Глава 20 Хого из тушеного позвоночника ягненка

Когда солнце стало клонится к закату, журналисты вдалеке за линией безопасности почти разъехались. Их гид категорически отверг предложение переночевать в пустыне. Гид словно пастырь рядом с ними, не важно, как много денег ему дадут, он не желает соглашаться ночевать здесь.

Командир археологической экспедиции Ван также уехал. Но перед этим оставил ящик древесного угля и десять спальных мешков. Все это с самого начала использовали археологи, теперь переняло Бюро расследований. В конце концов, это вещи первой необходимости для нашего ночлега здесь.

Толстяк Сунь ткнул меня локтем. Его глаза моргали, глядя куда-то недалеко. Понизив голос, он произнес:

— Там баран.

Я проследил за его взглядом. Действительно, желтый баран лениво вышагивал по открытому пространству на расстоянии тридцати-сорока метров от нас. В том месте, где экспедиция складировала мусор. Изначально были люди, которые забирали мусор в назначенный срок, однако сейчас из-за такого события они не могут выехать, и нет никого, кто бы мог с этим разобраться. Вероятно, он голоден, потому не обращает внимания на людей вдали. С головой зарылся в мусоре, ища что-нибудь поесть.

В пустыне встречаются бараны? Прежде не предполагал. Поесть мяса очень хорошо. Я как раз собрался вытащить пистолет, но Сунь Дашэн остановил меня:

— Не трогай пистолет. Хоть раз выстрелишь, и глава Хао непременно будет ругаться. Толстяк Сунь уже вытащил целый набор ножей (нож, который он держал в руке, не входил в экипировку Бюро расследований, это была личная ценность толстяка). Он взял его обратным хватом и, поднявшись с особой осторожностью, стал приближаться к местоположению желтого барана.

— Лацзы, помоги мне, и через некоторое время будем кушать жареное мясо, — в глазах толстяка появился блеск. Судя по всему, останавливать его уже не имеет смысла.

— С таким темпом ты можешь поймать его? — спросил я шепотом, следуя за ним.

— Не все зависит от темпа, Лацзы. Видишь этот нож? — толстяк кичась заиграл им в руках. — С девяносто восьми шагов я не промажу. Лацзы, заходи сбоку, мы обойдем его с флангов.

Я обошел по большой дуге и оказался у дикого барана за спиной. С толстяком мы взяли его в клещи. К сожалению, он оказался слишком настороженным. Поев немного, поднял глаза и увидел движение. Толстяк Сунь не сделал и нескольких шагов, как был им обнаружен. Желтый баран развернулся и побежал в моем направлении.

— Лацзы! Останови его! — кричал Толстяк Сунь. — Попробуй загородить ему путь!

Я чуть не взбесился. За кого меня принимает этот толстый болван? За Лю Сяна?

— Сяо Сунь! Метай нож!

Толстяк Сунь наконец-то протянул руку и энергично махнул. Нож кувырком полетел в мою сторону.

Метательному ножу не хватало меткости, однако сила его была весьма яростна. Тут я подумал, что уже не успею уклониться. Нож ударил меня прямо в грудь. К счастью, попал он рукояткой, а не другой стороной.

— Толстяк Сунь! Ты это специально?! За девяносто восемь шагов попасть в барана или все-таки меня?! — еще не оправившись от шока, я дотронулся до своей груди, продолжая браниться.

— Будешь продолжать ругаться, когда схватим зверя, — произнес Толстяк Сунь, подбежав.

Я поднял с земли метательный нож и бросил его по направлению к барану. Метание ножей прежде было обязательным учебным предметом в отряде специального назначения. Хоть мои достижения не особо и хороши, но справиться с бараном не проблема.

Нож четко застрял в верхней части крупа. Он с шумом повалился на землю и, борясь изо всех сил, попытался подняться и продолжить бежать вперед.

Сможет ли дикий баран, убегая, достигнуть предела? Я и Толстяк Сунь преследовали его. Несмотря на то, что он был ранен, его бег не стал медленнее. Мы гнались за ним достаточно долго. Вот-вот собрались поймать, как земля под нашими ногами разверзлась. Мы вдвоем и наша добыча упали в пещеру.

В один миг в моей голове пронеслась мысль: "Это конец, я потерял свою жизнь из-за мяса. Это того не стоит!"

Возможно, в своей прошлой жизни я был само благородство, песок в пещере на удивление был мягок. Несмотря на то, что падение было с высоты более десяти метров, я не расшибся. Впрочем, было не ясно, что с толстяком, он лежал на песке совершенно неподвижно. Не мог же он умереть? Рукой я ощутил его дыхание, он все еще жив. Не умер.

Надо разобраться, пока он не испустил дух. Я знаю пару способов, позволяющих вывести человека из бессознательного состояния. Искусственное дыхание лучше сразу забыть, используем другой способ.

Приблизившись вплотную, я одарил его мясистое лицо четырьмя оплеухами. Когда хотел дать еще четыре, Толстяк Сунь открыл глаза. Возможно, он ударился головой, так как его взгляд был немного мутным. Сперва он огляделся кругом, а потом уставился на меня и произнес:

— Братишка, боюсь, что Сунь гэ одному в пути будет одиноко. Все же составь компанию своему гэгэ.....

— Тьфу-тьфу-тьфу! — оттолкнул я его мясистое лицо. — Если хочешь подохнуть, то не бери меня с собой.

— Ты, мы не умерли? Что произошло? — толстяк пощупал свой трехслойный подбородок и почувствовал, что часть его, как камень. — Почему у меня опухло лицо?

— Опухло? Нет, просто ты толстый.

— Мне ли не знать толстый ли я? — осклабился толстяк. — Почему у меня лицо огнем горит?

— Когда свалился, то ударился лицом? — и я сразу сменил тему разговора. — Сначала надо решить проблему, вставшую перед твоим всегда сверкающим ликом. Подумай, как мы выберемся отсюда?

Толстяк Сунь поднял голову и посмотрел на место, где был провал в пещеру:

— Здесь до верха двенадцать-тринадцать метров?

— Минимум пятнадцать, — ответил я.

Толстяк снова осмотрел стены пещеры:

— Лацзы, ты можешь взобраться наверх?

Я горько усмехнулся, протянул руку к стене и поудобнее ухватился, целый кусок остался у меня в руках:

— Стена весьма сильно выветрилась, внутри и снаружи все рассыпчатое, она просто не выдержит мой вес.

Толстяк Сунь моргнул, немного поразмыслил и только тогда вытащил телефон, обращаясь к самому себе:

— В таком случае пусть По Цзюнь идет сюда. Разве глава Хао не будет ругаться? Ничего страшного. Нет сигнала? Лацзы, у тебя есть сигнал?

— Мы в пустыне под землей более десятка метров вниз, если бы здесь был сигнал, это было бы странно, — с безысходностью взглянул я на него.

— В этот раз такие потери только лишь из-за полуживого барана, — пробормотал толстяк. — Хм! А что с бараном? — начал он осматриваться по сторонам.

Верно! А где желтый баран? Если бы не толстяк, упомянувший об этом, я бы и вовсе не вспомнил, что здесь еще должен быть дикий баран. Это место такое большое, невозможно найти его, как следует не осмотревшись.

В это время солнце уже полностью зашло. Внутри пещеры совсем не было света, лишь кромешная тьма. К счастью, мы оба обладали небесным зрением. Как следует рассмотреть детали периметра не было проблемой.

Хитрый толстяк, изыскивая пятна крови, которые оставил баран, обнаружил еще одну пещеру, которую нелегко заметить. Судя по всему, зверь неторопливо пробрался отсюда туда. Толстяк Сунь измерил величину входа и воодушевился.

— Лацзы, похоже здесь можно пройти, — сказав это, он попытался нагнуться и пробраться внутрь.

— Погоди секунду, сперва надо разведать путь! Осмотреть пещеру изнутри. Когда ты стал таким храбрым? Что ж, в таком случае дай мне свою зажигалку, — одернул я толстяка.

— А разве у тебя нет своей?

Зажигалка Толстяка Суня оригинальный Зиппо, одна из трех вещей ходока в приличный ночной клуб. Обычно он не достает ее, за исключением тех моментов, когда хочет похвастаться перед девушкой.

— А что такое? Я одолжил ее По Цзюню, пока еще он мне не вернул, — нетерпеливо жестикулировал я руками перед его глазами.

Он неохотно достал зажигалку и вручил мне:

— Бензина осталось немного, но посветить тебе хватит.

Я проигнорировал его. Взял из его рук зажигалку, зажег ее и бросил внутрь пещеры. Свет позволил увидеть приблизительный ландшафт. Несмотря на то, что благодаря небесному зрению я могу видеть в темноте, при свете все же немного надежнее.

Убедившись в безопасности места, мы вошли в отверстие. С другой стороны пещеры находился каменный дом похожий на яодун[1] с северо-запада. Внутри он был совершенно пуст, не считая шести каменных колонн, расположенных шестиугольником и больше ничего.

Толстяк подобрал зажигалку и сразу же огляделся:

— Что насчет барана? Здесь нет выхода, куда он мог убежать?

— Сюда, — в самом конце, за углом у каменной колонны я обнаружил лишь половину дикого барана. Правильней было бы сказать позвоночник ягненка (скелет барана). За промежуток всего чуть больше десяти минут животное было освежевано и полностью очищено от плоти, теперь он был словно экспонат лаборатории, даже толики мяса не осталось. В данной обстановке белоснежный скелет на вид был неплох, но аппетита совершенно не вызывал. Вчера я и Дашэн ели хого[2] из тушеного позвоночника ягненка, как видно теперь, на какое-то время, нам захочется стать вегетарианцами.

Выражение лица толстяка так же изменилось.

— Что за дела? Даже в Дунлайшунь[3] не обладают таким мастерством.

Я вытащил свой пистолет и снял с предохранителя:

— Черт! Стоит быть осторожнее, а то мы оба так же превратимся в тушеный позвоночник ягненка.

— Как теперь быть? Вернемся в предыдущую пещеру? — спросил Толстяк Сунь, держа в руках пистолет.

— Нет. Вернуться назад значит ждать смерти, — ответил я, покачав головой, — Там пространство слишком маленькое. Если что-то произойдет, у нас даже не будет возможности использовать багуа. Здесь хотя бы есть шанс сразиться.

— Тогда мы останемся здесь? — произнес Толстяк Сунь. — В конце концов, даже если мы не превратимся в такой же голый скелет, то умрем от голода.

Когда толстяк разговаривал со мной, я неожиданно заметил, что он выглядит немного странно:

— Дашэн, что с твоим лицом?

— Лицо? Все еще немного одеревеневшее и горит. Лацзы, скажи честно, только что ты слегка ударил меня? — спросил толстяк, ощупывая свое опухшее бесстыжее лицо.

Когда он заговорил, я наконец понял, что не так. На обеих щеках Толстяка Суня имелись черные отпечатки от ладоней. В сравнении с ладонями обычного человека эти отпечатки были меньше, к тому же имели по четыре пальца.

— Дашэн, что-то сейчас коснулось твоего лица? Я не шучу, — поспешил я сказать толстяку.

— О нет. Что-то случилось с моим лицом? Оно изуродовано? Почему я этого не чувствую? — Толстяк Сунь начал бояться, он стремился найти зеркало, но не мог.

— Погоди минуту. Не шевелись, — я вытащил свой мобильный телефон и навел его на лицо толстяка, чтобы сделать фото и увеличить. Стоило мне только нажать на затвор, как во вспышке на его макушке показался синий человек (прямо как в театре Доу Эрдунь[4]). Как только вспышка погасла, маленький синий человек так же исчез.

Я опешил, еще несколько раз нажал на затвор, и вспышка вновь осветила человечка на макушке Толстяка Суня, однако без нее его не было видно.

— Ладно, Ладно! Не сверкай больше. Твое сверкание слепит меня, — закричал Толстяк Сунь, прикрывая ладонью глаза.

Я постарался тщательно осмотреть все вокруг, но ничего не было. Этот маленький человечек мог скрыться от моего небесного зрения. Когда я открыл фотогалерею на мобильном, и в самом деле, там имелась целая интимная фотосессия Толстяка Суня со смурфиком. Взяв в руку телефон, я показал его экран толстяку.

Увидев это, его стало потряхивать. Он несколько раз крутанулся на одном месте, ходил туда и обратно, покрикивая:

— Это привидение? Лазцы, помоги мне избавиться от него.

— Нет, но мы можем уйти, — произнес я, обойдя его несколько раз. Стоило мне закончить говорить, как я увидел перед глазами синюю тень, прыгнувшую в мою сторону с толстяка.

Я рефлекторно поднял руку с пистолетом в ее направлении. Вопреки ожиданиям, она оказалась быстрее. Когда я нажал на спусковой крючок, она моментально развернулась и заново направилась в укрытие за спину Толстяку Суню. Ее скорость была просто изумительной. Когда пуля только вышла из ствола пистолета, тень уже находилась позади толстяка.

Пуля пролетела, чиркнув Дашэна по коже головы.

— Куда ты стреляешь? — воскликнул он.

— Разве ты не видишь? Медленно обернись, — сказал я толстяку, указывая пистолетом.

Его жирное лицо нервно и беспорядочно задергалось.

— Тебе стоит быть более уверенным прежде, чем стрелять. Что увидеть? Что ты видел? — произнося все это, он медленно поворачивался по кругу.

Нет. Теперь эту тень не найти. Я опустил пистолет и снял палец с курка. — Только что нечто хотело прыгнуть на меня, я спугнул это пистолетом.

— Лацзы, ты хорошо посмотрел? Оно действительно не на мне? — все еще не оправился от шока Толстяк Сунь.

Я тщательно осмотрел его спину:

— Нет, должно быть, та тень сбежала, испугавшись пистолета.

Толстяк задумался над другим вопросом:

— Лацзы, ты только что промазал по ней? Ты тоже промахиваешься?

На этот вопрос нелегко дать ответ. С определением и оценкой выстрела не было никаких проблем. Все вполне понятно, если посмотреть траекторию выстрела. Но в тот момент, когда пуля вышла из ствола пистолета, скорость этой тени, к удивлению, оказалась быстрее нее!

Когда мы с толстяком были на взводе, услышали, как из пещеры, откуда пришли, доносятся глухие звуки. При таком положении дел мы, не сговариваясь, направили оружие в сторону входа.

— Лацзы, Дашэн, вы там? — долетели до нас звуки. И почему я раньше не замечал, что у По Цзюня такой приятный голос.

— Мы здесь! Мы здесь! — закричали мы с толстяком. Через секунду после этого двое человек спустились в пещеру. Я и Толстяк Сунь не ожидали, что первым появится Хао Вэньмин. Следом шел По Цзюнь, его двухметровый рост несколько затруднил проход.

— Глава Хао, большое спасибо, что пришли, — быстро подошли мы с Дашэном, встречая его. Но Хао Вэньмин проигнорировал нас, он сразу заметил шесть каменных колонн, затем обошел их и увидел останки барана.

— Глава Хао, здесь что-то не так. Мы с Дашэном только что встретили маленького синего призрака. Его скорость настолько высока, что я даже не смог попасть в него, — сказал я, следуя за директором Хао.

Хао Вэньмин продолжал игнорировать меня. Все его мысли были заняты каменными колоннами. Он снова прошелся среди них и наконец, остановившись в самом начале, стал рассуждать вслух:

— Мы все ошиблись. Здесь не императорский дворец царства Великих Юэчжи.

[1] Яодун — "домашняя пещера", "дом-пещера" особая форма земного убежища, распространенного на Лессовом плато в Китае к северу.

[2] Хого, или Китайский самовар (кит. 火锅 пиньинь huo guo), — это древнее китайское блюдо, как и кастрюлю, в которой оно готовится, еще называют Горячий горшок, Монгольское фондю, Hot Pot, Cябу-Сябу.

[3] Дунлайшунь — сеть ресторанов в Китае.

[4] Доу Эрдунь (窦尔敦) 1680–1720 г., командующий повстанческой армии под руководством Ли Цзычэна 李自成. Скорее всего автор имеет в виду одну из пьес, где гг был Доу Эрдунь. Например "连环套".