Часть 19

Пиллар больше часа бесцельно слонялась в районе Вавилонской башни просто не зная, что делать. Податься назад к Джеральдин она не могла. Позвонить Ише, чтобы сказать, что Мариан, больше не вернется в свою квартиру в Хадйон, не будет сидеть за стойкой и уплетать предложенные сладости, она тоже не могла. А идти в Церковь Света, чтобы они уничтожили осколки, у нее душа не лежала. Хоть женщина и обязана была это сделать, иначе для чего вообще было все это? Зачем они столько раз рисковали жизнью. Она могла бы отдать эту коробку Мариан, конечно это тоже было сомнительной идеей, но оно никогда ее у Александретти не просило, хотя наверняка знало, что это за вещь. За все это время сонник ни разу не дало повода Пиллар усомниться в том, что ими движут благородные мотивы, даже несмотря на их довольно жуткую природу и еще более кошмарное происхождение. Легко было считать всех обитателей Нейтральных территорий и Искаженного Мира монстрами, покуда ты не видел их воочию, не говорил с ними, не оказывался втянут в какое-то общее дело. У нее дальше пребывать в иллюзии не получалось, и она не знала, как справляются с этим товарищи вроде Ашера, разве что только взаимодействуют со всем, что не из миров Порядка лишь через прицел винтовки и дистанционные смертельные заклинания. И даже так, его смерть была ужасной и глупой. Может она многого о нем не знала, но разве он и вправду заслужил такой бесславный исход? Почему Стая выбрала именно эту пустынную ферму? Только лишь потому, что она была недалеко от перехода?

Желудок напомнил, Пиллар, что если она продолжит в том же духе, то у нее есть шанс рухнуть в голодный обморок прямо на улице. Отражение в витрине подсказало ей, что в таком виде ни в одно приличное заведение ее никто не пустит, а вот для карьеры уличной попрошайки ее вид подходил идеально. Значит придется разбираться со всем этим в порядке возникшей очереди и для начала сделать хоть что-то со своим хорошо просоленным и пожеванным костюмом. Магазинчик одежды через дорогу выглядел тем, с чего можно было начать.

Она даже не успела поставить ногу на переход, как перед ней остановился парящий грузовой бус из которого высыпало не меньше пяти товарищей в защитной униформе. На представителей Службы Безопасности Вавилона они были не похожи, скорее уж чьи-то корпоративные войска. Ее схватили раньше, чем она успела вскрикнуть, вырвали из рук сумку и вытащив оттуда коробку швырнули остальное в подворотню.

- Да, чтоб вас! Там все мои ве...

Что-то острое вонзилось в ее шею и мир вокруг стремительно погас.

Сознание возвращалось к ней медленно и неохотно, может из-за той дряни которую ей вкололи, а может потому что Пиллар понимала, ничего хорошего в ближайшем будущем ее не ждет. На узкой кровати, куда ее положили, был один только старый матрас. Пустой шкаф, с облезлой, словно струпья, краской, сиротливо стоял в дальнем углу. Под потолком горела одинокая лампочка с настолько пыльным типовым плафоном, что ее свет лишь едва разгонял полумрак. На единственном окне у кровати была толстенная решетка, а за ней клубилась непроглядная тьма. Силуэты домов выглядели иначе, не так как Александретти привыкла, но неужели она снова оказалась где-то в Кварталах Тьмы. Что ей сюда, медом намазано? По карманам у нее похоже не лазили, а если и лазили, то единственное, что в них осталось, молитвенный розарий, расколовшуюся ракушку и кожаный шнурок, никто не тронул. Находку женщина поспешно спрятала назад, смотреть на нее долго у Пиллар не было никаких душевных сил. На короткое мгновение ей в голову закралась мысль, что Ашер специально нанял ее искать осколки лютни, чтобы отвлечь сонника от их настоящей затеи. Что за сон они пытались разрушить? Кошмар? И таким образом убивать существ, которые служили Творцу Кошмаров? Младший инквизитор был прав, сочувствовала она не той стороне, но Александретти очень не хотелось, чтобы они преуспели в своем замысле. Мариан не представляло для инквизиции угрозы, так как было в заточении, это она их выпустила, а значит, причиной ее присутствия здесь был артефакт и только. Выходит, просто звезды так стали. Снова.

На короткое грешное мгновение, она подумала, что ее похищение может быть делом рук Ишы, пожелавшей вернуть осколки назад, чтобы окупить свои вложения. Но Александретти тут же отмела эту идею. Хозяйка Хадйон, хоть и была отмеченной, никогда не давала повода думать о ней подобным образом.

Дверь из комнаты конечно же будет закрыта, но женщина все равно ее подергала, просто чтобы точно убедится, что это действительно так. Как-то слишком не вовремя вспомнились слова рыжей химеры. Теперь у них стремительно появился шанс из безумного бреда превратиться в пророческое предсказание. Второй осмотр комнаты не выявил и того, что Александретти могла бы использовать как оружие.

Она как-то читала книгу про героя, служившего Порядку, который очнувшись в незнакомом месте выломал прут из изголовья кровати, чтобы освободиться из заточения, но она была всего лишь хрупкой женщиной и такие подвиги ей были не под силу. Больше ничего и не оставалось, кроме как снова усесться на старый матрас и покорно ожидать своей участи.

Много времени это не заняло. Несколько оборотов ключа и открытая дверь впускает в комнату двоих мужчин в такой же униформе, как и у тех, что схватили ее на улице. Люди ли они - покуда их лица скрывают шлемы с темными визорами, сказать сложно. В Вавилоне проживает слишком много всевозможных рас, чтобы Пиллар могла быть хоть в чем-то уверенна.

- Идем с нами. Без фокусов, - приказал ей один из них.

- Куда меня ведут? Где я?

- И без вопросов, - тут же добавил второй.

- Эй, вы меня похитили, выбросили мои вещи и хотите, чтобы я молчала? Меня будут искать! И скорее всего найдут, - добавила она, вспомнив о том, на что способен машинный призрак мертвого митрийца, а потом она подумала еще и о Джеральдин. - И когда это произойдет вам сильно не поздоровится.

На это ее конвой не ответил ничего. Они не угрожали ей оружием, не толкали ее, просто сопровождали. Если судить по виду помещений, через которые ее вели, это было что-то промышленное, или быть может пустующие склады. Конечным пунктом их путешествия оказалось просторное помещение, убранное и украшенное. У Пиллар язык не поворачивался назвать это убранство торжественным. А даже если и так, то это явно было не то торжество, на котором она желала бы побывать. Кто бы ни устроил это все, он приложил очень много усилий, чтобы внутреннее устройство этой комнаты напоминало храм, посвященный богине Тьмы, как тот что разорила Стая. Или скорее более дорогую и изящную вариацию на тему. Еще одним отличием был стол, накрытый тяжелой черной скатертью. В его центре стояла драгоценная чаша со всеми обломками артефакта, которые так тщательно собирала Пиллар. Расставленных вокруг стульев было тринадцать. Больше походило на спиритизм, чем поклонение богам.

Охрана за ней не последовала, оставшись за дверями. Вместе с ней здесь было тринадцать существ, ровно по количеству мест. И в этой скромной компании почти не было людей, эльфы, шеольцы, кристаллиты, какая-то разновидность нежити, прямоходящая ящерица, это то что женщина кое-как смогла опознать, так как все присутствующие были не только в черных одеждах, но и скрывали свои лица. Мужчины носили маски, напоминающие головной убор Исмы, а головы женщин покрывали черные вуали. "Еще одни культисты?" - внутренне изумилась Пиллар. "В Вавилоне вообще есть кто-нибудь еще кроме культистов?"

- Мы рады, что ты смогла присоединиться к нам. Тот, кто проделал столь огромный труд по сбору этого бесценного артефакта, должен быть удостоен высокой чести лицезреть ее лично - произнес мужчина стоявший ближе всего к ней, его расу она опознать не смогла, хотя бархатистый, хорошо поставленный голос, даже слегка приглушенный маской, звучал приятно. Может он был их лидером или проповедником?

- И для этого обязательно было меня похищать и выбрасывать сумку? Вы кто вообще такие? - все еще кипела от негодования она.

- Мы те, кто ищет внимания и благосклонности Великой Темной Госпожи, ее благословенного касания, - ответил ей все тот же мужчина и Александретти поймала себя на том, что даже призадумалась о какой великой темной госпоже речь о Творце Кошмаров или все же о местной богине Тьмы. Мариан периодически с такой теплотой и преданностью упоминало Мать, что Пиллар как-то даже свыклась с мыслью о ней как далеко не о самом худшем явлении в Конструкте. Впрочем, обстановка оставляла не так много простора для заблуждений.

- Подождите минутку, вы хотите призвать богиню Тьмы, чтобы она сделала вас отмеченными? - ужаснулась Пиллар, перед ее внутренним взором тут же возникли орды отвратительных плотоядных чудовищ, штурмующих стены Сарсэрры.

- Конечно. Разве ты не понимаешь, что в этих мирах все движется по воле Божественных сил, их милость высшее благословение и награда!

- Мне безразлично, я не местная, - качнула головой Александретти.

- Ничего, скоро ты тоже это поймешь. Увы, но до этого великого дня прекрасная, милостивая богиня Тьмы, заботилась только о своем народе - обскурантах. Лишь им она дарует свои прозрения и благословения. Но столь многие из них слишком слабы, слишком никчемны, чтобы принять всю полноту ее милости, сохранив ясный, неомраченный рассудок.

- Мы вернем ей ее артефакт и докажем, что достойны ее даров, - мечтательно вздохнула одна из женщин.

Александретти мысленно выругалась, очевидно перед ней была кучка избалованных толстосумов способных оплатить услуги своей маленькой частной армии, а еще заставить некоторое количество народа потакать их безумным идеям. Пресытившись обычными радостями жизни, они захотели внимания богов, а теперь и вовсе решили, что настолько избраны и особенны, что за отнятые у Пиллар осколки лютни смогут выторговать себе преференции у самой богини. Откуда они знали, что она будет там? Следили за ней? А главное, как поняли, что она собрала почти все, что осталось от артефакта? Впрочем, сейчас это было не важно, если она правильно понимала, чем все кончиться, то ей нужно было срочно выбираться отсюда, потому что скоро в этой комнате будет двенадцать обратившихся чудовищ и что-то она сильно сомневалась, что хоть одно из них окажется способно сохранить здравый рассудок.

Пиллар отвернулась от них и двинулась к выходу из зала, если понадобиться, то она пустит в ход все молитвы, которые знает. Она должна была выбраться, предупредить Ишу или Въюла, пока эта кучка сумасшедших не превратилась в катастрофу.

В дверях стоял мальчик лет десяти. Бледный и черноволосый, в темной одежде, напоминавшей форму какой-нибудь частной школы земного мира. Она даже как-то не сразу осознала, что с ним не так. Несмотря на хорошенькую детскую внешность на нее смотрела пара хищных лимонно-желтых глаз, с узким зрачком. То, что его нижняя половина тела была змеиной, казалось сущей ерундой, по сравнению с тем холодным липким ужасом, который моментально охватил Пиллар от одного только присутствия этого существа здесь. Пугала отнюдь не внешность, а то что скрывалось за ней. Этот почти безобидный детский образ, словно плохо одетая маска делал все только хуже. Она замерла на месте не способная сделать больше и шагу в сторону этого существа, стоящего у нее на пути. Чем бы оно ни было, кем бы не прикидывалось, но судя по отсутствующей реакции остальных, видела его только она. Кто-то за ее спиной похоже подал знак закрыть двери, ее единственный шанс к спасению, которым она все равно не смогла воспользоваться потому что ЭТО было там. Ребенок приложил палец к губам в жесте, призывающем сохранять молчание и улыбнулся. По-змеиному широкая, нечеловеческая улыбка обнажила множество мелких острых зубов, а потом исчезла вместе с самим явлением за закрывающимися дверями. Даже когда оно пропало Александретти все еще не могла прийти в себя. Почему-то это ощущалось самым худшим, самым дурным предзнаменованием из всех возможных, после такого ты обычно выбрасываешь билет на свой транспорт, куда бы он не ехал и остаешься дома. Вот только для Пиллар было слишком поздно она уже сидела на своем пассажирском месте и что бы не везло ее в бездну, оно слишком хорошо разогналось, не оставив ей шанса затормозить где-то на полпути.

- Твое согласие не обязательно, только присутствие, - уведомил ее кто-то и женщину потащили за стол. Они усадили ее, зажгли свечи по количеству присутствующих, взялись за руки. Сидящие по обе стороны от нее прочно схватились за ее ладони и все это время Александретти могла только с ужасом наблюдать за происходящим не способная сбросить с себя наступившее оцепенение. Они призывали снизойти к ним Тьму, ту силу, которая создала, владела лютней. Культисты ошибались, на самом деле Лютня Сна Разума не была создана богиней Тьмы. Кто знает почему ее вообще связывали с этим артефактом если он попал сюда из Искаженного мира. Меньше всего на свете Пиллар хотела знать кто был творцом этой проклятой вещи. Но, в конечном итоге что-то откликнулось на зов присутствующих и пришло, хоть женщина и молилась до последнего за то, чтобы все их воззвания остались без ответа.

Весь свет в комнате исчез, остался только стол, свечи и освещаемая их светом чаша с обломками артефакта. Пиллар больше не видела сидящих напротив нее, кажется ее за руки все еще кто-то держал, но она не была в этом уверенна. Зато точно знала другое, чтобы не ответило на этот призыв, разорвать круг сейчас было бы форменным самоубийством. Ее накрыла чудовищная тяжесть, это было больше их всех вместе взятых, словно вся ее воля, вся ее жизнь требовалась для того чтобы не оказаться раздавленной в тот же миг, когда на их жалкий писк обратило внимание нечто за пределами их понимания.

Свеча, стоявшая на столе по другую сторону от нее, погасла и Пиллар наконец-то увидела, ЧТО откликнулось на призыв этой кучки наивных толстосумов. Оказывается, богиня Тьмы еще могла быть хорошим вариантом...

Перед ней за столом, там, где больше не было света сидело то, что выглядело как молодой мужчина, настолько бледный, что его кожа почти светилась в темноте. Длинные серебристые волосы словно бы еще больше подчеркивали сходство его лица с лисьей мордой, а может тому виной был лукавый прищур янтарных глаз и едва различимая, мягкая улыбка, прячущаяся в уголках губ. На нем был дорогой наряд, черный, синий, серебро... она слишком хорошо знала этот образ, вынырнувший прямиком из жутких историй отца Карлоса, рассказанных ей почти целую вечность тому-назад. Перед ней сидел сам Мрак, Великий Обманщик, еще одно чудовищное порождение Хаоса, враг Света, то, что называют аватаром Тьмы. Пиллар, как и многие другие жители Порядка в своих молитвах, обращенных к Свету и Порядку, всегда просила отвести ее от встречи с ними. То ли она сама так сильно согрешила, то ли силы, оберегающие их, не слышали ее здесь, в творении Римуса.

- Это ж надо было выбрать такой чудовищно неудобный способ поговорить со мной... - хмыкнул он, и его голос словно мягкий, уютный бархат растекся в воздухе. Свеча справа от аватара замигала и погасла.

- Что ж, зачтем это на счет призывателя, все равно единственное существо из присутствующих, которое стоит моего внимания это ты, Пиллар. Это ведь ты собрала все, что осталось от моей лютни. Тайнар всего лишь перекусил ее, но ты только посмотри, что они сотворили с ее останками... призывающие Кошмар артефакты, усыпляющая пыль... - он вздохнул и его взгляд стал печальным, а Александретти невольно тосковала вместе с ним, едва ли не полностью поглощенная чужой волей. За это время успело погаснуть еще несколько свечей и с каждой из них тяжесть, лежащая на плечах, и грозящая раздавить сам ее дух, стереть в пыль саму ее суть, становилась все сильнее. Женщина отчетливо понимала, что время его присутствия здесь отсчитывалось жизнями тех, кто позвал его сюда и когда круг замкнется на ней - она умрет.

- Не бойся, погибнуть здесь не твоя судьба. У нее на тебя большие планы, дорогу она тебе соткала долгую, хоть и довольно ухабистую, - словно читая все ее мысли, весело хмыкнул он, и тут же добавил. - Пожалуй я должен извиниться, за то, что произойдет после нашей с тобой беседы, хоть в том и не будет моей вины, но то, что когда-то давно началось волей случая, теперь, так или иначе, будет закончено вашими руками. Как бы там ни было, Катарина-Пиллар Александретти, я благодарю тебя за то, что вернула останки моего несчастного творения, - произнес аватар Тьмы изобразив легкий поклон. - Починить я ее уже не смогу, лишь создать нечто новое, использовав старые части и я точно знаю, кому этот инструмент придется по душе.

Чаша с обломками артефакта исчезла поглощенная тьмой, она словно дымная волна захлестнула стол, а когда откатилась назад перед женщиной лежал небольшой кристалл мориона.

- Это не сделка, - вновь, будь-то зная ее мысли, произнес он. - Я не назначу за это цену и не потребую ничего взамен. Это благодарность. Прими его, держи при себе, он хорошо послужит тебе Пиллар, может быть даже сбережет твою жизнь.

Все двенадцать свечей, стоящих перед Александретти и отделяющих ее от неминуемой гибели, погасли, на столе осталась лишь одна - ее собственная. Но она больше не ощущала этого необъятного подавляющего присутствия рядом, словно кто-то снял с ее плеч целый океан. Больше не было столь непроглядной тьмы вокруг и никого напротив нее, словно ей это все просто померещилось. Стол был пуст, ни свечей, ни двенадцати стульев ни существ, сидевших на них. Только небольшой кристалл мориона, таинственно поблескивающий своими гранями в неровном свете свечи, напоминал своим присутствием о том, что ничего из этого не было плодом ее воображения. Перед ней действительно сидел аватар Тьмы, говорил с ней, и она все еще жива, цела и даже в своем уме.

"Уничтожила ты, значит, опасный артефакт, да?" - спросила сама у себя Пиллар и тихо истерично рассмеялась. Это уже не просто нарушение парочки правил, сочувствие не той стороне и заигрывание с еретическими мыслями, это полноценное и всестороннее пособничество врагу. Причем не просто кому-то случайному из Искаженного Мира. Она отдала проклятый артефакт лично аватару, одному из самых могущественных пособников Хаоса! "Вот теперь, Пиллар, ты провалила вообще все, лучше бы тебя вместе с Ашером культисты Стаи пристрелили", - горько подумала она, закрыв лицо руками. Но что? Что из этого она могла сделать иначе?