Глава 15 Структура Бюро расследований

Беловолосый молодой человек? В душе у меня ухнуло. Мы с Толстяком Сунем быстро переглянулись. Его округлившиеся глаза так и вопрошали. Взглянув на него, я понял, что он удивлен еще более, чем я. Переведя дыхание, я повернулся к Хао Вэньмину и спросил:

— Того беловолосого молодого человека зовут У Мянь?

— У Мянь? Не знаю, — Хао Вэньмин насупил брови и покачал головой, — когда в прошлом начальник Бюро вернулся назад, с ним был нынешний директор шестого следственного отдела — У Жэньди[1].

Ух! Я и Толстяк Сунь вздохнули с облегчением. Они однофамильцы, но имена у них разные. Однако это имя обладает также некой силой, пожалуй, с ним сравнится только мифический Дунфан Бубай (Непобедимый Восток).

— Я уже упомянул о истории Бюро ранее, позже мы поговорим об этом с вами еще раз. Не мне говорить это. Сейчас вы отправитесь в одно хорошее место.

Войдя в лифт, Хао Вэньмин достал карту доступа и произнес:

— Забыл вам сказать: до верхнего девятого этажа нет никаких ограничений и весь внутренний персонал может свободно входить и выходить. Ограничения распространяются на нижние пять этажей. Обычные работники не имеют права входа в подвал. Следователи могут опускаться только до второго этажа. Директора шести следственных отделов могут опускаться до третьего, а начальник Бюро может спускаться до четвертого.

— Ваша экипировка включает в себя несколько карт доступа, — указал он на чемоданы у нас в руках.

Мне показалось, что я не все расслышал, и решил переспросить у Хао Вэньмина: — Вы сказали, что под землей пять этажей, не так ли? Начальник Бюро может спускаться только до четвертого. В таком случае, кто же тогда имеет право входа на пятый? — С тех пор как появилось Бюро, пятый подземный этаж никогда не открывался. Кто имеет право входа на него, ты можешь спросить у начальника Гао, — ответил Хао Вэньмин, улыбаясь.

— Если говорите, что это знает только начальник Гао, то кто посмеет спрашивать... — прошептал в нерешительности Толстяк.

Хао Вэньмин проигнорировал его, провел картой доступа и нажал на кнопку второго подземного этажа. После того как лифт начал свое движение под землей, его скорость заметно снизилась. Чтобы доехать, ему понадобилось почти три минуты. Это подвал? И это просто второй этаж? То, что раскинулось перед глазами, нельзя выразить ничем иным, кроме как величественное зрелище. Высота этажа минимум пятьдесят метров. С моего угла обзора я не мог охватить все взглядом, не видать ни конца ни края. В общем, сюда легко можно вместить два футбольных поля и еще осталось бы.

Толстяк Сунь причмокнул языком, поразившись:

— Директор Хао, это подвал или бомбоубежище?

— Или что-то из защиты от атомной бомбы... — добавил я.

— Мало видели, выскажите свое мнение после того, как увидите третий подземный этаж, — произнес Хао Вэньмин и повел нас обоих внутрь.

По сравнению с безлюдным главным зданием Бюро расследований, здесь более-менее попадаются люди. Недалеко от лифта я увидел группу из четырех-пяти человек. Во главе группы был человек двадцати пяти-двадцати шести лет. Хм? Иностранец с голубыми глазами и светлыми волосами, неожиданно.

Разве Бюро расследований не является тайной? Почему здесь иностранец? Я не успел надолго задуматься об этом. Он подошел к нам поздороваться и заговорил на чистом пекинском диалекте:

— Привет, директор Хао! Начальник Гао уже нашел тебя? Ты быстро вернулся. А кто эти двое парней сзади тебя?

Судя по всему, Хао Вэньмин так и не привык к легкомысленному виду и манерам этого человека: — Ты можешь говорить, как обычный иностранец? Не мне говорить это. Но где ты выучил этот пекинский диалект?

— Это мне не под силу, мой дорогой Хао, — заговорив вновь, иностранец попытался сдерживать свой столичный говор, однако, язык тела обильно дополнял его. Он развел руками, преувеличенно выражая безвыходность своего положения в стиле полноценного американца или европейца. — Я не могу подавить дар, данный мне богом, дар к языкам. Ты ведь понимаешь, мой дорогой Хао.

Директор Хао, явно так и не адаптировался к тому, что иностранец называл его "дорогой". — Ладно! Говори, как тебе нравится, — пошел Хао Вэньмин на компромисс. Он протянул руку, махнув в сторону иностранца. — Этот иностранец — директор третьего следственного отдела — Хьюго. А это следователи из этого отдела. М! Хьюго! А какое твое полное имя?

— Хао, я разочарован в твоей памяти. Мое полное имя Николас К. Хьюго. Вы можете называть меня Хьюго, конечно, я не против также, если вы будете звать меня Николай, — произнес Николас К. Хьюго слегка неудовлетворенно.

Хао Вэньмин не придал этому никакого значения и продолжил представление:

— Директор третьего следственного отдела Хьюго отвечает за международные религиозные дела. Несмотря на то, что возраст его невелик, он является сотрудником Ватикана, присланным по обмену.

Затем он указал рукой на меня и Толстяка Суня:

— Эти двое новобранцы первого отдела. Сегодня только устроились. Этого толстяка зовут Сунь Да... Сунь Дэшэн, а того, который не толстый — Шэнь Ла. С тех пор как Хао Вэньмин сказал, что Хьюго прибыл из Ватикана, Толстяк Сунь нахмурил брови и задумался о том, где это находится. Внезапно он хлопнул себя по бедру и выпалил:

— Вспомнил! Ватикан старое гнездо христианства!

После этих слов уголок рта Хьюго несколько раз дернулся, а лицо сразу изменило свой цвет. Но, к счастью, он мгновенно пришел в себя.

— Сунь, друг мой, если бы ты сказал так в Ватикане, то это был бы непоправимый кошмар. К счастью, здесь Китай. Однако, тебе на самом деле стоит заново ознакомиться с основными западными религиями.

Когда он собирался продолжить объяснения о различиях между католическим христианством и православием, снова подъехал лифт, оттуда вышел белый мужчина. Он сразу же подошел к нам. Увидев директора Хао, слегка кивнул, считай поздоровался. А потом сразу направился к Хьюго и прошептал ему на ухо несколько слов. Здесь, под землей, на втором этаже поистине космические просторы, таким образом, даже если вы говорите тихо, на расстоянии вас неизбежно услышат посторонние. К сожалению, сейчас это не сыграло никакой роли. Как бы сильно я не пытался навострить уши, не смог понять услышанное. Он говорил не на английском, должно быть это латинский язык.

Закончив говорить, человек встал позади. Хьюго же не стал ничего объяснять, он всего лишь со спокойным видом улыбнулся нам и произнес:

— Сожалею, но, по-видимому, мне придется покинуть вас. Требуется решить несколько пустяков. Шэнь, Сунь, весьма рад был с вами познакомиться сегодня, — раскрыв объятия он приблизился, чтобы обнять меня и Толстяка Суня.

Поведение Хьюго заставило меня опешить, до сих пор никто из мужчин так не стремился меня обнять. Толстяк Сунь немедленно отступил на шаг назад, пропуская меня. К счастью, мой хитрый разум нашел выход. Обнимая ладонью кулак своей второй руки и поклонившись иностранцу, я произнес:

— Директор Хьюго, вы слишком любезны.

Хьюго вдруг застыл на секунду и сразу рассмеялся. Обнимая ладонью кулак другой руки в ответ согласно этикету, он сказал:

— Ваши китайские манеры весьма занимательны.

Затем он распрощался с нами и забрал с собой белого мужчину. Он и его подчиненный следователь уехали на лифте.

— Директор, кто был этот иностранец позади? — спросил Толстяк Сунь, наблюдая за тем, как поднимается лифт.

— Сопровождающий Хьюго, его зовут Мойес. Вам не стоит недооценивать его. Что касается его истинных навыков, то он не уступает Хьюго.

— Если он по истине настолько крут, то почему все еще подчиненный? — слегка возмутился Толстяк Сунь.

— Ты ни черта не знаешь, — взглянул на него Хао Вэньмин для пущей ясности и продолжил: — Не мне говорить это. Ты еще не разобрался во внутренних делах. Зачем слепо лезешь в дела иностранцев?

После этого он продолжил нас вести вперед, прямо до комнаты на втором подземном этаже. — Входите, это то самое место, — произнес он, открыв дверь.

Когда я прошел внутрь, то обнаружил стандартное пятидесятиметровое стрельбище. Судя по всему, в будущем наша работа будет связана с оружием. Особо не задумываясь об этом, я и Толстяк Сунь поставили чемоданы на огневую точку. Хао Вэньмин достал пачку сигарет, совершенно не обращая внимания на нас. Прикурив, он промолвил:

— Откройте чемодан, пароль 501215.

— Директор, у этого пароля есть какое-то особое значение? — спросил я, вводя цифры. — Ничего особенного. 15 декабря 1950 года. Толстяк Гао... День рождения начальника Гао. Кстати, когда придет время, не забудьте про подарок.

Еще и подарок? Я почувствовал, как у меня начинается недомогание. К счастью, содержимое раскрытого чемодана отвлекло мое внимание. Внутри он делился на два слоя. На верхнем находился пистолет 92-го типа, справа от него — четыре магазина. Слева было разложено нечто наподобие чехлов для мобильных телефонов. Второй слой оказался более интересным. Там были удостоверения различных видов. Таможенные удостоверения, Управления по контролю качества, инспекции и карантину, Бюро общественной безопасности, Прокуратуры... Ну и самое из ряда вон выходящее, там было удостоверение Бюро внутренней безопасности ЦК. К тому же на всех документах была моя фотография.

Толстяк Сунь просмотрел практически все удостоверения и произнес:

— Директор, эти подделки намного лучше тех, что продаются на улице за 200 юаней. — Дашэн, ты это точно знаешь? — спросил я, опережая Хао Вэньмина.

Толстяк Сунь несколько раз моргнул, но в конце концов не удержавшись все-таки выдал: — Я предполагаю.

Я был не в настроении шутить вместе с ним, поэтому, повернувшись к Хао Вэньмину, спросил:

— Директор Хао, вы позволите задать вопрос?

Хао Вэньмин выпустил кольцо дыма и ответил:

— Спрашивай, я не обязательно отвечу.

— Я и Дашэн сегодня первый день как устроились на службу?

— Хм! Это такой вопрос? — Хао Вэньмин косо посмотрел на меня. — Не мне говорить это. Не меня нужно спрашивать, спросите сами себя.

— Я тоже понимаю, что это не вопрос. Проблема в том, что мы с Дашэном сегодня первый день, а все эти удостоверения уже имеют наши фотографии. Вдобавок фото даже не вклеены, они напечатаны на лазерном принтере, а затем отсканированы на документы. Чтобы напечатать столько фотографий понадобится много времени. В сжатые сроки все это подготовить невозможно.

В отличие от того, что я ожидал, Хао Вэньмин выслушал меня без удивления. Наоборот, следуя за Толстяком Сунем, он несколько раз моргнул, а затем сказал:

— Этот вопрос тебе все-таки стоит задать начальнику Гао. Не мне говорить это. Он все подготовил. — Директор, стоимость такого большого количества подделок довольно высока, — произнес Толстяк Сунь, перебрав больше десятка удостоверений.

Хао Вэньмин обессилено взглянул на него:

— Говоришь, что они все поддельные? Все удостоверения здесь на сто процентов подлинные. Не мне говорить это. Вы двое сами знаете, наша работа не может быть публичной. Выезжая на место, мы не можем оповестить о том, кто мы. Иметь все эти удостоверения намного удобнее.

— Ха!? Еще имеются и такие штуки, — Толстяк Сунь достал из чемодана дубинку. Он взмахнул ею, и она стала длинной и прямой, как стрела. Оказывается, это телескопическая дубинка, которую обычно использует полиция.

— Бюро расследований действительно нужна телескопическая дубинка? — спросил толстяк, взмахнув ею несколько раз.

— Все это базовая экипировка, позже вы сможете ее использовать, — не выдержал Хао Вэньмин. — Есть еще одна вещь, которую я хочу сказать вам заранее. Чтобы работать в Бюро вы двое должны пройти особую трехмесячную подготовку. После того как вы пройдете обучение, будете приняты официально.

— Директор, вы хотите сказать, что если у нас не будет пройдена подготовка, то мы не сможем приступить к работе? Только что подписанный нами договор будет аннулирован? — я уже чувствовал сожаление из-за договора. Не думал, что Бог так скоро подкинет мне удобный случай.

— Аннулирован? — Хао Вэньмин натянуто улыбнулся, глядя на меня. — Ты грезишь. Не мне говорить это. Договор считается недействительным, если прошло 99 лет. Ты решил пошутить? Если период обучения не пройден, то тогда время обучения продлевается, пока он не будет завершен. Однако при продленном периоде обучения нет зарплаты.

— В таком случае, разве работа не оставит без еды? — спросил Толстяк Сунь.

— Ладно! — выкинув бычок на землю, Хао Вэньмин продолжил: — Я познакомлю вас с экипировкой, но сперва вкратце обсудим внутреннюю структуру Бюро. Сейчас мы с вами поговорим о шести следственных отделах. Мы относимся к первому следственному отделу и занимаемся комплексными расследованиями, суть наших обязанностей вытекает из названия. Второй отдел отвечает за внутренние дела. Директора третьего отдела Хьюго вы уже видели, они отвечают за дела, связанные с западной религией в нашей стране. Четвертый отдел занимается внешней, выездной формой расследований. Директора пятого следственного отдела Оуян Пяньцзо вы двое тоже уже видели. Он отвечает за поиск дел, путем штудирования газет со всех концов страны. О находках они уведомляют другие отделы. Кроме этого, он так же отвечает за ваше снаряжение.

Все эти слова, относящиеся к подготовке, с самого начала должен был вам говорить Оуян Пяньцзо, но, так как он временно занят, об этом вам рассказываю я.

— Что-то не сходится, — промолвил Толстяк Сунь, касаясь пальцем руки рта. — Директор, вы рассказали только о пяти отделах, а о шестом ничего не сказали. — Правда? Ничего не сказал? Неужели? — Хао Вэньмин выдал эти три вопроса так будто это ничего не значит.

— Верно, директор Хао, в вашем представлении не хватает шестого отдела, — так же сказал я.

— У вас двоих хорошая память, — интонация Хао Вэньмина стала не слишком положительной, и без всякого желания он продолжил: — директора шестого отдела зовут У Жэньди. Если появляется дело, с которым не может разобраться ни один из пяти отделов, то за него будет отвечать шестой отдел.

— Директор У настолько крут? Разве тогда он не босс Бюро? — выдал Толстяк Сунь. — Ладно, Ладно. Не будем об этом. Давайте теперь вы ознакомитесь с вашим снаряжением, — принудительно сменил тему разговора Хао Вэньмин.

С верхнего слоя чемодана Толстяка Суня он вытащил пистолет 92 типа:

— Не мне говорить это. Из вас двоих один спецназовец, а второй наркополицейский так что вам это не чуждо, не так ли?

Я тоже взял в руку свой пистолет 92 типа. До этого я более интересовался вещами внизу и был равнодушен к нему. Теперь, держа его в руке, я увидел разницу между ним и обычным 92-м. По всему стволу выгравированы узоры похожие на руны. Также он имеет дисбаланс. Держать его в руке довольно странно. Разве это не пистолет, который дал мне беловолосый У Мянь в "Пещере водного занавеса"? Жизнь лао Линя прервала пуля, выпущенная из него.

Вытащив магазин, я достал один патрон. Он также отличался от обычных патронов, головная его часть имела некую печать и светилась на свету. Этот свет был очень ярким, резал глаза.

— Директор, этот пистолет сделан вашим Бюро расследования, не так ли? — спросил я, поднимая 92-й.

— Что значит ваше Бюро? Это наше Бюро! Кроме того, опусти оружие. Не мне говорить это. Ты бывший солдат, разве не знаешь, что непроизвольным выстрелом можно убить человека? Глядя на опущенное мною оружие, он добавил:

— Этот пистолет базируется на пистолете 92 типа китайского производства. Его балансировка чуточку смещена, ствол покрывают выгравированные руны для изгнания и подавления призраков, созданные Небесным наставником с горы Лунхушань[2]. Несмотря на то, что эти заклинания всего лишь копии копий, их мощь все же не маленькая. А сейчас мы поговорим о специальных патронах для этого пистолета. Пуля состоит из серебряного сплава с защитой от окисления. К тому же сама она имеет своеобразную обработку. Поражая цель, она дважды взрывается, внутри под высоким давлением содержится концентрированная сернистая ртуть. Что же касается печати на головной части патрона...

[1] прим. Сюй Фу. В китайском У Жэньди созвучно со словом 无人敌 — "непобедимый / непревзойденный".

[2] Лунхушань (Горы Дракона и Тигра) — территория к югу от города Интань в провинции Цзянси, Китай, где расположены многочисленные даосские храмы. Лунхушань считается родиной даосизма и центром Школы Небесных Наставников, известной позже как Школа Истинного Единства. Школа Небесных Наставников (Путь Небесных Наставников) — религиозное направление даосизма, основанное в поздние годы династии Хань. Основателем движения был Чжан Даолин, первый патриарх (Небесный Наставник) и бессмертный даос. Эта школа — самая первая стабильная религиозная организация в даосизме. Школа существует до сих пор, преимущественно в южном Китае, на Тайване, в Сингапуре и среди китайского населения стран Юго-Восточной Азии.