поудобнее.

Вопрос звучал привычно и в какой-то степени обыденно. Эри, опустив плечо чуть ниже и откинув голову в противоположную от брата сторону, помолчала. Перед глазами появились обрывки воспоминаний из тумана, только на этот раз сердцу в груди стало больно. Немного, потому что картинки в голове не были такими подробными, как в первый раз. Но больно.

– Я видела нас, когда мы были маленькими. – наконец тихо начала старшая из близнецов, выдержав небольшую паузу. – Помнишь, как мы на живой изгороди в саду вырастили бутоны? Я видела, как мы улыбались. Потом был фестиваль. Я там гуляла с Линни, Юки и Кэйташи. – не ожидая ответа продолжала свой рассказ она. – Эти два идиота о чем-то спорили, а мы с Линни смеялись и разнимали их...

Дальше говорить не хотелось. Слишком больная и свежая рана, чтобы лезть в неё из раза в раз.

– А потом старший брат... – уже почти заснув шепнул Шинке, попав в цель.

Эри не стала отвечать, чтобы не вспоминать сцену из своих кошмаров снова. Ненадолго повисла ещё одна пауза, которой хватило, чтобы младший близнец провалился в сон.

– Добрых снов, Шинке... – напоследок прошептала старшая Сакураи, надеясь, что брат успел её услышать.

Тихое сопение заполнило воздух комнаты. Эри, решая пока не вставать, чтобы не разбудить брата, лежала неподвижно, понемногу отходя от действия препаратов и пересказа, оставившего неприятный осадок. Голова казалась тяжелее обычного, но это ощущение компенсировала мягкая подушка и спокойная атмосфера вокруг. Бросив взгляд на часы, висящие на стене, девушка узнала, что сейчас всего седьмой час. Минутная стрелка была где-то между тройкой и четвёркой на циферблате, а часовая только отошла от шестёрки.

Усталости старшая Сакураи почти не чувствовала, оттого и спать ей не хотелось. Но тело пока не полностью успело вернуться в здоровую форму, отчего была неприятная слабость. Чуть приподняв голову и осмотревшись внимательнее, Эри увидела свой телефон рядом с телефоном Шинке. Оба гаджета лежали на рабочем столе в паре метров от кровати. Дотянуться до них можно было только встав с места, а такой возможности у девушки не имелось. Её брат только-только уснул после двух бессонных и нервных ночей. Эри себе не простит, если разбудит его сейчас, пусть это и, на самом-то деле, непростая задача. Вздох слетел с её уст, когда дверь в комнату неожиданно скрипнула.

– Шинке, как Эр- Эри? – раздался негромкий, как и всегда, голос Маны, когда та осторожно заглянула внутрь.

Светлые брови Первой Леди приподнялись в удивлении, а в следующую секунду она прикрыла рот рукой, когда бодрствующая из близнецов приложила палец к губам, прося не шуметь. Женщина, завидев спящего, пару раз кивнула и тенью вошла внутрь, не издавая лишнего шума. Она присела на стул рядом с кроватью, соединив руки в замок и положив их себе на колени.

– Я рада видеть, что ты наконец пришла в себя. Твой приступ очень нас напугал... Как ты, милая?.. – тихонько прошептала Мана, чьи слова были встречены виноватой улыбкой.

– Со мной всё в порядке, Госпожа Мана, не нужно переживать. И простите, что напугала. Мы с Шинке рассчитывали, что приступа удастся избежать, но... – Эри заглянула в сиреневые глаза. – В общем, всё обошлось, это главное. Я быстро поправлюсь, вы же знаете меня. – в попытке поддержать и успокоить добавила она.

Первая Леди, не сводя глаз с девушки, лишь выдохнула, стараясь поверить её словам. Но с лица женщины не сходило встревоженное выражение. Она положила ладонь на предплечье Эри и покачала головой.

– Извиняться должны я и Рика, но не ты. Мы должны были подобрать более удачный момент для... того разговора. – Мана с материнской теплотой и лаской смотрела в разные глаза девушки. – Прости, что наши слова спровоцировали у тебя приступ. Мне и Рике очень жаль...

Старшая из близнецов отвела взгляд в пол. Неловкое ощущение зашевелилось в груди. Каждый такой раз, как первый. Смущающий и выбивающий землю из-под ног.

– Вы не хотели навредить, Госпожа. Я знаю это, поэтому не смею злиться. – голос прозвучал приглушённо и неуверенно.

Улыбка закономерно померкла, уступив место волнению. В ещё тяжёлой от действия медикаментов и пребывания в бессознательном состоянии голове появился вопрос.

– Как дети? Они не...?

Встрепенувшись, Мана неосознанно сильнее сжала предплечье Эри. Первая Леди теперь сама отвела взгляд, не зная, как подобрать слова. Ненадолго повисла давящая тишина, которую никто не хотел нарушать. Лишь тихое, мирное сопение Шинке разряжало обстановку.

– Даичи и Аюми играли в саду с Касуми, когда мы разговаривали. – женщина с трудом заставила себя заговорить. – Когда... Когда ты упала, в беседке началась паника, почти сразу примчались слуги. Конечно, дети увидели, что что-то происходит, поэтому тоже побежали к нам...

Внутри Эри всё похолодело, а по коже пробежала дрожь. Даже без окончания фразы всё было понятно. Сердце в груди неприятно заныло. Но поддаваться панике нельзя, поэтому девушка задышала глубже и медленнее, чтобы успокоить набиравшее обороты сердцебиение.

– Думаю, пришло время рассказать младшей о моём синдроме. – констатировала она, метнув взгляд к спящему брату.

Шинке продолжал крепко спать на протяжении всего разговора. Неподвижный и холодный, он больше напоминал труп, чем просто отдыхающего демона. Но, конечно, это было не так. Очень медленно и осторожно Эри переложила голову близнеца со своего плеча на подушку, после чего подняла слегка затёкший от долгого лежания без движений корпус. Младший Сакураи чуть сжался и подтянул колени к груди, утратив источник тепла, а затем куколкой обернулся в покрывало, которым его накрыла сестра.

– Я скоро приду, потерпи немного. – мягко поцеловав Шинке в лоб, Эри тихо встала с кровати. – Госпожа Мана, дети сейчас с нянями?

Наблюдавшая за всем произошедшим Первая Леди качнула головой.

– Девочки все вместе в комнате Бунко, а мальчишки тренируются на улице... – женщина как-то стушевалась, сделав паузу. Когда Эри, надев на ноги тапочки и забрав телефон со стола, направилась к выходу, она попыталась заговорить снова, но не успела, потому как дверь комнаты тихо скрипнула и закрылась. – Ах, Сора... Как же нам им сказать?..

Мана закрыла глаза, голос её прозвучал совсем тихо и потерянно. Мягкая рука опустилась на белую макушку, а из-под покрывала послышалось довольное сонное мычание.

Оказавшись в коридоре, Эри бросила взгляд на загоревшийся экран телефона. Идти было тяжеловато, хотя мягкие домашние тапочки ощущались на ногах явно удобнее привычных высоких каблуков. В целом, этот раз не отличался ничем от прошлых подобных ему, значит скоро тело придёт в норму.

Уведомлений о сообщениях и звонках оказалось не очень много при беглом пролистывании. Друзья, вероятнее всего, быстро поняли, что случилось с Сакураи и почему та не выходит на связь. Поэтому в чатах были оставлены послания с просьбами подать признаки жизни, когда она придёт в себя. Губы Эри снова тронула немного виноватая улыбка, а позже с них слетел тихий смешок.

– Напишу им попозже, не обидятся. - сказала она сама себе и убрала телефон в карман шорт.

Дорога до двери в комнату старшей племянницы не заняла и пары минут. Слуги, очевидно, занятые каждый своим делом, не попались на глаза, так что Мана и Шинке оставались единственными, кто знал о пробуждении Эри. Хотя совсем скоро это поменялось. Детские девичьи голоса и смех за дверью на секунду стихли, когда с внешней стороны раздался стук в дверь.

– Простите за вторжение. – мягким тоном сказала Сакураи, заглянув внутрь. На неё тут же уставились три пары глаз. – Можно к вам, девочки?

На заправленной кровати сидела Бунко, чьи длинные, как у её матери, Маны, волосы заплетала самая юная на вид сестра. А рядом с ними сидела средняя из всех троих дочерей, держа в руках книгу.

– Тётя? Ты уже пришла в себя? – заговорила старшая из сестёр, когда Эри вошла внутрь комнаты и прикрыла за собой дверь.

Подросток решила встать, но её опередили.

– Тётя!.. – вдруг воскликнула младшая и, спрыгнув с кровати, подбежала к родственнице. Маленькие детские руки обхватили её талию, а тёмные глазки посмотрели прямо в лицо. – Почему ты упала в беседке и была в крови?

Эри опешила и замялась. Она чувствовала, что объятия племянницы куда крепче обычных, а её взгляд, кажется, устремлён в самую душу. Да, Сакураи пришла сюда, чтобы рассказать правду самой юной племяннице, но теперь вся смелость сошла на нет.

– Малышка, я-

– Касуми, с тётей всё в порядке. – заговорила девочка с книгой, которая теперь лежала на кровати рядом с хозяйкой.

Ребёнок лишь резко помотал головой. Недоверчиво посмотрев на сестёр и неразборчиво бормоча себе под нос, Касуми сильнее прижалась к Эри. Та же, глубоко вдохнув, погладила племянницу по голове и взъерошила мягкие тёмно-коричневые пряди. Благодарно посмотрев на старших девочек, попытавшихся помочь растерянной тёте, она кивнула им. Сёстры переглянулись, а Сакураи, подняв малышку на руки, присоединилась к ним, сев на край кровати.

– Почему дядя отнёс тебя в свою комнату? – прозвучал грустный голос Касуми, которая теперь расположилась на коленях тёти. – Почему ты так долго спала и не просыпалась? Ты заболела?

Эри снова вздохнула, подбирая слова. Это казалось слишком сложным на фоне прошлых таких разговоров с другими племянниками и племянницами. Бунко и Аюми, видя растерянность в глазах тёти, подсели ближе. Обе приобняли её каждая со своей стороны: первая справа, вторая слева. Ненадолго повисла пауза. Не особо гнетущая, но задающая тревожный ритм сердца в груди.

– Ну... – наконец смогла из себя выдавить Эри, попытавшись улыбнуться, чтобы сгладить ситуацию. Вышло, откровенно говоря, так себе. – Да, ты правильно сказала. Несколько десятилетий назад я сильно заболела. И из-за этой болезни теперь я, когда сильно нервничаю или злюсь, иногда теряю сознание, а перед этим у меня течёт кровь из носа. – простое объяснение далось тяжело. Эри слабо пожала плечами. – Пока в Аду нет лекарства от этой болезни, но ваш дядя Шинке активно ищет его, чтобы я больше не болела.

Касуми, внимательно слушавшая, не сводила тёмно-карих глаз с говорящей. На лице ребёнка была сложная смесь эмоций. Губы поджаты, бровки нахмурены. Но слёз не появилось, что не могло не радовать.

– Это называется синдром разбитого сердца. – добавила словам тёти Бунко, глядя на младшую сестру. – Он не заразный, поэтому из нашей семьи им болеет только тётя.

Эри кивнула, подтверждая сказанное. Часть груза с плеч спала, от помощи в рассказе стало спокойнее. Аюми погладила Касуми по плечу, продолжая за Бунко.

– Когда мы с тобой и Даичи прибежали в беседку, у тёти случился приступ этого синдрома и она упала. – сказала она, обратив внимание малышки к себе. – Чтобы после такого прийти в себя, нужно долго поспать. Поэтому дядя отнёс тётю в себе в комнату. Там он ждал, когда она проснётся, и следил, чтобы ничего не случилось.

– Да, это как когда ты простываешь. Мама Рика сидит с тобой в комнате, пока ты спишь, и вообще много времени проводит рядом с тобой, чтобы тебе было легче во время болезни. – с кивком закончила Бунко.

В этот раз Эри смогла действительно улыбнуться. Помощь и поддержка племянниц оказались как никогда кстати. Касуми же, выслушав теперь все пояснения старших, ненадолго притихла. Она смотрела то на сестёр, то на тётю, то снова на сестёр, то снова на тётю. Маленькие шестерёнки в её голове крутились с почти слышимым потрескиванием, девочка обдумывала всё услышанное.

– Значит тёте нельзя нервничать? – наконец спросила младшая из всех присутствующих. – И тогда всё будет хорошо?

Эри хихикнула и кивнула, выдохнув с облегчением.

– Да, всё так. – ответила она.

– Тогда больше никогда не нервничай!

Неожиданно для всех заключила Касуми, чем вызвала сначала секундный ступор у остальных в комнате, а после и негромкий весёлый смех, от которого Эри не удержалась. Бунко и Аюми, улыбнувшиеся каждая по-своему, крепче обняли тётю, а их примеру последовала и младшая сестра. Сакураи же ничего не оставалось, кроме как обнять их всех в ответ и поочерёдно поцеловать каждую в макушку.

– Хорошо, хорошо, больше никогда не буду нервничать! – воскликнула она, успокоим этими словами малышку. – Ради вас я сделаю что угодно.

Тепло разлилось в груди, а больное сердце запело нежностью и любовью. Ощущение нескольких пар рук, которые крепко обнимают, и вид родных лиц, в которых узнавались черты их отца, обнадёживали и будто залечивали почти неисцелимые раны. Туман, неспособный развеяться полностью, отступил назад, не в силах выдержать эти светлый поток счастья и тепло семейных уз. До следующего раза он точно не побеспокоит, не посмеет.

Покачав головой, Эри окинула племянниц взглядом и между делом поправила чёлку, чтобы та не выпадала из-за уха. В разных по цвету глазах мерцали маленькие блики.

– Чем вы тут занимались, пока я не пришла? – в привычной заинтересованной манере спросила она, усаживая Касуми удобнее у себя на коленях.

– Аюми читала нам вслух. – слегка пожав плечами ответила Бунко, отстранившись от тёти.

– А я заплетала старшую сестру Бунко. – откинув голову на грудь Эри добавила малышка.

– Какие умницы. А что читали?

Средняя из девочек потянулась за книгой, что лежала в стороне. Яркая обложка с симпатичными иллюстрациями выдала сборник детских сказок. Эри с одобрением улыбнулась и стала слушать давно известные наизусть сюжеты, которые когда-то сама слушала и читала, когда была младше. Затем девочки расспрашивали о поездке тёти и дяди в земли Араки, а потом и сами рассказывали о том, что успело произойти у них за последние дни. Бунко в очередной раз пожаловалась на вредного Исао, который испортил её урок верховой езды; Аюми в красках описала сюжет повести, которую прочитала недавно; а Касуми похвасталась новой куклой, которую ей подарила её мама, Рика. Так, не замечая хода времени, они проговорили почти три часа. За окном заметно потемнело, но до ночи ещё было время.

– Юные Госпожи, время заканчивать игры и готовиться ко сну... – сказала вошедшая в комнату няня, обычно присматривающая за самой младшей из семейства Сакураи. Увидев Эри, женщина, чьи брови удивлённо дёрнулись, чуть улыбнулась и поклонилась. – Рада видеть вас в добром здравии, Госпожа. Как ваше самочувствие?

Ответив на чужую улыбку собственной, девушка кивнула и поднялась с кровати. Сёстры, оставшиеся сидеть, подняли взгляды на говорящих.

– Мне лучше, спасибо за беспокойство. – ответила Эри, после обернувшись к племянницам. – Вам действительно пора спать, девочки. Так что, Касуми, беги к няне, – Сакураи мягко положила руку сначала на голову самой младшей, – а ты, Аюми, иди к себе. – вторая рука оказалась на макушке второй по старшинству девочки.

Слуга в это время подошла к кровати и, когда Эри закончила говорить, подняла свою воспитанницу на руки. Ребёнок не стал сопротивляться. Касуми, чьё лицо озарила улыбка от нежного контакта с любимой тётей, обняла няню за шею и уложила голову ей на плечо.

– Спокойной ночи, старшие сёстры и тётя... – уже без былой активности и бодрости сказала Касуми и сонливо зевнула, прежде чем её унесли из комнаты.

Когда дверь закрылась за спинами покинувших комнату слуги и ребёнка, Эри опустила взгляд на оставшихся племянниц. Обе не выглядели уставшими, но в их бездонных белых глазах, лишённых зрачков и радужек, было нечто иное, нежели желание лечь спать.

– Тётя, – обратилась первой Аюми. – почему у тебя был приступ в этот раз?

– Вы с дядей ведь говорили с мамой и мамой Рикой тогда, да? Они что-то сказали? – присоединилась к ней Бунко, положив себе на ноги подушку и уперевшись в неё локтями.

Эри не удивилась вопросам, но ощущение тяжести на душе вернулось снова. "Дочери своего отца." – подумала она и поправила кольцо в губе, взявшись за него подушечками пальцев. Сердце в груди замедлило ритм, перед глазами второй раз обрывками пронеслись увиденные во время бессознательного сна воспоминания. По коже пробежал холодок.

– Не совсем. Точнее... – ответила Сакураи, коротко выдохнув, чтобы собрать мысли в кучу, и скрестила руки на груди. – Я перенервничала во время поездки, получилась слишком большая нагрузка на сердце. Ваш дядя вколол мне препарат, но его действие слишком быстро закончилось. Пока мы говорили с вашими мамами в беседке насчёт работы, я опять разнервничалась. Ну и во второй раз приступ не мог не случиться.

Врать Бунко и Аюми Эри не хотела, но и рассказывать правду тоже. Тем более упоминать что-то про Сору, их погибшего отца. Для них эта тема пока ещё особенно болезненная. В частности, для Бунко, первенца семьи, которая успела провести времени с отцом больше всех своих братьев и сестёр. А Аюми, как считали и считают многие, особенно сильно похожа на него как внешностью, так и немалым умом. И пусть ей едва ли недавно исполнилось сто тринадцать лет, в высшем свете её уже успели окрестить самой достойной наследницей своего отца. Звучит это, конечно, лестно и приятно, но не в случае, когда воспоминаний ребёнка о демоне, с которым её сравнивают, заканчиваются в дошкольном возрасте. Зная и понимая это, Эри не могла себя заставить сказать всю правду, из-за которой и она сама может пострадать со своим больным сердцем.

– Прошу вас, милые, не забивайте себе этим головы... – с грустной улыбкой добавила она, глядя на Бунко и Аюми. – Главное, что у меня не случилось осложнений и я пришла в себя. Вам не нужно переживать за меня, я со всем справлюсь.

Девочки, как Сакураи хотела думать, поверили и приняли такой ответ на свои вопросы. Конечно, сомнения в их глазах остались. Старшая, в силу возраста и чуть большего опыта, чувствовала лёгкую фальшь. Младшая же делала то же самое за счёт развитой не по годам проницательности. Но обе промолчали, не решившись ставить под сомнения ответ тёти. Аюми, взяв книгу в руки, посмотрела на Бунко.

– Старшая сестра, можно сегодня поспать с тобой? Пожалуйста.

Вопрос никого не удивил. Кажется, предыдущую тему разговора удалось замять.

– Можно, конечно. – с кивком ответила Бунко и, подняв руку, потрепала Аюми по голове, отчего девочка приподняла уголки губ в небольшой улыбке.

От наблюдения за этим коротким, но тем не менее милым и по-семейному тёплым моментом Эри вдруг поразила стрела совести. Шинке всё ещё спал один у себя в комнате, хотя она обещала вернуться скоро. Тихий выдох недовольства сам собой слетел с губ Сакураи, что не осталось без внимания её племянниц. Они вопросительно склонили головы, глядя на тётю. Хмыкнув, Эри заправила выпавшую из-за уха чёлку обратно.

– Ваш дядя тоже так часто говорил мне в детстве и просился спать со мной. – хихикнув, она опустила руки. – Хотя он и сейчас так делает, правда реже, как бы я его ни упрашивала больше отдыхать.

Сёстры улыбнулись теперь вместе. Аюми положила голову на плечо Бунко, прижимая сборник сказок к груди.

– Вы с дядей Шинке всегда заботитесь друг о друге. – сказала она, после чего почувствовала, как Бунко положила свою голову на её. – Это мило.

– Конечно, а как иначе? – с добрым смешком ответила Эри, наклонившись к племянницам. – Он мой единственный и самый любимый младший брат, поэтому я буду защищать его от любого, кто рискнёт ему навредить. А для него я единственная старшая сестра, которую он тоже очень любит и старается оберегать от всего плохого. – мягкие пухлые губы Сакураи поочерёдно оставили лёгкие поцелуи на лбах обеих девочек. – Вы тоже должны оберегать друг друга, своих братьев и сестрёнку. А они будут оберегать вас. Из этого и строится семья.

– Мы помним, тётя. – на выдохе сказала Бунко, которая слышала эти слова уже, наверное, тысячи раз, в то время как Аюми лишь сотни.

– Старшая сестра ссорится только со старшим братом. – как бы невзначай напомнила младшая, чем вызвала недовольное бормотание у себя над головой. – А со мной и младшими она очень добрая.

Отстранившись от девочек, Эри покачала головой и улыбнулась. Напряжение в воздухе наконец полностью развеялось.

– Придёт время, когда они найдут компромисс, я уверена. – развернувшись, Сакураи неспеша направилась к двери. – Спокойной ночи и приятных снов, девочки. – пожелала она, положив ладонь на металлическую ручку.

– Спокойной ночи, тётя – вместе ответили сёстры, после чего дверь открылась.

Эри уже переступила порожек, а дверь почти закрылась, как до ушей девушки донесся гораздо более тихий вопрос Бунко, очевидно, адресованный Аюми.

– Тебе снова снился папа?

Лишь после этого произошёл хлопок, и детская комната осталась закрытой. Сакураи, не желая подслушивать секреты племянниц, сразу отошла подальше.

Коридор через окна освещало почти закатившееся за горизонт солнце, от площади которого видимым осталось меньше четверти. Остальное уже скрылось за далёким пейзажем. Всё вокруг отбрасывало длинные тени, уютно расположившиеся на полу. Звуков обычно шумного поместья уже было мало, все готовились к наступлению ночи и последующему сну. Немногочисленные слуги где-то заканчивали свои дела, чтобы затем, как и их коллеги, уйти в комнаты и наконец отдохнуть. Мальчишки, Исао и Даичи, по словам Госпожи Маны, тренировавшиеся в саду, скорее всего уже закончили и разбрелись по своим комнатам, как и их матери. Так рассуждала у себя в голове Эри, пока мягкими шагами шла к комнате брата и наслаждалась спокойной и по-домашнему тёплой атмосферой вокруг.

Последствия приступа и пробуждения после двухдневного обморока совсем оставили её. Сердце не болело, мысли не путались, да и в теле ощущения слабости не осталось. Общение с племянницами пошло ей на пользу. В общем говоря, самочувствие Сакураи было вполне приемлемым для демона, страдающего от синдрома разбитого сердца. Но среди этого спокойствия и гармонии будто что-то скрывалось. Что-то важное, но пока не озвученное... Во всяком случае сейчас, после пробуждения.

– Эри? Ты только сейчас от девочек вышла?

Появившийся из ниоткуда голос выдернул смотревшую куда-то вдаль пейзажа за окном девушку из мыслей. Она вздрогнула и тут же обернулась в сторону, откуда донеслись слова. Секундное замешательство быстро ушло с громким выдохом облегчения.

– Госпожа Рика, я не хочу второй приступ подряд... – шутливо пожаловалась Эри, когда Вторая Леди подошла к ней и остановилась рядом. – Да, я от них.

Женщина, осмотрев её с ног до головы, хохотнула и положила руку на плечо, пару раз похлопав перед этим. Одетая в чёрные брюки и белую рубашку с галстуком, она не выглядела уставшей, хотя Бунко и Аюми говорили, что её не было дома с самого утра. Быть может, встреч с представителями Малых Кланов и Семейств земель Сакураи оказалось не так много, чтобы утомить её.

– Прости, не хотела напугать. О чём-то задумалась, раз даже мои шаги не услышала? – непринуждённо спросила Рика, с улыбкой глядя на чёлку Эри, убранную за ухо. – Хорошо себя чувствуешь?

– Ну... Да, наверное. – пожав плечами, она сложила руки на груди и посмотрела на собеседницу, убравшую ладонь с её плеча. – Регенерация делает своё дело. Шинке сказал, что осложнений не появилось, к счастью. Слабости я уже не чувствую, завтра совсем здоровой буду. Тем более я со своими любимыми девочками провела время, точно быстро восстановлюсь. Так что мне не на что жаловаться, а вам не о чем беспокоиться.

Вторая Леди, улыбнувшись шире от этих слов, кивнула.

– Рада слышать. Мы все за тебя волновались. Ждали, когда ты придёшь в сознание.

Вдруг Эри будто молнией ударило. Собрание. Беседка. Разговор о Соре. Приступ. И недосказанность. Вот что сознание решило утаить после пробуждения и до сего момента. Опешив от собственного прозрения, девушка невольно приоткрыла рот, будто собираясь что-то сказать, но слова застряли в горле. В свете последних лучей закатного солнца блеснули колечко в её губе и маленький шарик штанги в языке.

– Эри? Что с тобой, что случилось?

Улыбка на лице Рики быстро сменилась беспокойным выражением. Она теперь двумя руками взяла Сакураи за плечи и развернула к себе. Немного сжав пальцы на чужой коже, женщина легонько потрясла молчащую Эри, из-за чего её волосы выпали из-за уха. Чёлка оказалась на своём привычном месте, закрывая правую сторону лица.

– А-а!.. – подала голос девушка, чем прекратила тряску. – Я в порядке, Госпожа Рика...

– Ага, я вижу. – на тяжёлом выдохе буркнула Рика, но руки не опустила, напротив сжав пальцы сильнее. – Если ты себя плохо чувствуешь, говори, я помогу тебе дойти до комнаты. Только не молчи.

Полу-строгий, полу-тревожный тон заставил Эри стушеваться и смутиться. Она поджала губы и стыдливо опустила голову, потупив взгляд в пол. От волнения сердце забилось быстрее.

– Простите, Госпожа Рика... Я правда в порядке, не знаю, что на меня нашло... – выдавила из себя девушка непривычно тихим, виноватым голосом.

Вторая Леди, быстро поняв, что не следовало так сильно давить, ослабила хватку. Помолчав с пару секунд, она притянула Эри к себе и крепко обняла, прижав к груди.

– Это ты меня прости, я переборщила. – тоже тише и мягче сказала женщина, прикрыв глаза. – Ты выглядела ошарашенной, будто призрака увидела, вот я и... – она медленно выдохнула, восстанавливая самообладание. – Нервы уже не те, во всём что-то страшное вижу. Тем более ты только после приступа... Ещё раз прости, Эри.

Искренние извинения и крепкие объятия немного успокоили, пусть и не совсем. Сердце билось в груди быстрее положенного, отчего мысли в голове путались. Не самый хороший знак, поэтому нужно взять себя в руки и успокоиться. Девушка слабо покачала головой, обняв Вторую Леди в ответ.

– Не извиняйтесь, Госпожа Рика, я всё понимаю... Я не хотела доставить ещё больше про-

– Даже не начинай эти глупости опять. – перебил её снова ставший строгим голос. – Ты никогда не приносила проблемы. Ни мне, ни Мане, ни Соре, никому. Невозможно делать всё идеально, тем более для всех. Поэтому сначала думай о себе и выкидывай всякую дурь из головы. И не смей винить себя в чем-то.

Рика будто прочла открытую книгу, в которой всё было написано самым крупным шрифтом. Эри не решилась спорить, вместо этого послушно покивав.

– Да, я.. я поняла, Госпожа Рика... – пробормотала она, нехотя разорвав объятия. Оказавшись снова перед нахмурившейся после своей тирады Второй Леди, девушка посмотрела ей в глаза. – Тот разговор в беседке перед моим приступом. Вы и Госпожа Мана ведь рассказали не всё, верно?

Пауза, удивление, молчание. Зрачки зелёных глаз забегали по лицу напротив. Быстро, лихорадочно. Строгость с лица женщины пропала, сменившись замешательством. Слегка блестящие от помады губы стали тонкой линией. Родинка под губой дрогнула. Тёмные брови сошлись ближе к переносице.

– Что вы не договорили нам с Шинке, Госпожа Рика? – тихим твёрдым шепотом спросила Эри, желая избавиться от неопределённости в голове. – Почему вы и Госпожа Мана заговорили про войну, титул Главы и старшего брата?

С губ Второй Леди сошёл ни то расстроенный, ни то раздражённый выдох. Она прикрыла веки, зарылась рукой в волосы и отвернула голову в сторону. Вторая ладонь сжалась в кулак, на безымянном пальце блеснуло обручальное кольцо. И снова удавкой на шее появилось молчание.

Эри старалась дышать ровно, не сводить глаз с женщины перед собой. Но каждый удар сердца стал отдаваться нарастающей болью. Костлявые ледяные пальцы страха потянулись к шее, медленно смыкаясь. Каждый новый вдох стал давался труднее, чем прежний.

– Ты сейчас не в том состоянии, чтобы продолжить тот разговор. Давай вернёмся к нему через время, когда ты, Шинке и мы с Маной будем готовы.

Хрипловатый из-за кома в горле голос Рики заставил Эри вздрогнуть. Мертвенно холодные пальцы ослабили хватку, сердце пропустило удар. Вторая Леди нехотя подняла веки и посмотрела на девушку. Непривычно расширенные зрачки встретились с бесконечной белой и чёрной пустотой чужих глаз. Они стояли, как две открытые книги, оставленные друг напротив друга. И первой не выдержала Эри.

– Вам страшно, да? – с провальной попыткой улыбнуться, она взяла ладони Рики в свои и подняла их к груди, согнув руки в локтях. – Даже боюсь представить, что так напугало вас, Госпожа Рика... Но раз это связано со старшим братом, значит это что-то очень серьёзное. – опустив голову вниз, девушка коснулась лбом их сжатых вместе пальцев. Чёлка выпала из-за уха, оказавшись теперь внизу. – Я буду ждать столько, сколько нужно. Поэтому не бойтесь так сильно, прошу вас. Всё будет хорошо.

В груди ныло и покалывало, но не больше, чем в любой другой момент, когда Эри из-за чего-то нервничала. Слёзы в один момент грозились подступить к глазам, но пара вдохов быстро успокоили и не дали расплакаться. Бесчисленные вопросы, кружившие в голове и подгоняемые тревогой, всё быстрее исчезали, как и сердечная боль. Эмоции снова оказались под контролем хозяйки. Полученный ответ немного успокоил и стало легче.

Сломав барьер молчания внутри себя окончательно, Рика прикусила нижнюю губу и резко помотала головой, отгоняя какие-то свои мысли. Шоколадное каре, до этого красиво уложенное, слегка растрепалось. Её плечи и пальцы мелко задрожали, а глаза наполнились сложной помесью грусти, страха, неуверенности и благодарности.

– Эри... – названная по имени девушка подняла голову. – Спасибо. Сора гордится тобой. Как и вся наша семья.

Грустные улыбки тронули губы обеих. Не думая и не сомневаясь ни мгновения, они вновь обнялись, на сей раз утешая друг друга. Их потрёпанные коротким тревожным разговором души и сердца окутал невидимый мягкий плед, сотканный из самых крепких нитей семейных уз. Солнце совсем скрылось за горизонтом, оставив за собой только тёплые потемневшие сумерки, которые быстро сменит сестрица дня, ночь. На небе уже начали проглядываться очертания луны, ожидающей появления звёзд.

– Для меня нет большей чести, чем слышать это, Госпожа Рика... – чуть смущённым тоном ответила Эри и приподнялась на носках, после опустив подбородок на плечо женщины. – Я буду защищать и оберегать вас, Госпожу Ману и ваших детей. У нас есть время, чтобы придумать, что делать с постом Главы Клана. Я во что бы то ни стало исполню последнюю волю старшего брата и обеспечу благополучие его семьи и слепых демонов Ада.

Рика лишь кивнула, ничего не сказав. Её рука опустилась на макушку Эри и нежно взъерошила тёмные волосы. Зелёные глаза устремились куда-то вниз, будто высматривая что-то, о чём известно только их обладательнице. Женщина внимательно вслушалась в сердцебиение обнимавшей её Эри.

– Когда вернёшься в комнату к Шинке, прими свои препараты, пожалуйста. Я заставила тебя понервничать, так что лучше перестраховаться, чтобы не случился новый приступ. – попросила Рика спустя минуту, проведённую в объятиях. – И постарайся поменьше волноваться, ладно?

Эри отступила и кивнула, поправив чёлку, чтобы та лежала аккуратнее и лучше прятала правую половину её лица. Прядь с другой же стороны пришлось привычным ловким движением пальцев убрать от украшения в брови, чтобы она не цеплялась за него.

– Я уже пообещала Касуми, что больше не буду волноваться. – хихикнув сказала она и с прежней живой улыбкой посмотрела на Рику. – Я боялась, что мне будет тяжелее ей рассказать о своём синдроме, но благодаря Бунко и Аюми всё прошло гладко.

– Рано или поздно ей нужно было рассказать... – Вторая Леди, тоже прийдя в норму, скрестила руки на груди и коротко выдохнула. – Правда повод, конечно, подвернулся один из худших. Касуми сильно испугалась, когда увидела тебя в беседке. Даичи и Аюми быстро увели её, но успокаивать пришлось долго.

– Да, тут вы правы, Госпожа Рика... Малышке стоило узнать обо всё в более спокойной обстановке, бедная моя девочка... – Эри немного нервно усмехнулась и пошевелила колечко в губе, после отпустив его. Заметив это движение, Вторая Леди вдруг хмыкнула, чем привлекла внимание собеседницы. – Вспомнили что-то, Госпожа Рика?

– Да, Юки вчера заходил. – кивнула в ответ женщина и ухмыльнулась. – Просил передать, чтобы ты связалась с ним, когда придёшь в себя.

Эри сначала непонимающе похлопала ресницами, а после, выразительно вскинув бровь, достала из кармана телефон и включила экран. Больше тридцати сообщений в чате с контактом, подписанным упомянутым именем. А при первом пролистывании казалось не тридцать, а три...

– Спасибо, что передали, Госпожа Рика, я ему напишу. – убирая телефон назад поблагодарила девушка.

– Да не за что. Пусть заходит в гости, ему здесь всегда рады. – Вторая Леди легко пожала плечами и опустила руки, вытягивая. – Ну а теперь, думаю, тебе точно пора идти отдыхать. Шинке тебя заждался, раз он спит сейчас.

Упоминание брата вызвало у Эри любящую улыбку, но в мыслях она себя ругала. Обещала скоро вернуться, а в итоге всё, как всегда.

– Тогда добрых снов вам, Госпожа Рика. Передавайте того же и Госпоже Мане.

– Обязательно. Тебе тоже спокойной ночи, Эри.

Обменявшись последними улыбками за этот день, обе Сакураи ушли каждая в свою сторону. Та, что старше, в покои супруги, а та, что младше, в покои младшего брата. И путь второй оказался совсем коротким. Занял всего с десяток секунд.

Тихо открыв дверь, Эри заглянула внутрь. Шторы теперь были плотно закрыты, никакой свет не проникал внутрь. Шинке тихо сопел на кровати, оставшийся завёрнутым в покрывало. Зато стула рядом с кроватью больше не было. Наверное, Мана убрала, прежде чем тоже уйти спустя какое-то время после Эри.

Девушка вошла, закрыв за собой как можно тише. Рассмотреть знакомый интерьер комнаты было сложно, но и по сути не за чем. Без сомнений и с полной уверенность старшая из близнецов двинулась к кровати, ступая по тёплому полу мягкими кошачьими шагами. Ещё когда она была без сознания, брат переодел сестру в домашнюю одежду, как делал уже не единожды. Поэтому, не видя причин задерживать себя и Шинке ещё больше, Эри оставила тапочки на полу и забралась на кровать. Почувствовав движение настолько близко, младший близнец тихо что-то промычал и медленно повернулся на другой бок к источнику звука, оборачивая себя в покрывало ещё сильнее.

– Как в коконе теперь... – не удержалась от комментария старшая Сакураи и прыснула в кулак. – Прости, задержалась...

Уложив голову на соседнюю подушку, Эри расплылась в мягкой улыбке, пока её глаза были прикованы к спящему младшему брату, что будто ребёнок прятал всё ниже носа под одеялом. Подняв руку, девушка самым нежным и мягким касанием смахнула волосы со лба Шинке, отчего тот почти моментально расслабил тело. Светлые брови поднялись, а укутанные плечи опустились. Невольно потянувшись к руке сестры, он вытянул шею, и из-под края покрывала показался слабо различимый в полумраке комнаты шрам, идущий поперёк носа немногим ниже переносицы. Тёплые подушечки пальцев Эри провели линию по неровной коже, повторяя контуры рубца. Серьёзный дефект по меркам демонов, но лишь напоминание о прошлом и часть очарования, по мнению старших брата и сестры Сакураи.

Тихий вздох сошёл с губ девушки, когда она убрала руку от лица Шинке. Приподнявшись на локте, Эри оставила маленький поцелуй на бледном лбу.

– Пусть тебе снятся цветы.

Прошептала она мирным шелестом листьев на деревьях в саду, благоухающем благодаря стараниям младшего из близнецов. Он придвинулся ближе к теплу, исходившему от сестры, и уткнулся носом в изгиб её шеи, когда она снова легла рядом. Сдержав смешок, Эри аккуратными движениями помогла брату выпутаться из оков покрывала и обняла, закрывая глаза. Спокойствие разлилось в груди и потянулось во все стороны и конечности. Не прошло и пяти минут, как к тихому сопению Шинке добавилось ещё одно, наполнившее вместе с ним атмосферу комнаты сонным тёплым счастьем.