Глава 11

Темный лес молчал, обволакивая их тишиной, словно сам воздух боялся потревожить эту тягостную ночь. Узкие полосы лунного света пробивались сквозь густые ветви деревьев, будто проверяя: остались ли эти путники в живых. Каин сидел на холодной земле, опершись спиной о шершавый камень. Каждый вдох давался ему с трудом, а тело, казалось, не принадлежало ему больше. Его мышцы ныли, кости гудели, словно они были не из плоти и крови, а из треснувшего железа.Трижды он применил посох за последнее время, и каждое использование становилось испытанием. Он не понимал, как ему удалось переместить всех — ведь раньше для этого требовалось хотя бы касание. Теперь же он просто сконцентрировался на образе друзей, их израненных тел, лежащих у его ног, и отчаянно пожелал убежать как можно дальше от того кратера, который остался позади.Но это не прошло бесследно. Сила посоха... Она переполняла его, словно бурная река, что разливается за плотину, заполняя всё вокруг. Мгновение он чувствовал себя не просто человеком — почти богом. Но потом реальность сжимала его в тиски. Посох забирал своё: каждая капля могущества, что он давал, оплачивалась истощением, как будто сама жизнь вытекала из Каина вместе с его потом.Теперь он сидел, окруженный тьмой, и пытался сохранить сознание. Его веки наливались тяжестью, но он заставлял себя оставаться на страже. Ему нельзя было уснуть. Его товарищи — лежали на холодной земле неподалеку, израненные, бессильные. Они нуждались в нём, как никогда раньше. Если враги найдут их сейчас... Каин даже не хотел представлять, что случится.Он поднялся, с трудом добравшись до большого валуна, что стоял у берега реки. Камень был холодным, но от его шероховатой поверхности веяло каким— то странным спокойствием. Каин взобрался на него и сел, опустив посох рядом, как охранника. Вглядываясь в ночной лес, он не видел врагов, но напряжение не покидало его.Так он просидел всю ночь. Тишина леса стала тягучей, почти невыносимой, а мысли в голове путались, как рваные нити. В какой— то момент ему казалось, что он слышит шаги. В другой — что деревья сами наблюдают за ним, их тени шевелятся, готовые схватить его.Но наконец настал рассвет. Тёплый свет утреннего солнца разлился по лесу, прогоняя темноту. Медленно, словно опасаясь боли, его товарищи начали шевелиться. Венделл первым поднялся, хмурясь от головной боли, которая, казалось, сковала его череп железным обручем.— Где это мы? — пробормотал он, потирая виски.— В безопасном месте, — выдохнул Каин. Его голос звучал сдавленно, как будто каждое слово отнимало у него силы. Он оглядел своих друзей, всех до одного, отмечая, что они живы, хоть и потрёпаны. Увидев, что его миссия выполнена, его тело больше не смогло держаться.Каин рухнул на землю, его голова упала на влажный мох, а глаза закрылись, будто по воле самой природы.— Каин! — закричал Венделл, бросившись к нему. Остальные, превозмогая боль, поднялись, чтобы последовать за ним. Их голоса слились в хор, полный тревоги.— Держись, парень! Проснись!Но Каин уже не слышал их. Сон, подобный небытие, накрыл его, уводя вглубь, туда, где не было ни боли, ни битвы, ни вражеских масок. Лес охранял их покой, его деревья стояли, как немые стражи, а лёгкий ветерок раскачивал ветви, шепча тихую колыбельную.Темнота. Она обнимала Каина, словно старый друг, который пришёл слишком близко, слишком рано. Длинные коридоры тянулись в бесконечность, их каменные стены сочились холодом, а воздух казался густым, как кровь. Где-то вдалеке раздавались крики — отрывистые, полные боли, как умирающая песня. Это были не крики чужаков. Они несли в себе что-то знакомое, будто эхо давно забытого кошмара, который Каин не мог и не хотел вспоминать.Тьма нарушилась. Мягкий, но странный звук. Не шум, не шёпот — нечто среднее между ними. Голос. Чей— то голос. Спокойный, успокаивающий, даже обманчиво тёплый.— Каин... — произнес он.Казалось, этот голос мог утешить даже того, кто стоял у самой бездны. Каин напряг слух, пытаясь уловить что-то ещё. Но вместо слов пришли образы. Вспышки света, размытые лица, фрагменты чего— то, что когда— то имело значение, но теперь ускользало от понимания.— Что это... где я... — пробормотал он, не зная, услышал ли его кто— нибудь в этой пустоте. Эти образы, хаос и мрак — всё это было знакомо. Он уже видел нечто подобное, когда впервые использовал артефакт. Теперь история повторялась, но с каждым разом всё становилось более странным и пугающим.— Ты должен вспомнить... — проговорил голос снова.Вспомнить? Каин напрягся, но с каждым мгновением его разум словно проваливался глубже в путаницу.— Что вспомнить? — спросил он, чувствуя, как его голос дрожит.Тьма начала рассеиваться. Впереди появилась точка света — тёплого, золотого, обволакивающего. Она манила Каина, обещая ответы, покой и забвение. Свет был похож на дом, который ты помнишь из детства: место, где тебя любили и где можно было забыть обо всём.Каин пошёл к свету, сначала медленно, потом быстрее, почти бегом. Но чем ближе он подходил, тем дальше от него отодвигалась цель. Пространство вокруг растягивалось, как пружина, превращая каждый шаг в бесполезное усилие. А позади него коридор начал рушиться. Каменные плиты с грохотом обрушивались в пустоту, стены и потолок ломались, обнажая бездну.Каин ускорился, его дыхание сбивалось, ноги горели огнём. Но каждый его шаг оставался бессмысленным. Свет убегал вперёд, а разруха поглощала его сзади. В отчаянии он бросился вперёд, но земля под его ногами обвалилась, и он провалился в пустоту.— Нет! — крикнул он, и его голос разлетелся эхом, словно глухая насмешка.Он открыл глаза резко, как утопающий, выныривающий из глубин. Сердце бешено билось, грудь судорожно поднималась и опускалась. Над ним пылал костёр, его оранжевое пламя отбрасывало пляшущие тени на лица друзей. Они всё ещё были там, все живы, все вместе.— О, ты очнулся! — голос Венделла прозвучал слишком громко, слишком радостно.Каин моргнул, пытаясь сфокусироваться. Всё ещё не веря своим глазам, он огляделся.— Сколько я спал? — спросил он, тяжело дыша.— Ты рухнул под утро, а теперь уже вечер, — хмыкнул Меинхард, поправляя кожаный ремень на груди. — Выспался на славу, можно сказать.Каин поднял дрожащую руку, посмотрел на неё, ожидая увидеть следы боёв — кровь, порезы, синяки. Но ничего. Кожа была гладкой, раны затянулись.— Кейт, это ты меня исцелила? — обратился он к девушке.Кейт покачала головой. Её лицо отражало усталость и слабость.— Нет... Я пыталась, но у меня не хватило сил. Прости... — прошептала она.что-то было не так. Каин знал, что артефакт истощает его тело до предела. Но с каждым разом он восстанавливался всё быстрее. Теперь же его раны затянулись сами, как будто какая— то невидимая сила ликовала внутри него.— Ешь, пока не остыло, — вмешалась Рейна, протягивая ему миску горячего супа. Её лицо было строгим, но в её глазах светилась забота.Каин взял миску и сделал первый глоток. Горячая жидкость растеклась по его телу, смывая остатки боли и страха.— Спасибо, — выдохнул он, опустив взгляд в миску.Он решил, что сейчас не время задумываться о странностях. Секрет артефакта, голоса в его голове, его раны, что исцелялись сами собой — всему этому найдётся время позже. Сейчас же перед ним стояли его друзья, их уставшие, измождённые лица. Он должен был быть сильным ради них, так же как они были ради него.Темнота леса уходила на покой, уступая место первым лучам зари. Ночь, принесшая усталость, но не покой, осталась позади. Каждый из них ел молча, сидя у догорающего костра. Костные тени метались по их лицам, словно маски, надеваемые и сбрасываемые с каждым всполохом пламени. Никто не задавал вопросов. Никто не требовал объяснений. У всех было одно желание — сон.Каин, тяжело дыша, опустил голову на сложенные руки. В его груди ещё таился отзвук того, что он видел в своих кошмарах. Но, вопреки ожиданиям, сон не принёс ему новых видений. Это была тёмная, безликая пустота — не спасение, но передышка.Когда солнце разогнало ночной мрак, команда уже была на ногах. Они собирали вещи молча, ловко и быстро, как те, кто привык жить в дороге. Время, словно вечно преследующий враг, подгоняло их.— Я узнаю это место, — проговорил Джерд, осматриваясь вокруг. Его голос, с хрипотцой, прозвучал как облегчение. — Мы недалеко от лагеря. Если поспешим, к вечеру будем там.Эти слова вызвали у всех заметное облегчение. Наконец, их долгий путь подходил к концу.— Тогда двинули, — улыбнулся Венделл, потянувшись, и они тронулись в путь.Лес вокруг был тих и величественен, утренний свет играл на листьях и стволах, окрашивая их в золотые оттенки. Каждый шаг отдавался лёгким хрустом сухих веток под ногами. Они шли молча, наслаждаясь редким моментом покоя. Но покой оказался мимолётным.— Каин, — вдруг заговорила Леона, нарушая тишину, — что всё— таки произошло там? Как ты вытащил нас?Каин сбавил шаг, словно раздумывая над ответом.— Хотел бы я сам знать, — пробормотал он, избегая её взгляда.Но Леона не унималась.— Посох ведь всё ещё у тебя? — спросила она, с лёгкой ноткой беспокойства.Каин остановился. Тон её голоса, её взгляд — всё это заставило его напрячься. Он замер, словно ожидая нападения.— Ты чего? — настороженно спросил Андар, обернувшись к нему.Каин медленно повернулся к Леоне, его взгляд стал острым, словно клинок, готовый нанести удар.— Меня интересует одна вещь, Леона, — начал он, его голос звучал тихо, но в этой тишине скрывалась угроза.Леона слегка отстранилась, её глаза блеснули тревогой.— Что такое? — спросила она, её голос был слишком ровным, чтобы быть искренним.Остальные тоже остановились. В воздухе повисло напряжение, как перед бурей.— Тогда, когда человек в маске притворился Герардом... ты ведь настаивала, чтобы я отдал посох ему.— Да, потому что я думала, что это настоящий Герард! — ответила Леона резко, будто защищаясь.Но Каин продолжал смотреть на неё, не мигая, словно пытался проникнуть в её мысли.— А что насчёт похода с Рейной к Конраду? — продолжил он.— Что с ним? — её голос дрогнул.— Когда мы вернулись, ты спросила, отдали ли мы посох и компас, — сказал он, шагнув ближе. — Но знаешь, что странно? Я оставил посох в комнате. Он не должен был быть у меня. И всё же он оказался у меня в сумке, когда мы были у Конрада.Он замолчал, давая ей время осознать его слова.— И что с того? — произнесла Леона с натянутой усмешкой.Каин чуть наклонился к ней.— То, что ты знала. Ты знала, что посох был со мной. Хотя ты видела, как я его оставил. Объясни мне, как?Остальные переглянулись, не понимая, что происходит.— Я не... я не знаю, о чём ты говоришь! — возразила Леона, её голос стал чуть громче, но в нём звучала неуверенность.Каин не сводил с неё взгляда. Его рука опустилась на рукоять катаны.— Мне повторить свой вопрос? — сказал он тихо, но в его голосе было больше угрозы, чем в любом крике.— Хэй, ты чего? — встревожился Венделл, шагнув вперёд.— Леона, отвечай, — неожиданно вмешалась Рейна. Её голос звучал сурово, и в её взгляде не было привычной мягкости.Леона перевела взгляд с одного лица на другое, ища поддержки. Но никто не спешил вмешиваться. Они ждали ответа.— Я не понимаю... — начала было она, но внезапно замолчала, почувствовав, как холодный металл коснулся её лица.Катана Каина блеснула в утреннем свете, её клинок был обнажён так быстро, что никто даже не успел заметить движения.— Подумай ещё раз, — прошептал он, и в его голосе прозвучала ледяная угроза.Леона сглотнула, её руки дрожали. Она снова посмотрела на товарищей, но те остались неподвижными, словно боялись шевельнуться.Каин не отводил от неё взгляда. В его глазах читалась ярость, но и что-то ещё. Разочарование.— Говори, Леона, или я заставлю тебя говорить, — произнёс он, и тишина леса, казалось, стала ещё гуще.Тишина леса наполнилась напряжённым ожиданием, словно сам воздух сгустился от тяжести подозрений. Каин держал катану, направленную на Леону, его взгляд не дрогнул. Каждое движение команды стало осторожным, как у зверей, заметивших угрозу. В лесу царила такая звенящая тишина, что казалось, даже деревья затаили дыхание.— Каин, ты думаешь, что Леона в чём— то замешана? — спросил Меинхард, его голос был настороженным, но спокойным, словно он пытался усмирить бурю.Каин, не сводя острого взгляда с Леоны, ответил:— Не знаю. Вот и хочу узнать.Его голос был как сталь — прямой, холодный, решительный.Леона выдохнула, будто собираясь с духом.— Ребят, я не понимаю, о чём он. Может, его те уродцы по голове сильно приложили... — сказала она, бросив на остальных короткий, нервный взгляд.— Каин, ты ведь не серьёзно? — осторожно произнесла Кейт, её тон был скорее умоляющим, чем осуждающим.Но Каин не отвёл взгляда. Его глаза, казалось, пронзали Леону насквозь.— Ответь на вопрос, — сказал он, его голос звучал, как приговор. — Это ты положила посох мне в сумку?Леона переводила взгляд с одного на другого, словно ища поддержки, но встречала лишь молчание.— Ответь на вопрос, — повторил Каин, его тон становился всё более угрожающим.— Да боже, ответь ты на вопрос, и мы все пойдём дальше! — пробормотал Венделл, тяжело вздохнув.Леона замешкалась. Её лицо казалось закрытой книгой, но руки дрожали.— Не... нет, не я, — пробормотала она.Каин всё ещё смотрел на неё, словно пытаясь вырвать правду из её души. Его внимание вдруг переключилось.— Меинхард? Что скажешь? — сурово спросил он, повернувшись к юноше.Все взгляды тут же обратились к Меинхарда. Тот не любил внимания, а сейчас оно буквально пригвоздило его к месту. Он побледнел, его смущение уступило место чему— то более глубокому — страху.— Ну? — нетерпеливо бросила Рейна, её голос разорвал тишину, как удар грома.Меинхард посмотрел на Леону. Его взгляд был испуганным, почти умоляющим. Но потом он медленно выдохнул и произнёс едва слышно:— Она... врёт.Эти слова будто грянули по всей команде. Все разом повернулись к Леоне.— Да вы чего?! Вы подозреваете меня?! Серьёзно?! — воскликнула она, её голос дрожал от смеси гнева и отчаяния.Каин прищурился, его взгляд стал холодным, как лезвие.— А чего это ты разнервничалась? Не похоже на тебя, — сухо заметил он.— Посмотрела бы я на тебя, если бы тебе тыкали мечом в лицо и подозревали в том, чего ты не делал! — закричала она, её голос был ярким, почти истеричным.Каин саркастично усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли тепла.— Тогда ответь еще на один вопрос, и всё это прекратится, — произнёс он спокойно, но за этим спокойствием таилась угроза.— Ну и какой же? — фыркнула она, пытаясь выглядеть уверенной.Каин сделал шаг ближе, его тень упала на её лицо.— Ты работаешь на людей в масках? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.Тишина снова окутала их, но теперь это была тишина ожидания, как перед тем, как натянутая струна лопнет.— Что за чушь?! — выкрикнула Леона, её голос сорвался, и на её лице появилась нервная улыбка.— Ответь на вопрос, — сурово повторил Каин.Все, даже самые смелые, затаили дыхание.— Нет, — сказала она, глядя ему прямо в глаза.Но её слова были как тонкий лёд, который уже трещал. Команда снова обратила внимание на Меинхарда. Его лицо было белым, как мрамор. Он выглядел так, словно увидел нечто, что его разум отказывался принять.— Она врёт, — пробормотал он едва слышно.Эти два слова стали искрой, зажёгшей пламя. Оружие сверкнуло в руках команды, каждый из них принял боевую стойку.Каин замахнулся, его катана со свистом рассекла воздух, но Леона уже была готова.— Жаль, — фыркнула она, её голос теперь звучал как издёвка.С внезапным взмахом руки она создала ледяную стену, настолько массивную, что её кристаллы блеснули на солнце, отражая свет, словно сотни кинжалов. Команда бросилась на неё, но лёд отрезал Леону от всех, погрузив их в яростный вихрь магии и снега.В этот миг, напряжение лопнуло, превратившись в хаос.Морозное дыхание Леоны превратило поляну в смертоносное поле изо льда и снега. Глыбы льда падали на Каина, но его клинок двигался с такой скоростью и точностью, что каждый удар расщеплял ледяную угрозу на мельчайшие осколки. Холодный ветер выл вокруг, смешиваясь с криками его товарищей.— Не дайте ей уйти! — прорычал Каин, его голос пробивался сквозь завывание ветра.Остальные бросились в бой, отбивая ледяные иглы, летящие с такой силой, что они пробивали кору деревьев. Это была уже не Леона, которую они знали, — её сила, до сих пор скрытая, теперь развернулась в полной мере, и её магия казалась неудержимой.Каин мельком увидел, как её силуэт скользит между деревьями. Он не стал ждать и с помощью своей способности телепортации оказался прямо перед ней, преграждая путь.— Ну и что это всё значит? Ты всё это время работала на них? — его голос был холодным, как лёд, а взгляд прожигал её насквозь.Леона не выглядела испуганной. Она лишь отмахнулась, словно ему не было места в её планах.— Обсудим это в другой раз, — фыркнула она, увернувшись от его пристального взгляда.Каин приготовился нанести удар, но, прежде чем его клинок достиг цели, Леона взметнула руки. В одно мгновение всё вокруг погрузилось в ледяной хаос. Буря покрыла лес снегом и льдом, её сила, казалось, сковала само время. Каин почувствовал, как его тело сковывает мороз, словно невидимые руки удерживают его в ледяной глыбе.Остальные также застыли, не успев защититься. Только слышались их приглушённые голоса и стук оков. Леона шагнула к Каину, её взгляд упал на сумку, застывшую в его руках. Она потянулась за ней, но, не сумев её вырвать, выругалась.— Чёрт... — пробормотала она.И в этот момент лед вокруг Каина начал трескаться. Его аура вспыхнула, словно пламя, пробивающееся сквозь мороз. Лёд, удерживающий его, начал разрушаться, а трещины расходились, как молнии.— Ой— ой... — Леона на мгновение замерла, но не стала терять времени. Она развернулась и бросилась прочь, оставляя за собой ледяной след.Через несколько минут Каин, выпуская мощные волны хаотичной ауры, полностью освободился. Он тяжело дышал, пар вырывался изо рта, словно он только что вышел из самой преисподней.— Венделл, обыщи лес! Джерд, попробуй отследить её по запаху! — скомандовал он, едва отдышавшись, и сам исчез в мгновение ока, телепортируясь между деревьями в поисках следа.Каждый из них прочёсывал лес, но спустя час пришлось признать: Леона словно растворилась в воздухе.— Да не могла же она сквозь землю провалиться! — выкрикнул Мейнхард, его голос дрожал от бессильной ярости.— Люди в масках тоже редко попадаются. Видимо, у них есть способ перемещения, который невозможно отследить, — сказала Кейт, её голос был тихим, но в нём звучала усталость.Венделл хмуро потёр виски.— Но чтобы скрыться так быстро? Я обыскал всю округу! Даже с моей скоростью ей бы не удалось сбежать, — буркнул он, не скрывая раздражения.— И что теперь? Получается, Леона всё это время была шпионом? — Андар опустил голову, его голос прозвучал так, будто он потерял близкого друга.Тяжёлое молчание охватило всех. Густая тишина казалась тяжелее мороза. Все взгляды обратились к Рейне. Она стояла неподвижно, её глаза были устремлены в землю, а лицо оставалось бледным.Каин и Джерд переглянулись. Один лишь кивок — и Джерд подошёл к Рейне. Ласково, но настойчиво он взял её за руку и отвёл в сторону.— И куда это они? — пробормотал Венделл, нахмурившись.Меинхард пихнул его локтем, словно говоря: Ты что, не понимаешь?Венделл недовольно фыркнул, но потом задумался и всё понял.Кейт подошла ближе к Каину. Её голос был тихим, почти шёпотом:— И как ты только понял, что она причастна?Каин тяжело вздохнул, его плечи казались непривычно опущенными.— Я не был уверен. Доверился инстинктам и просто очень надеялся, что ошибаюсь... — его голос был полон грусти и разочарования.Молчание вновь завладело поляной. Каждый был погружён в свои мысли. Кто-то занимался оружием, кто-то укрывался у костра, но всех преследовал один вопрос: кто ещё из них может быть предателем?Дорога в молчании тянулась, словно тяжёлая цепь, связывающая их всех. Даже ветер, что обычно пел в кронах деревьев, теперь казался подавленным. Никто не желал нарушать это хрупкое равновесие, но тишина лишь подчёркивала напряжение, что висело в воздухе.Рейна шла с опущенной головой, её взгляд был устремлён на дорогу, но казалось, она видела что-то далёкое, недостижимое. Леона была для неё больше, чем просто подруга — спутница детства, с которой она делила каждый радостный момент и каждую потерю. Теперь эта дружба лежала в руинах, как замок после штурма.Джерд шёл рядом, чуть позади, словно охраняя её от невидимой угрозы. Он не говорил, но изредка касался её плеча, как будто напоминая, что она не одна.Венделл, обычно громогласный и полон сарказма, молчал, глядя куда— то вдаль. Даже он понимал, что время шуток ушло. Кейт выглядела сосредоточенной, но её лицо выдавало скрытую тревогу. Андар и Меинхард время от времени переглядывались, но ни один не решался первым заговорить.Каин шёл впереди, его шаги были размеренными, а взгляд направлен строго вперёд. Он чувствовал вину, что не заметил предательства раньше. Каин думал, что хорошо умеет читать людей, но Леона обвела его вокруг пальца, и это знание разъедало его изнутри.Дорога была неровной и трудной. Лес вокруг них становился всё гуще, а почва — каменистой. Но чем дальше они шли, тем больше окружающие пейзажи начинали казаться знакомыми.— Эти деревья... Это же тот самый лес, — заметил Венделл, его голос звучал скорее удивлённо, чем радостно.— Не сглазь, — пробурчал Меинхард, сдвигая брови. — Мало ли, вдруг это ещё одна ловушка. Иллюзия.Каин, не замедлив шага, оглянулся на него через плечо и впервые за долгое время позволил себе слабую улыбку.— Нет, Меинхард, это не иллюзия, — сказал он, и в его голосе звучало облегчение. — Мы пришли.Перед ними появились старые ворота, увитые лозой и покрытые мхом. Железо было поржавевшим, но знакомые отметины и символы говорили: они вернулись.Меинхард подошёл ближе и, не удержавшись, потрогал металл, словно проверяя, настоящий ли он. Вздохнул, отпустив тревогу.— Никогда не думал, что радость может выглядеть так... старо, — пробормотал он, отступая.Они вошли внутрь. Каменные стены лагеря окружали их, и вместе с ними пришло ощущение безопасности. На миг все остановились, осознавая, что их путь завершился.Лагерь был всё таким же: палатки, вкопанные стойки, оружейные стойла. Костры, на которых догорали угли, и несколько стражников, лениво поднимавших головы при их приближении.Каин вздохнул, словно скинул с плеч невидимую тяжесть, и повернулся к остальным.— Мы дома, — сказал он, но в его голосе звучала не только усталость, но и намёк на горечь.Рейна остановилась перед входом, её взгляд ещё раз вернулся к дороге, по которой они пришли. Её губы дрогнули, но она не сказала ни слова. Джерд поставил руку ей на плечо.— Рейна, — тихо проговорил он, — я рядом.Она ничего не ответила, лишь кивнула и последовала за остальными.Но даже за прочными стенами лагеря им всем казалось, что тени предательства следуют за ними. Огонь в их душах не гас, но теперь он горел иначе — с холодным, ледяным отблеском.Лагерь жил своей обычной жизнью: воины отрабатывали удары на тренировочных манекенах, чьи деревянные тела уже были изрублены до неузнаваемости. Другие, сгрудившись у костров, обсуждали планы будущих походов, тактика сливалась с шутками. В стороне кто-то чинил свои доспехи, а рядом ученик пытался разжечь огонь, пока его учитель ругался, обвиняя мальчишку в неуклюжести.Это была знакомая обстановка, пропитанная шумом, движением и духом боевого братства. И всё же, на фоне общей суеты, команда ощутила усталость, навалившуюся на них, как груз.— Надо отчитаться Герарду, — пробормотал Каин, потирая шею.Ребята молча кивнули, но было видно, что каждый из них мечтал о мягкой койке и тёплом одеяле. Они проделали долгий путь, и отдых теперь казался чуть ли не наградой. Но сначала — долг.Шатёр Герарда стоял в самом центре лагеря, возвышаясь над остальными, словно маяк для потерявшихся. К его входу вела утоптанная дорожка, по бокам которой горели факелы. Подойдя к входу, они замерли. Никто не хотел быть первым, чтобы поведать командиру о случившемся.Каин, собрав волю в кулак, сделал глубокий вдох и откинул полог.Внутри всё было так, как они запомнили: грубый деревянный стол, заваленный картами и свитками, массивный железный подсвечник, чья восковая слеза стекала на карту, и сам Герард. Его чёрные доспехи, как всегда, выглядели внушительно, но он явно утомился. Его темные с приступающей сединой волосы были растрёпаны, а тёмные круги под глазами говорили о ночах, проведённых без сна.Герард поднял голову. На мгновение его взгляд оставался пустым, но затем в его глазах вспыхнуло удивление, которое тут же сменилось радостью.— Вы вернулись! — воскликнул он, поднимаясь с места.Он обошёл стол и бросился к ним, обнимая каждого так, будто они были его детьми, вернувшимися с войны.— Где вы пропадали? Я чуть с ума не сошёл от беспокойства! Никаких известий, ни единого письма, ничего!Каин напрягся. Рейна и Кейт переглянулись, их лица застыло недоумение.— О чём вы говорите? — тихо спросила Рейна, её голос прозвучал удивлённо и чуть нервно.— Мы писали письма. Каин писал их сам, — добавила Кейт, глядя на командира.Герард нахмурился, его лицо омрачила тень подозрения.— Не знаю, кому вы писали, но я не получил ни одного.Он окинул их внимательным взглядом, словно ища недосказанность в выражениях их лиц.— А где Леона? — его вопрос прозвучал остро, как удар кинжала.Команда снова замерла. Никто не спешил отвечать. Их молчание заполнило шатёр, словно густой дым.Каин глубоко вздохнул, его плечи опустились.— Надо поговорить... — пробормотал он, не глядя командиру в глаза.Герард понял всё без слов. Его радость сменилась тревогой, а взгляд стал серьёзным, холодным, как сталь его клинка.— Я слушаю, — сказал он, возвращаясь к столу и жестом приглашая их рассказать всё, что накопилось за долгий путь.Тишина в шатре была плотной, как утренний туман над болотами Токсхейма. Ребята молчали, каждый погружён в свои мысли, пока Каин рассказывал Герарду обо всём, что им пришлось пережить за эти долгие месяцы. Его голос звучал ровно, но в нём угадывались утомление и напряжение. Он говорил о Токсхейме — огромной пустыне, где воздух был пропитан песком, — о встрече с загадочным Эрдом, о битве за компас с Конрадом и его наёмниками, о кошмарных схватках с людьми в масках, которые казались безликими демонами. Но самый тяжёлый момент настал, когда Каин перешёл к рассказу о Леоне.Слова о предательстве Леоны были словно нож, пронзающий тишину. Лицо Герарда изменилось. Его строгие черты застыли, глаза потемнели, отражая боль и ярость. Он сжал челюсти так, что это было слышно даже в углу шатра.— Это было ожидаемо, — пробурчал он, наконец, тяжело вздыхая.Команда ошарашенно переглянулась.— О чём это вы? — нарушил молчание Меинхард, нахмурившись.Герард обвёл их взглядом, в котором читалась усталость человека, слишком многое повидавшего.— Мы давно подозревали, что среди нас может быть шпион, — сказал он с горечью. — Хельсейды всегда оказывались ровно там, куда мы направлялись. Мы теряли слишком много бойцов, наши планы постоянно проваливались. Многое указывало на предательство, но я не хотел верить в это. Не хотел думать, что кто-то из наших может так поступить. Это было моей ошибкой.Слова Герарда повисли в воздухе тяжёлым грузом. Каин насупился, стиснув кулаки.— Мы и сами не до конца осознали всё это, — пробормотал он.Герард встал и подошёл к Каину, положив ему руку на плечо. Этот жест, хоть и простой, был исполнен тепла и поддержки.— Похоже, что и ваши письма пропали не без её участия, — тихо сказал он, глядя в глаза Каину. — Что случилось, то случилось. Это война, ребятишки. Такие времена. Мы теряем тех, кому верим. Но вы живы, а это главное.Ребята молчали, но было видно, как его слова пробираются к ним, оседая в сознании.Чтобы сменить тему, Каин открыл свою сумку. Посох, который они добыли, начал расти в размерах, пока не приобрёл свою настоящую, пугающую форму. Он был чёрным, словно пропитанным тьмой, и излучал едва заметное фиолетовое свечение.— А вот и наш улов, — сказал Каин с натянутой улыбкой, передавая артефакт Герарду.Тот взял посох и внимательно осмотрел его, прищурившись.— Опасная штуковина, — пробурчал он.— Его нужно убрать в надёжное место, пока не случилось чего— нибудь ещё более страшного, — добавила Кейт, глядя на посох с явным недоверием.Герард кивнул, соглашаясь.— Он будет отправлен в Альмлунд. Там для него найдётся надёжное хранилище.— Господин Ури займётся этим? Он прибудет сюда? — спросил Андар, наклонив голову.Герард покачал головой.— Нет, в этом нет необходимости. Забыл вам сказать: вы возвращаетесь обратно в Альмлунд.Эти слова повисли в воздухе, и на лицах команды отразилось недоумение.— Мы вернёмся? Вы серьёзно? — спросила Рейна, будто не веря своим ушам.— Да, — кивнул Герард, продолжая изучать артефакт. — Число хельсейдов резко сократилось, а мы укрепили свои позиции. Ваши отряды больше не нужны здесь.— И что нам там делать? — недовольно пробурчал Венделл, сложив руки на груди.Герард хмыкнул и посмотрел на него.— Как знать. Вернётесь в академию, займётесь своими делами. В Альмлунде вас уже ждут.— И когда выступаем? — спросил Джерд, его голос прозвучал радостно, словно эта новость облегчила ему сердце.— Завтра утром. Хорошо, что вы успели вернуться сегодня, — ответил Герард с лёгкой улыбкой.На этих словах напряжение, которое висело над командой, наконец спало. Ребята заулыбались, и в шатре раздались возгласы радости. После долгих месяцев отчуждения и тяжёлых испытаний эта новость была как глоток свежего воздуха.— Идите, отдыхайте. Соберите свои вещи, у вас не так много времени, — сказал Герард, махнув рукой, отпуская их.Ребята покинули шатёр, их шаги звучали легче, чем раньше. Но Герард остался на месте, жестом остановив Каина.— Постой. Мне нужно поговорить с тобой.Каин кивнул, его лицо стало серьёзным. Он подошёл к столу, понимая, что разговор предстоит непростой.Тишина в шатре снова повисла, плотная и давящая, пока Герард, тяжело вздохнув, не принялся расстёгивать ремни своей брони. Чёрные доспехи с глухим стуком оседали на грубый деревянный пол, словно сбрасывая с его плеч накопившуюся тяжесть битв. Под доспехами простая льняная рубаха уже промокла от пота, а лицо Герарда, несмотря на привычную суровость, выглядело вымотанным.— Наконец будет небольшой перерыв от сражений, — сказал он уставшим голосом, садясь на скамью. Его рука на миг задержалась на ребре, словно старая рана напомнила о себе.Каин позволил себе легкую, почти незаметную улыбку.— Кстати, что насчёт Танкреда? Где он? — спросил он, присев напротив.Слова заставили Герарда поднять глаза. На миг его лицо отразило смущение, прежде чем он взял себя в руки.— Если честно — понятия не имею, — пробормотал он. — Я не видел его с того дня, когда ваша команда ещё не отправилась в Токсхейм. С тех пор он не выходил на связь.Каин нахмурился. Танкред был тем, кто всегда держал своё слово, а его исчезновение не предвещало ничего хорошего.— Надеюсь, с ним всё хорошо, — пробурчал он, постукивая пальцами по столу.— Тебе бы о другом сейчас думать, — резко ответил Герард, его голос звучал чуть суровее, чем он, вероятно, хотел.Каин поднял взгляд, удивлённо вскинув бровь.— О чём речь?Герард тяжело вздохнул, его руки теперь покоились на коленях.— Артефакт. Господин Ури должен хорошенько его осмотреть. Да и ситуация с Леоной... Уверен, что когда вы вернётесь в Альмлунд, Совет захочет допросить тебя обо всём.Каин нахмурился ещё сильнее.— Совет? Но вы ведь и так член Совета...Герард хмыкнул, но его взгляд стал ещё более уставшим.— Вернее, один из участников явно захочет узнать у тебя все детали, — сказал он, проводя рукой по густой щетине на подбородке.Каин почувствовал, как внутри всё сжалось.— Вы ведь про Нору? — спросил он нехотя, будто само её имя оставляло горький привкус.Герард кивнул, глядя на него с сочувствием.— Предатель в твоей команде, ещё и этот артефакт... Она точно настоит на разговоре. Нора слишком дотошна, когда дело касается таких вопросов.Каин лишь молча выдохнул. Нора, член Совета и мастер интриг, всегда смотрела на него с едва скрытой неприязнью. Она никогда не упускала случая уколоть его, ставя под сомнение его решения. Но Каин понимал: выбора у него нет. Разговор неизбежен, и лучше встретить его с холодной головой.Решив сменить тему, он вытащил из памяти ещё одну деталь их путешествия.— Кстати, хотел спросить насчёт отряда Сигарда. Мы встретили их по пути. Они говорили, что у них какая— то поисковая миссия, если я правильно помню.Герард нахмурился, его лицо стало задумчивым.— Не помню, чтобы Амалия отправляла кого— то из своих на поисковую миссию, — пробормотал он, глядя в никуда. — Но да ладно. Скорее всего, их, как и вас, отправляют назад в Альмлунд.Каина что-то насторожило в его тоне, но он решил не углубляться. В последние недели стресс стал постоянным спутником, и он уже не был уверен, что стоит обременять себя ещё большими вопросами.Он поднялся со скамьи, поправляя плащ.— Спасибо за всё, Герард. Отдохните, вам это нужно не меньше, чем нам, — сказал он с искренностью в голосе, прежде чем покинуть шатёр.Герард только кивнул в ответ, провожая его взглядом, прежде чем снова уткнуться в бумаги. Его пальцы на миг коснулись посоха, лежащего на столе. Герард всё ещё не мог избавиться от гнетущего ощущения, что этот артефакт несёт с собой беду.Каин же направился к ангару, где его ждали товарищи. Лагерь вокруг оживал, слышались голоса, смех и стук оружия о тренировочные манекены. На мгновение это возвращало ощущение нормальности, которого ему так не хватало. Но где-то внутри тлела тревога, которую он старался задавить. Завтра утром они вернутся в Альмлунд. А что их там ждёт — уже другой вопрос.Дорога до ангара растянулась словно бесконечная нить, уводя Каина всё дальше от него самого. Ноги были будто налиты свинцом, а каждый шаг отдавался глухой болью в ступнях. Ночной воздух был влажным и холодным, пропитанным запахами недавно затухших костров и свежевспаханной земли. Усталость висела на его плечах, давя и тянув к земле, но Каин, стиснув зубы, всё— таки добрался до знакомых дверей.Когда он толкнул массивные створки ангара, его встретил знакомый, почти родной хаос. Свет фонарей, подвешенных к балкам потолка, отражался от полированных поверхностей оружия и доспехов, но ярче всего горели лица его товарищей. Комната гудела от их смеха и оживлённых голосов. Кто-то танцевал, размахивая кружкой с крепким элем, другие сидели в кругу, перебрасываясь шутками. Еда и напитки были добыты неизвестно как, но, судя по довольным лицам, это никого не волновало.Каин остановился на пороге, невольно улыбаясь. Это был их праздник, их маленькая победа. Они вернулись живыми. Этого одного было достаточно, чтобы затмить все сомнения, страхи и даже тяжесть воспоминаний о Леоне. Видеть их радость, видеть их счастливыми — это было то, ради чего он готов был пройти этот путь снова.Он прошёл внутрь, стараясь не мешать веселью. Кто-то заметил его, крикнул его имя, а потом его уже затянуло в общий поток смеха и шуток. Тёплые руки похлопывали его по плечам, протягивали кружки с элем. Каин улыбался, смеялся вместе с ними, хотя мысли о предательстве Леоны продолжали тихо тлеть где-то в глубине его сознания. Но сейчас он позволил себе забыть обо всём, хотя бы на эту ночь.Время будто замерло. Разговоры переходили в песни, танцы сменялись шутливыми дуэлями на деревянных мечах. Они даже не заметили, как за окнами начало светлеть, и серое предрассветное небо заглянуло в ангар. Единственным, что нарушило их веселье, был звук открывающейся двери.Вошёл Герард, его волосы были слегка взъерошены, а усталое лицо освещала слабая улыбка. Он остановился на пороге, оглядывая их взглядом, в котором смешались удивление и тёплое одобрение.— Вам пора, — сказал он мягко, и в его голосе не было ни укора, ни осуждения.Ребята разом замерли, будто дети, застигнутые за шалостью. Но, увидев на лице Герарда едва заметный смешок, они разрядились в облегчённый смех. Однако его слова быстро достигли их сознания.— Пора! — раздалось от кого— то, и ангара вдруг наполнился лихорадочным движением. Сумки, которые были лишь слегка собраны накануне, хватали и закидывали на плечи с отчаянной поспешностью, будто они боялись, что телеги уедут без них.Снаружи уже ждали те самые повозки, что привезли их сюда, казалось, вечность назад. Лошади фыркали и переступали копытами, готовые к дороге.— Домой! — крикнули они почти хором, усаживаясь на потрёпанные скамьи повозок.Колёса тронулись, и повозки медленно покатились по влажной земле, оставляя за собой лагерь, пропитанный запахами стали, дыма и пота. Каин оглянулся, чтобы ещё раз взглянуть на лагерь, ставший их временным домом. У ворот стоял Герард, махая им вслед, его фигура казалась немного меньше под утренним небом.— А вы? — крикнул Каин, перегнувшись через край повозки.— Я вас нагоню позже, когда доделаю тут всё! — крикнул Герард в ответ. Его голос был бодрым, но лицо выдаёт усталость, которую не так просто было скрыть. — Не забудь передать господину Ури эту штуку!Каин перевёл взгляд на свёрток в углу телеги. Ткань скрывала форму магического посоха, но его присутствие, казалось, тяжело давило на воздух вокруг. Каин кивнул, мысленно пообещав себе, что лично передаст его в руки Ури.Лошади ускорили шаг, лагерь остался позади. Каин обернулся к своим товарищам, которые уже принялись спорить о том, что первым делом сделают в Альмлунде. Его сердце всё ещё тянуло к гнетущим мыслям, но, глядя на их лица, он на мгновение позволил себе поверить, что всё будет хорошо.Телега скрипела под тяжестью их багажа, колёса мерно вздымали пыль на дороге, а вокруг них простирались бескрайние зелёные луга, перемежающиеся лесами и холмами. Песня птиц казалась дразняще мирной после всех тревог, пережитых за последние недели. Но даже возвращение домой не принесло полного облегчения: разговоры в телеге то и дело сворачивали на тяжёлые темы, что висели над их головами, как тучи перед бурей.— Интересно, а что же будет теперь? — задумчиво протянул Венделл, сидя на краю телеги и глядя в сторону горизонта.— Ты о чём? — спросил Мейнхард, отрывая взгляд от карты, которую он раз за разом сворачивал и разворачивал, будто пытаясь отвлечься.— Да всё о том же, — отозвался Венделл, пожав плечами. — Это, конечно, здорово, что мы возвращаемся живыми и здоровыми, но ведь толком ничего не добились.Андар, сидящий чуть в стороне, нахмурился.— Почему это — ничего? — проворчал он, не скрывая раздражения.— Да потому что, дубина, — бросил Венделл с кривой усмешкой. — Людей в масках мы так и не поймали. Из всех артефактов нашли только один — а их ведь должно быть двенадцать или даже тринадцать, я уже сбился со счёта. А ещё Леона...Не успел он договорить, как Мейнхард размахнулся и залепил ему подзатыльник.— Озверел?! — возмутился Венделл, хватаясь за голову.Мейнхард молча указал глазами на Рейну, сидящую в дальнем углу телеги. Она, доселе молчаливая, выглядела так, будто её едва заметно ударили ножом. Упоминание Леоны — её подруги, предавшей их — было не раной, а незаживающим рубцом.Венделл смутился, опустил взгляд и пробормотал:— Ну... Мы хотя бы нашли один артефакт. Уже что-то.— Да, думаю, стоит радоваться малому, — тихо добавила Кейт, как будто пытаясь поддержать всех, включая саму себя.— Малое, да... — буркнул Венделл, но осёкся, увидев, как Мейнхард вновь потянулся к его затылку.Их дружеская перебранка переросла в шутливую потасовку. Андар фыркнул, Джерд тихо засмеялся, а Кейт, явно пытаясь держать серьёзное лицо, всё же едва удержалась от улыбки. Каин наблюдал за ними, не вмешиваясь. Его губы тронула лёгкая улыбка, но взгляд оставался сосредоточенным и вдумчивым.— В любом случае, мы молодцы, — сказал он, когда шум потихоньку утих. — Мы нашли артефакт и вернём его Совету. Пусть они решают, что делать дальше.Остальные переглянулись и молча согласились. Разговоры быстро перешли к домашним делам: кто и чем займётся по возвращении в Альмлунд. Каждый начал наперебой рассказывать о мечтах, планах и тех, кого давно не видел.Каин, не участвуя в беседе, оглядывался на окружающие пейзажи. Всё выглядело так же зелёно и спокойно, как в тот день, когда они отправились в этот путь. Всё — и ничего. Теперь он знал, что за этими лесами, холмами и реками скрываются тайны, интриги и опасности.Дорога пролетела незаметно, и вскоре перед ними выросли массивные ворота Альмлунда. Их знакомые очертания, украшенные гербами, тянувшейся по каменной кладке, заставили каждого в телеге ощутить прилив радости.— Мы дома, — с улыбкой выдохнул Меинхард, словно не веря своим глазам.Телега въехала в город, и шумный поток жизни тут же захлестнул их. На узких улицах гудела толпа, рынки были полны криков торговцев, а знакомые запахи хлеба, пряностей и дыма тянули за собой воспоминания о доме. Казалось, что город совсем не изменился, будто они покинули его не несколько месяцев назад, а всего пару дней.Товарищи один за другим спрыгивали с телеги, подхватывая свои вещи и устремляясь к домам. Кто-то смеялся, кто-то чуть не плакал от счастья, а кто-то спешил, чтобы первым обнять родных. Каин стоял на месте, пропуская остальных, но как только он собрался сделать первый шаг, путь ему преградили двое стражников.— Вы чего? — нахмурился он, глядя на их молчаливые лица.Позади них показалась массивная фигура, облачённая в тёмный доспех, что поблёскивал под утренним солнцем. Мужчина держал в руках огромный боевой молот, похожий на оружие древнего героя из легенд.— Свен... — пробормотал Каин себе под нос, узнавая этого человека.— Идём за мной, парнишка, — хрипло произнёс Свен, его голос прозвучал так, будто это было не предложение, а приказ, который невозможно ослушаться. — Сверток не забудь.Каин украдкой взглянул на запеленатый артефакт, который лежал в углу телеги, и почувствовал, как тревога сковала его грудь. Он знал, что этот разговор будет неприятным. Но то, что он начнётся сразу по возвращении, — этого он не ожидал.Молча кивнув, он шагнул за Свеном, ощущая, как тихое оживление улиц позади растворяется в тяжёлой тишине его собственных мыслей.