Глава 3: Сделай мне одолжение

Мэдэлайн показалось, будто весь воздух вышибло из её лёгких. Она с изумлением смотрела на мужчину, стоящего перед ней, находясь в полнейшем шоке и прострации.

«Что за чёрт?!» Ей наконец-то удалось выкрикнуть, выпуская наружу все свои смешанные чувства.

Роберт просто смотрел на неё. Они словно поменялись ролями. Теперь ей приходилось смотреть вверх, чтобы заглянуть в его глаза, а он смотрел сверху вниз.

Девушка думала, что никогда больше не увидит его, но вот он здесь, стоит, возвышаясь над ней во всём своём великолепии.

Так или иначе, тьма была ему к лицу. Он был как тень, как кто-то, кто просто не приноровился к её миру, и до сих пор...

Несмотря на то, что девушка была не очень уверена в его намерениях, глубоко внутри она желала, чтобы он был в её мире. Мэдэлайн не отступила, не оттолкнула его, как должна была, а вздохнула с облегчением. Она и правда была счастлива снова увидеть его.

«Роберт! Ты до смерти напугал меня...» Её голос всё ещё дрожал. На его лице отражалось удовлетворение.

«О, разве?» Он осмотрел её с ног до головы, как бы проверяя, правда ли она была напугана, а затем притворно-неодобрительно покачал головой. «Я так не думаю», — сказал он, слегка наклоняя голову. — «Но это было в моих целях».

Холод пронзил её тело. Чёрт возьми, она ненавидела почти всё, что он заставлял её чувствовать. Мэдэлайн немного отодвинулась назад, освобождая себе личное пространство.

Его рука всё ещё сжимала запястье девушки. Она недвусмысленно посмотрела на него, но Роберт, казалось, не замечал этого в упор.

Она выдохнула, и он прислушался. На минуту в воздухе повисло неловкое молчание. Мэдэлайн нужно было собраться с мыслями.

«В любом случае, что ты здесь делаешь?» — спросила она нахмурившись. — «Ты меня преследовал?»

Он поднял голову, раздумывая, прежде чем ответить.

«Скажем так... Ты не единственная, кто хочет поразвлечься сегодня ночью, Мэдэлайн». Он хитро улыбнулся, произнеся эти слова. Он был вполне доволен замешательством и смущением девушки. «Пошли. Надо выбираться отсюда». Он направился вперёд, указывая путь наружу, и она пошла с ним. Конечно, она пошла.

Они вместе блуждали по парку в молчании, странная парочка. Светлоглазая девушка и монстр, прячущийся под своей человеческой оболочкой. Зачем он снова надел её? Почему она до сих пор была жива? Только что она была загнана им в ловушку в тёмном лабиринте, она была так беззащитна и запугана, что он решил, что он не решился причинить ей боль.

Конечно, её страх заставлял Его дрожать от голода, смешанного с каким-то странным удовольствием, но оно ощущалось каким-то... неправильным. Может, его просто не хватало. Может, ему следовало прикидываться ещё немного. Чем сильнее страх, тем вкуснее мясо.

Но девушка уже казалась безупречной. То, как её гладкая кожа почти блестела под светом луны, как прохладный ветер развевал её волосы, каждое дуновение воздуха, слетавшее с её губ, заставляло его желать плотно прижать её к себе и попробовать на вкус все её эмоции. Сколько самоконтроля и силы воли ему требовалось, чтобы не выказать эти побуждения.

«Ты же не отсюда, правда? Я имею в виду, я никогда тебя раньше тут не видела», — внезапно спросила Мэдэлайн и с любопытством посмотрела на Роберта.

Его ответ мог быть ложью. Но он не был.

«Я появляюсь здесь время от времени... И хотя моё отсутствие обычно длится довольно долго, я принадлежу Дэрри, можешь мне верить».

Его отсутствие действительно заняло много времени. А точнее, 27 лет. И последний раз, когда он «появлялся», её ещё не было на свете.

«А твоя семья живёт здесь?» — она была так растеряна. Так безнадёжно растеряна, что он даже счёл это смешным. Маленькое любопытное явление.

«Нет», — сухо констатировал он.

Мэдэлайн нахмурилась. Она абсолютно ничего не понимала, потому что, ну, как она бы смогла? А затем случилось кое-что необычное. Роберт Грей засмеялся. ОНО засмеялось. И это не был обычный издевательский смешок, и не маниакальный пронзительный смех психопата. Ни один из тех видов смеха, что Оно придумало для своих жертв.

«Что? Что смешного?» — спросила девушка. Лёгкое смущение угадывалось в каждом её движении. — «Что я такого сказала?»

«Сделай мне одолжение, и перестань задавать вопросы, Мэдэлайн».

«Что? Ты что, очередной преступник, которому посчастливилось выбрать Дэрри для своего тайного убежища?» Это было всего лишь невинной шуткой, но Мэдэлайн предполагала такую возможность.

«Это был ещё один вопрос», — он злобно фыркнул.

«Ты не сможешь узнать кого-то без того, чтобы задавать вопросы».

«Вряд ли ты хочешь узнать меня», — Роберт говорил тихо и холодно. Он посмотрел на неё сверху вниз, и его глаза оказались такими же безучастными, как и слова. Такими же, какими она впервые их увидела. И девушка ответила ему наглым взглядом.

«Но я хочу».

Тогда ты сама напрашиваешься на неприятности, малышка.

Теперь это стало интересным. Может он смог бы это использовать. Его глаза оторвались от её глаз, и поднялись вверх, останавливаясь на погасшей неоновой вывеске «Страшный суд». Дом с привидениями.

«Хмм...», — он медленно улыбнулся, задумавшись. — «Если ты действительно так храбра, докажи это».

Мэдэлайн повернулась, чтобы увидеть низкое здание с несоразмерно большим входом, дверью необычной формы и треснутыми стёклами. В воздухе витал запах дешёвого спрея, отдалённо напоминающего запах пыли и грязи, якобы въевшихся в поддельные деревянные колонны. На фестивале раньше никогда не было дома с привидениями...

«О нет. Нет. Ни за что я не пойду туда после всего того, что произошло сегодня», — она недоверчиво уставилась на него. Неужели он, правда, хотел, чтобы они пошли туда? Когда они были совсем одни? Да «дом» даже не работал в такое время!

«Это очень плохо. А я-то думал, что ты хочешь узнать меня», — он, было, повернулся назад, как будто ему больше не был интересен разговор, и ему не пришлось долго ждать:

«Стой!» — это всегда работало. — «Окей, я пойду туда, но...» — она нервно закусила губу и оглянулась, ища, что бы могло хотя бы отсрочить обещание.

И она нашла это. Огромная старомодная карусель.

«...но сначала мы прокатимся вот на этом».

«На этом?» — карусель ожидала их, словно умоляя прокатиться на ней. Её сиденья были вырезаны в виде лошадок, и множество причудливых орнаментов давали ощущение какого-то сказочного очарования. Почему нет? — подумал Роберт. — Дам девочке немного повеселиться перед её собственным «судным днём».

«Договорились», — согласился он. Мэдэлайн одарила его яркой улыбкой и буквально потащила его туда.

Они нашли панель управления, которая была весьма проста в использовании, и каким-то образом, прямо как в лабиринте кривых зеркал, аттракцион был всё ещё включён. Не заботясь о том, привлечёт ли внимание включение света и музыки, Роберт потянул за основной рычаг.

Внезапно вся карусель зажглась, почти такая же яркая и разноцветная, как Рождественская ёлка. Тусклые золотые тени легли на все окрестности, включая довольное лицо Мэдэлайн. Это было восхитительно. Прежде чем она осознала это, её ноги сами понесли её прямо к лошадкам-сиденьям. Стараясь выбрать самую необычную, она начала осматривать их все. В эту секунду она словно забылась и снова начала вести себя, как ребёнок. А он внимательно наблюдал за ней.

Она была словно ребёнок в магазине сладостей, такая маленькая вещь могла сделать её намного счастливее. Когда она, наконец, уселась на одно из сидений (с нарисованными золотыми глазами и гривой у лошади), механизм вздрогнул, и платформа начала медленно вращаться. У Мэдэлайн вырвался легкий визг счастья, и она позволила себе просто нестись по кругу. Девушка откинула голову и засмеялась, затем радостно посмотрела на него. Она кружилась, и весь мир кружился вместе с ней, делая неясными темные окрестности. Она была так счастлива. Счастлива из-за этого волшебного момента, но также счастлива из-за него? Было ли это вообще возможно?

«Давай же!» — она позвала его наверх взмахом руки. — «Не стой там просто так. Забирайся!»

И он сделал это. Он даже не успел подумать. Он просто взобрался на движущуюся платформу в несколько широких шагов и сел на лошадку рядом с ней, которая была, однако, слишком мала для его высокой фигуры. Даже Мэдэлайн была удивлена его действиям. Приятно удивлена. Её улыбка стала шире, и эта улыбка была из-за него. Не из-за яркости, магии, волшебства момента, а из-за него. Прошло ужасно много времени с того времени, когда кто-то смотрел на него так в последний раз.

И только тогда Роберт понял, что все идёт ужасно неправильно.

Было правило, которым Оно было ограничено, из-за сил, меняющих его форму. Пока Оно принимает другую форму, всё его существо должно было приспособиться к тому, как эта форма функционирует. Другими словами, Оно перенимало физические и ментальные свойства того существа, которым становилось. Плотские инстинкты, кровожадность, пороки. Его достоинства и слабости.

Но в этот раз Оно было слишком слабо, чтобы принять иную форму, чем человек. И это было плохо.

Это был прямой путь к тому, чтобы начать ощущать человеческие эмоции. Не только обычные, но и самую опасную из них: привязанность.

Ему нужно было положить конец этой ситуации. Срочно.

«Ты знаешь, мне нравились карусели в детстве. В те дни, когда мы всё ещё приходили сюда с мамой, я всегда выбирала одну лошадку, и не хотела ничего больше, кроме как кататься на ней весь день... Это, наверное, моё самое счастливое детское воспоминание», — сказала она немного робко, а затем опустила глаза, чтобы избежать его взгляда, и прошептала: «Спасибо тебе».

Роберт нервно сглотнул, глядя на неё. Эти слова звучали странно и чуждо. Она не должна была благодарить его.

«За что?»

«За то, что был рядом, думаю», — Мэдэлайн смотрела куда угодно, но только не на него, её щёки покраснели, выражая эмоцию, которую он никак не мог понять. Как бы то ни было, он отчётливо ощущал это, засевшее в ней, и абсолютно не знал, что с этим делать.

«Я буду доволен, если ты не откажешься от идеи исполнить своё обещание».

Мэдэлайн закатила глаза. «Ты же все равно не дашь мне уйти, пока я не сделаю это?»

Роберт с тоской посмотрел на неё из-за её спины, зная, что она не сможет увидеть его выражения лица. Неужели он действительно влюбился в эту девчонку? Милая маленькая штучка.

«Точно».

Карусель начала замедляться, и энтузиазм Мэдэлайн почти полностью угас, замещая себя другим, не очень приятным чувством. Это чувство, которое она не могла назвать, скручивало её живот в тугой узел сомнений. Как у ребёнка, тянущего руку, чтобы коснуться пламени. Это опасно? Оно будет жечь?

И, прежде чем она осознала это, карусель остановилась, и он взял её за руку, ведя к призрачному дому с треснутыми окнами. Он внезапно почувствовал, что он напряжен... Может он тоже ощущал это.

Они остановились прямо перед большой деревянной дверью. Он крепко сжал её руку. Слишком крепко. Вывеска «Судный день» висела, поскрипывая от ветра, над их головами. Покрытый серой краской, этот «дом с привидениями» внезапно показался жутким.

У неё было столько возможностей просто развернуться и убежать. Так много шансов выбраться. И она все их упустила. Почему? Может, ей просто было одиноко. Может, ей просто было любопытно. Или и то, и другое.

Мэдэлайн ещё раз посмотрела на Роберта снизу вверх со смущением на лице, а он не повернулся, чтобы взглянуть ей в лицо. Вместо этого, свободной рукой он взялся за ручку, и распахнул дверь, резко толкая девушку внутрь.

Игры кончились.