4

Глава 4Звездная Лань стояла на Высокой Скале, на фоне прозрачного синего неба грациозная кремовая предводительница казалась проплывающим над скалой облаком.

– Властью, данной мне Звездным племенем, я даю тебе воинское имя, – громко звенел над поляной её голос. – Ветринка, отныне ты будешь зваться Ветренницей. Звездное племя гордится твоей отвагой и желанием постигать всё новое, и мы с радостью принимаем тебя в ряды полноправных воителей Грозового племени!

Новоиспеченная пёстрая воительница смущенно принялась разглядывать свою грудку, когда поляна взорвалась радостными криками котов, повторяющих на все лады имена новых воинов племени: «Вихрегон! Змеезуб! Ветренница!».

Лунничка тоже выкрикивала имена, а вот Гусёнок, сидевший в тени возле детской, был слишком взволнован, чтобы выдавить из себя хоть звук. Коты бродили по поляне, обменивались с соплеменниками последними новостями, поздравляли новоиспеченных воителей и их наставников. Гул болтовни, похожий на непрерывное птичье щебетание, заполнил ущелье.

– Подождите! Не расходитесь! – старалась перекричать шум Звездная Лань. – Сегодня мы проведем ещё одну церемонию. В нашем племени появится новый ученик.

Воины вернулись на свои места под скалой, недоуменно переговариваясь друг с другом. Гусёнок услышал как Легкоступ шепчется с Ясноглазкой:

– Но никому из котят ведь ещё нет шести лун?

– Неа. Я думала, детки Колосинки станут оруженосцами только следующей луной, – ответила рыжая кошка.

Гусёнок перевел взгляд на Колосинку, что сидела возле детской: светло-коричневая королева вопросительно уставилась на Маргаритку, но его мать молча отвела глаза. На секунду малышу стало страшно: вдруг, мама рассердится, если его сделают учеником так скоро? Неужели она боялась, что в эту самую минуту нарушается Воинский закон?

«Все хорошо! У меня же есть дар!» – думал котенок, вонзая крошечные коготки в утоптанную землю. Но ему совсем не нравилось хранить всё в секрете от матери.

Позади него Лунничка вытянула шею, выискивая взглядом Цаплика с его братом и сестрой.

– Быть этого не может! – пискнула она. – Кого собираются производить в оруженосцы? Цаплик мне ничего не говорил!

– Гусёнок, выйди, пожалуйста, вперед! – зазвенел над поляной голос Звездной Лани.

Все разговоры тут же прекратились. Гусёнок заковылял к предводительнице и встал у подножия Высокой Скалы. Звездная Лань грациозно спрыгнула со скалы и коснулась макушки котенка своим подбородком, прежде чем обратиться к племени.

– Туча изъявила желание обучить Гусёнка искусству целителей, – объявила она. – Гусёнок, с этого самого дня, пока ты не станешь полноправным целителем, ты будешь зваться Гусолапом. Твоей наставницей станет Туча и, я надеюсь, она обучит тебя всему, что знает.

Кончиками ушей котик чувствовал теплое дыхание предводительницы, когда она лизнула его в макушку, прошептав: «Удачи, малыш!».

Гусолапу показалось, что все его внутренности переплелись внутри в тугой, не распутываемый узел. Котенок не посмел поднять глаз на соплеменников, молча слушая выкрики за его спиной:

– Что происходит? Ему же только четыре луны от роду?!

– Он ещё слишком молод, чтобы учиться на целителя!

– Я не хочу, чтобы этот мелкий выхаживал меня, когда я буду ранен!

В эту секунду новый голос, спокойный и хриплый, прорезал воздух на поляне, и все коты разом замолкли:

– Как ваша целительница, я прошу вас довериться мне, как вы всегда доверяли, – это была Туча. – Я сделала правильный выбор, обещаю вам.

– Это Звездное племя подсказало тебе избрать его в ученики? – спросила кошка, в которой Гусолап узнал Дождегривку.

На поляне воцарилось молчание, затем Туча уверенно сказала:

– Да. Этому малышу предначертан особый путь, и я сделаю все, чтобы помочь ему следовать по этому пути.

Гусолап сделал глубокий вдох и обернулся, к его облегчению несколько котов выкрикнули его новое имя: «Гусолап! Гусолап!».

Он с благодарностью кивнул Зяблице, Шаркуну и своей сестре, Лунничке. Другие котята не спешили его поздравить, только глазели на него, а новоиспеченный воитель, Вихрегон, презрительно скривил губы, обнажая длинные желтые клыки. Видение уродливого барсука, его черно-белой морды, с раскрытой в зловещем рычании пастью, вновь вспыхнуло в голове котенка.

Когда Звёздная Лань исчезла в своей палатке, Острогрив принялся организовывать патрули. Напряжение, которое искрилось в воздухе всю церемонию посвящения котенка, исчезло, и Гусолап наконец-то смог свободно вздохнуть. Несколько котов кивнули ему, но он не смог их всех различить среди неясных очертаний множества тел, хвостов, морд. Гусолап задумался, мертвы они или живы. Он старался разглядеть их всех, понять разницу между этими загадочными котами и его соплеменниками, но это было нелегко. Он был уверен, что видел маму Крапивника возле поваленного дерева, а ещё того полосатого кота, который сказал ему, где искать Ветринку.

Крапивник прошамкал мимо него, и котёнка обдало запахом мышиной желчи и кашицы из разжеванных целебных трав.

– Чего только не удумают, – рычал он на ходу. – Котята становятся учениками в четыре луны? Во времена моей молодости такого не было!

Гусолап нахмурился, но тут почувствовал, как сестрёнка прижалась к его боку:

– Да не слушай ты его, – замурчала она. – Он злится потому, что у него клещей на шерсти больше, чем звёзд на небе.

Гусолап повернулся к сестре, волны стыда исходили от его шерсти.

– Прости меня, – выдохнул он, – Это несправедливо, что я стал учеником раньше, чем ты!

Лунничка коснулась кончиком хвоста его губ.

– Ничего не говори! – мяукнула она. – Я горжусь тобой. Ты станешь следующим целителем нашего племени!

– Но… разве ты не будешь скучать по мне? – спросил он. – Я ведь теперь буду спать в палатке Тучи!

Но Лунничка, казалось, смотрела сквозь него, туда, где деловито о чем-то разговаривали несколько воинов.

– Со мной всё будет хорошо, – сказала она и смущенно продолжила, – Как ты думаешь, могу я подойти к Вихрегону? Вдруг, он не захочет со мной разговаривать теперь, когда он стал воителем? Может, я кажусь ему несмышленым котёнком?

Гусолап проследил за взглядом сестры. Вихрегон хвастался Смерчу и Летяге, что поймал во время испытания огромного голубя, ну коршуна просто! Гусолап пожал плечами.

– Ну, если ты готова слушать, какой он великий да могучий, можешь подойти, уверен, он против не будет! – пробормотал Гусолап.

Но Лунничка уже радостно скакала через поляну к группе воинов.

Гусолап почувствовал чье-то дыхание за своей спиной: это Туча сидела у входа в палатку старейшин и пристально наблюдала за ним. Котик понял, что его новая наставница хочет, чтобы он подошел к ней. И он пошел к проёму в папоротниках, тяжело переставляя лапы. В глубине души он чувствовал, что отправляется в глубокую темную нору, из которой ему никогда не найти выхода.

***Казалось, тьма сейчас проглотит его без остатка. Каждая шерстинка его встала дыбом, он дрожал от легкого ветерка, что гулял по каменному туннелю. Неясная белая фигура замаячила перед ним, от нее пахло сыростью и камнями. Это была Туча:

– Скорее, Гусолап, – поторопила она ученика, – луна сейчас поднимется!

Кошка повернулась и устремилась вперед, в темноту.

Гусолап бросил последний взгляд за свое плечо: позади него лежали зеленые холмы, что спускались вниз, к серой полосе Гремящей Тропы, а затем возвышались снова, открывая взору вересковые пустоши племени Ветра. И там, вдали, темнел плотной массой деревьев знакомый ему лес, где сейчас спокойно спали соплеменники котёнка, даже не думая о целителях племен, что в эту ночь половинки луны совершают путешествие к священному месту. Гусолап устал, в его голове всё еще кружились картины того, что он сегодня увидел: Гремящая Тропа, ферма с вечно лающими собаками, зеленые луга и коты… коты, которых, кроме него, не видел никто.

Тощий серый кот умер у его лап прямо на границе с племенем Ветра. Вопли потерянного котёнка, зовущего маму, эхом отражались от плотной изгороди, что шла вдоль Гремящей Тропы. Гусолап пытался заговорить с этими котами, но они смотрели сквозь него, будто и не видели его вовсе. Что всё это означало? То, что все эти события уже произошли? Или он видел то, что произойдет в будущем?

Он поежился и побежал догонять Тучу. Здесь, у Материнского Истока, трое котов пристально наблюдали за молодым учеником. Казалось, их шерсть была соткана из крупиц тумана, через странных котов просвечивали серые скалы. Они ободряюще кивнули Гусолапу, когда тот слегка замялся у входа в тоннель; котик подумал, что это его далекие предки из Звёздного племени, что оставили свои жизни на этой земле далеко позади. Где-то в глубине туннеля котик слышал приглушенные голоса остальных целителей, что устраивались на каменном полу пещеры: там были Алоцапка и Полынька из племени Теней, Чесночник и Ястрелап из племени Ветра и Шептунья из Речного племени.

Гусолап сделал глубокий вдох, будто собирался нырнуть в ледяную реку, и ступил в туннель. Ему было непривычно ступать по холодному гладкому камню после мягкой, прогретой солнцем, земли.

– Всё хорошо, следуй за мной, – голос Тучи откликнулся эхом от каменных стен. Гусолап поближе прижался к пушистому бедру старой целительницы и последовал за ней в темноту, все дальше и дальше вниз.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем котик смог отличить силуэт своей наставницы от каменных стен. В конце туннеля оказалась пещера, в центре которой высился огромный сияющий камень. Он был намного больше Высокой Скалы и был почти таким же огромным, как Великая Скала на поляне Четырех Деревьев, которую котик видел по пути сюда.

– Я всё ещё думаю, что ему слишком рано быть здесь, – пробормотала Шептунья, устраиваясь на холодном полу в дальнем углу пещеры. – Сколько ему? Четыре луны? Он еще молоко должен сосать в детской!

Гусолап знал, что эта сварливая черно-белая кошка была наставницей Тучи, когда та жила в Речном племени. Видимо, старуха думала, что все еще может давать указания Грозовой целительнице.

– Если Туча думает, что малышу нужно начать учиться сейчас, то кто мы такие, чтобы спорить? – пробасил Чесночник из племени Ветра. Он был очень добр к Гусолапу за время путешествия, и даже помог малышу пробраться через колючую изгородь, уверяя его, что визжащие собаки до него не доберутся.

– А почему я должен был ждать шесть лун, чтобы стать твоим учеником? – прошептал Ястрелап. – Разве Звездное племя не присылало тебе знак обо мне?

Чесночник выдохнул в темноту.

– Ты стал моим учеником, потому что так было лучше для тебя, – ответил он. – А теперь успокойся и закрой глаза. И не забудь коснуться носом Лунного Камня.

Туча подтолкнула Гусолапа вперед, и котик пополз на животе, пока не уткнулся носом в холодный камень. Он закрыл глаза, а затем вновь открыл их.

– Туча? – выдохнул он.

– Что такое?

– Мы ведь собираемся увидеть Звездное племя?

– Да. Так что лежи тихо и неподвижно, и они явятся тебе, – прокряхтела кошка.

– Но ведь и так вижу их все время! В лагере, даже по дороге сюда! Думаю, в этой пещере тоже кто-то из них сидит!

Туча тяжело вздохнула.

– Ты ещё не видел самых важных котов Звездного племени. А для этого нужно ходить к Лунному Камню.

Гусолапу пришлось вывернуть шею, чтобы взглянуть в глаза наставницы.

– Откуда ты знаешь, что я их ещё не видел? Я же не могу сказать тебя имена всех, кто мне являлся. Может мне вообще всё это не нужно. Я могу стать целителем прямо сейчас!

– Ты был моим учеником всего четверть луны. Ты знаешь все на свете травы? Знаешь, как вылечить любую болезнь? Как принимать роды у королевы? Нет. Вот ты-то как раз, и не можешь стать целителем прямо сейчас! – строго сказала Туча.

Она дотронулась лапой до его щеки.

– Дотронься носом до камня и засыпай.

– Чего кудахчете? Замолчите вы или нет? – рявкнула на них Шептунья.

– Прости, – прошептала Туча. Она наклонилась вперед и прижалась к камню своей широкой плоской мордой.

Гусолап лежал, прижав нос к камню. В пещере становилось все холоднее, коты рядом с ним начали засыпать. Пока он слушал, как замедляется их ровное дыхание, воздух в пещере, казалось, застыл. Котик вздохнул. На этом твердом каменном полу было невозможно заснуть, а лапы кота всё еще покалывало от долгой ходьбы. Он приоткрыл глаза. Над его головой висела половинка луны, освещая древний кристалл серебряным светом через крошечное отверстие в потолке. В лунном свете Гусолап мог разглядеть силуэты котов, спящих рядом с ним. Ученица Алоцапки, Полынька, шевелилась во сне, её белая шерстка сливалась с сияющим камнем. Гусолап снова вздохнул. «Как же здесь скучно! – подумал он. – Мне холодно, и я совсем не хочу спать!». Интересно, ничего не случится, если он выйдет из туннеля?

– Гусолап! Гусолап!

Котик напрягся, услышав чей-то шепот. Кто-то из учеников проснулся?

– Гусолап!

Из теней позади Лунного камня на него уставилась пара зеленых глаз, которые сверкали как звезды. Вот еще одни заморгали в темноте, и еще одни – и вскоре Гусолап оказался окружен неизвестными котами. Они приближались к нему, множество светлых, серых, серебристых шкурок сияло в этом море котов.

– Мы ждали тебя, Гусолап! – сказал один из них.

– Долго-долго! – вторил другой.

– Мы наблюдали за твоим появлением на свет!

– Услышь же нас, нам так много нужно тебе сказать!

Гусолап попятился назад, прижав уши.

– Стойте. Вас так много. Пожалуйста, говорите по одному!

Чья-то морда оказалась прямо перед ним.

– Грозовое племя обречено! – завыл кто-то.

– Да придет кот с огненной шерстью…

– Не доверяй никому, даже своим соплеменникам! Тени проросли уже в сердцах многих!

– Берегись полосатой морды да клацающих зубов!

Гусолап попытался протиснуться к выходу.

– Прекратите! – умолял он. – Мне страшно!

Он взглянул на других целителей, но все они еще спали, беседуя во снах со звездными предками. Почему эти коты окружили его? Почему они не подождали, когда он заснет?

– Вода, так много воды… Больше чем кто-то видел прежде…

– Вы найдете друзей в неожиданных местах. Слушайте, что расскажет вам полночь.

– И вода в озере станет красной от крови брата!

Гусолап нащупал подушечками лап выход из тоннеля. Он развернулся и понесся наружу. Но страшные слова преследовали его:

– И да возвысится племя Теней над всеми лесными племенами.

– И будут Тигр и Леопард пировать на костях!

– Реки крови прольются, унося за собой все, что знали лесные племена…

Гусолап мчался все дальше и дальше, не обращая внимания на боль в стертых лапах. Вскоре она почувствовал, как ветер шевелит его усы, и вылетел на поляну, тяжело дыша. Он споткнулся о кусок скалы и осел, позволив тишине ночи окутать его. Звездные коты остались там, в тоннеле. Он был один.

– Гусолап? Что это ты творишь?

Гусолап обернулся. Туча стояла у пасти пещеры, строго смотря на него.

– Ты не можешь покинуть Лунный Камень, пока церемония не закончится! Я всё еще не назвала тебя своим учеником перед ликами Звездного племени. Пойдем, остальные ждут нас.

– Но Звездное племя уже знает, кто я! – запротестовал котёнок. – Они пришли ко мне, все они, и наговорили кучу своих пророчеств! – Котик задыхался. – Но я не мог их всех выслушать! Я так испугался! О говорили мне страшные вещи… которые скоро произойдут!

Он прервался и заплакал.

Туча подошла к нему и прижалась плечом к его боку.

– Всё хорошо, малыш. Успокойся. Мы найдем способ контролировать эти видения.

Гусолап уставился на наставницу безумными глазами.

– Это не видения! – завопил он. – Они здесь! Они вокруг нас!

– Тогда научись не обращать на них внимания! – мяукнула она. – Быть целителем, это нечто большее, чем просто разговаривать со звездными предками. Еще столько трав предстоит изучить, столько способов лечения болезней, а сколько предстоит разгадать знаков. Остальные коты должны видеть, что ты готовишься стать целителем по законам и правилам, которые они уважают. И помни, никто не должен знать о твоем… даре.

Казалось, кошка еле выдавила последнее слово.

«Какой же это дар?! – подумал Гусолап, – Я не хочу видеть всех этих мертвых котов! Я не хочу быть целителем! Я просто хочу стать воином!»

Котик поднял глаза к усыпанному звездами небу и беззвучно закричал: «Слышите, звездные предки! Найдите себе другого кота, чтобы толковать с ним!»