Глава 17 Одержимый нечистой силой

Рано утром мы с Толстяком Сунем прибыли на тренировочную площадку второго подземного этажа. К нашей неожиданности Хао Вэньмин и Оуян Пяньцзо уже были там. Они привели нас в тренировочную комнату со всех сторон, огороженную стеклом.

Я и Толстяк Сунь раньше не были здесь. Внутри, помимо лао Хао и Оуяна Пяньцзо, также был мужчина лет сорока. Он сидел на стуле в центре площадки и еле слышно что-то бормотал. Практически лежал и, если бы не конвульсии, периодически сотрясающие его тело, я бы подумал, что он так спит.

— Хорошо! Все здесь! Начинаем! — сказал Оуян Пяньцзо.

А? В каком смысле? Что начинаем? Пока я был сбит с толку, Хао Вэньмин произнес:

— Сегодня, можно сказать, для вас двоих боевая практика. Ваша цель — он, — и указал на парня на стуле. — Этого человека зовут Лю Фэнхуа, фермер из Шицзячжуана, полмесяца назад он убил шесть своих членов семьи. Сосед забил тревогу, и Лю арестовали. Судебно-медицинская экспертиза установила у Лю Фэнхуа психическое расстройство — истерия, к этому еще тяжелая степень шизофрении и маниакальный психоз. Пять дней назад это дело передали в наше Бюро расследований. Не мне говорить это. Посмотрите, что в этом человеке специфического?

Неверно! Это не психическое расстройство. Я внимательно посмотрел на Лю Фэнхуа, он имел две смутные тени. Одна на девяносто процентов сходится с ним, но очень слаба, другая тень подавляет ее. Она уже практически не сопротивляется.

Давление на его тень выглядело очень жестоко, время от времени, та, другая тень, кусала ее и рвала. Однако было видно, что эта тень очень боится директоров Хао и Оуяна. Стоило им кашлянуть, как тень съеживалась. У самого Лю Фэньхуа же был совершенно безжизненный взгляд, словно он уже не живой.

— У него не психическое расстройство, — вставил я, прежде чем Толстяк Сунь успел что-то сказать.

— М-м?! — оба директора с большим любопытством уставились на меня. — Продолжай, — произнес Хао Вэньмин.

— Он одержим нечистой силой, бесноватый, злой дух атакует его тело — более конкретно объяснить я не могу, так как не знаю. Так или иначе, это именно такой случай...

— Теперь, вы двое, должны доказать, что Лю Фэнхуа действительно одержим, а не шизофреник, — сказал Хао Вэньмин, глядя на меня и Толстяка Суня.

Заместитель директора И рассказывал о способе распознавания одержимого. Кажется, нужно раскрыть веко, понаблюдать за зрачком и так далее. К сожалению, я не очень хорошо помню.

Толстяк Сунь тем более бесполезен. Когда рассказывали об одержимых нечистой силой, этот дурень спал словно дохлая свинья. Поток слюней достигал промежности, а он этого не заметил. После того как проснулся, долго обомлев, смотрел на мокрое место. И не стесняясь спросил у меня, является ли недержание мочи признаком простатита.

Если на толстяка надежды нет, то все надо делать самому. Всего-то? В "Пещере водного занавеса" я прикончил больше дюжины мертвецов. Что беспокоиться об бессознательном одержимом на стуле?

Я глубоко вздохнул и подошел к Лю Фэнхуа. Голова его была все так же опущена, выражение лица безжизненно. Не побоялся взглянуть в его глаза. Сейчас они были слегка прикрыты, невозможно понять каков зрачок. Однако, насколько я смог за ним заметить, он похоже не опасен.

Воспользовавшись моментом, я осторожно протянул руку к Лю Фэнхуа, чтобы проверить его глаза. Внезапно услышал позади себя, как жирный дурень задавленным голосом произнес:

— Лацзы, будь осторожен, не позволяй ему укусить.

Не каркай! Про себя я яростно бранился, но не осмеливался делать это вслух. Пускай говорит, я действительно немного напряжен.

К счастью, в Лю Фэнхуа не было ничего необычного. Дрожащими руками я раскрыл его веки. Несмотря на то, что был настороже, все равно нечто за его веками заставило меня вздрогнуть. Это уже нельзя было считать зрачком. На вид оно больше походило на белый восковой шарик. Нечто величиной с рисовое зернышко, похожее на зрачок находилось по центру. Это, еще не принимая в расчет того, что восковой шарик в глазных впадинах беспорядочно вращался. Я попятился назад, втянув ртом прохладный воздух.

Это чувство отличалось от испытанного при встрече с мертвецами в "Пещере водного занавеса". Несмотря на то, что я волновался, все же не был в смятении. Люди позади меня! Что ни говори, а сзади меня стоят два директора. Как бы то ни было, они наблюдают и не похоже, что даром едят свой хлеб.

Говоря о директорах, я обернулся и посмотрел назад, рассчитывая услышать их мнение. Кто бы мог подумать, что от этих двух старых лисов в итоге не останется и следа. Позади по-прежнему был только толстяк, пристально наблюдающий за моими действиями.

На душе у меня стало неспокойно. Я громко закричал в направлении этого любителя поесть:

— Те двое?

Толстяк Сунь сперва не понял и был ошеломлен, но быстро отреагировал и подошел. Место, где он стоял, было лучше освещено. С первого взгляда понял, что оба директора уже покинули стеклянную комнату. Оуян Пяньцзо как раз запирал ее на замок.

Относительно опасности у толстяка чрезвычайно острый нюх. Видя, что что-то не так, он сразу подбежал к входной двери и заговорил:

— Директор Оуян, сперва открой дверь, мне нужно по-маленькому. Быстрее, мне уже не сдержаться.

Прежде, чем Оуян Пяньцзо ответил, Хао Вэньмин усмехнулся в голос:

— Мочись внутри, через какое-то время я найду того, кто приберется, — взглянув на выражение лица Толстяка Суня, по которому начали пробегать судороги, он добавил: — Не мне говорить это. Если не можешь сдержаться, ничего страшного, что помочишься в помещении. Только не вини меня тогда в том, что я тебе не напомнил. Вылив все, ты, считай, выпустишь свой Ян. Обычно злые духи чрезвычайно чувствительны к этому. Бесноватых это раздражает, если начнется, то уже не остановить. Не пеняй мне, что я не напомнил тебе об этом.

Меня мало заботило, что там с глазным яблоком и восковым шариком, я напрямик достиг Толстяка Суня и через стеклянную дверь спросил у Хао Вэньмина и Оуяна Пяньцзо:

— Директора, что это еще такое? Вы можете четко объяснить, в чем дело!

Хао Вэньмин холодно посмотрел на меня и неторопливо произнес:

— Я только что сказал, что у вас боевая практика. Вы недостаточно бдительны. На этот раз основной пункт аттестации — провести двадцать минут рядом с одержимым в условиях без подготовки. А если вы настолько умелы и удачливы, что у вас получится прикончить его, то еще лучше. Не мне говорить это. Взгляните назад, — Хао Вэньмин указал нам за спину.

Ему ни к чему было это произносить, я уже чувствовал, что что-то не так. Со стороны Лю Фэнхуа доносился фальшивый хохот. Он смешался в одно целое с бормотанием с самим собой. Голос был очень ломким, я совсем не мог понять, что он говорит.

Не слишком ли это жестоко? Чтобы продержаться в "Пещере водного занавеса" у меня был автомат. А что здесь? Только толстяк в двести шестьдесят цзиней.

— Лацзы! — толстяк весом более двухсот цзиней ударил меня в спину. Я даже мысли не допустил почему. Уже поздно оглядываться назад. Бегство — лучшая стратегия. Кстати, эту стеклянную дверь невозможно открыть. А если ударить по ней, она разобьется?

Стиснув зубы, я отступил на шаг назад, внезапно подпрыгнул в направлении стеклянной двери и, направив всю мощь ударил локтем дверь.

Результат сильно отличался от того, что я ожидал. "Бабах" — я отскочил от двери и приземлился на землю. Что это за стекло такое? В итоге никаких повреждений, даже царапин нет. Однако локоть, которым я ударил, онемел, а после еще и заболел.

— Лацзы! — голос Толстяка Суня стал пронзительным. Я обернулся и увидел, что Лю Фэнхуа стоит на ногах. Только сейчас уже все было абсолютно иначе. Эта злая тень наложилась на все тело, практически без каких-либо слабых мест.

В выражении лица Лю Фэнхуа уже не осталось изначальной безжизненности. Ехидная улыбка полностью изменила его. Изо рта время от времени извергалась жидкость желто-зеленого цвета. Не торопясь, он направился прямо ко мне и Толстяку Суню.

— Ничего! — воодушевлял я сам себя. — Ходит он медленно, пространство здесь немаленькое (почти сто тридцать метров), он измучен, двадцать минут быстро пройдут.

Как я уже говорил ранее, движения Лю Фэнхуа становились все быстрее и быстрее. Похоже, эта тень, ставшая заместителем в этой телесной оболочке, уже приспособилась. Не пройдя и несколько шагов, она уже оказалась довольно близко.

— Бежим в разные стороны! — закричал я, и Толстяк Сунь побежал в другом направлении. Лю Фэнхуа был немного ошарашен, но тотчас же нашел цель и бросился в мою сторону.

Его ловкость превзошла все мои ожидания. Если бы я знал раньше, прихватил бы с собой экипировку. Пусть без пистолета и патронов, подошла бы и телескопическая дубинка.

Я уже мог учуять за спиной вонючий смрад Лю Фэнхуа, обеими руками он почти коснулся моей одежды. В этот раз я был на волоске, моя нога по инерции шагнула влево и Лю не смог ухватиться. В итоге он позволил мне проскочить мимо. Затем развернулся и снова попытался схватить. Я продолжал передвигаться и окружил Лю Фэнхуа созданной мной схемой багуа. Я был на расстоянии меньше метра от него, но бесноватый так и не смог меня достать. В конце концов, нехотя, он оставил меня и, развернувшись, отправился к Толстяку Суню.

А? Это результат трехмесячной специальной тренировки с ударами тока! Это того стоило! Я громко закричал Толстяку Суню:

— Беги согласно багуа!

Ситуация у толстяка почти такая же как у меня, будучи рядом, Лю Фэнхуа не может его коснуться.

Однако бесноватый не остался в накладе. Злой дух, находящийся в его теле, по-видимому, имел далеко не низкий IQ. В конце концов он вынудил Толстяка Суня двигаться в моем направлении. Когда он достиг расстояния пяти-шести метров от меня, вдруг бросил толстяка и снова изменил свою цель.

В совершенстве владея каким-либо навыком, всегда найдешь способ выжить. Я продолжал передвигаться так же, как и раньше, Лю Фэнхуа по-прежнему не мог достать меня. Достигнув цифры сорок два, я обнаружил, что Толстяк Сунь в одном шаге от меня. Сейчас этот дурень был на позиции сорок три.

Какого черта! Почему ты так близко ко мне? Подумав, как следует, стало ясно, что мне уже не увернуться. Мы с Толстяком Сунем столкнулись. Лю Фэнхуа мастерски схватил нас обоих за шеи и поднял.

— Он... хочет... задушить... нас? — последние несколько слов Толстяк Сунь просто выдавил из себя, его лицо уже стало багровым. Хоть я и не видел своего лица, но знал, что оно почти такое же:

— Почему... ты... не... спросишь... у него?

Хао Вэньмин и Оуян Пяньцзо пока не видели смысла входить. Неужели сегодня я останусь здесь? Когда-то в прошлом в родном краю один уважаемый человек посчитал, сколько мне осталось жить. Разве он не сказал, что я смогу прожить восемьдесят шесть лет? Едва вспомнив этого мастера недоучку, в моей памяти сверкнуло воспоминание о том, как прежде во время беседы, он обмолвился, что кровь мужчины с кончика языка это Ян. Она опасна для нечисти.

Меня мало заботило все остальное, я прикусил язык, набрал полный рот крови и плюнул ею прямо в Лю Фэнхуа. Брызги крови мгновенно попали ему на лицо, и появилось чувство, что сила в его руках ослабла. К тому же я смог ощутить у него явную тенденцию к мелкой дрожи.

Кровь работает! Еще один укус! Незамедлительно мой рот изверг повторную порцию крови. Лю Фэнхуа стал стенать, отпустил меня и Толстяка Суня и обеими руками закрыл лицо. Все его тело с головы до пят непрерывно и яростно сотрясалось. Несмотря на то, что в его внешнем виде не было никаких изменений, я все же смог рассмотреть, как внутри его тела, эта жестокая тень начала исходить белым дымом, словно кто-то разбрызгал на нее серную кислоту.

— Ого! Лацзы, ты харкаешь кровью. Что произошло? — Толстяк Сунь был в смятении, из-за нехватки воздуха и не мог видеть всю ситуацию.

— Уйди в сторону, — обернувшись в раздражении бросил я ему. Язык болел, слова было трудно произносить.

Ты приносишь не столько пользы, сколько вреда. В "Пещере водного занавеса" я сразу заметил, что ты воплощение ходячего бедствия, перерождение кометы Галлея. Если бы не ты, мне бы не пришлось кусать собственный язык и брызгать кровью. Стоило подумать об этом, как язык заболел еще более невыносимо.

— Неплохо. Мы разрешили вам продержаться двадцать минут и совершенно не ожидали, что вы уладите все за десять. Не мне говорить это. Но кто сказал тебе использовать подобное умение для уничтожения зла? — вошли с ленивым видом Хао Вэньмин и Оуян Пяньцзо.

Директор Оуян подошел к Лю Фэнхуа, распахнул его веки и осмотрел глаза:

— Больше он не наше дело. Отправим в четвертый отдел, отдохнет там несколько дней и все будет хорошо.

В своей душе я желал благополучия всем членам семей этих двоих, но усердно старался не показывать этого внешне:

— Директора, я и Дашен прошли аттестацию?

— Не скрипи зубами, все новички должны пройти эту часть. Кроме того, разве здесь нет нас двоих? Вы не могли потерпеть неудачу, — сказал Хао Вэньмин сохраняя полное хладнокровие, у него даже сердце не екнуло. Только что, когда я из кожи вон лез, то кажется видел, что он и Оуян Пяньцзо во время всего процесса щелкали семечки.

Хао Вэньмин увидел, что у меня и Толстяка Суня довольно суровое выражение лиц и в конце концов озвучил основной вопрос:

— Хорошо! С сегодняшнего дня ты Лацзы, и Сунь Дашэн официально являетесь следователями нашего Бюро расследований. С завтрашнего дня начинаете активное участие в работе первого отдела.