Глава 19

 Маркус идет по белоснежному коридору, приближаясь к лифту. Кнопка вызова в режиме ожидания, рядом стоят люди. Зачем-то он все равно нажимает, точно он приедет от этого быстрее. Маркус щелкает ногтями. На него покосилась женщина в сером драпе. От стыда он смотрит на ногти. Сейчас они аккуратно подстрижены, а каких-то пару месяцев назад под ними находилась постоянная грязь. И Маркус не стыдился этой грязи. Эта земля под ногтями напоминала ему о времени, когда он с милой Кейси проводил дни в теплицах, о прекрасном рае на земле. В Городе постоянного тумана и смога, а может и того и другого вместе, Маркус тосковал по изысканным запахам разнопестрых цветов, сочным зеленым широким листам растений. Он скучал по самой жизни. Стоило ему снять респиратор, очутившись в наполненной солнечным светом теплице, как ему в ноздри ударял нежный почти медовый аромат роз, который смешивался со свежим запахом сырой земли и дождевых червей. Оповещение о прибытии лифта. Короткий звук звонка возвращает Маркуса в стерильное пластиковое здание Корпорации.

Войдя с людьми в лифт, он дождался пока все погрузится во тьму. Потом загорелись неоновые подвески. Женщина в драповом пальто сообщила, что нажмет последняя. Маркус усмехнулся про себя. Скорее всего это значит, что они едут в одно и тоже место. Выбрав кнопку «-1 этаж», Маркус пожалел, что в темноте не может разглядеть лица женщины. Испытала ли она удивление? А может, она, как и Клебсиелла расплылась в дикой улыбке? Кто знает. Каждый стоял к кнопкам лифта таким образом, чтобы никто из спутников не имел ни малейшего понятия кто куда едет. Маркус вышел на нужном ему этаже, обернулся – но, похоже сопроводительница решила для верности покататься в лифте одна и спуститься позже. А может, он и вовсе ошибся в своих догадках, но это все приходилось ему на руку. Потому что никому не стоило видеть, что он будет делать дальше. Маркус прекрасно знал – в этой части Корпорации камер нет, собрания закрыты и засекречены, никаких отчетов по ним не делают. Зато живые свидетели ему точно не нужны. Действуя по наитию, Маркус пошел вдоль бесконечных коридоров. Попав в комнату, где, судя по площади, размесится только один человек в положении стоя, он понял, что ему не туда. Он приоткрыл другую дверь – в комнате два стола и пару стульев. Возможно, ему сюда, но никого из возможных присутствующих нет, а он вряд ли пришел первым. Маркус приоткрыл дверь, чтобы выйти. По коридору шла та же женщина, пальто ее властно лежало на плече. Он скрылась за поворотом. Маркус осторожничал и тихо последовал за ней. Выглядывая из-за угла, но увидел, как женщина уперлась в тупик. Приглядевшись, он заметил, что посередине него есть серый стык. На уровне головы этой женщины с правого края располагался голубой экран. Он ввела код, видимо, который также пришел ей на пейджер. Потом она приложила палец.

«Идентификация прошла успешно, проходите». То, что казалось Маркусу тупиком оказалось дверями – часть, на которой не было экрана с кнопками, отъехала в сторону и спряталась в стену точно по стыку. При этом все подсвечивалось голубым едва различаемым искусственным освещением. Как только женщина прошла порог, освещение поменялось на воспрещающий красный. Через секунду дверь закрылась.

Маркус поторопился и подошел к экрану. Он ввел код, который пришел на пейджер, на всякий случай достав его, чтобы удостовериться в правильности вводимого. Дальше началось самое необычное: он достал из портфеля пластиковый пакет, это считалось почти контрабандой. Особенно опасно находится с ним в этом здании. Маркус повернулся, не идет ли кто. Никого не оказалось. Одной рукой он открыл пакет, другой осторожно попытался надеть прозрачную перчатку, по возможности, не касаясь наружной стороны. Рей и его помощники сняли с помощью специальных препаратов и приборов отпечаток Клебсиеллы с вилки. Прибор в ресторане оказался на полу. Не без помощи того же Рея. Затем он и подсобники приготовили силиконовую перчатку с добавлением нано-частиц, отлив ее на аппаратуре. Это сложное дело и получается не всегда, парни потратили на него почти всю ночь. Маркус приложил палец на предназначенный для этого круг на экране. Программа подвисла пару мгновений, но казалось, прошла целая вечность.

«Идентификация не прошла, попробуйте еще раз».

У Маркуса внутри все обрушилось, но возможно, отпечатки плохо снялись для указательного пальца. Он решил попробовать приложить другой.

Снова значок загрузки.

«Идентификация прошла успешно, проходите» - такой холодный и безразличный голос программы вызвал в Маркусе чувство радости.

Заветные двери разъехались и Маркус шагнул в будущее.

Он проследовал вперед по небольшому коридору, который вел к очередной, но на этот раз уже открытой, двери. Перед входом не мешкал. Зашел уверенно, пока искал себе взглядом место, осмотрел присутствующих. Как и предполагалось – ровным счётом никого из знакомых, за исключением дамы из лифта. И той имени он не знал.

Маркус смотрел на всех, а они смотрели на него. Казалось, даже застыли.

- А вы? – спросил пожилой мужчина.

- Я Эль Торо – Маркус протянул руку мужчине с сединами на висках – личный помощник Клебсиеллы Блекнисберг.

- Почему же она сама не пришла? – спросил другой высокий мужчина в солидном костюме. У него были маленькие и частые зубки.

- Важные дела, - Маркус не растерялся и пытался показать, что он свой среди чужих, - она не смогла присутствовать и прислала меня. Клебсиелла доверяет мне и ввела меня в курс дел.

- Она ввела тебя в курс дел? – тот с частыми зубами стал прямо над Маркусом.

- Ну частично, - Маркус неуверенно вздохнул. За последнее время ложь стала его привычкой, он и сам начинал верить во все что говорит. Похоже, поверили и ему.

- Раз Клебсиелла дала тебе ключ и код, тогда она действительно тебе доверяет. Раз она позволила тебе тут быть вместо себя – подытожил зубастый и указал место, где лучше сесть Маркусу. Он коротко кивнул в знак благодарности и приземлился на белоснежный стул из нано-пластика. Маркус обратил внимание, что напротив каждого сидящего на столе располагались тонкие пластинки.

- Начнем, все собрались, - властно сказал мужчина во главе стола. Он хлопнул в ладоши и в комнате выключился свет. Зато пластинки оказались голограммными табличками, на каждой из которых подсвечивалось имя участника Совета.

- Aes triplex, - говорит он. Каждый из присутствующих повторяет:- Aes triplex! Маркус не успевает сориентироваться. Хорошо, что свет выключен.

Дама из лифта оказалась Дафна Лаурндж, мужчина с сединой Кевин Бродери. С мелкими зубами был Ру Стриж.

Пухлая Дафна оказалась рядом с Маркусом, он спросил:

- А вон тот во главе стола, Джеймс Стивен, он...?

- Главный Директор, - отрезала она.

Джеймс Стивен сверкнул очками в голубом цвете подсветок. Неоновые провода паутиной выстилали кабинет Совета. В них было отчетливо видно лица собравшихся, тем более, что всего в Совет входило не так много людей. Но ни их глаза, ни подробности черт лица разглядеть не представлялось возможным – свет неоновых ламп искажал реальные естественные цвета. Вскоре сила ламп начала усиливаться. Мелкие зубы Ру подсветились розовым, а вскоре начали гореть зеленым. К слову, белки глаз, собравшихся тоже отливали то марганцовым, то серебристым цветами. Когда это светопреставление начало раздражать Маркуса, неожиданно естественный свет вернулся. Таблички с голубыми экранами, правда остались.

- Итак, поздравляю, друзья. Киборгов среди нас нет, а значит, и предателей тоже, - начал Джеймс Стивен.

Маркус выглядел потерянным. Это заметили другие. Девушка, сидящая напротив, возраста не старше Клебсиеллы быстро пояснила:

- Один из членов Совета однажды решил превратить себя в киборга – для продления вечной молодости. Он поставил нашу репутацию и существование Совета под сомнение, пришел и начал тут все разносить. Поэтому мы ввели неоидный тест.

- Неоиндый тест?

- Да, с помощью специальной нейросети и светопередачи мы теперь в начале каждого заседания выявляем никто ли не захотел модифицировать свое тело.

Маркус посмотрел на табличку у девушки. Ее звали Линда Дей, а глаза у нее медного цвета с оранжевым ободком и небольшим пигментным вкраплением кариего.

- Линда, извините, если мой вопрос покажется глупым, но разве киборгизация – это не одна из целей Корпорации и не то, что предлагаем мы?

Все смотрели на него молча и украдкой переглядывались между собой.

- Уважаемый Эль Торо, возможно, Клебсиелла, не все вам рассказывала, чтобы не позорить честь своих бывших коллег, хотя, - послышался смешок мелкозубого Ру, - было бы что позорить. Видите ли, процесс оказания медицинской помощи в виде генной инженерии, починки фрагментов ДНК или просто замена протезов на киборгизированный – это безусловно цели Корпорации. И это также то, на чем мы зарабатываем деньги. Для нашего конечного результата.

Маркус кивнул, хотя на самом деле ничего не понял.

Заговорил Джеймс Стивен.

- Однажды один из таких как мы решил заменить в себе руки и ноги на титановые конструкции с гранатометами. Наши взгляды не сошлись в чем-то, и он решил нас здесь всех угробить. Правда дурак забыл, что все конструкции, изготовленные на фабрике нашей Корпорации, слушаются Главный Компьютер. Всего лишь с помощью одной кнопки его руки и ноги лопнули как нагретое стекло, и тело его все кровило и кровило, и кровило... прямо тут посреди зала.

Маркус снова сделал вид, что все усвоил. «Какой абсурд, у них фабрика, которая изготавливает детали для протезов, они предлагают услуги модифицирования тел, при этом среди членов Совета на все это большой запрет! В чем смысл?».

- Итак, Дан Коулден, глава финансового отдела и соучредитель проекта «Евы». Ваше слово, - Джеймс перевел взгляд с Маркуса на невысокого мужчину средних лет. У него уже начала лысеть голова и, похоже, он пытался скрыть это, зачесывая волосы со лба на затылок.

- Я готов сообщить, что мои бухгалтеры подсчитали всю прибыль с наших покупателей, и она составила внушительную сумму, которая покроет все расходы за будущий эксперимент. Благодаря проведенным операциям, а также проведенным экстракорпоральным оплодотворениям, мы получили не только будущих граждан нашего Государства. Мы получили возможность к чему-то большему.

- Для финансиста этот педик много философствует, - шепотом сказала Дафна в сторону Маркуса. На ней была премилая шляпка – почему он обратил внимание только на серое пальто? Его она, кстати, повесила на спинку стула. Сама она была в облегающем серебристом платье, слишком облегающем для ее свисающих боков.

- Что ж, жаль, что глава Экспериментального отдела не смогла присутствовать, но может быть, вам есть что рассказать от нее? – спросил Директор.

Маркус очнулся и понял, что обращаются к нему. Врать он уже научился, но врать о том, о чем он совершенно не в курсе?

- К сожалению, Клебсиелла лично хотела привести меня, но не смогла. Поэтому я не знаю, о чем она собиралась доложиться на Совете, - Маркус широко улыбнулся, но Директору это не понравилось.

- Что ж очень жаль, я хотел послушать ее успехи. Нашла ли она девушек или поиски продолжаются... - последнее он добавил менее слышно, точно размышляя.

Маркус, желая принести пользу собранию, доказав свое неслучайное поведение рискнул предположить, о чем речь.

- О да, если вы об этом. Конечно, Клебсиелла нашла.

Директор поднял глаза, и все десять пар глаз смотрели на Маркуса по примеру Джеймса Стивена. Даже Дафна и та уставилась своими выпученными глазами.

Маркус прокашлялся и одернул ворот пиджака. Он старался уверенно держаться, но в начале голос посыпался:

- Клебсиелла нашла девушку, - дальше он обрел уверенность, увидев, что его все внимательно слушают. – Клебсиелла именно поэтому сегодня не смогла присутствовать, потому что занята этим вопросом.

Маркусу было очень не по себе. Он сопоставил факты в голове о странной просьбе Клеб к Йену – привезти Кейси. Определенно, им нужна была молодая девушка, а не маленькие дети. Вопрос – зачем?

- Хорошо, а она точно не стерильна? – такой вопрос Маркус не ожидал услышать от Директора, но ему нужно было продолжать отвечать так, как от него ждут.

- Она определенно пригодна для деторождения.

- У нее есть дети? – впервые заговорила женщина с морщинами вокруг губ. На шее у нее уже проходили три складки вдоль ее жемчужного колье.

- Я не уверен, но такая информация поступала, - соврал Маркус.

- Если это так, тогда можно будет приступить к реализации проекта «Ева», - глаза юной Линды Дей беспорядочно бегали, точно она сама не верила в то, что ее ждет.

- Не торопись, - ручкой словно указкой приказал Директор, - Сомнии готовы?

- Да, готовы на все тысячу, - кивнул Ли Хуань.

- Тогда, ждем Клебсиелу с ее девочкой, - улыбнулся Джеймс Стивен и снова обратился к Маркусу.

- Ты знаешь, что такое проект «Ева»?

Маркус честно признался:

- Нет.

Джеймс Стивен привстал и уперся о край стола, он выглядел точно удав перед прыжком.

- Клебсиелла молодец, что не рассказывала сама такие вещи. Но раз она сейчас ищет девушку, а ты здесь, значит, она не зря тебя сюда одобрила. Такое, мальчик мой, происходит нечасто. Как видишь, с тобой нас двенадцать в этой комнате.

Маркус осторожно кивнул, Директор продолжил.

- Проект «Ева» задумывался еще очень давно, но его реализация пала на наши плечи. Мы собрали достаточно средств и отобрали достаточно умов для исполнения нашего плана. Наши ученые создали уникальные комнаты, пропитанные нейросетью – Сомния 1 и Сомния 2. Они связаны друг с другом, и одну из них можно использовать для хранения информации, а другую для записи и переноса, в общем, операциями с этой информацией. Сомнии – уникальны тем, что объем их пространства начинался с терабайтов и растет до сегодняшнего времени. Это бесконечная вселенная для записи и хранения оперативной памяти. Кроме того, обе Сомнии могут переходить одна в другу. Сомния-1 – хранить информацию, Сомния-2 перезаписывать. Потом их легко поменять местами, ведь в каждой из них отражается и моделируется ситуация происходящего в другой комнате для чрезвычайных ситуаций. Кто-то посчитает это минусом, ведь комнаты нельзя использовать раздельно, только одновременно. А кто-то решит, что это бесспорное преимущество, и я соглашусь. Ведь, если что-то случится в Сомнии-1, то Сомния-2 в качестве подстраховки всегда сохранит информацию, ведь она проживет тоже, что и происходит в Сомнии-1. Без внештатных происшествий, разумеется.

Маркус пытался вникнуть, пока ничего страшно секретного в этом он не находил. Разве плохо, что создается такой мощный компьютер, который позволит хранить в себе информацию обо всем на свете? Можно записать своим детям послание, в котором говорится об экологической обстановке в Государстве, и показать каким был серым и угрюмым этот мир. А они покажут этот фильм своим детям, а те своим детям. И наконец потомки Маруса среди зеленых и чистых полей побегут смотреть в небо, в котором Искусственный Интеллект транслирует напоминание о прошлых экологических катастрофах – последствиях Ядерной Зимы и Ядерной Осени. И больше в мире не будет войн, чтобы никто не пользовался ядерными боеголовками и не нанес подобный ущерб себе и своим будущим жизням.

Дафна больно толкнула Марукса в коленку.

- ...так устроена Сомния0-2 и аппаратская к ней. Камеры между ними переключаются, и одна может брать на себя функцию другой.

- Ну а Ева? – задал вопрос Маркус.

- Ева — это предполагаемая модель нашего великого эксперимента.

- Она тоже пронизана нейросетью? – спросил Маркус и увидел, как улыбаются собравшиеся. Похоже, он задал глупый вопрос.

- Нет, Эль, - Джеймс тоже легонько улыбнулся, - Ева – это и есть девушка, которую мы ищем.

Внутри Маркуса все оборвалось. «Так Кейси – это Ева?».

- Переместить информацию в Сомнию сможет только полноценно живой объект с клетками, способными к воспроизведению. А кроме того, на основе молодых стволовых клеток его сиблингов. Тогда это будет вдвойне замечательно, так как не произойдет реакции отторжения как раньше. Полагаю, одна из этих девушек, которую приведет Клебсиелла, имеет в стенах нашего Здания брата или сестру.

«Что он черт, возьми, несет?».

- Но кроме того, Эль. Информация, которую будет переносить Ева также должна быть взята с чистых источников. Никаких модификаций, никаких протезов, и даже если руку сломал – спицу убрать. Исключительно человеческие ткани, только в них содержится наша клеточная память.

- И что потом?

- Клеточная память преобразуется нейросетью и станет ее частью. Ева перенесет в Хранилище информации объекты типирования и после обработки переселит ее в новые тела с совершенными органами. Разумеется, как и любое, эти тела тоже невечные, а металлы подвергаются коррозии. Когда информация попадает в Хранилище, она оставляет о себе след на ... считай жестком диске Великого Разума, и тогда можно будет снова переселить эту память в новое тело.

- Извините, но ведь на момент первого Хранения, допустим память будет на одном уровне. Потом пройдет, к примеру, сто лет, прежде чем бодимодификанты станут ломаться. За эти сто лет произойдет множество событий, которые тоже нужно будет «перебросить» на новую флешку следующего бодимодификанта.

- Да, ты права. В Хранилище информация остается на всякий случай, резервное копирование. При каждом новом Переселении Душ нужно будет искать новую Еву, которая переместит нас с Хранилища на матрицу бодимодификантов.

- А ничего страшного, что резервное копирование будет все время висеть в Хранилище?

- Нет, моя дорогая. Так даже хорошо, стереть информацию о нас будет непросто – придется уничтожить Хранилище. А это, как вы понимаете, невозможно – Джеймс улыбался, а Маркус переваривал информацию.

- Ну как, здорово? – Дафна поглядела на него и снова толкнула, на этот раз в локоть.

Он посмотрел на нее: блестящий от пота лоб, обвисшие мышцы рук как тряпочки.

- Хочешь посмотреть на мое новое тело? – Дафна схватила табличку со своим именем перед собой, приложила палец к экрану и сняла блокировку. Она зашла в свой портативный компьютер и отлистала пару слайдов. Потом поднесла к носу Маркуса фотографию бодимодификанта в капсуле – он выглядел как уснувший человек, а точнее девушка юных лет. Привлекательная, стройная с темными волосами и длинными ногами.

- Правда, красотка? – спросила она, не скрывая восторга.

- О да, очень красивая, - Маркус смотрел на Дафну и презирал ее.

- Врач сказал, что мои сосуды покрыты бляшками на 80%, а сердце заплыло в жиру. У новой меня таких проблем нет и не будет! Я не умру от того, что буду подниматься на третий этаж собственного дома, представляешь? – Дафна говорила громко, и каждый разделял ее восторг.

- Я правильно понял, - осторожно начал Маркус, - все собравшиеся переселят свой мозг в новые тела и...

- Обретут бессмертие! – подытожил Джеймс Стивен.

- Мы заменяли запчасти долгое время. Нога, рука, легкое, сердце. Но вот головной мозг – он стареет и умирает. Его никак не заменить, ведь в нем содержится вся наша память и все наши эмоции. Грубо говоря, мозг это мы и естсь. Но теперь мы вышли из положения, - ликовала Дей.

- А кроме нас двенадцати...- Маркус боялся, что задает глупые вопросы, которые его рассекретят, но они только смешили всех, чем наводили на подозрения.

- Глупый, ну нет, конечно. Нам нужно элитарное будущее – только с идеальными людьми. Идеальные музыканты, идеальные ученые, идеальные писатели, идеальные деятели. Среди маргинальных Округов и корову-то никогда не видели. А меж тем, люди не знают о существовании театров, книг и прочего высшего блага. Великое искусство бессмертно, также, как и должны стать бессмертными великие люди.

- Если мы стремимся к созданию иммортализма, иными словами вечной жизни, то нужно позаботиться, чтобы она протекала в гедонизме и процветании. Толку в вечном аскетизме нет.

- Да, устроим истинный Эдем на Земле.

***

Я кидаю на тарелку что-то похожее на лист салата и спаржу – гнилостно-серого цвета – когда-то это было свежим. Скоро ужин, а Маркус до сих пор не вернулся с собрания, и я волнуюсь. Йен тоже ходит из угла в угол, а в минуты покоя садится на стул и перебирает пальцами.

- Сколько мы будем ждать? Вдруг с ним что-то случилось? – наконец не выдерживаю я и кидаю полотенце на стол.

Рей сидел вместе с нами, но в отличие от нас вел себя спокойно. Похоже, ждать и терпеть в акульем логовое стало для него обыденностью. А может, он хладнокровие – его вторая натура?

- Я слежу за ним по маячку, его сигнал не пропадал и из здания он не выходил, - объяснил свое ледяное спокойствие Рей и показал аппаратуру на руке, за которой пристально наблюдал все это время, незаметно для меня. На голубом экране часов таких же как у Йена блестел горящий огонек, который в противовес словам все-таки двигался.

- И? – злилась я.

Рей, почувствовав нотки недовольства, исходившие от меня, развернул часы снова к себе.

- Вот, он вышел. Идет сюда.

- Прошу встреть его, - умоляла я Йена.

Йен, понял, что если он этого не сделает, то сделаю я. Он кивнул и выскочил из квартиры, а уже через четверть часа явился вместе с Маркусом домой. Оба целые и невредимые.

- Маркус! – едва завидев в двери дорого мне человека, я кинулась к нему на шею. Маркус легонько ответил мне на объятие, похлопав по спине. Я отодвинулась и поймала его отрешенный взгляд. Похоже, что Марк был ошеломлен, и возможно, даже напуган.

Рей тоже заметил это изменение и с любопытством сполз с мягкого кресла на пол, поближе к стулу, на который приземлился Маркус.

- Друзья, у меня для вас несколько новостей. Первая – скоро нас ждет эра будущего и подлинного бессмертия. Вторая, что ждет она, разумеется, не нас, а лишь избранных людей. И третья, - Маркус пристально смотрел на меня, так выразительно, что волосы на руках у меня встали дыбом, - Лили и другие дети играют роль для подключения к стволовым клеткам будущих органов и тел бодимодификантов – существ-киборгов, в которые загонят души избранного для Бессмертия людей. Ну и наконец, Кейси, ты запланировано играешь в этом ключевую роль.

После дословного пересказала собрания, мы узнали, что существовал некий проект Ева-1, испытания которого закончились неуспешно, из-за того, что Ева-1 оказалась неполноценной женщиной – ее яйцеклетки не овулировали. Из-за «холостых» женских циклов, она была не способна к детородной функции, а значит, не смогла бы пронести генный код будущего поколения через свою матрицу. Кроме того, из-за того, что конструкция не была разбавлена генетическим кодом её сиблингов – братьев или сестер, нейросеть начала отторгать ее.

Также существуют специально предназначенные для этого комнаты с нейросетью – Сомния-1 и Сомния-2. В зависимости от ситуации одна используется как основная для работы с информацией о поступающих генах, памяти – то есть выполняет роль загрузки и переработки Душ Людей. А вторая используется как запасное хранилище, где хранятся своего рода «исходные файлы» с этими Душами. Чтобы переселить мозг людей с их чувствами, душой и характером в бессмертные тела как раз и используются Сомнии, но делается это через пропускной пункт – Еву. Она пропускает через себя каждый поток информации, сама подключенная также к Сомнии. После этого информация от Сомнии-1 переходит на Сомнию-2. А оттуда из Сомнии-2 опять с помощью Евы происходит окончательная запись на бодимодификанты. Суть бодимодификантов проста – это обычный сосуд, вместилище для хранения информации. Но их устройство невероятно сложно и дорогостояще –каждый орган сделан на основе стволовых клеток детей, участвующих в эксперименте. Всё, от каркаса опорно-двигательного аппарата до мембран клеток сердечной мышцы сделано благодаря результатам развития генной инженерии и представляет собой сочетание живых стволовых клеток и нанороботов, которые будут осуществлять ежеминутный досмотр за состоянием нового организма человека. Нанороботы в случае необходимости тут же починят обнаруженную поломку и предполагается, что бодимодификанты это неизнашиваемые киборги. Но и на этот случай, чтобы вечное будущее не оказалось обидным концом после долголетнего эксплуатирования, Корпорация приготовила запасной вариант. На Сомнии-2 размещен постоянный сервер, на котором будет хранится постоянно информация, а периодически, раз в несколько лет обновляться и поступать новая – опять же через выбранную Еву. Таким образом, в случае неидеальности какого-то бодимодификанта, его починке, поломке, всегда будет иметься облако с информацией о данном владельце. С него на новое тело опять прилетит исходный код человека. Ева в данном случае выступает в роли передатчика, но ее функция чрезвычайно важна. Вдруг кто-то будет беспокоится, что его данные с бодимодификанта сотрутся не через сто, а скажет через пять лет? А может, у кого-то совершится невероятное событие, он выйдет замуж или сочинит оперу? А чтобы не забыть это, непременно захочет зафиксировать это в облаке памяти. Поэтому каждый раз это желание будет исполнять Ева – живой человек, состояние которого будет поддерживать несколько десятков ученых, продлевая жизнь в случае необходимости. Сомнии для Евы обречены стать тюрьмой, а постоянный пропуск информации через себя, перезапись с хранилища на бодимодификантов – рутиной работой. К Еве предъявляется ряд требований, касаемо ее здоровья, а также генетического кода. За тщательным отбором Евы следит отдел Экспериментов – Директор которого, конечно, Клебсиелла Блекнисберг. Именно она попросила Йена привести Кейси в Здание Корпорации.

«Неужели она увидела во мне потенциальную Еву?» - думаю я. А что, может быть и так. Я не привита купоросной вакциной, у меня все в порядке со здоровьем. К тому же они исследовали состояние Лили, и могли судить обо мне, по ней? Понять, что я пригодный...материал. Ведь наверняка есть какие-то способы, которые позволяют проанализировать одну сестру и узнать состояние другой? Вопросы нужные и ненужные, правильные и неверные жужжали в моей голове, а виски пульсировали в такт секундным стрелкам на часах Рея.

- В любом случае, у нас есть один день и одна возможность, когда мы можем привести Кейси и спасти Лили, - подытожил Йен их разговор, который я слушаю в полуха, хоть и тщетно пыталась себя заставить.

- До завтрашнего Совета Директоров Клеб пока не узнает, что я был на нем, - кивает Маркус.

- Значит, завтра мы спасем Лилю – говорит Йен.

Мне страшно, но я готова.