Глава 9. Октябрь 2020

Низкое солнце кружевом вплетается в верхушки деревьев, одаривает их последними тёплыми лучами и скрывается за серыми тучами. Золотые и багровые кленовые листья покрывают землю ковром, помогая ей сохранить остатки тепла для зимовки. И на улице, и в квартирах холодно, зябко. Сонные люди, мечтающие укутаться в тёплые одеяла, бродят под зонтами, спасаясь от осенней мороси. Из-за глубокой тоски в глазах по ушедшему лету их уже не отличишь от зараженных.

В отличие от остальных, Слава радовался приходу октября, ведь это означало, что солнце с каждым днём всё позже выходит из-за горизонта, а значит можно дольше поспать. Каждый день, со дня обещания Варваре и бабушке позвать Древо Жизни, он вставал незадолго до рассвета и мысленно обращался к природе за помощью. Иногда выходил во двор, прикасаясь к многолетним тополям, иногда клал руку на землю, надеясь, что так появится связь с мистическими растениями. Вячеслав и рад был бы уже бросить эту гиблую затею, очевидно ведь, сказка былью не станет. Но останавливали полные надежды и детской веры в чудо глаза двух родных женщин, отсутствие изменений в состоянии матери и отца, да врожденное упорство. Упрямство и безысходность не давали ему бросить ритуал. Изо дня в день, как и с лечением родителей, он пробовал что-то новое. И пусть Древо не явилось в мир людей, но Слава уже мысленно разговаривал с ним обо всём. Он рассказывал о том, что планирует сделать детский городок во дворе и уже придумал проект, осталось нарисовать. О том, что очень хочет, чтобы Варя была счастлива, бабуля здорова, а родители наконец-то поправились. Иногда рассказывал о своих приключениях в детстве. Тамара Львовна раньше жила за городом, в той же деревне, где сейчас находится папа Вари, и маленького Славу отправляли к ней на всё лето. Там он бродил по лесу и лазил по скалам, которые казались ему тогда огромными. А когда услышал от бабушки сказку про Хозяйку Медной Горы, разговаривал с каждой ящеркой, которую встретит, особенно с изумрудными, чтобы те поделились малюсеньким красивым камушком в подарок его родителям.

Сегодня солнце начало всходить в шесть сорок. Стоя на пустыре напротив дома, Слава наблюдал как в девятиэтажке напротив начинают отражаться с трудом пробивающиеся сквозь тучи, яркие лучи. Он присел на корточки и погладил кое-где пожелтевшую траву, стряхнув леденящие капли росы. Обтрусил руки, постарался согреть их паром изо рта, но время уже поджимало, вот, вот солнце взойдёт. Слава приложил руку к холодной земле и, закрыв глаза, прошептал «Древо Жизни, приди, пожалуйста, помоги нам». Он представил как на том месте, где лежит его рука, появляется маленький росточек, стремительно превращающийся в дерево. Постарался согреть землю теплом своего тела, пропустив пылающую в душе надежду через ладонь. Говорят же, что для исполнения желаний, надо их визуализировать. Может сейчас как раз тот момент, когда это сработает. От неудобной позы ноги затекли. Слава приложил вторую руку к земле, слегка переминаясь на присядках, чтобы снять напряжение. «Ну, приди же! — мысленно воскликнул он, — они тебя так ждут!». Ничего не происходило. Из подъезда вышли трое зараженных мужчин. Во дворе отразилось эхом гудение мотора заводского автобуса. Слава поднял голову и взглянул на окна своей квартиры. В ту же секунду зажёгся свет и он увидел бабушку. Она слегка покачивала головой, поправляя редкую косичку седых волос. Пора возвращаться.

— Варь, пойдем вечером на концерт? — Спросил Вячеслав едва девушка переступила порог его квартиры.

— Концерт? — с сомнением улыбнулась она.

— Ну да, ребята из дружины каждую пятницу собираются, играют на гитаре, — объяснил он, — сегодня они в «Барри» будут.

— В «Барри»? — переспросила Варя, зная, что бары не работают уже давно и развлекательные мероприятия вне закона.

Слава тяжело вздохнул, понимая, что придётся объяснить всё с самого начала. Повторил, что один из тех, с кем он сейчас обходит район, является собственником помещения, где раньше находилось кафе «Барри». А музыка во все века поддерживала боевой настрой солдат. Поэтому дружинники каждую пятницу собираются дружной толпой и поют песни, составляют планы на будущую неделю и готовят список дел по улучшению жизни района. Озадачившись на несколько минут, Варвара призадумалась, но потом, слегка покивав головой, согласилась.

На концерт пришло около тридцати человек не считая музыкантов. Бар пустовал, официантов не было, мероприятие скорее напоминало квартирник. Зато освещение и аппаратуру настроили. За стойкой для микрофона растянуто белое полотно, видимо, где-то наверху висит проектор. Белые прожекторы направлены на небольшую сцену, чтобы каждого выступающего было отчётливо видно, но остальная часть помещения освещена красным. Кирпичная кладка в таком свете выглядит чётче, насыщеннее. По потолку тянутся трубы неизвестного назначения. В зале аккуратно расставлены деревянные складные стулья, большая часть из которых уже занята. Слава с Варей сняли верхнюю одежду и повесили на один из крючков в гардеробе. В помещении было тепло, будто оно дополнительно отапливается. Мужчины и женщины приветливо махали, жали руки и интересовались здоровьем семьи. На сцену вышел незнакомый Вячеславу парень с гитарой. В очках, со слегка вьющимися волосами до плеч. Он сосчитал до десяти в микрофон и показал в зал палец вверх, снова сосчитал, кивнул и, поставив гитару на подставку, спустился со сцены.

— Это кто? — спросил Слава у одного из знакомых.

— Лев Соколов, из соседнего района, — с видом знатока ответил невысокий парень.

Оглядевшись по сторонам, Вячеслав прошел к рядам и вместе с Варей сел на свободные стулья. Он вспомнил прежний вид этого кафе — толпы по субботам и пятницам, к бару, чтобы заказать напиток, не пробиться и музыка каждый день разная, от привычного русского рока до непонятного подросткового репа. Иногда бывали зарубежные каверы или танцевальные вечеринки. Но белого полотна для проектора раньше не было. Может они тут и кино смотрят? Слава подумал, что больным тоже было бы полезно посещение музыкального концерта, но вспомнил, что в песнях могут содержаться призывы к действию, а если зараженный услышал команду, его не остановить, он изо всех сил будет стремиться её выполнить. Парень тяжело вздохнул, переживая о родителях с пожилой бабушкой, оставшимися без присмотра, мотнул головой, отгоняя тревожные мысли. Обещал ведь Варе часик спокойно послушать музыку. Перевёл взгляд на неизвестного музыканта у сцены, весело болтающего с девушкой в длинной юбке.

Парень с гитарой сразу предупредил, что будет петь не свои песни, а разных исполнителей и попросил активно хлопать, ведь поддержка в наше время очень важна. Слава надеялся, что музыкант исполнит что-нибудь известное, но тот будто специально подобрал ранее не слышанные никем песни. Только в первом ряду девушка из соседнего дома активно подпевала, иногда совсем невпопад. Кажется, сосед по стулу ей намекнул на отсутствие слуха потому, что та замолчала после третьей песни. А, может быть, просто устала с непривычки столько петь.

— Следующая песня называется «Маяк», — сказал исполнитель, — группы «Операция Пластилин», — и с загадочной улыбкой добавил, — думаю, она вам понравится.

Музыкант ласково перебрал струны и заиграл проигрыш. Услышав первые слова песни, Слава будто погрузился в туман. Зрение отключилось, всё вокруг смазалось, потеряло чёткие контуры и он, словно в трансе, слышал только мягкий голос артиста.

«Мимо неба не пролетишь, бояться не нужно»

Вместо очертаний красных кирпичей, Вячеслав внутренним зрением увидел как он стоит в ботаническом саду, а из земли стремительно вырастает огромное дерево, которое за считанные секунды своими ветвями разрывает серые облака.

«Весна над миром горит. Смотри! Смотри!»

Исполинское растение в видении Славы распускает ветви где-то над атмосферой и вмиг дождь прекращается, а небо становится лазурным, будто в начале весны. Земля вокруг толстых, слитых в один, стволов дерева покрывается изумрудной травой. Распускаются яркие цветы разных оттенков и он оказывается на удивительной сказочной лужайке. Делает глубокий вдох — он никогда в своей жизни не ощущал такого чистого воздуха.

«Маяк не выбирает, кому светить, и просто рушит тьму»

Наблюдая за стремительным пробуждением природы, Слава видит как вокруг огромного дерева собираются люди и становятся на колени. Они улыбаются и возносят руки вверх, потом ложатся на землю и закрывают глаза. Рядом с каждым лежащим человеком сквозь толщу грунта пробивается трогательный росток, продолжающий расти на глазах, и внезапно лужайка с низкой травой превращается в лес.

«Свети и ты! Что же ты стоишь?»

Нерешительно разглядывая уже поднявшихся с земли людей, которые машут ему, зовут к себе, Слава отважно делает шаг к огромному дереву, похожему на три бобовых стебля из сказки, сплетённых воедино. Незнакомцы выстраиваются в двусторонний коридор, пропуская его к сказочному растению. Вячеслав подходит, касается рукой коры, которая наощупь совсем не такая, как он предполагал. Кожа дерева твёрдая, жесткая, как кора тополя и Слава понимает, что растение крепче, чем всё виданное им ранее.

«Сломать привычный порядок вещей!

Изменить надоевшей истории ход!»

Дерево опускает к стоящему под ним человеку несколько ветвей, объединённых в форме сидения. Древесный стул мягко колышется перед Славой, приглашая присесть. Он поворачивается к толпе незнакомцев, которые к этому времени окружили его. Те мягко, как-то по-семейному улыбаются и Слава принимает приглашение. Он усаживается в мягкую листву, хватается за тонкие ветви и уютная люлька устремляется ввысь, за облака. Становится страшно, что наверху будет нечем дышать, но удивительное зрелище под ногами увлекает его настолько, что любые другие мысли кажутся мелкими, неважными.

«Все, кто брал пример с маяка

Вдруг сразу стали светом

И оторвались от земли

Ну Что же Ты стоишь?»

Слава видит, что внизу всё, что находится за пределами зелёного леса, выросшего у основания дерева, покрыто толстым слоем пепла. Сильные порывы ветра сметают одни пепельные холмы, создавая другие. Пепел, или может быть прах, поглотил всё вокруг. Нет ни единого светлого участка, всё серое, чёрное. И под этим слоем тьмы не различить ни городов, ни людей, ничего. Мир превратился в мёртвую пустыню, покрытую чернотой вместо песка. «Неужели мы идём к этому? — с ужасом осознаёт Слава, — но... почему?». И сам отвечает на свой вопрос. Потому, что в каждом из нас столько разрушительной силы, что в сравнении с ней любые стремления к лучшему, к созиданию, проигрывают. Всё человечество и каждый отдельный человек — одно и то же, одна суть, просто разного масштаба. Но люди не понимают этого, они всё больше разъединяются, а это равноценно тому, что сердце и лёгкие работали бы в ритме, мешающем друг другу. Мир, как и зараженные люди, блуждает в поисках самого себя. Вирус поражает мозг. Больные никогда не смогут вылечиться потому, что разные части разума тянут в разные стороны, сводят на нет работу друг друга. В итоге личность в человеке теряется, ведь он борется сам с собой.

«Если я гореть не буду, если ты гореть не будешь»

Сидя в кресле из ветвей, Слава холодно смотрит сверху на разрушенный мир. Это не его реальность, это не его будущее. Он в силах всё изменить. Он чувствует это. С появлением волшебного древа или без, но он будет бороться за светлое будущее для всего человечества, как бы высокопарно это не звучало, а не только для себя и своих близких. Сейчас, в баре, музыкант старается посредством исполнения чужих, но глубоко пережитых им песен, нажать на тумблер каждой человеческой души, чтобы зажечь свет. И, кажется, ему это удалось.

«Если мы гореть не будем, кто тогда рассеет тьму?»

«Ты прав, друг» — думает Вячеслав и резко встаёт со стула, не дожидаясь когда отзвучат последние аккорды.

— Пойдём, — хватает он Варвару за руку. Девушка недоумевающе смотрит, но не перечит, встаёт, озираясь на музыканта, чтобы дослушать песню до конца и взглядом сказать «спасибо».

Они выходят из бара наскоро прощаясь со знакомыми и молча идут домой. Слава довёл Варю до квартиры, пожелал спокойной ночи и спустился к себе. Он вспомнил как в подростковом возрасте, когда ходил в школу, стоял у своей двери, приложив к ней ухо, в ожидании услышать как скрипнет её дверь, чтобы идти на уроки вместе и по дороге говорить о чём угодно.

Придя домой, он заглянул к бабушке. Она лежит на спине, а к ней с прикроватной тумбочки тянутся ветви спасённого кустика и, кажется, тихонько шевелятся, поглаживая её по голове. Слава зажмурился, отгоняя видение и помотал головой. Послышался лёгкий шелест и когда он открыл глаза, растение стояло ровно, как и прежде. Родители, слегка посапывая, спали в том же положении, в котором Слава их оставил. В квартире холодно, он прошел на кухню и зажёг две газовые конфорки, чтобы согреть хоть немного кухню. До рассвета ещё часов восемь, но спать не хотелось, поэтому он взял небольшой блокнот, в который раньше записывал даты встреч с клиентами, и решил записать мысли. Для начала Слава принялся продумывать два варианта развития событий — если чудо-дерево всё-таки появится и если это сказка. «Сегодня, — серьезно сказал он самому себе, — я в последний раз попробую его позвать. Если не выйдет, буду действовать по-своему».

Когда стремительно прокрутившееся его внутреннему взору видение было задокументировано в блокноте, он сосредоточился на том, какими чертами должен обладать человек, чтобы не погрузить мир в хаос. К большому сожалению для себя, подметил, что скорее всего, некоторых людей перевоспитать не получится, можно только изолировать. Но как? И кто он такой, чтобы судить кто достоин жить в новом мире, а кто нет? Эти философские размышления не привели Славу ни к чему конкретному, но помогли скоротать время. В полумраке он глянул на часы, скоро появятся первые солнечные лучи. Накинул куртку, обулся и тихонько, стараясь не разбудить бабушку, вышел на улицу. Свернул за угол и подошел к одному из тополей возле дороги. Прикоснувшись к стволу он вспомнил ощущения от касания коры огромного древа, они были совсем как настоящие.

«Древо Жизни, — начал он когда небо над домами осветилось первыми лучами, — вернись к нам, чтобы построить новый мир вместе со мной, — Слава прильнул щекой к тополю и уверенно добавил, — я готов».

Как и прежде, после обращения ничего не произошло, чудо не свершилось, сказка не ожила, но ему настолько хотелось спать, что не было сил ни на злость, ни на разочарование. Слава вернулся домой и вспомнил, что забыл выключить газ. Он прошел на кухню и пока задумчиво глядел на маленькие синие язычки пламени, в окно постучали. Забыв из-за усталости, что живёт на втором этаже, он повернулся и подошел к стеклу. На улице, на уровне его окна горизонтально торчала ветка. Но тополя не достают до его окон А эта ветка находится буквально в десяти сантиметрах. На конце, похожей на змею, лозы огромный тёмный бутон. Слава какое-то время задумчиво постоял, думая, что из-за усталости ему уже что-то мерещится. Но понял, что вполне отдаёт себе отчет в происходящем. Раньше никаких веток за окном не было. Пока он разглядывал изменение и наблюдал за порывами ветра, чтобы понять, как ветвь могла постучать в окно, взошло солнце. Оно осветило тёмный, размером с ладошку бутон, который оказался кроваво-красного цвета. Никакого ветра не было вообще, целлофан вдоль дороги оставался неподвижным, но ветка внезапно пошла волной, изогнулась как гадюка и нераскрытым цветком постучала в окно. Слава дёрнулся, но ничего делать не стал, продолжая присматриваться к ветке. Она не прекращала извиваться в разные стороны и уже во всю тарабанила по стеклу. Не думая о возможной опасности, Вячеслав провернул ручку створки и открыл окно. Бутон приблизился к его лицу и остановился в паре сантиметров от носа. На улице становилось всё светлее. Слава обездвижено стоял, глядя на расплывающийся перед глазами закрытый алый цветок, лепестки которого плавно стали расходиться в стороны. Бутон раскрылся и он увидел желто-зелёные, как глаза Вари тычинки. Слава вздохнул и почувствовал сладкий, опьяняющий аромат, исходящий из цветка. Буквально через минуту он покачнулся, присел на стул и погрузился в глубокий сон.