Восьмая Глава

Секунда замирания длинной в целую вечность обрывается моим облегченным вздохом.- Как же ты меня напугала, бабуль. Ты... Ты чего в такой час пришла? Что-то случилось?Она вздрагивает, встретившись со мной взглядом, но после приходит в себя. Свет фонарей близ дома играет оранжевыми пятнами на ее белой сорочке в горошек.- Я не могла уснуть, переживала за тебя... Ни одному родителю сон не мил, когда ребенок болен, - она садится на край моей кровати. - А ты чего не в постели?Окидываю взглядом шторки, пуфики, стол.- Сложно заснуть на новом месте, здесь совсем не как у нас дома... Я хочу вернуться... - Я тебя понимаю, нужно время, чтобы привыкнуть.- Мы тут ненадолго, правда? - в моем голосе слышна нотка надежды и в примесь к ней разочарования. - Я скучаю по учебе, по Але и по Дэни, по конкурсам... По своей комнате. - Девочка моя, не нагружай себя такими мыслями! У тебя еще все впереди, а сейчас нужно отдыхать, раз уж голова требует. Как ты себя чувствуешь?- Все хорошо.Бабушка смотрит на меня с недоверием, но кивает, кажется, ради приличия и чтобы не напрягать меня расспросами по типу: "Точно??? Не врешь?". - Может, выпьем по стакану лимонной воды?- Да, давай, сейчас было бы к месту.Бабуля тихо выводит меня из комнаты, и вместе мы спускаемся по уже знакомому мне маршруту. Дом словно внимательно следит за нами, ведет глазом и не упускает из виду, крадется сзади и готовится атаковать. В каждом углу и на лестницах - всюду я ощущаю холодок за спиной и чей-то пристальный взгляд.В столовой пусто. Шаги гулко звенят, отбиваются от стен и потолков. Место напоминает большой актовый зал для проведения важных мероприятий, для значимых встреч и награждений.- Зачем тете такие хоромы? - когда бабушка протягивает мне стакан прохладной воды с лимоном, я задаю ей вопрос.- А почему бы и нет? Она состоятельная и...- Одинокая.- Как? У нее много домашних работников.- Которые выполняют указы? Разве они как-то скрасят тоску? Снизь зарплату, и каждый из них сразу же уйдет отсюда. Бабушка пожимает плечами, потягивая напиток из трубочки.- Слушай, а... А у нее нет детей?- Виктория не любит их.По голосу я понимаю, что разговор закончен.***- Алло?Бормочу в трубку сонным голосом, кулаком потираю глаза, которые отказываются открываться. Взяв телефон, не смотрю, кто наровит разбудить меня в такую рань.- Аня, как давно я не слышал твой голос!- Дэни? - веки сразу быстро раздвигаются, и я приподнимаюсь на кровати. Расстрепанные волосы спутанным пушком спадают на плечи. - Ты видел время?- Девять утра, соня, давай поднимайся! Я звоню узнать, как ты, все хорошо? В голову что-то бьет, словно громадный молоток врезается в виски.- Дэни, Дэни, какая я глупая! У тебя сегодня День рождения! Прости, пожалуйста, прости, что все так вышло, я очень хотела провести его с тобой, но не моя вина...- Так, девушка, успокойтесь. Я не умру, если отмечу совершеннолетие дома с мамой. Плюс ко всему, приедут мои бабушка с дедушкой, племянники, они не дадут заскучать. А еще они привезут с собой кошку, сфинкса, лысого такого, хочешь, потом фотку скину? Ты мечтала увидеть его, но пока что только так. Однажды я подарю тебе котенка такой породы, помнишь об этом? Какой радостный и беззаботный у него голос... А я с огорчением гляжу в одну точку на простыни кровати.- Да... Если бы я только могла, собрала бы свои вещи прямо сейчас. Не хочу оставлять тебя одного, тем более в таком состоянии. Он понял, о чем я, а если быть точнее, о ком. - Лучше расскажи, как твоя голова? Больше не болит?- Не было бы тебя со мной в тот день, я бы лежала под капельницами или под чем там держат в больницах. Но все обошлось.- Вы в итоге не угодили в аварию?- Нет, но были на волоске от худшего. Кстати, вчера я не смогла посмотреть новости...- Завидую.Голос Дэни из ласкового переходит в каменный и огрубевший. Я молчу, слушая его дыхание и ожидая, когда оно превратится в речь.- Помнишь ту капсулу с добровольцами?- Ну? - отвечаю осторожно.- Она замерзла.Его слова обрезают все: надежду на спасение, старания ученых, жизни людей, которые решились стать первыми испытателями капсулы. Повисает гробовая тишина.- Что с ней?- Разлетелась. На осколки. Никто не выжил.Сглатываю и чувствую, как дрожит рука с телефоном.- Нам нужно срочно что-то делать, иначе Землю ждет та же участь! - Доброе утро, Анна, - в комнату заглядывает медсестра.- Дэни, я не могу говорить, потом перезвоню.Убираю телефон и поднимаюсь с постели.- Утро не доброе! Ты смотрела новости?- Нет, что там?- Что там! - передразниваю девушку, разводя руками. - Капсула с добровольцами замерзла, никто не выжил!Она открывает рот, пытается прикрыть его ладонью, но не получается - эмоции берут верх. - Я не собираюсь сидеть и ждать!- Что Вы будете делать? Мы бессильны, мы не ученые...- И что с того?! Да как ты можешь так говорить?! Выйди отсюда!Медсестра с непониманием смотрит на меня. - Я пришла, чтобы...- Пошла вон немедленно!Она облизывает губы и в смятении покидает комнату. С чего я так агрессивно ответила ей?Подползаю к подоконнику, вытираю набухшие от слез глаза. Я не могу просто молчать и ждать смерти, наблюдать, как Земля медленно уничтожается! Надо срочно рассказать обо всем бабушке.Вылетаю из комнаты и сталкиваю стоящую около стены медсестру, мчусь по коридору и громко стучусь в соседнюю дверь. Она оказывается открытой, и я одним ловким движением дергаю ручку. Пусто. Кровать аккуратно убрана, полки, прилежащие к ней, отдают ароматом новой мебели. Здесь гораздо прохладнее, чем у меня, и по рукам бегут мурашки.- Ваши бабушка и тетя уже внизу. Я приходила, чтобы проводить Вас в столовую.Бросаю на медсестру тяжелый от злости взгляд, то ли готовый убить, то ли молящий о спасении. - Я не немощная.***- Анечка, доброе утро!Тетя улыбается и кладет вилку в круглую белую тарелку, где лежат сырники, покрытые густой красной жидкостью. Свет ее радостных глаз озаряет помещение и мою душу. Я отвечаю невольной улыбкой.- Здравствуйте. А где моя бабушка?- Она уже позавтракала, сейчас находится в зале, - женщина приглашает меня к столу элегантным движением руки. - Присаживайся, тебе стоит покушать.Не смею отказаться, признаваясь самой себе в голоде, и опускаюсь на стул. После такой новости не грех подкрепиться... Кухня кипит жизнью, и столовая постепенно просыпается, наполенная мутным блеклым светом. Сегодня глаза Виктории выразительнее, чем вчера - к рельефным бровям тянутся объемные ресницы, растушеванные стрелки бегут к скулам. Ее спокойный, как морская гладь, взгляд смущает меня, отталкивая от недавно бушующей волны ярости.- Как себя чувствуешь?- Чудненько, - складываю руки на коленях и проталкиваю ком в горле. - Сегодня будет столько же таблеток?- Скоро они начнут мучить тебя в кошмарах, - тетя весело смеется, поддевает вилкой кусочек сырника, смоченный вареньем (судя по запаху) и кладет его в рот. Пережевывая еду, Виктория замечает мой пытливый взгляд. - Дам таблетки при необходимости. Это творожно-кремовые сырники с клубничным вареньем. Сейчас и тебе принесут порцию.- Ваши повара замечательно готовят, но я бы предпочла самостоятельно заниматься едой.- У меня много работы, но сегодня взяла выходной ради вас, хочется немножко пожить в кругу семьи. К чему тогда этот макияж? Киваю, слабо улыбаясь, и тут же открывается дверь с кухни - выходит знакомый повар с тарелкой в руке. Когда она оказывается передо мной, в ноздри бьет облако нежного аромата выпечки и свежего клубничного варенья, который переносит меня в зеленое лето, наполненное прогулками с бабушкой. - Где поднос? - взгляд Виктории наполнен равнодушием, в отличии от ее голоса, врезающегося в уши и заставляющего даже меня присесть на иголки.- Простите, я...- Пошел вон! Это будет вычтено из твоей зарплаты.Повар спешно удаляется, а я провожаю его стеклянными глазами. Несколько минут назад я также отвечала медсестре.- Прости, дорогая, но с ними только так, иначе плотно садятся на шею... - она кладет щеку на ладонь и расплывается в улыбке, словно масло на солнечных лучах. - Приятного аппетита.Она внимательно наблюдает, как я с наслаждением уплетаю определенно лучшие сырники в моей жизни. Вороные блестящие волосы, нежно-алые бархатные губы и эти большие глаза - точно кошка, она глядит на меня с лаской, скрывающей заснувшую строгость. Как ей подходит это воздушное зеленое платье с длинными рукавами.- Ты напоминаешь меня в детстве. Осторожная, податливая и вежливая, все делаешь по струнке. И да, я в курсе про твою сегодняшнюю выходку. Молодец, - ее губы растягиваются в навязчивой улыбке. - Такие всего могут добиться. Быть может, ты спасешь планету, или еще того серьезнее...Смолкает.- Такие, как ты, обязаны знать правду и рано или поздно найдут ответы на все свои вопросы. Только дам совет, - Виктория двигается ближе ко мне, приподнимаясь со стула. - Стоит посмотреть на вещи под другим углом, как они тут же принимают иную форму. Порой истиный вид скрывается за обложкой.- К чему Вы клоните?Тетя садится на место, опускает взгляд на последний сырник в своей тарелке и ухмыляется.- Ты сама все знаешь. Пойми, я лишь хочу помочь тебе, я не враг. Так и знала, что тетя с теми еще странностями. Да что она вообще несет?- Эдвин!В столовую вбегает другой повар, со светлыми волосами, заправленными в специальную шапочку. Он не смеет поднять взгляд на тетю - возможно, опасается попасться под горячую руку, как его товарищ.- Убери, пожалуйста, посуду, помой ее, и можете покушать, - теперь она говорит спокойно. Все-таки она не злая женщина, просто требовательная.- Хорошо, спасибо, - он рысью подбирается к столу, стараясь не коснуться Виктории, и уносит ее тарелку.Ответы на все вопросы... Ведь именно так сказал тот незнакомец, из-за которого я потеряла сознание. Аня, эту фразу использует каждый третий человек, беспокоиться не о чем.Но что-то я не очень верю себе. Как бы то ни было, она просто хочет помочь... - Как покушаешь, Мария отведет тебя к нам в зал. И не забудь мои слова. Ничего не отвечаю. Язык уперся в нёбо и медленно двигается сверху вниз, по кругу. Аппетит вызывает лишь тонкий приятный аромат сырников, и я с неохотой принимаюсь за них, вслушиваясь в отдаляющиеся шаги тети. ***- В этой части дом немного другой, - когда мы с медсестрой переступаем порог высокой извилистой по сторонам двери в левый коридор второго этажа, я осторожно вытягиваю шею и заглядываю вперед.- Здесь проходят приемы важных гостей. Кто только не побывал в нашем зале! Чуть ли не сам президент, его заместитель, прекраснейший человек, - она с улыбкой смотрит мне в глаза. - У него безумно красивая супруга. Такая женщина... Одним взглядом может прожечь насквозь, но она крайне добра и вежлива.- Правда? Вот уж интересно заглянуть за кусилы политиков! Неужели тут были такие важные персоны? И ходили по этому ковру... - я перевожу взгляд на свои ноги, шествующие по поверхности красного ковра. По стенам симметрично развешаны декоративные свечи, запертые в стеклянных "вазах", а обои пестрят ровными узорами, напоминающими эскизы цветов. - Как их звали?- Я так и не вспомню, Анна... Они были здесь около двух лет назад, заместитель президента тогда тяжело заболел. Твоя тетя считается одним из самых престижных врачей, да и она прекрасно поладила с той леди.Вздыхаю полной грудью, а губы расползаются в улыбке. Душа трепещет от понимания некой раритености этой части дома, и все-таки не может найти покоя.- Мария, - я первый раз называю девушку по имени. От неуверенности облизываю нижнюю губу, но медсестра смотрит на меня с совершенным спокойствием и торжеством, - Извини за сегодняшнее, я была не в настроении из-за новостей... Ты же сама понимаешь, ты ведь человек, как и я. Никто не хочет по-дурацки улыбаться, глядя на смерть.- Не стоит думать об этом. Я не могу долго держать обиду, - она наклоняет голову и улыбается, из-за чего ее миловидное личико становится еще нежнее.Повороты сменяют друг друга (даже интересно, насколько большой этот дом, и количество работников уже не так удивляет), и мы выходим в комнату. Вместо дверей - две длинные шторки в стиле ступеней, ниспадающие к полу.- Доброго дня, - голос Марии эхом разлетается по огромному залу, по размерам гораздо больше столовой. Не удается бегло оценить заполнение комнаты - она большая, словно целый коридор! Длинные стены увешаны картинами, выставленными по линии окружности в ряд от одного конца входа до другого. На них изображены незнакомые мне люди с подписью имен и каких-то дат, а что примечательно, они расставлены в хронологическом порядке - это легко прослеживается в сравнении качества картин (первые представляют собой легкие очертания, последние - подробную внешность той или иной персоны). На громадном потолке красуется стеклянная люстра со свисающими бриллиантами, закрепленными на жестких нитках. Они переливаются оттенками желтого - трудно представить, сколько денег было потрачено только на одну изящную люстру.Прямо под ней покоится низкий широкий стол из дерева темной породы на маленьких узорчатых ножках. Подле него стоит несколько стульев, два из которых занимают тетя и бабушка.- Бабуля! - я радостно вскрикиваю и смеюсь.Она сразу поворачивается, поднимается и приглашает меня в объятия. На ее коленях сидит мой пушистый Хелпер, которого забрали с утра, чтобы покормить. - Солнышко мое, доброе утро! - я утыкаюсь в ее теплое плечо, наслаждаясь терпким чувством родства. - Как ты? Все хорошо?- Сейчас да...Бабуля смотрит на меня своими глубокими голубыми глазами, улыбается розовыми губками. Ее лицо - олицетворение молодости, любви, гармонии. Я глажу хомячка по спинке и целую его в мордочку. - Наше расставание было недолгим, - Виктория подмигивает мне, закинув ногу на ногу. - Угостишься мармеладом? - указывает тонкой ручкой на прозрачную тарелку, наполненную красными, зелеными и желтыми мармеладками.- Лучше не отказывайся, тетя сегодня уезжает на важную встречу, - бабушка склоняет меня принять угощение.- Это важнее смертельного холода?- Да, - Виктория равнодушно улыбается и, опустив голову, поднимается из-за стола. - Мне уже пора, не покидайте дом без меня. Вернусь к вечеру, повара уже осведомлены о своих обязанностях. Со мной уезжает только водитель, остальные будут с вами.- Береги себя, пожалуйста, - бабуля крепко обнимает сестру, и их лица озаряются беспокойством.***- А... Почему вы так не похожи друг на друга? Внешне, - рассматривая картины в зале, я обращаюсь к бабушке. Она стоит около меня, также с интересом вглядываясь в лица дам в шляпках с пышными перьями и бюсты статных мужчин с сильно сжатыми губами. Я провожу кончиками пальцев по острому подбородку Рейвена Третьего (это имя подписано крупными буквами внизу), который вот-вот прорежет поверхность холтса. Ему мешает лишь защитное стекло.- Виктория стремится к идеалу, поэтому раньше прибегала к пластическим операциям. Теперь - нет. - Она выглядит бесподобно, как одна из этих красавиц, - указываю на двух женщин, идущих после Рейвена. Бабуля по-доброму ухмыляется.- Губы и скулы дают о себе знать. В свое время сестра была мечтой миллионов мужчин, о ее красоте говорили все! До хирургического вмешательства мы казались отражением друг друга.- А почему ты не делала пластику?- Мне это не нужно, я сохраняю молодость естественными мерами, - она улыбается. А ведь так и есть: на лице моей 50-летней бабушки невозможно отыскать ни малейшего следа старости. Ее молодят шикарные белоснежные локоны, талия... - Рецепт моей красоты - отличное настроение и ты.Она обнимает меня за плечи, и я улыбаюсь губами, задержавшись около одной из картин. В один момент начинаю смеяться.- Как эта дама похожа на меня! Даже забавно, Земля настолько круглая. У... - ищу ее имя, - У Эливии Партен мои черты лица, погляди!Я встаю около картины и улыбаюсь бабушке, ожидая ее вердикта и, безусловно, смеха, ведь такое поразительное сходство может разве что удивить и развеселить, оставить уморительный отпечаток в душе и всколыхнуть разум! Но она лишь слабо улыбается, открыв рот, и как-то странно пристально всматривается в изображение Эливии.- Солнышко, я пойду позвоню Инне, узнаю, как там ее семья, все ли хорошо, а то последние события могли сказаться на их самочувствии. Если хочешь, можешь найти меня в комнате, соседней с твоей.Не успеваю ответить, как она уходит, послав на прощание воздушный поцелуй. И больше никакой реакции. Неужели это вывело бабулю из равновесия? Или картина носит некий запретный характер?Снова поворачиваюсь лицом к Эливии. Королева улыбается, слегка обнажая зубы и смотря куда-то вдаль. Короткие объемные волосы аккуратными кудряшками покоятся под массивной шляпкой из, кажется, черных перьев, аккуратно собранных в розы. На ней элегантная белая блузка с модными в прошлом пышными рукавами и красивым, собранным чуть выше уровня ключиц воротником. Ее добрые глаза и две линии под ними (будто их легким движением руки нанес художник), ровный нос и пухлая нижняя губа - все взято с меня, все твердит обо мне, об Анне. Я была свидетелем случаев, когда живущие ныне люди так напоминали императоров, но впервые испытала чувство сходства на себе.Годы правления Эливии написаны под ее именем. Пятьдесят семь лет... Видимо, это была могущественная и авторитетная женщина.- Здравствуйте, Анна, - на входе появляется медсестра, слегка наклоняет голову набок и вежливо улыбается. - У Вашей тети великолепная коллекция картин правителей. Знали бы Вы, какая история связана с каждым из творений! - она быстрым шагом подходит ко мне и по очереди указывает на изображения. - Вот это из Италии, это из Франции, а это вообще редкий экспонат, проданный за пять миллионов евро, подумать только! А вот и красавчик Петр Первый, портрет по личному заказу Виктории, здесь же ручная работа Якова Кальбаха, знаменитого еврейского художника, - девушка указывает на мужчину с густой бородой, из под которой едва заметно виднеется широкий нос.- Мария... - я поддаюсь к ней, но ноги сами откидывают тело на место.Нужно спросить.Она смотрит на меня покорно, как щенок на хозяина в ожидании команды.- Картины правда красивые. Но вот эта... - перевожу взгляд на Эливию. - Кто она?- О-о-о, самая могущественная правительница рода Партен. Ее по сей день почитают все великобританцы. Эта женщина правила почти шестьдесят лет, подчинила себе, грубо говоря, весь мир! В каждом уголке планеты знали о влиятельности королевы. При ее правлении Великобритания стала сильнейшей мировой державой, вышла на невероятный уровень... Если хочешь, я как-нибудь дам тебе парочку уроков истории.- Спасибо. Я пойду к себе.На этот раз Мария не сопровождает меня бок о бок, а шествует позади.Что-то внутри подсказывает, что Эливия не спроста встрепенула мое сердце. Что я не по случайности прибыла к тете."Стоит посмотреть на вещи под другим углом, как они тут же принимают иную форму. Порой истинный вид скрывается за обложкой"...Не стоит забывать об этих словах.