|21|

ЛИСА.

Я не могла поверить: Чон Рем не причастен к смерти моей мамы!

Может он и сердился на нее, хотел убить и не раз об этом упомянул, но все же это сделал не он. Теперь получается так, что только моя семья виновата в трагедии тринадцатилетней давности. Моя мама сбила Аишу, и с этого все началось.

Но если Рем не убивал мою маму, тогда кто тот мужчина со шрамом? За что он сделал это? Связано ли это с аварией?

Все как-то не складывается и очень настораживает!

Я думала об этом, вернувшись в спальню Чонгука, оставив мужчин одних. Им нужно поговорить, убрать стену прошлых неприятностей между ними, решить все, понять и простить.

Я была рада за своего любимого. Рада, потому что ему больше не придется стоять перед выбором. Все может решиться. Мы вновь можем стать друзьями… Нет, семьей! Наладить прошлые отношения и начать все с нуля. Но для начала нужно во всем разобраться до конца. Найти червя раздора и ликвидировать его.

Есть кто-то третий, помимо наших семей. И этот третий – очень хитрый, умный и бессмертный. Мне даже страшно подумать, что ждет ублюдка, разрушившего нашу жизнь тринадцать лет назад! Он получит свое, я уверена. Только прежде всего нужно как-то объяснить все своему отцу.

Сомневаюсь, что он мне поверит, но попробовать хотела. Вдвоем, Чоны и Манобаны, смогут справиться с любым врагом. Как когда-то!

Думаю об этом полчаса, специально тяну время, не спешу, чтобы дать Чонгуку больше времени поговорить с отцом. Одеваюсь в удобную одежду, привожу себя в порядок: прическа, макияж, – а затем несколько минут просто сижу, прислушиваясь к голосам в гостиной.

Ничего не слышно. Слишком тихо. Хорошо это или плохо, я не знала, поскольку мне еще неизвестен характер отца Чонгука. Конечно, по реакции Рема можно было понять, что ничего не предвещает бури, но все же всякое может быть. А меня одолевало волнение и любопытство. Именно оно заставило меня подойти к двери и выглянуть через щель в гостиную.

То, что я увидела, согрело мою душу и вызвало на моих губах улыбку. Такая милота… Мужчины сидели на диване, просматривая фотографии и награды Чонгука за прошедшие тринадцать лет, и улыбались. Можно было выдохнуть с облегчением. Их примирение грело мне душу.

Я решила, что самое плохое уже позади, и мне можно оставлять свое укрытие. Поэтому, покинув комнату, вышла к ним.

– Ну, как вы здесь? – осторожно спрашиваю, приближаясь к Чонгуку. Он сразу поднимает на меня свой счастливый взгляд, обвивает мою талию одной рукой и размещает у себя на коленях. Так собственнически и гордо. Это чувствовалось в его настроении и движениях.

– Кое-что вспоминали, – отвечает Чонгук, целуя меня в губы, заставляя краснеть. Его отец так внимательно наблюдал за нами.

– Значит вы пара? – вдруг спрашивает он. – Все серьезно?

– Настолько серьезно, что вчера я сделал Лисе предложение, а она приняла его, – отвечает Чонгук довольно.

– Весь в меня. Не теряешь зря времени, когда видишь своего человека рядом! – одобряет Рем. – И кого ждете? Мальчик или девочка?

– Какая разница! – бросает Чонгук, вновь поцеловав меня в губы. – У меня будет ребенок, и я безумно рад этому. Спасибо, милая…

– Я так поняла, это для тебя не сюрприз? – уточняю.

– Да, я узнал вчера. Мне позвонил Тэхён и сообщил о том, что тебя навещал доктор. Но, поскольку был запланирован аборт, я готовился к длительному процессу переубеждения тебя…

– Я согласилась на него специально, – отвечаю, – чтобы Манобан потерял бдительность, и у меня была возможность убежать.

– Марк совсем с ума сошел… Убивать своего внука! – сердится Рем.

– Одна мысль, что ребенок от сына убийцы его жены, сводила моего отца с ума. Мне очень жаль, но он ненавидит вас всей душой. И переубедить его оказалось очень сложно. Боюсь, он может доставить массу проблем прежде, чем поймет, что вы действительно не убивали мою маму.

– Это сейчас не самое главное, – вмешивается Чонгук. – Вчера на нас с Лисой было совершено нападение. Стреляли из машины. И если бы не внедорожник, пуля могла бы достичь цели…

– Я видел на двери следы, – отвечает Рем. – Как ты думаешь, кто это может быть?

– Таких смелых врагов у меня нет. Тэхён сказал, что за тобой и Манобаном велась тайная слежка какой-то неизвестной группировкой. Думаю, это касается событий тринадцатилетней давности. Лиса– единственная свидетельница, видевшая убийцу. То, что она жива и вновь появилась в нашей жизни, заставило нервничать ублюдка. Он боится раскрытия своей персоны. Думаю, поэтому вчера Лису пытались убить.

– Хочешь сказать, что авария, убийство Миреллы Манобан подстроено? – хрипло спрашивает Рем.

– Тринадцать лет назад трагедия подкосила вашу дружбу с Манобаном. Все были расстроены и напряжены, поэтому могли не заметить очевидное. Что если Мирелла не виновата в аварии? Вдруг ей повредили тормоза в машине специально? Все, кто вас окружал, знали, когда именно мама приходит к тебе на обед и когда приезжает Манобана к Марку. Это у вас был как семейный обычай – обедать вместе…

– Черт, а ты прав! Я никогда не задумывался об этом! – отвечает Рем, и в этот момент его лицо выражало огорчение и печаль. – Но кто посмел бы? Это должен быть тот, кто хорошо знал нас.

– Лиса видела его лицо, и по ее описанию мы сможем хотя бы попробовать определить мразь…

– К счастью, черты и некие особенности лица убийцы очень выделялись. Если это кто-то из знакомых, его будет не сложно распознать! – отвечаю я, и в этот момент мобильный телефон Чонгука начинает звонить.

– Это Тэхён, – сообщает он. – Нужно принять вызов. Это что-то серьезное, – говорит, и я киваю.

Чонгук принимает вызов и несколько секунд молча слушает то, что говорит ему его друг. А затем прячет телефон обратно в карман джинсов и уведомляет нас:

– Манобан на подъезде. У нас пять минут, а у него больше десятка внедорожников, набитых вооруженными боевиками!

***

ЛИСА.

– Закройся в комнате и не подходи близко к окнам! – вдруг говорит Чонгук, направляясь к своему тайнику в стене, в котором хранилось множество видов разного оружия: ножи, гранаты, пистолеты и автоматы!

Я с ужасом наблюдаю, как Чонгук надевает бронежилет и снаряжается оружием. Рем тоже следует его примеру, принимая от сына защиту и автомат.

– Нет! – кричу я, загораживая проход двери своим телом. – Войны не будет!

– Ее не избежать, Лиса! – говорит Чонгук. – Манобан не поверит в невиновность моего отца…

– Я поговорю с ним, все объясню… Нужно хотя бы попробовать.

– Прости, я не могу рисковать тобой и нашим ребенком. Ты должна остаться здесь! – настаивает. – Обещаю по возможности его не убивать.

– Чонгук… – возражаю, но он не слушает меня. Просто отстраняет в сторону и целует в губы.

– Сиди здесь. Пообещай мне! – просит.

– Ты не можешь со мной так поступить! Поставить перед выбором…

– Я постараюсь решить все разговором, обещаю. Но, если они начнут стрелять, мы вынуждены будем защищаться! Дай слово, что не спустишься вниз! – настаивает.

– Хорошо, – сдаюсь, но, на самом деле, я не была согласна с их планом. Все должно быть не так. Чонгук просит доверия, не давая его мне взамен! Я не буду прятаться в комнате, сидеть сложа руки и ждать, пока они поубивают друг друга. Так не пойдет!

Они спускаются вниз, а я приближаюсь к окну с видом на парадный вход клуба и жду, когда подъедет мой отец. Долго он не заставил себя ждать. Участок дороги вокруг здания перекрыли. Люди как-то быстро покинули тротуары, даже закрылось несколько магазинов, а машины исчезли с дорог. Улицы заполнились множеством черных внедорожников.

Мой отец в кругу десятков боевиков оставил машину и начал приближаться ко входу клуба. Сделал всего несколько шагов и остановился, что-то громко прокричав. Чертова изоляция. Мне пришлось открыть окно и выйти на балкон.

– Давай договоримся: ты возвращаешь мне мою дочь, а я не стану убивать тебя! – ставит условия мой отец.

– Лиса ушла от тебя по собственному желанию! Теперь она со мной! – рычит Гук.

– Я никогда не поверю в этот бред! Твои люди были на моей территории и оставили свои следы. Вас снимала камера. Ты выкрал Лису и заставил ее написать тот бред на листке! Она бы никогда не сделала подобного!

– Я ушла сама! – не сдерживаюсь, прокричав с балкона, чем обращаю на себя внимание всех собравшихся. – Спрячьте оружие! Ваши криминальные разборки ни к чему!

– Лиса, уйди с балкона! Ты дала слово! – кричит Арн.

– Я пообещала не спускаться вниз! – поправляю его.

– С характером, – слышу веселый голос Рема, и он утешительно жмет плечо сыну.

– Лиса! – врывается в наш спор Манобан. – Девочка моя…

– Ты сам все разрушил! – обрываю его. – Твоя месть затянулась и перешла все границы! Прости, но ты не мой отец! Мой отец любил меня! Он бы никогда не поставил свою ненависть выше меня! Не допустил бы моих слез. Страданий и боли! Я поверила тебе… Пошла за тобой, а ты хотел убить моего ребенка! – кричу, не сдерживая слез.

– Доченька, я не хотел причинить тебе боль! Я думал, ты сама этого хочешь! Ты ведь согласилась…

– Я согласилась, чтобы ты поверил мне! Ты пугал меня все последние дни! Говорил, как с умалишенной, постоянно навязывал свои мысли и желания! Не слушал меня и не понимал! – срываюсь на рыдания, замечая, как Чонгук оставляет свою защитную позицию. Он бросает оружие и несется в клуб, ко мне. Мое состояние для него важнее победы!

– Прости, – виновато. – Я не хотел этого… Давай поговорим. Я все сделаю, чтобы изменить твое мнение. Для меня ты важнее всего! Вернись домой. Теперь все будет по-другому, – просит именно в тот момент, когда Чонгук подходит ко мне сзади и, обняв за талию, прижимает к себе. Успокаивает одним прикосновением.

– Все нормально? – тихо спрашивает.

– Да.

– Пойдем внутрь, – просит.

– Нет, – сопротивляюсь, бросая на него уверенный взгляд. – Все закончится сегодня! И решу это я! – предупреждаю, сталкиваясь с его потемневшим взглядом. Он был не согласен со мной и долго боролся сам с собой, чтобы принять это намерение. Но понимал, как важен для меня этот разговор, поэтому, тяжело выдохнув, согласно кивнул.

Я вновь обращаю внимание на отца, немного успокаиваюсь, перестаю реветь и отвечаю:

– Я не пойду с тобой. Моя семья здесь. Чонгук и я… Мы скоро поженимся. У нас будет ребенок, хочешь ты этого или нет! А если ты желаешь хоть что-то еще спасти между нами, отзови своих людей! Пусть они спрячут оружие и уедут прочь, а ты… Проходи в клуб, и мы поговорим. Только так!

– Они убили твою маму! – напоминает он, вновь пытаясь достучаться до меня.

– Ты поверишь мне, если я скажу, что это не так?

Манобан растерянно оглядывается.

– Есть доказательства! – не может угомониться он.

– Какие доказательства? Я – единственная, кто видел убийцу. Я помню его. Его облик врезался мне в память, как клеймо! И сегодня я познакомилась с Чон Ремом… Как думаешь, смогла бы я спокойно находиться рядом с убийцей своей мамы?

– К чему ты клонишь? – растерянно.

– Поднимайся ко мне, и я все тебе объясню! Я последний раз прошу тебя прислушаться ко мне и понять! Просто так я бы не стала оправдывать убийцу мамы. Мне легче было покинуть все и уехать вместе с Чонгуком подальше от всего, и я обязательно это сделаю, если ты не очнешься!

Манобан задумывается, опустив взгляд вниз, устало потерев ладонью лицо, а я мысленно молюсь, чтобы он принял правильное решение. Иначе это конец!