Глава 60 Тайна (2)

— А ты что помер? — я так и не проникся симпатией к Гао Ляну, — Кроме того разве это не ты подмигнул мне, чтобы я использовал гранаты?

— А кто говорил о гранате? Я намекал тебе на то, что ниже в сумке есть ракетница. Тебе нужно было выйти и выстрелить, чтобы подошли старшие! А ты одним махом, потратил четыре гранаты, совершенно не нанеся ущерба. Как мне это все объяснить по возвращению?

Я смутно припомнил, что ниже лежала сумка, и судя по топорщащейся рукоятке, там было что-то похожее на пистолет.

— Ясно, ясно, — все-таки между даосом и мной были хорошие отношения, поэтому он даже не рассердился на меня, — Гао Лян, разве это не нормально? У Сяо Саньда еще не прошел жар, он даже не может вспомнить кто он, откуда ему знать где там граната, а где ракетница. Вот и все, Алый Сяо тоже пошел в расход, давай скорее встретимся со старшими. Мне не хочется оставаться в этой пещере ни на секунду.

Сказав это, он потянул Гао Ляна наружу. Я последовал за ними и как только достиг груды камней, рассыпавшихся со свода пещеры, остановился и задумался о том, что я еще что-то не сделал. Похоже это было не малое дело. Если оно не будет доведено до конца это не сулит нам ничего хорошего. Что же это за дело?

Я опустил голову и задумался, когда вдруг из груды камней высунулась большая кроваво-красная рука и схватила меня за лодыжку. Я очень удивился и силой попытался вырваться, но не смог. Среагировав, я вытащил из-за пояса другой пистолет и выстрелил в руку пять-шесть раз.

Гао Лян и лысый уже собирались покинуть пещеру как их встревожил звук выстрелов, и обернувшись они вздрогнули. Оба подбежали ко мне. Гао Лян вытащил пистолет и сразу же выстрелил. Оружия даоса нигде не было, поэтому он взял камень и яростно ударил им по краснокожей руке.

Наше сопротивление не возымело никакого эффекта, красная рука не собиралась выпускать мою ногу, а сжималась все сильнее и сильнее.

— Даос, посторонись! — внезапно закричал Гао Лян. После этих слов он вытащил откуда-то стальную иглу! Ей было уже несколько лет, и ее верхушка заржавела. Подняв ее, Гао Лян нацелился на руку и опустил вниз. Удар подействовал, рука испытала боль и отпустила мою лодыжку.

— Бежим! — Закричал Гао Лян, но было уже слишком поздно. Груда камней начала шевелиться и следом из нее выполз краснокожий.

Бегите, выход прямо перед вами. Я, Гао Лян и лысый побежали к выходу из пещеры, но краснокожий оказался быстрее нас. По-моему, это было просто красная тень. Мгновенно он оказался позади нас троих и одной рукой мог схватить нас за одежду.

Мы втроем не можем умереть здесь. В душе я чувствовал злость. Резко обернувшись, я обхватил краснокожего человека и закричал:

— Скорее уходите!

Гао Лян и даос одновременно повернули головы.

Лысый был шокирован, он хотел вернуться, чтобы помочь мне, но Гао Лян его остановил:

— Саньда не хочет, чтобы мы умерли вместе! Идем, он долго не протянет.

Монах был в нерешительности, но Гао Лян вытащил его из пещеры.

Краснокожий похоже не особо был во мне заинтересован, его целью был даос (не знаю, чем он его так привлек). Я выложился на полную, чтобы остановить его, но смог только замедлить. Однако это дало даосу и Гао Ляну достаточно времени, чтобы спокойно покинуть пещеру.

Краснокожий обратил на меня внимание, когда его цель исчезла. Он схватил меня за плечо, поднял и швырнул.

С грохотом я врезался в стену. В тот момент я почувствовал, как кости всего моего тела разваливаются на части, а перед глазами носятся звезды. Увидев, что краснокожий, не ровен час, снова бросится на меня, я быстро перекатился, поднялся и побежал.

К сожалению, это все еще было медленно. Краснокожий схватил меня сзади за шею, и я услышал, как захрустели суставы. Стоит ему добавить еще немного силы, и он сломает ее. Но похоже он не собирался просто раздавить мне шею. Он повернул меня к себе лицом и разинув рот выдохнул.

Когда он выдохнул мне в лицо перед глазами у меня начало расплываться, а сознание меркнуть. Я будто бы покинул собственное тело и уплывал в рот краснокожего.

Увидев, как краснокожий вот-вот засосет меня в рот, я вдруг услышал:

— Закрой рот!

Когда я был в одурманенном состоянии, после этих слов мой дух содрогнулся. Прежде чем рот громилы закрылся, острое лезвие пронзило его затылок. Острый кончик немного торчал из его рта. Если бы прошло еще немного вперед, то испортило бы мой внешний вид.

Таким образом краснокожий не умер, несмотря на то что кровь струйкой текла из его рта. Человек сзади повернул острие клинка и распорол влево вдоль рта краснокожего. Таким образом он почти полностью отрезал голову. Великан брызнул кровью и упал на спину на этот раз умерев. Я взглянул на рослого мужчину, держащего ослепительно сияющий клинок, он смотрел на меня с некоей озабоченностью.

Теперь, когда краснокожий человек был мертв, моя точка опоры исчезла. Высокая температура (я предполагал, т. к. не измерял ее) после того, как меня только что швырнули, да еще при том схватили за шею и полностью высосали весь Ян. Я просто больше не мог удержаться на ногах. У меня почернело перед глазами, и я упал в обморок.

Не знаю сколько прошло времени прежде, чем я услышал, как кто-то зовет меня:

— Проснись! Мы уже почти прибыли. Самолет вот-вот сядет.

Открыв глаза, я увидел перед собой толстяка. Я был в растерянности и спросил:

— Кто я?

— С тобой все в порядке? Небольшой жар. Ты в бреду? Не можешь вспомнить кто ты?

Увидев мою растерянность, он, приняв строгий вид произнес:

— Тебя зовут Шэнь Ла. Меня зовут Сунь Дэшэн. Ты мой...

Прежде чем он закончил, я уже узнал хитрого толстяка передо мной и опередил его:

— Я твой дядя.

Выйдя из подземной пещеры под руслом реки, я почувствовал недомогание, но не придал этому значения. После разрешения той хаотичной ситуации, по возвращению в столицу я заснул в самолете и мне приснился дурной сон.

Отклонимся от темы, после того как мы вышли из пещеры, там были люди из района, а главой района был все так же начальник Гань.

Глава Гань прослышал, что пропали шесть человек, а также, что их души были вызваны даосом Сяо (рассказавший ему это видел все своими собственными глазами, потому рассказ получился красочным). Постановкой Пьесы на лодке руководил сам глава Гань. Однако стоило шоу начаться как сразу же понеслись беспрерывные несчастья. Каждый день кто-то умирал. Несмотря на то, что все это было квалифицировано как несчастные случаи, у главы каждый раз сердце в пятки уходило. Его правый глаз уже несколько дней дергался от страха, что в нашем поселке вновь что-то произойдет.

В дальнейшем стало известно, что с приглашенной театральной труппой вновь что-то случилось. У их руководителя случился инсульт, и труппа отправила его обратно в административный центр, а сами они уехали. В тот момент глава Гань вздохнул с облегчением и отменил Пьесу на лодке.

Прежде чем это прекратилось в поселке Сяоцин умер один человек, а потом было еще шесть смертей. Глава Гань больше не мог этого выносить и немедленно отправился к заместителю местного отдела общественной безопасности.

Однако к моменту его прибытия вход уже был перекрыт людьми из Бюро расследований. Глава Гань несколько раз пытался договориться, но ему отказывали. Ему просто показывали удостоверение Управления национальной безопасности со словами:

— События внутри касаются национальной безопасности! Проход запрещен!

Секретарь района хотел возразить, но глава Гань оттащил его назад. Ты тупица, там люди из Управления национальной безопасности. Куда ты лезешь? Вдобавок, раз теперь эти люди взяли на себя инициативу можно считать, что глава Гань отстранен. И это наилучший результат. Теперь можно — уходить! Глава Гань не хотел задерживаться ни на минуту, потому вернулся со своими людьми назад.

Нас с толстяком позвал следователь из второго отдела по имени Симэнь Лянь и тщательно все запротоколировать. После этого младший сотрудник Оуяна Пяньцзо Юнь Фэйян установил палатку и провел там наш с толстяком осмотр. Убедившись, что в нас никто не вселился, они перестали обращать на нас внимание и позволили свободно передвигаться.

Я позвонил дедушке. Услышав мой голос, он так разволновался, что долгое время молчал. Подождал пока он немного подуспокоится и поймет все услышанное. За такой короткий отрезок времени в поселке появилось несколько версий: по одной из них все погибли, по другой мы увидели еще более дорогую добычу, чем золотые слитки, но поделить равномерно ее не смогли. В основном говорили, что даоса Сяо убил Сюн Ба, я убил Сюн Ба, а в финале мы с толстяком умерли вместе.

Теперь узнав, что я безопасности, дедушка спросил об остальных и обстановке. Я придумал историю. Мы нашли пропавших шестерых человек, спустившихся в яму в поисках сокровищ, но, когда мы все вместе собирались выйти, случился обвал и тех шестерых раздавило камнями. Начальник Сюн погиб, пытаясь защитить Толстяка Суня. В конце концов только я, толстяк и даос Сяо смогли выбраться оттуда. Когда мы выбрались, то наткнулись на спешащих товарищей из Управления национальной безопасности.

Дедушка услышал, что начальник Сюн умер, и его тон изменился. Он хотел узнать у меня что-то конкретное, но я боялся проболтаться. Я сослался на то, что товарищ из Управления национальной безопасности хочет расспросить меня и повесил трубку.

К этому моменту Гао Лян уже совсем закончил, и пещера была ликвидирована. За исключением нескольких оставленных сотрудников, все следователи улетели ранним рейсом в столицу (самолет Бюро расследований находился на капитальном ремонте). Неожиданно Гао Лян уговорил даоса Сяо вернуться с нами в Бюро в качестве консультанта.

Когда самолет поднялся в воздух, я неожиданно начал чувствовать сонливость и не заметил, когда заснул.

Я сильно вспотел, а мое нижнее белье промокло насквозь. Попросил у стюардессы стакан ледяной воды и, выпив его, стал чувствовать себя немного лучше. Салон был полон людей из Бюро и при виде них в душе у меня стало намного спокойнее.

Увидев даоса Сяо, сидящим позади меня, я поменялся местами. Этот человек стар годами, но молод душой, ему чуть меньше семидесяти. Он дал стюардессе визитку своей компании в сфере кино и телевидения даосского монастыря Линь.

— Барышня, вы очень подходите на роль главной героини в моем следующем шоу. Не могли бы мы встретиться, чтобы провести пробы? Нашим режиссером является международный мастер Куросава Акира. Это такая хорошая возможность. Не уходи, давай поговорим...

Люди из Бюро чувствовали стыд, все в округе пытались отвлечься и делали вид, что не знают его. Тогда я начал жалеть, что пересел к нему:

— Лао Сяо, Куросава Акира умер более двадцати лет назад. Остановись хоть на миг, твои действия можно считать сексуальным домогательством. Вскоре выйдет капитан и привяжет тебя к крылу самолета, позволив свободно парить.

— Думаешь я не летал на самолете? — искоса взглянув на меня ответил даос, — Привяжет к крылу самолета? Хочешь, чтобы капитан открыл аварийную дверь и попробовал?!

Перекинувшись несколькими словами о всякой ерунде, я стал переходить к сути:

— Лао Сяо в пещере Сяо Саньда говорил тебе о Алом Сяо, а также упоминал главу Гао, что произошло? Расскажешь?

— Ребенок, не спрашивай об этом, знать слишком много вредно, — смерив меня настороженным взглядом, ответил даос.

— Разве Сяо Саньда не напомнил тебе о том, как тогда бросил гранату, — изменив тон, тише сказал я.

— Кто тебе это сказал? — вскочив со стула и тыкнув в меня пальцем, воскрикнул старик.

Все вокруг опешили от действий даоса. Стюардесса, к которой он только что приставал колебалась, но все-таки подошла и сказала:

— Господин, сядьте, пожалуйста, и пристегните ремень. Самолет скоро приземлится, подобные действия крайне опасны.

Даос Сяо проигнорировал героиню своего будущего шоу и, посмотрев на меня, с дрожью спросил:

— Как ты узнал? Гао Лян рассказал тебе?

Гао Лян сидел впереди и, услышав, как старик упомянул его, обернулся:

— Даос, сядь, не ставь стюардессу в затруднительное положение.

Даос Сяо взглянул на него и сел на место. Гао Лян уставился на него в недоумении, но в итоге решил, что тут ничего не поделаешь.

— Что еще сказал тебе Толстяк Гао? — повернувшись ко мне сердито спросил даос.

— Ты думаешь мне интересно? — усмехнувшись спросил я, — Подобное только конченному любопытно будет.

— Погоди-ка сяо Лацзы, почему у меня такое ощущение, что ты меня ругаешь? — склонив голову глядя на меня, спросил старик.

— Не надо придираться к словам, — немного поспешно ответил я. Старик понял, что что-то не так и спросил:

— Толстяк Гао правда тебе ничего не говорил? В таком случае как ты узнал?

— Думай об этом как о сне, доверенном мне Сяо Саньдой, — со всей откровенностью я рассказал даосу Сяо обо всем, что видел и слышал во сне. Чем больше старик слушал, тем более изумленным становилось его лицо. В конце, когда я упомянул, как кто-то из старших рассек голову Алому Сяо, рот даоса был открыт так широко, что туда можно было запихать пяток яиц.

— Ты тоже видел старшего Пу?

— Ага, — кивнул я в ответ, — я слышал, как вы говорили о нем, но не знал, что его фамилия Пу. Однако едва увидев его, я сразу упал в обморок. А когда снова открыл глаза, то уже пришел в себя.

— Дай мне подумать, — старик продолжал непрерывно моргать. Через две три минуты он глубоко вздохнул и сказал: — Я помню, после того как старший Пу вошел в пещеру и убил Алого Сяо. Сяо Саньда действительно был в обмороке. Мы отнесли его к подножию горы и так в городе он пролежал в больнице пол месяца. Там Сяо Саньда, можно сказать, поправился... Ты правда все это видел во сне?

— Да ерунда! — фыркнул я, — лао Сяо, ты же наблюдал за тем, как я рос, неужели ты не знаешь какой я человек? Когда я врал тебе? Лао Сяо ты же уже старожил. Есть какой-нибудь способ добавить собственные воспоминания в чужой сон?

— Ты что смотрел слишком много кино? Ты думаешь это "Начало" или "Гарри Поттер"? Это не невозможно, — старик на секунду задумался, — по крайней мере один человек может такое сделать.

— Кто это? — посмотрел я на него расширившимися глазами.

— Он! — даос указал на человека с белыми волосами.