Глава 29.

Молодой парень исследует порт Коско, заглядывая даже в самые невозможные и тёмные углы. Он мало верит в правдивость слов Робина, поскольку тот не славился честностью, но какое-то внутреннее чутьё заставляет парнишку продолжать искать. Лучше он потратит немного времени и убедится, что тот засранец как обычно врёт, чем всю оставшуюся жизнь будет корить себя за то, что не сделал всего, что мог.

Он видел Бэмби лишь несколько раз, цепляясь взглядом за единственную белую девушку на их вечеринках. Она всегда уходила рано, поэтому они никогда не пересекались. К тому же, у них не было привычки пялиться на занятых девушек, а Ройс практически сразу обозначил что к чему. Но парень уверен, что узнает её, хотя бы по бледному цвету кожи.

Проходя мимо лестницы, о существовании которой он не подозревал до этого момента, парень останавливается, улавливая посторонний шум. Это не похоже на драку, больше напоминая ленивую возню. Он заворачивает за угол, становясь свидетелем страшной картины. Перед ним лежат два силуэта, абсолютно точно принадлежащие женщинам. Они не двигаются, сливаясь в одно большое тёмное пятно. Парню достаточно нескольких секунд, чтобы разобраться кто есть кто, несмотря на темные волосы, спутанных в единую копну.

В несколько широких шагов он оказывается рядом, падая на колени и совершенно не беспокоясь о колющей боли. Скинув с Бэмби чьё-то тело, парень судорожно пытается вспомнить о правилах оказания первой помощи, но потом в его голове созревает самая страшная мысль за последние годы. Нужно проверить, жива ли она. Он наклоняется почти вплотную к девичьему лицу, не выражающему ничего, кроме как долгожданного покоя, и с замиранием сердца пытается поймать малейшие вздохи. Они есть, она, чёрт возьми, дышит! Такая хрупкая снаружи, но такая сильная внутри, Кира борется за жизнь даже тогда, когда шансы того, что её найдут и помогут, практически равны нулю.

Парень, расслабившись, проверяет второе тело. Это оказывается вечно улыбающаяся Мария, девушка, с которой он прожил под одной крышей, без малого, несколько лет. До этого момента он был уверен, что знает её, но один вид ножа, до сих пор торчащего у нее из бока, ясно говорит, что Мария всё это время была второй крысой. Он проверяет дышит ли она, в глубине души надеясь на обратное. Его молитвы услышаны. Девушка мертва.

Он вскакивает на ноги и со всей доступной ему скоростью мчится обратно. Сейчас единственное, чем он может помочь, скорее позвать на помощь людей, знающих, что делать в таких ситуациях. Парень в два счёта преодолевает разрушенную лестницу и несётся в самый эпицентр событий, выискивая среди толпы высокую женскую фигуру.

Кили занята одним из многочисленных раненых. Она накладывает тугую повязку, досконально проверяя бинты на руке и голове.

– Как только почувствуешь себя лучше, уходи отсюда. – она помогает парню подняться и отводит его в сторону. – Даже не думай возвращаться, понял?

– Понял, док. – хрипит он, придерживая сломанную руку.

– Кили! Кили!

– Что случилось? – темнокожая оборачивается, готовая помочь ещё одну бедолаге. Но на парне нет видимых травм.

– Там... – он сгибается пополам, пытаясь отдышаться. – я нашёл Киру, она на первом, ей нужна помощь.

– Твою мать! Чёрт возьми! – Кили хватает парня под руку, роняя приготовленные для него бинты на холодных пол. – Веди к ней. Ройсу уже сказал?

– Нет.

Кили останавливается лишь на секунду, сканирую глазами склад и находя главаря. Сейчас он, словно машина, сцепился с Робином в ожесточённой схватке, где на кону стояло всё. Сердце Кили скрипит, когда она видит, как кулак красного несколько раз проезжается по лицу Ройса, но тот лишь стряхивает головой и готовится к новой атаке. Таким яростным она его еще никогда не видела, но этот вид не пугал ей, а вселял надежду. Он настолько погрузился в чувство долга и мести, вынашиваемой долгие годы, что любая мелочь может лишь повредить этому настрою. Решение приходит молниеносно. Сейчас он должен разобраться с многолетним врагом, а потом... Они расскажут про Киру.

– Не смей говорить ему, пока с Робином не покончено, ясно? – она резко хватает другого парня, стаскивая с себя повязку и чуть ли не бросая ему в лицо. – Перевяжи. – Кили указывает на синего, держащегося за плечо.

– Я и не собирался. – он указывает на лестницу, когда они проходят дальше. –Сюда, быстрее!

Двое спускаются вниз, замедляя шаг и давая глазам привыкнуть к кромешной тьме. Кили толкает парня, молчаливо приказывая вести её дальше. Несколько поворотов и она видит лежащую без сознания Киру, лишь мельком взглянув на вторую девушку.

Первым делом Кили поворачивает голову Киры набок, осматривая лицо. Несколько серьёзных рассечений, но ими она займётся позже. Пройдясь цепкими глазами по всему телу Киры, темнокожая останавливает своё внимание на ранении в боку. В то же мгновение с руки слетают несколько длинных бинтов, Кили действует с точностью, присущей лишь лучшим хирургам, когда пальцами пытается достать инородный предмет из Киры, будто занимается этим весь досуг. Через пару минут металл падает на пыльный бетон, орошая его алым цветом.

– Бедная моя девочка. – приговаривает Кили, зажимая рану и укладывая голову Киры себе на колени. – Хреново дело, нужно в больницу.

– Чем я могу помочь? – парень нервно проводит руками по чёрным волосам, заплетённым в тугие косички.

Кили колеблется. Трогать Ройса сейчас нельзя и он обязательно взбесится из-за её решения, но она надеется, что в конце концов он сможет её понять. Они ещё никогда не были так близки к цели, чтобы всё испортить. Звать Йока тоже не самая блестящая идея, он поднимет панику и, скорее всего, сразу побежит к Ройсу. Он был хорошим человеком и другом, но имел слишком взрывной характер, а ситуация требовала холодной головы. Но людей с таким качеством у них было всего ничего.

– Попытайся найти Айти и тащи его сюда. – говоря это, Кили следит за Кирой и проверяет количество крови, что с каждой секундной теряет девушка. Потеря уже граничит с критичной, времени на раздумья просто нет.

Айти появляется через считанные минуты. Он подлетает к Кили, не отрывая карих глаз от Киры, мирно лежащей у темнокожей на коленях. Друзья обмениваются быстрыми взглядами, понимая друг друга без слов.

– Кили?

– Она истекает кровью, – в подтверждение своих слов девушка отрывает руку от раны, откуда с новой силой начинает хлестать алая жидкость. – у нас есть четверть часа прежде, чем мы окончательно её потеряем.

– Я подгоню машину к ближайшему выходу, так сэкономим несколько минут.

2

С Робином было покончено, когда врачи доставили Киру в операционную.

Кислородная маска плотно прилегала к худому личику, измазанному в крови. Одна из многочисленных медсестрёр, окруживших каталку со всех сторон, попыталась оттереть красные кляксы, но кровь настолько запеклась, что, кажется, вросла в нежную кожу, отдающую сейчас болезненной бледностью.

Девушка, лежавшая на холодном железном столе, и не догадывалась, как сильно ей повезло. С травмами, похожими на её, людей обычно привозили уже завернутыми в чёрные плотные мешки. Разрыв внутренних органов, многочисленные порезы, переломы и одно пулевое ранение никому не давали шанс выжить. Но Кира боролась, всеми силами хватаясь за солнечные воспоминания этого долгого лета. Через боль в неё попадали счастливые моменты- тренировки с Йокки, завтраки с Кили, извечные вечеринки. И Ройс. Его образ казался таким ярким, будто она могла протянуть к нему руку и ощутить силу, исходящую прямиком из груди этого мужчины. Он исцелял её, дарил долгожданное спокойствие, заставлял боль отходить на второй план.

Кире хотелось рыдать. Орать так сильно, чтобы он услышал её, чтобы пришёл и до конца вылечил искалеченное тело и душу. Хотелось ощутить его настоящего, а не крупицы воспоминаний. И она не имела права сдаваться, пока не почувствует на себе его взгляд. Ещё раз. Ещё хотя бы один раз.

Сейчас на неё смотрели карие глаза, ставшие настолько родными, что девушка и без подсказок знала, как именно рассыпались в них вкрапления тёмного жемчуга. Это было последним, что она видела перед тем, как забыться.

Двумя этажами ниже, посреди круглосуточного приёмного отделения, трое людей ждали новостей, сгорбившись на неудобных железных стульях. Тягостную тишину разрезала трель мобильника, заставившая подпрыгнуть его владелицу. Девушка знала, кто звонит. И знала, чего ожидать от этого разговора.

– Где она? – два слова были пропитаны абсолютной ненавистью и гневом, требующим незамедлительного ответа.

– Мы в больнице Святой Марии.

Ровно через пятнадцать минут этот же вопрос грозовой тучей повис в небольшом зале со стеклянными стенами. В проходе показался высокий мужской силуэт, направляющийся прямиком к троице и сжимающий от ярости кулаки. Он готов был сделать невозможное, лишь бы услышанное не было и близко похоже на мысли, крутившиеся в его голове последнюю четверть часа.

Он до последнего не верил, что Робин не врал. Что его маленькая Кира полезла в самое пекло, всё время обещая обратное. Как долго она была в порту? Через что ей пришлось пройти? В одиночку, безо всякой поддержки, она храбро сражалась за них всех, даже не предупредив. Он хотел огородить её от этого, но получилось иначе - она спасла Синих. Эта хрупкая девушка оказалась сильнее каждого из них. Самоотверженная. Бойкая. Превосходная.

Ройс провел рукой по лицу в попытке взбодриться. Мышцы жгло адским огнем, но он заткнул чувство усталости куда-то далеко, перегородив тревогой за девушку все остальное. Кажется, даже его сердце стучало в такт с её именем, которое он бережно нёс в себе. Она стала чем-то... Мужчина не мог подобрать правильного слова, но от мыслей, что эта ночь могла разлучить их навсегда, ему хотелось блевать.

– Что с ней?

– Её экстренно оперируют. – Кили подскочила к главарю, с осторожностью сжав его в успокаивающих объятиях. Девушка почувствовала сильную дрожь под руками и заставила себя проглотить непрошеные слёзы. – Господи, милый, тебе нужно присесть.

Впервые в жизни Ройс не сопротивлялся, пока друзья усаживали его на жесткий холодных стул. Он закрыл глаза, сражаясь с терзающей болью. Где-то вдалеке мужчина слышал голоса Кили и Айти, пытающиеся достучаться до него, но Ройс молчал. Все нужные слова крутились у него в голове, но человек, которому он хотел их сказать, не мог его слышать. Мужчина пообещал себе, что первое, что он скажет, будет обращение к Кире. До этого момента он будет молчать. Ему не хотелось говорить ни с кем, кроме неё. Чёрт, ему не хотелось даже дышать в отсутствии девушки.

Через минуту Ройс перевернул полосу железных стульев. Его боль нашла выход в агрессии. Боковым зрением он видел, как охранник направляется к ним, что заставило главаря расправить плечи, показывая всем видом, что лучше его сейчас не трогать. Но молодой парень на это лишь достал резиновую дубинку, удобно расположив её в ладони.

– Сэр, вам придется покинуть территорию больницы.

Ответом послужил кулак, впечатанный в щеку охранника. Через несколько минут Ройса крутили уже трое, подлетевших на шум драки. Он сопротивлялся, толкаясь и наваливаясь на мужчин всем телом, но, после сегодняшних событий, его организм исчерпал весь ресурс, и Ройс рухнул на пол в изнеможении. Боль – и физическая, и моральная – достигла своего апогея.

Лёжа на светлом кафеле, от которого пахло хлоркой, Ройс слышал, как подруга пытается договориться, но охранники грозились вызвать копов, что заставило Кили помочь поднять Ройса и вывести его на парковку. Ему придется подождать новостей здесь. А Кили придется всё утро бегать из приемного отделения к нему.