Глава 7 ~Исчезнувшая в буре~

Бежать по песку очень сложно: ноги зарываются в него и подворачиваются — лишь бы удержать равновесие. Алёна не сводит взгляда с фигурки Алексии, а та идёт по пирсу в сторону берега.

Вам знакомо такое чувство, когда забываешь обо всём на свете: о том, кто ты такой, где ты и что происходит? И всё, что ощущаешь — это невыносимый, охватывающий с ног до головы ужас, похожий на поток ледяной воды с кусочками льда, льющийся откуда-то сверху.

Сердце пропускает удары через два на третий.

— Уходи оттуда! — пыталась крикнуть Алёна, но голос то ли из-за холода, то ли из-за волнения улетел наверх, и фраза оборвалась, превратившись в сиплый выдох.

Силуэт на пирсе замер.

Достигнув деревянного подступа, ребята перешли на шаг; Алёна как-то смогла расслышать сквозь шипение дождя тяжёлое, сбившееся дыхание Даши.

Алёна краем глаза заметила спасательный круг, который лежал в углублении под толстым слоем пластика около пирса. Поймав Диму за руку, (он был ближе всех к ней), девушка указала на круг, а тот энергично кивнул, но прошёл мимо него.

— Что ты творишь? — дрожащим голосом еле-как крикнула Даша, когда все приблизились к Алексии так, что вопрос ей был бы слышен.

Попытка Алёны позвать девушку не увенчалась успехом: голос пропал напрочь, а вместе с ним исчезли и последние сомневающиеся мысли, что всё это недоразумение или глупая, неудачная шутка.

А волны, разбиваясь о пирс, выплёскиваются под ноги и злостно пытаются столкнуть тебя, поэтому приходится изо всех сил напрягать мышцы, чтобы устойчивей стоять. Глаза застилает вода, и совершенно непонятно, слёзы это или же просто капли дождя.

Вдалеке что-то тускло мелькает, а может, просто кажется.

— Иди сюда, — сказал Дима и сделал шаг навстречу ей — Алексия ровно на этот шаг отступила назад. — Макс, тащи круг.

"Почему Дима сразу не мог взять круг, когда все бежали сюда?"

— Что ты тут делаешь? — прокричала Даша, стараясь не подавать вида, что волнение зашкаливает.

А между тем Алексия начала отходить дальше, несмотря на то, что ребята оставались на месте. И с каждым шагом она становилась ближе к огромным, сносящим всё на своём пути, волнам.

Долю секунды все молчали, думая, как поступить: побежать к ней и схватить было слишком опрометчиво: волны могут снести обоих, да и поскользнуться запросто — Алексия может попросту ломануться вперёд или упасть в море.

— Что вы здесь забыли? — еле прохрипела Алексия — сердце Алёны забилось ещё сильнее. — Вы подумали, что я утоплюсь что ли? — сказав это и выдержав паузу, во время которой раздался раскат грома меццо форте, Алексия истерично засмеялась, согнувшись пополам.

По коже бегали сотни мурашек, внутри всё холодело от её леденящего, нечеловеческого смеха, который, наверное, должен раздаваться только на сеансах экзорцизма.

— А что мы должны были подумать? — спокойно сказал Дима. — Иди сюда, быстрее. Ты хоть понимаешь, что первая же большая волна столкнёт тебя?

— О, так вы и круг притащили, — нервно усмехнулась она, увидев Макса, который возвращался с кругом в руках. — То есть вы думали, что я, конченная психопатка, прыгну в море?

Она продолжила надрывисто смеяться, оперевшись руками о колени.

В голове скандировалась лишь одна фраза: "Что делать?" Она давила на виски, заставляя рассудок судорожно метаться между немыслимыми вариантами развития событий, но Алёна не могла и пошевелиться и лишь молилась, чтобы кто-нибудь начал действовать и чтобы волны не становились больше.

Сердце замирало, когда девушка видела очередную волну, выплескивающуюся на пирс, и водяные потоки, ударявшие Алексию по ногам — та, немного покачнувшись, продолжала стоять на месте и смеяться.

Дима вырвал из рук Макса круг, который, как оказалось, был привязан длинной верёвкой к чему-то, находящемуся в основании пирса.

"Я за ней, а вы, главное, верёвку крепко держите!" — крикнул парням Дима и плавно начал подходить к ней, держа в руках круг — Алексия побежала назад, даже не оглядываясь.

Даша нервно всхлипывала, а Алёна таращилась на край пирса, к которому так стремительно приближалась Лекси.

— Сумасшедшая! — крикнул Джей.

Дима хотел поймать её, догнать, но то, что произошло, заставило его остановиться, попятиться назад и истошно завопить "СЗАДИ!" Этот крик перекрыл весь шум вокруг, оставив специфическое эхо, больше похожее на слуховую галлюцинацию.

Алексия обернулась в сторону моря и резко отпрыгнула назад, но не успела: огромная волна-убийца метра в три высотой приняла её в свои объятия.

Всё, что Алёна слышала после — это чей-то душераздирающий крик. Кто это кричал? Возможно, сама Алёна, но она не поняла этого наверняка.

Ужас, который овладел ею, нельзя описать никакими словами. Наверное, испытав что-то подобное, люди зарабатывают невроз и фобии, являющиеся в каждом ночном кошмаре. В голове помутнело; картинка перед глазами начала плыть и покачиваться, а все огни и силуэты превратились в скопище теней и смазанных бликов.

На долю мгновения почему-то стало тихо, во всяком случае, Алёна перестала слышать звуки.

Нет.

Нет.

Алёна открыла глаза и с тщетной надеждой взглянула на то место, где стояла Алексия: её там уже не было.

Если бы крик был эмоцией, то это он.

Волна смыла девушку в бурлящую бездну, оставив лишь зияющую пустоту не только на краю пирса.

Алёна кое-как могла слышать обрывки фраз, а их значение до неё доходило отнюдь не сразу.

— Крикну "давай"... к берегу... тяните верёвку...

Этот кто-то, выкрикнув несколько слов и мёртвой хваткой вцепившись в круг, нырнул вслед за девушкой.

Раздался громкой звук прыжка в воду, а за ним отчётливое шипение и хлопки — Алёна всё никак не могла понять, что происходит. Разум отказывался принимать все события всерьёз, ссылаясь, наверное, на некое психическое расстройство или обсессии. Девушка замерла и смотрела на безликий горизонт, покачивающийся из-за высоких волн, но кто-то, схватив её за руку, рванул к берегу, держа верёвку, а на круге — двух человек. Алёна смогла это разглядеть, но не сразу поняла, что бежит.

Берег. Он был всё это время был так близко, но в то же время далеко. С падения Алексии прошло от силы полминуты, а может, и меньше.

Или всё же нет? Картинка сфокусировалась и стала резче, звуки тоже начали слышаться отчётливей.

И вот уже Алексия сидит на песке и, надрываясь, кашляет. Рядом с ней на корточки присаживается Дима, похлопывает её по спине. В голове у Алёны промелькнула мысль, что это не поможет, и подавившемуся не станет лучше, и вспомнился полный алгоритм действий реанимации верхних дыхательных путей.

И хотя Алёна на некоторое время выпала из реальности, инструкции о первой помощи не забылись, хотя — слава Богу — они не понадобились: никто серьёзно не пострадал.

Все обошлось?

Алексия живая.

Она падает на спину, громко ойкнув, и снова начинает смеяться. Только совершенно не так, как это было пару минут назад: тихо, глуховато, немного подкашливая и икая.

Только Алёна начала приходить в себя и почувствовала подобие облегчения и спокойствия, так Дима, схватив Алексию за плечи и приподняв с песка, начал яростно трясти её.

— Что ты творишь, дура? Что ты делаешь? — он кричал так, будто хотел перекричать ливень и гром, сделать их тихими на фоне нечеловеческого крика, полного отчаяния и ужаса. — Ты чуть не умерла, а я вместе с тобой, идиотка!

"Неужели он умеет так кричать?"

Позволил подлинным эмоциям вырваться наружу, показал, что сейчас чувствует на самом деле — фальшивое спокойствие на пирсе, оказывается, было лишь частью импровизированного плана или психологической ловушкой.

Не все же, как Алёна, теряют над собой контроль и пребывают в самые ответственные моменты в полуобморочном состоянии, стоят и хлопают глазами, целиком и полностью отдавшись собственным эмоциям.

Алексия молчала. Она жадно глотала воздух, пытаясь восстановить сердцебиение. Даша присела на корточки и начала всхлипывать, а парни просто стояли на месте, и, не отрываясь, смотрели на несостоявшуюся утопленницу.

— Я не хотела... — еле слышно сказала Алексия. — Простите... — она посмотрела на Диму, всё ещё державшего её за плечи. — Прости.

Раздался раскат грома — Алёна вздрогнула и обернулась на источник грохота.

Кашлянув и усмехнувшись, Дима начал разжимать ладони и медленно, неуклюже вставать.

— Ребят, возьмите её под руки и в отель, — обратился он к Джею и Максу — те сразу сделали сказанное. — Дно каменистое — ногой что-то задел. Девчонки, пойдём.

* * *

Переступив порог в помещение, Алёна изумилась, какая амплитуда температур в отеле и на улице. Тело буквально обдало жаром, и тысячи мельчайших иголочек начали приятно покалывать кожу.

Джей громко захлопнул дверь, и все ощутили спокойную тишину отеля. Где-то вдалеке были едва различимы чьи-то голоса и мелодии: после невыносимого шума на улице слух словно стал острее и чувствительнее.

С каждого из ребят маленькими ручейками стекала вода.

Алёна шла медленно, косясь в сторону Димы. Больше всего из произошедшего не укладывалось в голове то, что он, рискуя собой, прыгнул вслед за незнакомой ему девушкой.

Все события в принципе до ужаса были похожи на сюжет приключенческого романа, напичканного сценами, где главные герои сталкиваются лицом к лицу со смертью, но в итоге в последний момент чудным образом спасаются.

Иногда так хочется, чтобы жизнь напоминала один из таких романов в яркой обложке и с идеализированными героями; хочется, чтобы можно было заглянуть в конец и удостовериться, что всё будет хорошо.

Но это реальность, и никто не знает, как всё кончится. И Дима тоже не знал, что всё обойдётся, но всё вино рискнул собой.

Он прихрамывал, а Алексия — её придерживали парни — тихонько скулила, идя рядом и нелепо переставляя ноги.

Ребята завели Лекси в комнату девушек и ушли к себе, не проронив и слова.

Звенящая тишина, прерываемая тяжёлым, неровным дыханием всех троих.

— Можно я первая пойду в душ? — тихо прошептала Алексия.

— Да, конечно, — сказала Даша, снимая с себя одежду и выжимая воду прямо на пол.

— Спасибо вам...

Она, облокотившись о стену, еле удержалась на ногах и зашла в ванную комнату. Дверь не заперла.

Пока Алексия была в душе, девушки молчали. Даша поставила кипятиться чайник и начала сушить волосы, а Алёна, переодевшись, залезла под одеяло.

Вода в чайнике мерно бурлила; благодаря этим ненавязчивым звукам Алёне становилось спокойнее, но сознание то и дело воспроизводило ту сцену, то небывалое зрелище волны-убийцы, возвращая мысли обратно на пирс.

Алёна пристально осматривала комнату, в сердцах твердя, что всё хорошо и всё позади, что сейчас они в безопасности.

В соседней комнате включили музыку. Там, за стенкой, другие участники о чём-то разговаривают, смеются, даже не предполагая, что совсем рядом такие же ребята, как они сами, столкнулись с ужасным.

И хорошо, что не предполагают.

— Алён... — робко обратилась к девушке Даша. — А что, если бы Дима не спас её?

От Дашиных слов внутри всё запылало, взорвалось и начало терзать душу, причиняя дикую, почти физически ощутимую, боль. Перед глазами опять появилась картина, как волна опрокидывает Лекси в морскую пучину, а через пару секунд туда же прыгает Дима.

— Давай не будем рассуждать в сослагательном наклонении. По крайней мере хотя бы сейчас.

— Да.

Страшная кульминация сегодняшнего дня пошла на спад. Да, события накалились добела, но сейчас всё потихоньку успокаивалось.

Алёна развесила одежду сушиться, и, прикасаясь к сырой ткани, ощущала колкую дрожь. Как же хочется ни о чём не думать, а ещё лучше — заснуть. Но она точно не сможет сегодня сделать ни то, ни другое. 

Дверь ванной медленно открылась, и Алексия, закутавшись в полотенце, вышла в комнату — голова её была наклонена книзу.

Даже страшно представить, что она сейчас чувствует.

В голове опять возникла картинка: Алексия сидит на песке и, хрипя, срываясь на плач, говорит: "Я не хотела". Как нелепо звучала эта фраза, но сколько в ней было эмоций! И их было бы в десятки раз больше, если можно было бы видеть её лицо, мимику, а, главное, глаза...

Но зачем тогда всё это? Почему Алексия оказалась там? Адекватный человек не пойдёт в бурю к морю, где каждая минута может стать последней. Алёна не могла предположить ни одного разумного варианта, объясняющего, что такое стряслось, что та не нашла выхода лучше, кроме как исчезнуть в буре.

— Чай налить? — безучастно спросила Даша. Алексия кивнула.

И пусть Алёна была на неё зла, но чаша весов с состраданием безоговорочно перевешивала.

"Сейчас мне больно за неё, но там я стояла и бездействовала. И какой толк, что сейчас я сочувствую и переживаю?"

В ванной, посмотрев в зеркало, Алёна ужаснулась. "И на кого я сейчас похожа?" — глаза красные, припухшие; мокрые волосы патлами свисают на плечи, а в них запуталось множество мелких листочков и хвойных иголок. Но самое ужасное, что было сейчас в Алёне — это застывшее на доселе красивом лице выражение невиданного ужаса. "Какое счастье, что меня никто не видит."

Наконец-то согревшись под горячей водой, Алёна вышла обратно в комнату. Алексия даже не сменила позу: как сидела в позе эмбриона, уткнувшись лицом в подушку, так и сидит до с пор. Она многим напоминала забитого, жалобного щенка.

Алёна бы хотела расспросить Лекси, чтобы та уже точно не ушла от ответа, но по многим причинам не могла: во-первых, сейчас у неё не было сил разговаривать: казалось, если она захочет что-то сказать, то язык не будет ей подчиняться, а мысли несвязно перепутаются в голове. Но главное, Алёна понимала, как себя чувствует себя девушка, точно она вместе с ней нырнула в воду.

"Я не хотела". Эта фраза ни в какую не покидала сознание.

В комнату постучали — Алёна от неожиданности вздрогнула, и эта повышенная чувствительность к резким звукам начинала изрядно раздражать.

— У тебя есть какая-нибудь мазь от гематом? — отчеканил Джей без предисловий. — Там у Димасика нога ноет, он говорит, что синяк или что-то типа того.

— Да, сейчас, — сердце Алёны опять заклокотало.

"Сколько ещё можно всё воспринимать так близко к сердцу?"

Девушка начала суетливо искать мазь в аптечке, привезённой из дома. Найдя нужное, она выбежала к Джею — тот нервно теребил ключ и покачивался взад-вперед. Протянув ему мазь, Алёна, не раздумывая, пошла за ним в его комнату, но парень перед самым носом девушки захлопнул дверь, бросив небрежное "до завтра".

Замерев, она продолжила стоять у порога, протянув руку к дверной ручки. Алёна знала, что больше всего на свете сейчас хочет обнять Диму, хоть как-то выразить свои чувства и показать, что она сожалеет обо всём... ведь если бы они не встретились утром, то он бы с парнями не испытали судьбу и не столкнулись с таким диким ужасом.

Случайная встреча на том же самом пирсе обернулась Диме невообразимым кошмаром.

В глазах снова защипало, но Алёна сдержала эмоции и не заплакала. Она поймёт, если это резкое "до завтра" окажется "прощай".

Поймёт, но будет тяжело.

Девушка вернулась в комнату. Алексия всё так же ёжилась под одеялом, а Даша вытирала пол, который был весь в воде. Алёна тоже хотела найти себе какое-нибудь, пусть даже самое бестолковое, занятие, поэтому начала тщательно перемывать две кружки, которые стояли на полке с чистой посудой.

— Я сегодня узнала, что молодой человек, которого я люблю с самого детства, женился. И, нетрудно догадаться, что не на мне.

Девушки синхронно обернулись в сторону Алексии. Она закрыла лицо руками и начала откашливаться, видимо, не хотела показывать, что плачет.

— И я не хотела умирать, — голос её задрожал, она несколько раз прерывисто вздохнула, — тем более не хотела подставлять вас. Просто я... там такая же буря, как и в душе. Я хотела порыдать, мне бы полегчало...

И Алексия, не выдержав накала собственных эмоций, навзрыд заплакала.

Несколько минут, что она рыдала, девушки стояли, как громом поражённые, и наблюдали за силуэтом соседки. В голове у обеих возникало множество вопросов, и они заполонили своим несметным количеством сознание. Всё это время Алёна так и простояла с кружкой в руках, даже не пошевелившись.

— Ты влюблена? — Даша заговорила первой, когда Алексия немного успокоилась.

— Вы этого не поняли ещё что ли? — раздражённо бросила она, но тут же по-детски прикрыла рот рукой, словно пожалела, что произнесла эти резкие слова. — Да, влюблена, — с уже более мягкой интонацией дополнила она.

— Прости, но ты ведь говорила "нынешнего времени"...

— Не все "нынешние" бесчувственные организмы.

— Ты хоть понимаешь, что могло произойти? Ты, можно сказать, взглянула смерти в глаза. И, главное, не только ты одна, — Алёна говорила на "автопилоте": мозг совершенно не соображал.

Всхлипнув, Алексия зашептала:

— Я всё понимаю, и мне очень стыдно. Простите меня, если сможете.

— Всё позади, — безэмоционально сказала Даша, а Алёна, собравшись с мыслями, выдавила из себя тихое:

— Мы с тобой.