Где правда, а где ложь?

Сегодня автор выложила новую главу, а завтра идёт умирать на ЕГЭ по химии. Желаю всем выжить

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Вся Безликая семья была в сборе, находилась в среднем мире, в особняке, в спальне супругов. Миранда лежала на кровати, дышала тихо, прерывисто, неспокойно. Её тело время от времени подрагивало, а из уст вырывались какие-то слова, которые нельзя было разобрать.

Дэмиэн сидел на кровати рядом с женщиной, совершенно не понимая, что и как делать. Мысли прочесть? Воспоминания? Ему толком ничего не объяснили, поскольку рядом стоящие сами не понимали, как себя вести.

«Черт. Я понятия не имею, что надо делать!» — Сам на себя ругался юноша, ощущая беспомощность, ведь никто не мог ему помочь. А хуже всего то, что он чувствовал эмоции каждого из присутствующих: страх, отчаяние, волнение, надежда, грусть, гнев.

Глава семьи и четверо сыновей пребывали в ожидании чего-либо, стараясь вести себя тихо и держать себя в руках. У Сплендора были проблемы с этим, он тихо плакал. Трендер, когда нервничал, хрустел пальцами, Офф просто скалил зубы. Только Кабадатх и Слендер молча наблюдали. Но их тяжёлый и выпрашивающий взгляд был хуже, чем посторонний шум.

Дэм отчасти был в смятении, что давненько не испытывал. По-прежнему задавался вопросом, что делать, но получил подсказку от того, от кого меньше всего ожидал.

— Произнеси «Анен Сан Рама», потом иди на её голос.

Джастис не понимал, как какие-то слова могут ему помочь. Ещё больше удивлялся, что Демон внутри решил помочь. Терять всё равно было нечего, поэтому парень едва слышно произнёс эти слова и… Ничего… Просто встал и смотрел на женщину.

— Скажи прямо, что не можешь! — Рявкнул насильник.

— Оффендер, заткнись! — Холодно приказал старший брат.

— Если отец не смог, то что Дэм может?! Мы даже понятия не имеем, что с мамой!

Между ними могла завязаться драка, однако грохот прервал их планы. Источником звука оказался Дэмиэн. Он просто лежал на полу, приняв облик Безликого, и что-то бормотал, глаза были распахнуты и залиты фиолетовым светом, а самого охватила тряска. Все попытки вывести парня из этого состояния закончились ничем.

— А-А-А! ЧТО ЭТО?! — Завопил Сплендор, когда из-под тела Дэма поползла чёрная дымка, что приняла форму его тела.

— Это ещё что такое? — С явным испугом и недоверием задался вопросом Кабадатх. Ещё сильнее насторожило, когда эта штука нависла над его женой, опустилась вниз и растворилась.

— Что это было?! — Непонимающе воскликнул модник.

— Я не знаю… Я не знаю… — Ответил отец.

Им всем оставалось только ждать, пока Дэм, судя по всему, что-то делал.

«Угх… Где это я?» — Дэмиэн встал, огляделся, но ничего не видел, кроме мрака. Удивительно, как он вообще стоял, раз какое-то время просто падал, а приземление было жёстким.

Он стал потирать ушиб на голове, всё ещё стараясь понять своё положение. Немного боязно сделал первый шаг во тьму. Не падал, значит, можно идти. Следующие шаги тоже были не слишком уверенными, но в итоге походка стала быстрой и твёрдой.

— Ау! Есть кто? Миранда? Вы где?

В ответ — тишина, не было никаких звуков, кроме своих мыслей Дэм ничего не слышал, даже своего дыхания и шагов не мог услышать. Просто пустота, что поглощала абсолютно всё. Юноша просто шёл вперёд, пока снова не провалился куда-то вниз, но на сей раз приземлился на ноги.

Он оказался в сомнительном месте, что напоминало средневековые катакомбы, стены которых были в пятнах свежей и засохшей крови, в кандалах кто-то сидел, кто-то, похожий на духов, людей или обезображенных трупов. Увидев Дэма, они сразу накинулись на него, подняв такой крик и визг, что Джастис скривился и постарался как можно быстрее покинуть это место. Каждый, мимо кого проходил Безликий, пытался вцепиться в Джастиса, благо, этих тварей сдерживали цепи. Они не говорили, не просили о помощи, просто стонали и пытались вырваться, зацепиться за Безликого, который, возможно, смог бы их вытащить отсюда.

— Какого чёрта? Неважно. Миранда? Госпожа Миранда, где вы? — Снова не было ответа, только визг и крики. — Как же они мне надоели.

Представил в своих руках пистолет, он и появился. Это странно, поскольку юноша пребывал в нематериальном мире, но эти раздумья отошли на второй план, он сделал несколько предупреждающих выстрелов в потолок. Звук распространился эхом по бесконечным коридорам. После этого создания замолчали и стали забиваться в углы, точно как забитые животные. Дэмиэн снова позвал Безликую по имени, наконец услышав едва различимый женский голос. Джастис пошёл на него, всякий раз убеждаясь в подлинности голоса. Парень несколько раз за весь путь звал Миранду, а она ему отвечала. Неизвестно, сколько он так шёл, наконец он завернул за угол и увидел знакомый силуэт.

— Госпожа Миранда?

— Дэмиэн? Как ты?..

— Неважно. Надо вытаскивать вас отсюда. Как вы вообще умудрились потерять душу?

— Предсказания — дело тонкое и опасное. Чтобы заглянуть в будущее, душа на какое-то время должна покинуть тело, дабы впитать в себя энергетику пространства и времени, но чтобы заглянуть как можно дальше, нужно дольше быть вне тела, при этом душа невольно удаляется от оболочки, потом теряется среди этих лабиринтов.

— А кандалы кто на вас надел?

— Никто. Они возникли сами по себе. Если душа находится за пределами тела дольше обычного, тогда исчезает энергетика, и душа становится, можно сказать, потерянной.

— Но всё же, цепи-то зачем?

— Чтобы злые и прогнившие души не могли попасть в мир живых, заняв пустующее тело, и не сеять беспорядки. На возвращение души в оболочку даются только сутки.

— Твою ж! Как эти цепи разорвать?!

— Никак… Прости, Дэми… Никак.

— Что?.. В смысле?! Должен же быть способ! Обязан!

— Нет, нет такого способа. Я обречена быть здесь. Это уже не изменить. — Она говорила тихо, с лёгкой грустной улыбкой и со слезами на глазах. — Прошу, Дэмиэн, попроси прощения за меня перед мужем и моими сыновьями. Мне правда очень жаль.

— Н-нет. Этого… Это не должно быть так!

Он снова попытался разорвать цепи, пока женщина с тоской за ним наблюдала. Она уже смирилась со своей участью. Поняла, что это была её ошибка. Её душа не могла противиться сильному потоку энергии мира, она должна была увидеть грядущее.

— Дэмиэн… Всему придёт конец… Демоны вырвутся, но… Я думаю, что ты и сам знаешь. Ты же сам видел грядущее, не так ли?

— Я же с самого начала говорил, что меня надо убить!.. — Он упал на колени перед ней и опустил голову.

Женщина нежно погладила его по голове, заставив парня поднять свои глаза, в уголках которых уже собирались слезы. Он знал, что почувствуют Кабадатх, Слендер, Оффендер, Трендер и Сплендор. Он хорошо помнил это чувство утраты, отчего у самого вновь кольнуло в сердце. Так не должно было быть. Но почему всё именно так?!

— Прости, Дэми. Но я хочу, чтобы ты меня выслушал. Я знаю, что именно ты станешь предвестником падения всех миров, но ты сам хочешь этого?

— Н-нет…

— Я знаю это. Будущее зависит от нас. Я верю, я знаю, что всё будет хорошо. Всё зависит от тебя. Ты либо смиришься с этой участью, либо найдёшь способ бороться… Я очень всех вас люблю. Тебя тоже, Дэми.

Она взяла его за лицо, подтянула к себе и поцеловала в лоб. У неё и у внука по щекам текли слезы.

— Тебе пора. Я не прощу себя, если и ты тут будешь пленён.

— Я без вас не уйду!

— Дэмиэн, прошу. Просто уходи. Это бессмысленный риск — тебе тут оставаться. Это ненужная жертва. Прошу, послушайся меня…

— Я… Я…

— Всё хорошо… Правда…

Он не мог смириться, но и поделать ничего не мог, он просто сидел перед ней, ощущая, насколько он сейчас бесполезен. Его просили о помощи, а он что сделал? Ровным счётом ничего.

— Дэмиэн?..

Неожиданно он обнял её, всё ещё ощущая, словно всех предал. Не спешил её отпускать, если бы она не разомкнула его руки.

— Простите меня… — мягко произнесла женщина.

— Вам… Вам не за что извиняться… Я… Аргх!

Его ноги и руки стали больно обжигать цепи, что предвещало его пленение.

— Дэмиэн, беги!

Стиснув зубы из-за того, что бросает женщину, что наблюдала за ним с ноткой страха, сорвался с места. Она молилась за него, чтобы выбрался отсюда целым и невредимым.

Джастис не останавливался, он просто бежал, не разбирая дороги, всё время уворачиваясь от цепей и прикованных душ. Откуда он знал, где выход? Юноша просто бежал сломя голову, пугаясь этого места. Эта картина застынет в его голове на долгий срок, потом и в кошмарах будет сниться. Нежданно-негаданно он провалился вниз, прямо в бездну, совсем не понимая, где верх или низ, падает ли он или завис в воздухе. Без понятия. Вот он снова стоял на ногах и пустился прочь. Всё вокруг начало приобретать цвета, Дэм стал различать разные звуки, перед глазами всё плыло.

Только прояснилось зрение, понял, что пахло кровью, сам был облит ею, в руке он держал катану, а второй держался за горло до смерти перепуганного и поднятого над землёй Сплендора.

Дэмиэн сам перепугался. Оружие изчезло, а весельчака он уронил вниз, тот вскрикнул от боли и попятился назад, упёршись спиной в дерево, а сам тихо плакал.

— Чт… Что случилось?

Парень осмотрелся. Они все находились в лесу… Вся семья, кроме Миранды. Все были ранены или почти убиты. Трендер был разорван пополам, Оффендер и Слендер прибиты к деревьям огромными ножами, а Кабадатх мучился в агонии, когда его собственная коса торчала из его тела.

Джастис снова не на шутку испугался, когда до него начало доходить возможное случившееся. Недолго думая, телепортировался куда подальше от них. Как он мог?! Что случилось?! Он просто был в панике. Исчез тот хладнокровный и спокойный взрослый парень, сейчас был только напуганный мальчишка, кто оказался непонятно где и спустя мгновение потерял сознание, корчась и кряхтя от боли и хватаясь за сердце, пока по щекам текли скупые слёзы.

Солнце уже зашло за горизонт. Тело лежало на земле посреди густой чащи. Дэмиэн уже как час пришёл в себя и совсем не двигался. Каскад чувств и эмоций членов семьи был самым настоящим испытанием для его и так расшатанной психики. Он снова провалился в те дни, когда любимые люди умирали. Он убил Миранду своим бездействием, бессилием и незнанием всей ситуации. Чуть остальных не убил, хотя он совсем этого не хотел. Он уже понимал, что понемногу начал привязываться к Безликим. Однако последнее случившееся выбило его из колеи. А Джастис даже поговорить ни с кем не мог. Не мог смотреть в их глаза без чувства вины и ненависти к себе. Они, скорее всего, уже его ненавидели. Это осознание было намного больнее горячих пуль в голову. Но, возможно, они решатся убить юношу за все его действия и за будущее, что уже неизбежно.

— Мне… мне нужна помощь… — Едва проговорил он, как вспомнил, что есть ещё родственник, кто, возможно, что-то знает. Достал сигареты и зажигалку. Только дал огоньку, как сзади послышался голос Люцифера.

— Я, честно говоря, был немного занят. — На сей раз предстал в человеческом облике.

— Простите, просто мне, действительно, не к кому обратиться.

— Всё нормально. Просто у меня там не особо вменяемый человек. Все нервы потрепал. — Он встал перед Дэмом. — Так что же такого случилось, что решил обратиться именно ко мне?

— Я убил Миранду. — Тихо ответил он, опустив голову.

— Миранду? Мать семейства? — В ответ короткий кивок. — Давай-ка поговорим в другом месте. А то лесные ландшафты меня не очень привлекают.

Демон открыл портал, жестом подозвав парня. Они оба прошли через него и оказались в поместье, где когда-то молодой Безликий убил свою тётю. Снова ностальгия, которую хотелось засунуть куда подальше. Почему он без раздумий последовал за демоном? Он сам не знал, голова совершенно не соображала, просто хотелось не думать, а освободиться от тягостных раздумий.

К удивлению парня, посреди холла возникла полупрозрачная фигура, напоминая женскую сиреневую версию Кирка или Дерека.

— Добрый день, господа. Мастер Люцифер, давно не виделись. Здравствуйте, юный мастер Дэмиэн, рада наконец с вами познакомиться.

Дэм с прищуром посмотрел на духа. Раньше её тут не было.

— Дэмиэн, это Фатима. Она дворецкий нашей семьи.

— Так, стоп. Мама знала о существовании миров, демонов и духов?

— Да, но когда повзрослела, решила сама строить свою жизнь без магии, однако старую знакомую не забывала. Кхем, прошу прощения, Фатима. Молодую знакомую.

— Но… Я вас раньше не видел.

— Так и есть. Госпожа Лилит переехала, когда господина Люцифера признали умершим. К тому же, она не хотела вести дела, связанные с магией, поскольку госпожа не очень этим и интересовалась, однако обещала, что однажды вернётся. Так где она?

Дэмиэн до крови прикусил губу и обречённо сообщил о смерти матери. Ощутил, как быстро поменялась аура духа. Если она сначала была добродушной и вежливой, то сейчас она просто была ни жива ни мертва.

— Я… Мне очень жаль, юный мастер.

— Что было, то прошло, Фатима. В этом нет твоей вины. — Учтиво проговорил мужчина.

— Вам… Вам подать ужин или чаю?

— Чаю, Фатима. Спасибо. И пусть занесут в мой кабинет.

Она кивнула и растворилась в воздухе, а дед и внук отправились на третий этаж пустующего на протяжении нескольких лет особняка.

Зашли в кабинет, который не был чем-то примечательным. Самый обычный. Люцифер сел за рабочий стол, а Дэм занял кресло перед ним. Дворецкий принесла им чай и удалилась, теперь уже можно было начать серьёзный разговор. Дэм рассказал абсолютно всё, что случилось: во сне, в лабиринтах потерянных душ, после его пробуждения и последнее нападение на Безликих.

— Я больше так не могу. Разрушьте эти чёртовы печати и убейте меня, наконец.

— Успокойся, молодой человек.

— Люцифер, поймите, что я не хочу конца света и не хочу видеть себя каким-то монстром-титаном из страшилок. Да и эта Элизабет… Придушил бы её.

— А, знаю её. — Невозмутимо сказал тот, отпив чай.

— Что?

— Да, ты не ослышался. Я её правда знаю, она дочь моего друга. Хотя друг — слишком громко сказано. А что с ней не так? Ты её раньше видел?

— Только в воспоминаниях Оффа. Почему Кабадатх и Миранда не могли увидеть эти воспоминания, когда опоили его дрянью для раскрытия разума?

— Мы демоны. Любые воспоминания, связанные с нами, в любом случае останутся неизвестными. Почему? Не спрашивай, поскольку сам не знаю. К магии не прибегаем, просто так устроена наша природа. И почему ты хочешь придушить её? Дай угадаю. Ты видел, как она столкнула Оффа в пропасть?

— Верно.

— Тогда ещё один вопрос. А ты знаешь, почему она это сделала? — Этим вопросом поставил парня в тупик. — Я так и думал. Вот смотри. Элизабет и твой папаша расстались примерно тысячу лет назад, а легенды о дамском угоднике без лица, что почти каждую ночь насиловал женщин, появились где-то две тысячи лет назад. Думаешь, что эти два события никак не связаны?

— Хм-м-м-м… Раз ты упомянул об этом, я слышал, что Офф довольно давно этим занимается.

— Тск. Что я могу сказать по поводу твоего папаши — ничего хорошего. В общем, за других тоже, что используют тебя.

— Почему ты так решил?

— Ох, Дэмиэн. — Вздохнул демон. — Прости, но временами ты глупец. Ты узнал о происхождении рода Безликих?

— Да. И что там такого было?

— Ничего особенного, просто вспомни, на чём основана их деятельность.

— Люцифер, я терпеть не могу загадки. Объясните толком.

— Хорошо. Я сам неоднократно слышал эту байку о предателе рода демонического. С самого начала Кабадатх должен был стать вечным слугой, однако решил заточить нас в нижнем мире. В основе его действий лежала месть своему господину, поскольку тот якобы использовал Безликого. Потом и поплатился заточением в том проклятом дубе. После освобождения снова мстил, отправляя всех обратно в ад. Так потом ещё и наследниками обзавёлся, надеясь, что кто-то из них продолжит его дело. Но, к его несчастью, все четверо бессильны против демонов, но вот нарисовался ты. Ты — тот, кто может запросто убить демона. По-твоему, они не намерены воспользоваться тобою?

Дэмиэн молчал. А ведь правда. Все действия Кабадатха основывались сначала на безысходности, потом на мести. А остальные члены семьи не могли никак ему помочь изгнать демонов, но вот юноша мог запросто убить по одному щелчку пальцев. Тем не менее, это выглядело как-то… недостоверно.

— Возможно, у него есть на то причины. Я же рассказал тебе о пророчестве, о последнем разговоре с Мирандой. Разве это не имеет смысла?

— Имеет, поскольку ты примешь нашу сторону в любом случае. — Он встал из-за стола и начал медленно ходить по кабинету, нарезая круги вокруг парня. — Её слова по поводу, что будущее в наших руках, — ложь. Невозможно изменить то, что уже решено судьбой. Невозможно любить того, кто станет причиной краха всех стараний монстра без лица.

— Ч-что?..

— Дэмиэн, пораскинь мозгами. Почему они уговорили тебя остаться? Почему так трепетно к тебе относятся, боятся сказать что-то, что выведет тебя из себя? Почему они так много скрывают? Потому что вы семья? Хех. Причина банальная и немудрёная. Они боятся тебя. Для них лучше иметь такого союзника, нежели врага. Они заботятся о тебе и проявляют семейную любовь. Возможно. Однако это неискренне, они любят лишь потому, что так положено. Но ты уверен, что они не возненавидят тебя за всё, что было, и всё, что будет? Они продолжат тебя любить, если не прекратятся все эти нападения? Они продолжат тебя любить за неудачную попытку пробудить ту, что была хранительницей домашнего очага? Они продолжат тебя любить, когда узнают, кто ты на самом деле и что сотворишь?

— ЗАМОЛЧИ!

Быстро настиг демона, взял за вороты его рубашки и припечатал к стене, сверля обезумевшим взглядом.

— Прости, Дэмиэн, но я лишь излагаю факты. Они никогда не будут относиться к тебе, как к члену семьи, будут только бояться. И тот, кого ты прозвал «демоном»… его просто не существует.

— С чего ты взял?! Отвечай!

— С того, что всё, что случилось, последовательно. Не было ничего нового. Я знаю, что ты страдаешь раздвоением личности. Но точно это был кто-то новый, а не ты или твой друг? Вы и раньше нападали на них. Что изменилось? Ах, точно, ты стал мягкотелым и наивным. Демоны не могут любить. Ты не можешь по-настоящему любить. Ты делаешь лишь то, что считаешь нужным. Однако правда ли, что это твоя личная мораль, а не навязанная обществом?

— З-заткнись…

Мужчина вздохнул и твёрдо встал на ноги, когда юноша отпустил его рубашку. Люцифер молча обнял внука и продолжил говорить.

— Мне жаль. Я не хотел тебя ранить, но и утаивать ложь не собираюсь. Я хочу, чтобы ты знал правду. Я буду рядом, если понадоблюсь.

— Люцифер?..

— Прошу, прими верное решение. Мне пора. Призыв работает максимум часа два.

И исчез, оставив юнца одного. Дэмиэн рухнул обратно в кресло, схватившись за голову. Так всё, что он чувствовал и делал, — ложь, это не по его воле? Его судьба неизменна, а он должен всё принять так, словно это пустяки? Он должен послушать Люцифера или остаться при семье Безликих? Это не имело значения, он не сможет ничего увидеть, кроме ненависти и горя. Он хотел провалиться сквозь землю, исчезнуть, чтобы никто не страдал. Джастис слышал о таких несчастных, вокруг которых на протяжении всей их жизни умирали близкие, один за другим. Видимо, он был таким, вокруг которого были одни смерти. Как бы то ни было, а в особняк не вернётся, по крайней мере, сейчас. Ему надо о многом подумать. Ему было страшно. Да, ему было страшно возвращаться, смотреть прямо в их глаза, ощущать все их чувства… это просто будет пыткой.

Прошло несколько дней. Дэм не объявлялся. Прокси во время охоты просто посматривали, чтобы найти его, но тщетно. Даже Безликие не могли его найти.

Вся семья была в подавленном состоянии. Кабадатх порою просто сидел в их с покойной женой спальне и пялился в одну точку, не хотел никого видеть и с кем-либо разговаривать. Слендер забросил свои дела, совсем не реагируя на потасовки своих убийц, на охоте сам он был более жестоким и кровожадным, не умел по-другому проявлять горе. Оффендер часами не выходил из комнаты, насиловал редко, в основном брал у Кагекао несколько бутылок вина, дабы забыться хотя бы на двадцать минут. Модник просто сидел за своим рабочим столом и рисовал простые тёмные наряды, которыми обычно брезговал, а сейчас они выражали его внутреннее состояние. Сплендор часто плакал, находил утешение только с Салли, что играла с ним, помогая чуть-чуть отойти от боли, пожирающей изнутри. Прокси помалкивали, понимая состояние Безликих, старались не шуметь и не беспокоить.

Салли неоднократно спрашивала, где её братик, на что все только разводили руками. У Немезиды и Дрейка было плохое предчувствие. Они в основном вместе ходили его искать, поскольку стали для Безликого друзьями. Однако поиски ни разу не увенчались успехом. Вот и сейчас они сидели на кухне и пытались выяснить хоть что-то.

— Ну вот куда он мог пойти? Ума не приложу.

— Это ты скажи. Ты сам такое испытывал.

— Немезида, моих родителей убили, а это… Я даже не понял, что произошло.

— Как я поняла, Дэм попытался вернуть душу в тело Миранды, но его тело само встало и начало атаковать семью. Спустя сутки протрезвел и исчез. Почему-то мне кажется, что он испугался всей этой ситуации и просто хочет побыть один.

— Почему ты так решила?

— А ты представь, что не смог помочь родному человеку и, сам того не осознавая, чуть не убил других.

— Ладно, логично. И куда бы я пошёл? К психологу?

— Вряд ли. Даже простые люди редко ходят к психологу, если только не дать волшебного пинка.

— Я не знаю. У нас, парней, не так, как у вас, девушек. Вам проще рассказать о своих проблемах, а нам — нет. Либо молчим, либо говорим с теми, кто не поймёт или не сможет рассказать.

— То есть с мёртвыми?

— Это тоже.

— …Похоже, что догадываюсь, где Дэм.

— Сестрёнка, ты знаешь, где братик? Тогда я иду с вами. — Сзади раздался решительный голос девочки.

Старшие переглянулись. Салли очень часто спрашивала про брата, беспокоилась за него. А Джастис с ней время от времени играл, да и в целом хорошо относился, так почему не взять её с собой.

— Хорошо, только оденься.

Салли мигом убежала и вернулась уже в курточке и сапожках. Они всей троицей вышли из дома и направились за девушкой. У неё была лишь догадка, но она не думала, что та действительно окажется верной. Дэм был на кладбище, сидел перед могилами, опустив голову.

Салли хотела позвать брата и подбежать к нему, но Охотница и Ловец ей сказали, что надо вести себя тихо.

— Почему?

— Салли, твоему брату просто очень плохо, поэтому лучше вести себя потише. — Сказал Дрейк.

Они медленно подошли к Безликому, которого девочка молча заключила в объятия, но парень не дрогнул, взгляд был пустым, а лицо равнодушным и холодным. Дэмиэн действительно был холодным, словно пробыл на улице не один день. Немезида и Дрейк сели по бокам от него и тоже сохраняли тишину. Джастис уловил их состояние и заговорил.

— Почему вы здесь?

— Ты без предупреждения пропал на несколько дней. Тебя искали, но ты так и не объявлялся.

— Братик Дэми, где ты был? Я скучала по тебе.

— Друг, что там с тобою случилось?

— Пф… Вы серьёзно хотите знать? — Горько усмехнулся он. — Я убил Миранду, а остальные едва остались живы. Я ничего не контролирую. Вы и сейчас рискуете, находясь рядом со мной.

— Дэмиэн, тебя ищут.

— Знаю, для чего. Но, к сожалению, не для того, чтобы убить.

— Зачем убивать братика?

— Потому что я могу вас всех убить, Салли, но я этого не хочу.

— Дэм, послушай, никто тебя не винит, кроме тебя самого. О тебе реально беспокоится твоя родня. А своей пропажей только делаешь больнее. Это похоже на то, когда я не смог спасти родителей. В итоге винил себя на протяжении многих лет, думая, что где-то там они ненавидят меня за моё бездействие. Однако Миранда помогла мне посмотреть на это с другой стороны. Говорила, что для родителей нет ничего важнее детей, сказала, что мои родители были бы рады, что я жив остался.

— А то, что ты убийца, ничего?

— Ну, не могу ничего хорошего сказать. Возможно, впали бы в ужас, но я же не убиваю развлечения ради.

— Да, знаю… Прости.

— Всё норм. Может, домой пойдём, а то холодно?

— Не могу, просто не могу.

— Дэмиэн, пойми, что ты не виноват. Ты сделал всё, что мог. И то, что тебе не всё равно, только подтверждает это.

Джастис слушал обоих. Он не знал, что и думать. Ему было страшно, но он и не мог полностью доверять родственникам. Однако ему стало намного легче оттого, что ощутил поддержку друзей и маленькой сестры.

— Хорошо… Я иду.

Взял девочку на руки, а она его сразу покрепче обняла за шею. Они шли в молчании, однако оно не было неловким, просто держались вместе, идя до самого особняка.

Зайдя во внутрь, Дэмиэна с девочкой на руках сразу обнял Сплендор, начав при этом рыдать.

— Дэми, где ты был?! Мы же переживали!

— Со мной всё нормально… Просто надо было побыть одному. Фух… Сплендор, можно мне всех Безликих увидеть?

— Д-да. С-сейчас. Где?

— Да хоть у меня в комнате, но думаю, что лучше в кабинете Слендера. Салли, а ты иди пока поиграй.

— Мы присмотрим за ней.

Дэм поблагодарил друзей, после направился к нужной двери. Были он, палочник и весельчак. Позже подошёл модник, а насильник самым последним. Юноше было тяжело здесь находиться. Мало того, что он сделал и не сделал, так ещё и хотел с ними поговорить. Он вообще имел на это право?

— Дэмиэн. — Позвал Слендер. Они не звучал грозно, злобно или обиженно. — Так о чём ты хотел поговорить?

— Ладно. Во-первых, хочу извиниться. Мне правда очень жаль, что я не смог помочь. Миранда… Она сама просила прощения, что так вышло и… Просила передать, что всех вас очень любит… — Пока говорил, голос слегка дрожал, а сам порою заикался. — Во-вторых… Снова прошу меня убить.

— Дэм, ты опять?! — Воскликнул модник.

— Послушайте меня. Я не смог помочь, неоднократно пытался вас убить, а я даже не могу это контролировать. Я не хочу никого убивать… Я не выдержу третий раз…

Не осмелился говорить о грядущем, ему было страшно. Страшно потерять тех, кто частично был ему дорог, хотя, возможно, всё из-за схожих ощущений утраты и чувства вины. Он не знал, но молчал.

— Ты ещё что-то хочешь сказать?

— Нет… С чего ты решил?

— Просто выглядишь так, словно хочешь что-то сказать, но боишься. — Прояснил Слендер. — Дэмиэн, нет необходимости молчать. Если мы сможем тебе помочь, говори.

— Нет… Мне никто не сможет помочь…

— Почему ты так говоришь, Дэми?

— Сплендор, когда… До того, как я отправился в лабиринты душ, я чувствовал все ваши эмоции, а когда… Когда Миранды не стало, эти ваши чувства свалились на меня каскадом. Я же сам это когда-то чувствовал, а тут в пятикратном размере, поэтому… Мне тоже нужно время, чтобы отойти от этого…

— Мы понимаем, Дэмиэн, но только прошу, без глупостей. И про смерть забудь. Уговор, помнишь?

— Я-то помню, но лучше в такие моменты задумываться о собственной безопасности… Если понадоблюсь, то буду у себя.

Так и ушёл. Оффендер снова молчал. Он просто смотрел на парня и слушал его. Тот определённо чего-то боялся и что-то не договаривал.

Насильник стоял перед дверью Джастиса в течение нескольких минут, только после этого решил постучать.

— Открыто. — Послышался голос парня.

Оффендер зашёл, увидел Дэма, сидящего на краю кровати и опустившего голову. Офф прошёл дальше и сел рядом с ним на кровать.

— Как ты?

— Точно так же, как и ты, но увеличь это в пять раз.

— Ты ощущаешь все наши эмоции?

— Да, всегда ощущал. Я старался сохранять всегда хладнокровие, но это… тяжело. Я теперь не знаю, какие эмоции мои, а какие чужие.

— Но чувство вины и страх точно твои. Что-то случилось?

— Ничего не случилось.

— Дэм, уже давно все твердят, что мы похожи. Наши привычки тоже, как ни странно. Ты отводишь взгляд и коротко говоришь. Обычно я так себя веду, когда хочу что-то скрыть. Если лгу, то левый глаз дёргается, и видно, что я нервничаю.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

— Чтобы ты понял, что упираться бесполезно. Дэм, если хочешь что-то сказать, не молчи. Да, я сам молчу до сих пор, что случилось со мной и Лиз. Мне просто стыдно и больно перед семьёй, а сейчас… Вообще не время…

— Нет… Мне нечего сказать…

— Нечего?.. Или боишься?..

— Какая разница? Всё равно останусь при своём мнении.

— Каком? Чтобы мы убили тебя?

— Ты сам ответил на вопрос.

— Дэм, послушай и не убегай от ответа. Что случилось? Ты уже давно словно не в себе. Прости за каламбур, но так и есть. Не. Молчи. Не повторяй моих ошибок.

— Я… Меня и Миранду посетило видение, что демоны всё-таки выберутся… А я стану их предводителем. Доволен?! — Рявкнул парень. Если бы не слабость, парализующая его тело в течение нескольких дней, он, возможно, впал бы в истерику, как тогда, когда впервые убил семью и когда убил Виктора.

— …Ничё себе… Расскажи поподробнее.

— Что подробнее?! Я причина конца света! Этого мало для того, чтобы, наконец, понять, что меня нужно убить?!

— Во-первых, успокойся. Мы просто обрисовываем ситуацию. Что мама сказала на это?

— Ха… Сказала, что я сам должен решать: мириться мне с этим или изменить это.

— Если она такое сказала, значит, есть шанс избежания катастрофы.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю маму. Знаю, что она никогда не ошибалась в том, что касалось всех этих мумба-юмба гаданий и знаков судьбы.

— Я подумаю над этим, хотя сейчас просто хочу забыться. Расскажешь остальным, верно?

Оффендер поднял на парня серьёзный взгляд, после чего ответил:

— Не стану, если захочешь оставить это в тайне. Но хочу тебе сказать, что даже если они узнают о пророчестве, то не возненавидят тебя. Раз мама сказала, что всё зависит от тебя, то так и есть. И это не подтолкнёт никого к твоему убийству.

— Ты так уверенно об этом говоришь.

— Потому что я знаю своих братьев. Фонарный столб, кто возомнил себя защитником всех здесь живущих, Коко Шанель, что без конца пытается всучить свои тряпки, Светофор… Я промолчу. И старик, с кого песок сыпется, но который всё равно продолжает жить, говоря, что ради нас, детей.

Дэм издал горький смешок с того, что Оффендер использовал прозвища, которые придумал парень. Заодно вспомнил Безликого деда.

— А как Кабадатх?

— Тяжело… Но он не винит тебя. Просил, чтобы ты как-нибудь к нему зашёл.

— Для разговора…

— Скорее всего, но его тон явно не подразумевал бурю. Наверное, просто хочет разговора по душам.

— Наверное… Спасибо. Мне нужно было этим поделиться…

— Пожалуйста… — Настал момент неловкой тишины. — Я, пожалуй, пойду.

— Доброй ночи, Офф.

— И тебе.