Глава 6

Каин открыл глаза, и мир вокруг его был едва различим в дрожащем свете свечи, поставленной на шаткой деревянной тумбе у кровати. Ее пламя, словно напуганное, то вспыхивало ярче, то приглушалось, освещая низкие белёные стены комнаты. Глаза его медленно сфокусировались, открывая вид на тесное помещение, заполненное такими же, как он, раненными. Кровать за кроватью — словно ряды павших воинов, только ещё дышащих, но едва.Вокруг него лежали его товарищи. Джерд неподвижно вытянулся на боку, перевязанный так плотно, что казалось, его грудь и живот опутаны коконом из бинтов. Огромные кровавые пятна на спине напомнили Каину о том, как крылья Джерда были вырваны хельсейдами, словно тряпичные.На соседней койке лежала Леона, с переломанной рукой и ногой, стонала во сне, а её бледное лицо, казалось, совсем не тем, что Каин помнил. Но хуже всех был Андар.Он лежал без движения, и его тело, казалось, состояло только из бинтов.Кровь проступала сквозь них, как алые пятна на свежевыпавшем снегу. Андар сражался, защищая их всех, его усилия заплатили за их жизни, но ценой, что, казалось, была слишком высокой.Каин опустил взгляд на себя. Его собственное тело напоминало поле битвы: глубокие порезы, синяки, ссадины. Болезненная пульсация в спине — напоминание о том, как он врезался в дерево. Каждое движение рёбер отзывалось треском, а дыхание было таким тяжёлым, будто в грудь ему вбили гвоздь. В глазах плыли пятна, а в ушах стоял непрерывный писк, будто эхо далекого боя все ещё звенело в его голове.— Ого, ты уже очнулся? — раздался знакомый голос, пробивая туман боли.Каин медленно повернул голову.У изножья кровати стояла пожилая женщина — госпожа Эрсель. Седые волосы ее были уложены в строгий пучок, а ярко— голубые глаза светились умом и добротой. На миг он подумал, что перед ним призрак, ведь ее образ казался слишком нереальным для этого места.— Вы... вы здесь? — пробормотал он, едва узнавая собственный голос.Эрсель уселась на деревянный стулУ его кровати, её лицо было спокойным, но в уголках глаз виднелась усталость, что не могла скрыть даже её мудрая улыбка.— А где же ещё мне быть? Я врач, — сказала она, протягивая руку к его лбу. — И у нас сейчас много работы. Ты удивительно крепкий, Каин. Не думала, что ты придёшь в себя так быстро.Теплота ее прикосновения была почти невыносимой в этом холодном и безрадостном месте. Но прежде, чем он успел ответить, в комнату ворвался вихрь, словно внезапный порыв ветра.— Лучший врач Альмлунда, да что там, всего мира, — раздался голос с ноткой шутливости. — Ты в надёжных руках, Каин.Это был Венделл. Его появление всегда было неожиданным, как гром среди ясного неба. На этот раз он улыбался, но в его глазах скрывалась тревога.— Венделл... Ты? — Каин с трудом повернул голову. — Что случилось?Где остальные?— Они живы, — быстро ответилВенделл, подходя ближе. — Рейна и Меинхард помогали раненым и эвакуированным. До них чудовища не добрались. А ты... ты три дня проспал.— Три дня?! — Каин выпрямился, забыв о боли, но тут же рухнул обратно, когда грудь пронзила острая боль.Эрсель мягко, но настойчиво уложила его обратно.— Твои друзья в безопасности, — сказала она. — Танкред тоже. Он сейчас с Герардом, обсуждает важные дела.— Мне нужно видеть его, — с трудом произнёс Каин, стиснув зубы, чтобы скрыть боль. — Нам надо поговорить.Эрсель и Венделл попытались его удержать, но он лишь отмахнулся.— Ты ранен! Не будь дураком! — вскрикнул Венделл.— Всё в порядке, — пробормотал Каин, хотя каждый шаг отдавался раскалёнными иглами боли. — Мне нужно знать, что происходит.Бинты, обмотавшие его тело, начали пропитываться кровью, но он не остановился. Каждый его шаг был тяжёлым, дыхание — прерывистым.Он шёл, опираясь на стену, оставляя за собой пятна алой крови. Шатер Герарда казался одновременно близким и недостижимым, но Каин знал одно: ответы ждали там.Каин добрался до шатра, но каждый шаг давался ему с усилием, будто его ноги тащили за собой весь вес мира. Дыхание становилось все более хриплым, словно воздух в его легких превращался в раскаленный песок. Лицо блестело от пота, а боль пульсировала в каждом суставе, в каждой мышце. Глубокая ночь обволокла лагерь, и мир вокруг был расплывчат, как сон. Только тусклый свет факелов, вкопанных вдоль тропинки, помогал Каину ориентироваться.Эрсель и Венделл, неотступно следовавшие за ним, шли на шаг позади, готовые поддержать его, если он рухнет. Их взгляды были обеспокоенными, но их слова — напрасными. Каин был тверд, как сталь, и отказался от помощи, хоть и пошатывался, словно корабль на бурных волнах.Дойдя до шатра, он толкнул тяжелый полог и вошел внутрь, едва держась на ногах. Воздух внутри был плотным, пахло кожей, металлом и едва уловимыми следами жжёного дерева от масла, использованного для освещения. В центре шатра над широким столом склонились две фигуры.Герард, всё так же облаченный в свои черные доспехи с налетом копоти и кровавыми пятнами, оставшимися после боя, поднял голову. Его накидка струилась с плеч, будто плащ самой тьмы. Рядом стоял Танкред. На его теле бинты были лишь наглядной демонстрацией того, что даже его не пощадили битвы. Но он держался твердо, как всегда. Они склонились над картой, и их голоса были приглушены, как шёпот заговорщиков.Когда Каин вошел, разговор оборвался. Герард выпрямился, его взгляд был тяжелым, словно пытался прожечь Каина насквозь.— Что ты тут делаешь?! Ты должен отдыхать! — Танкред развернулся к нему, в его голосе проскользнуло раздражение, но за ним скрывалось беспокойство.— Эрсель, как это понимать? — резко произнес Герард, бросив взгляд на пожилую женщину, как учитель, уличивший ученика в обмане.Эрсель приподняла подбородок, готовая ответить, но Каин опередил её, его голос был натянут, как тетива лука.— Где ты был?! — выпалил он, глядя прямо на Танкреда. — Откуда ты вообще здесь?! Я ждал хоть какой— то вести от тебя, но ты молчал, как мертвец!Герард бросил короткий взгляд на Танкреда, тот молча опустил голову, словно обдумывая слова.— Давай обсудим это утром, — начал Танкред. — Тебе нужно...— Нет! — Каин поднял руку, прерывая его. — Утром ты снова исчезнешь, оставив меня разбираться с этим хаосом в одиночку!Голос Каина становился всё громче, переходя на крик. Словно что-то глубоко внутри него, долгое время подавляемое, теперь вырывалось наружу. Танкред тяжело вздохнул, как будто принимал надвигающуюся бурю.— Я вызвался добровольцем, чтобы покинуть академию, чтобы увидеть, что происходит за её стенами! Я надеялся, что ты хотя бы выйдешь со мной на связь, но ты просто... пропал! А теперь ты здесь, и даже не хочешь объяснить, что всё это значит?!Герард поднял руку, пытаясь успокоить его.— Каин, это не время. Ты на грани. Сядь, успокойся. Мы всё обсудим утром. Танкред никуда не уходит.Но Каин не слушал. Он, шатаясь, подошел к столу, на котором лежала карта, и со всей силой перевернул его. Чернила растеклись по бумаге, фигурки, обозначавшие войска, разлетелись в разные стороны.— Я ждал тебя! — голос Каина дрожал, но это был не страх, а ярость. Слёзы проступили на его лице, сверкающие в свете лампы.Танкред посмотрел на него долгим, тяжелым взглядом, и в его глазах Каин заметил тень вины.— И я пришел, — сказал Танкред тихо. Его слова звучали просто, но в них была тяжесть.Каин хотел было что-то сказать, но мир вокруг него вдруг закружился. Головокружение захватило его, словно удушающий туман. Ноги подкосились, и он рухнул, потеряв сознание.Танкред подхватил его, опустившись на колено, держа в своих руках.— Он выбил себя до дна, — сказал он, глядя на Эрсель. — Помоги ему, пока он совсем себя не убил.— Ты тоже мог бы об этом подумать, прежде чем оставлять его одного, — тихо ответила Эрсель, подходя ближе.Танкред ничего не ответил. Лишь крепче прижал Каина к себе, словно боялся, что даже в бессознательном состоянии тот снова попытается подняться.Утро пришло тихо, но не безмятежно. Лучи солнца, просачиваясь сквозь окна лазарета, как клинки рассекали полумрак комнаты. Свет падал на бинты, на побледневшие лица раненных, на затхлые, пропахшие кровью и потом простыни. Воздух в помещении был тяжелым, словно напоминал о каждой пролитой капле.Каин открыл глаза. Его тело тут же заговорило с ним: каждое движение отзывалось болью. Он помнил всё, что произошло накануне, словно это было запечатано огнем в его разуме. Злость, как уголь, продолжала тлеть внутри. Резким движением он попытался подняться, но острые иглы боли пронзили его грудь и спину.Внимание тут же привлекла фигура рядом. На стуле, едва поместившем его широкие плечи, сидел Танкред, скрестив руки на груди. Его глаза блестели от недосыпа, но в них всё ещё было то твердое спокойствие, что всегда злило Каина.— Утречко, — прохрипел он, голосом, что звучал как скрип несмазанной стали.Каин сжал зубы и тяжело задышал, пытаясь подавить нарастающий гнев.— Так, давай эмоции сбавим немного, — сказал Танкред, явно чувствуя приближающийся взрыв. — И спокойно поговорим.Но Каин молчал, его взгляд был холодным и напряженным, как натянутый канат, готовый лопнуть в любой момент.Тишину нарушил Венделл, который внезапно вошел в комнату. Улыбка его была широкой, но как только он почувствовал атмосферу, она быстро угасла. В руках он держал поднос с фруктами, которые предназначались для Каина.— С добрым утром! — неуверенно сказал он, обводя взглядом Каина и Танкреда, сидевших друг напротив друга, будто на дуэли.Поняв, что вторгся не вовремя, Венделл медленно, боком начал пятиться к выходу.— Я... зайду попозже, — пробормотал он, исчезая за пологом двери.Танкред вздохнул, словно пытался найти силы для нового разговора.— В общем, я разобрался с монстрами и принёс тебя сюда, в лагерь. Мы с Герардом передали тебя лекарям, чтобы они...— Я не это хотел знать, — резко перебил его Каин, взгляд которого был острее клинка.Танкред сцепил пальцы и поднес руку к подбородку, пытаясь собраться с мыслями.— Ладно... С чего бы мне начать? — произнес он, избегая смотреть в глаза Каину. — Начну с самого начала. После того, как ты ушёл в академию, я остался на заданиях. Ничего сложного — разогнать шайку разбойников, выследить наемников, зачистить лагерь бандитов. Стандартные дела. Но однажды мне поручили сопроводить одного важного человека. Работа была обычной, но... в окрестностях города, где мы находились, я почувствовал её.— Что? — спросил Каин, сжимая одеяло так, что костяшки побелели.— Ауру. Ауру тех, кто убил Ленарда, — тихо ответил Танкред.Каин не отрывал от него взгляда, но в его глазах мелькнуло что-то новое: смесь ярости и боли.— Я пошёл за ней. Но это была охота на тень. След то появлялся, то исчезал. Я переходил с места на место, но ничего не находил. Всё привело меня в Альмлунд.— К академии, — добавил Каин, медленно кивая.— Да, но и там я не нашёл их. Следы были, но тех, кто их оставил, уже не было. Либо они ушли, либо...— Они обвели тебя вокруг пальца, — бросил Каин, не скрывая злости.— Может быть, — кивнул Танкред. — Тогда я получил известие о древнем артефакте. Это был золотой лук, который источал свет, будто бы это само солнце. По дороге к месту его нахождения я снова почувствовал ауру. На этот раз она была сильнее. Я достиг деревушки на отшибе, но вместо покоя меня встретили полчища хельсейдов. Они нападали волнами, словно пытались измором взять. Я сражался, пока не нашёл артефакт, но тут появились двое.Танкред ненадолго замолчал, будто обдумывая, как подобрать слова.— Всё, как тогда: чёрные одеяния, золотые маски, символ с венком и огнями на спине. Они пришли за луком. И они управляли хельсейдами, будто те были их слугами.— Значит, они действительно их контролируют, — пробормотал Каин, наклоняясь вперёд.— Их команда — взмах руки, щелчок пальцев, и монстры подчиняются. Я пытался сразить их, но один из них вызвал ещё больше хельсейдов, и я был вынужден отступить. Лук я передал господину Ури — он знает, где его спрятать. Но это был не конец. Они охотятся на артефакты. И теперь у них копьё.Каин задумался, но злость в его глазах всё ещё не угасла.— Почему ты не связался со мной? Все эти месяцы ты просто исчез, как трус, оставив нас разбираться с этим в одиночку.Танкред опустил голову, будто соглашаясь с обвинением.— Я искал ответы, — сказал он. — Искал их в следах, слухах, книгах. Но ничего. Это не оправдание, я знаю. Но я пытался.Тишина повисла в комнате, будто весь мир замер в ожидании.Летнее солнце жарило землю, превращая лагерь в раскалённую кузницу. Даже прохладный ветер, скользящий по травам, не мог разогнать духоту. Тренировочная площадка казалась выжженным полем, где каждая капля пота была принесена в жертву силе и выносливости. Здесь не было места слабости, не сейчас, не после того, что они пережили.Каин стоял в тени шатра, сжимая в руке деревянный тренировочный меч. Он следил за товарищами, которые, стиснув зубы, проходили полосу препятствий. Земля под их ногами дрожала от ударов, а натужные выдохи и скрип брони смешивались с шумом летнего ветра.Эрсель, с её спокойной грацией и цепким взглядом, вновь доказала свою искусность. Раны, что ещё вчера могли стать смертельными, сегодня были едва заметными воспоминаниями. Кожа бойцов была гладкой, как полированная сталь, но дух их всё ещё были надломлен.Когда все, наконец, рухнули на землю, переведя дыхание, напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Ребята сидели кружком, тяжело дыша, и каждый избегал смотреть друг на друга слишком долго. Казалось, что молчание — единственное, что защищает их от собственных мыслей.— Что насчёт Сигарда и его отряда? Были какие— то новости? — прервал тишину Каин, откинув волосы со лба и бросив взгляд на Меинхарда.Меинхард, чьё лицо, как всегда, напоминало высеченное из камня, нахмурился.— Ничего. Последний раз они выходили на связь, когда добрались до места назначения. С тех пор — ни слова.— Думаете, с ними всё хорошо? Если они столкнулись с тем же, что и мы... — сказала Леона, её голос, обычно сухой, на этот раз дрожал.Каин метнул в неё короткий взгляд. Её слова подлили масла в огонь сомнений, что жёг его изнутри. Но он не мог позволить себе слабость.— Сигард не из тех, кто сдаётся. Он справится, — отрезал он, скорее для себя, чем для остальных.— Чего не скажешь об остальных, — проворчал Андар, проводя рукой по загорелой шее.Повисла тишина, тяжелая, как утренний туман над болотами. Каждое слово будто отдавало эхом в ушах.— Господин Герард говорил, что воины в той части сильны, — осторожно произнёс Венделл, улыбаясь натянуто, как натягивается лук перед выстрелом. — Они защитят их, я уверен.— Ага, как они защитили нас? — Леона бросила взгляд на Венделла, в её глазах горела обида.Джерд, который до этого молчал, опустил голову. Его обычно добродушное лицо потемнело.— Я просто надеюсь, что моя сестра и мать в безопасности. Альмлунд казался неприступным, но теперь...Его слова затихли, как ветер перед бурей. Остальные отвели взгляды. Даже самые стойкие среди них не могли дать гарантии, что семья Джерда всё ещё жива.Андар, огромный и добродушный, словно великан из старых легенд, шагнул вперёд и мягко положил руку на плечо Джерда.— Они в Альмлунде. Господин Ури не допустит, чтобы кто-то прорвал барьер. Они в безопасности.Великан улыбнулся, и эта улыбка была как свет в тёмной пещере, слабая, но всё же согревающая.Каин, наблюдая за этим, медленно поднялся. Он всё ещё чувствовал тяжесть ранений, но знал, что у него нет времени на жалость к себе.— Хватит. Нервами мы ничего не изменим. Если мы не хотим, чтобы всё повторилось, нам нужно быть сильнее. Возвращаемся к тренировке, — проговорил он, словно давая приказ.Его голос был твёрдым, но не властным. В нём звучала усталость, перемешанная с решимостью. Он направился обратно к полосе препятствий, и его шаги звучали громче, чем слова.Остальные переглянулись. Их взгляды пересеклись, и на мгновение в них мелькнула лёгкая тень улыбки. Они поднялись, следуя за Каином. Это было их единственным выбором: двигаться вперёд, сквозь боль, страх и сомнения.Солнце стояло высоко над лагерем, безжалостно обжигая всё под собой. Прошло несколько недель с тех пор, как ребята едва выбрались из лап смерти. Теперь их тела были сильны, а души — лишь чуть менее разбиты. Однако раны на их сердцах заживали медленнее, чем на коже. Но Каин был иным. Его тело заживало так быстро, будто само время пыталось стереть следы сражения. Даже когда швы ещё держали его плоть, он уже гнул мышцы, проходя очередной круг полосы препятствий. Боль была его союзником, а упорство — оружием.Сейчас, когда его тело снова стало крепким, как железо, а мышцы налились силой, он направился к шатру, из которого вышел Танкред. Лицо Каина было твердое, взгляд — прямой и колючий, как клинок.— Снова обсуждали стратегию? — спросил он, не сбавляя шаг.Танкред остановился и скользнул по нему взглядом, усталым и холодным.— что-то вроде. Герард хочет полную картину местности. Нам нужно знать, где обитают хельсейды.— От отряда Сигарда есть новости? — надежда прозвучала в голосе Каина, но она была настолько хрупкой, что даже легкий ветерок её разрушил бы.Танкред лишь покачал головой, не удосужив ответить словами.— Пока ты снова не исчез непонятно куда, я хочу, чтобы ты потренировал меня, — выдохнул Каин, пристально глядя на Танкреда.Танкред остановился, подняв бровь.— У тебя здесь тренировок хватает. Зачем ещё?— Мне нужно быть готовым. Хельсейды — это не противники, с которыми можно сражаться без подготовки, — голос Каина стал твёрже, как будто его слова были клятвой самому себе.Но Танкред лишь вздохнул.— Это исключено. Я уже говорил с Герардом. Он отправит тебя обратно в академию.Каин застыл, будто его ударили по голове. Казалось, что он ослышался.— Что? Это шутка?Танкред продолжил идти, но Каин резко схватил его за руку, разворачивая к себе.— Это шутка?!— Нет, — отрезал Танкред. — Ситуация слишком опасна. Отсидишься в академии, пока мы всё не уладим.Слова прозвучали, как приговор.— Какого чёрта?! Кто это решил?! — в голосе Каина прорезалась ярость.— Я, — коротко бросил Танкред, с холодной уверенностью.— А остальные?!— Они могут остаться, если хотят. Это их выбор. Меня это не касается.Эта фраза стала последней каплей. В груди Каина вспыхнул огонь, а руки уже сжимались в кулаки. Срываясь, он замахнулся, чтобы ударить Танкреда. Но, прежде чем его кулак достиг цели, из шатра вышел Герард и перехватил руку.— Ты что, издеваешься?! Меня в безопасное место, а их — обратно на поле боя?! — голос Каина сорвался на крик.Герард, обладавший недюжинной силой, пытался удержать его, но ярость сделала юношу сильным.— Там слишком опасно. Монстров много, а эти люди в масках... — голос Танкреда оставался спокойным, словно он подводил итог расчётов.— Я могу сражаться! — Каин кричал, словно не на него одного давило — это решение. — Я не оставлю их здесь! Почему ты не хочешь меня учить?! Ты ведь сражался с ними раньше! Почему ты отправляешь меня назад?!Герард положил руку на плечо Каина, пытаясь успокоить его, но тот продолжал вырываться.— Каин, успокойся! — голос Герарда был твёрдым, но тёплым, как у отца, пытающегося остановить упрямого сына.— Я не обязан тебе ничего объяснять, — бросил Танкред, повернулся и направился прочь, даже не взглянув на него.— Стой! — выкрикнул Каин, но Танкред уходил, словно камень, катящийся по склону, которого невозможно остановить.Воины, которые собрались неподалёку, переговаривались шёпотом, наблюдая за этой сценой. Каин тяжело дышал, сжимая кулаки. В его взгляде читалась не только злость, но и боль. Он чувствовал, как его бросают в сторону, отстраняют, лишают права быть частью команды. Танкред ушёл, но тень его слов осталась висеть над лагерем, отбрасывая на Каина длинную, удушающую тень.Герард крепко держал Каина за плечи, силой удерживая его от порыва рвануть за Танкредом. Его голос, обычно спокойный, теперь звучал резче.— Да успокойся же ты, парень! — в его тоне прорезалась тень раздражения, но глаза оставались усталыми, как у человека, видевшего слишком многое.— Как он может так поступать?! — не унимался Каин. — Что это вообще было?!Герард тяжело вздохнул, словно ему надоело повторять очевидное.— Он беспокоится за тебя. Да пойми же ты наконец! Если бы не ты, он бы, может, и не решился на это. Ты ведь его сын, Каин. Он делает всё это ради твоего блага.Каин резко замолчал, словно слова Герарда ударили его в грудь. Он хотел было возразить, но вспомнил, как ещё несколько месяцев назад представился сыном Танкреда, чтобы объяснить их странное родство. Эта ложь, сказанная наспех, теперь оказалась неожиданно тяжелым грузом.Он отвёл взгляд и пробормотал:— Я всё равно этого не понимаю...Герард мягко положил руку ему на плечо, его пальцы, грубые, как кора старого дуба, сжимались неожиданно ласково.— А как бы ты поступил на его месте? — спросил он.Каин замялся. Ответа не было. Наконец, он пробормотал:— Не знаю... но всё равно это неправильно.— Может быть, — кивнул Герард, словно соглашаясь. — Но ты ведь не просто юноша. Ты видел хельсейдов своими глазами, и вместо того, чтобы убежать, хочешь научиться сражаться с ними. Это вызывает уважение. Но ты подумал, зачем это тебе? Ты едва остался жив после их атаки.Каин стиснул зубы, но в его голосе чувствовалась ярость, направленная не на Герарда, а на что-то большее.— Я видел, что они делали с нашими воинами, с мирными жителями... Это нельзя оставить так. Я не могу сидеть сложа руки, пока другие умирают!— Но ты мог погибнуть сам, — Герард покачал головой. Его голос стал тише, в нем звучала неподдельная боль. — Ты молод, Каин. Не спеши бросаться туда, где даже опытные воины не выдерживают. Это не трусость — это благоразумие.— Благоразумие? — огрызнулся Каин. — А что насчёт тех, кто не может отступить за магический барьер? Тех, кто сражается без права на передышку? Они что, не заслуживают помощи? Если я могу сделать хоть что-то, то я не буду прятаться!Герард замолчал на мгновение, внимательно всматриваясь в лицо юноши. Затем его грубое лицо смягчилось, и уголки губ слегка приподнялись.— Ты воин, парень. Хоть и горячая голова.Его слова прозвучали скорее, как утверждение, чем как похвала. Герард выпрямился, убирая руку с плеча Каина, и продолжил:— Если ты действительно хочешь научиться сражаться с чудовищами, то я научу тебя.Каин поднял брови, не скрывая удивления.— Но вы ведь уже учили меня... Я думал, Танкред покажет, что-то более... существенное.Герард хмыкнул, в его взгляде сверкнуло что-то опасное, как отблеск стали на солнце.— Танкред — стратег, а не учитель. То, что я тебе показал, — это лишь основы. Теперь ты узнаешь, что значит быть настоящим охотником на монстров. Я дам тебе всё, что знаю, от первого до последнего урока.Каин внимательно посмотрел на него, видя неподдельную решимость в его глазах. Это было больше, чем обещание — это была клятва.— Когда начнём? — спросил он, и его губы тронула улыбка, давно забытая на полях битв.— Прямо сейчас, — отрезал Герард, отвечая такой же широкой, почти мальчишеской ухмылкой.Они вместе направились к тренировочной площадке. Мысли Каина крутились вокруг того, чему он может научиться у человека, который считался стражем Альмлунда, самой мощной боевой силой армии. Каждая легенда, связанная с Герардом, внезапно казалась реальной. И теперь он стоял на пороге чего— то нового, где страх и решимость шли рука об руку.Прошло несколько месяцев. Длинных, изнурительных месяцев, в течение которых Каин превратился из одарённого новичка в свирепого бойца, чья репутация уже начала распространяться среди воинов Альмлунда. Под руководством Герарда он обрел новые навыки, которые изменили его стиль боя до неузнаваемости. Если раньше он полагался на защиту, использовал силу противника против него самого, то теперь его удары стали такими же мощными, как и его блоки. Его движения были стремительны и точны, словно клинок, выкованный мастером. Он стал завершённым бойцом — балансом атаки и защиты, грацией и яростью.Но не один лишь Каин рос в эти месяцы. Его друзья, хоть и не могли сравниться с ним в боевом мастерстве, тоже шли по пути саморазвития. Им не поручали новых заданий, и командиры, понимая, через что прошли эти юноши на своей первой миссии, давали им время оправиться. Эти дети академии, ещё недавно не видевшие настоящего боя, теперь тренировались бок о бок с ветеранами. Они проводили часы на площадках, сжимая до боли деревянные мечи и копья, совершенствуя технику. Но даже на фоне этого упорства Каин выделялся. Говорили, что уже не один опытный воин проиграл ему в тренировочной схватке.Как-то вечером, возвращаясь с очередного изматывающего занятия, Каин заметил на одном из холмов силуэт. В свете заходящего солнца одиноко сидела Кейт. Её фигура, освещённая тёплыми отблесками заката, показалась ему хрупкой, но в то же время загадочно притягательной. Он замер, не зная, что делать.Сердце его вдруг забилось сильнее, а ладони покрылись потом. Это странное, непривычное чувство было сродни волнению перед опасной битвой. Собрав всю смелость, он сделал несколько шагов вперёд.— Ты чего тут совсем одна? — спросил он, натянуто улыбнувшись.Кейт обернулась, её золотистые волосы, отливавшие медью в лучах заката, заиграли как тончайшая нить солнца. Её ярко— голубые глаза встретились с его взглядом, и на мгновение Каин почувствовал, как слова застревают в горле.— Да просто захотелось посмотреть на небо, — ответила она, неловко улыбнувшись, словно её застали за чем— то запретным.Каин попытался поддержать разговор, хотя его мысли уже утопали в самокритике.— Я тебя редко вижу на тренировках... У тебя всё нормально?«Редко вижу на тренировках? Что за бред я несу?» — пронеслось в его голове, но слова уже были сказаны.Кейт чуть заметно нахмурилась, будто пытаясь понять, это упрёк или забота.— Да я просто... — начала она.— Нет, ты не подумай! Я не упрекаю тебя, просто... — поспешно перебил Каин, запинаясь.Кейт снова попыталась объясниться, но он перебил её ещё раз.— Я имею в виду, ты можешь тренироваться, когда хочешь... — добавил он, чувствуя, как запутывается всё больше.Она тихонько рассмеялась, прикрывая рот ладонью.— Ты какой— то напряжённый, — сказала она, с улыбкой глядя на него.— Вовсе нет! Может, это ты напряжённая? — выпалил он и тут же пожалел.Кейт рассмеялась громче, а он, пытаясь сохранить лицо, сел рядом с ней.— Так почему ты тут совсем одна? — спросил он уже тише.— Просто хотелось подумать обо всём, что происходит, — ответила она, вздохнув.Её взгляд был устремлён на горизонт, где солнце медленно скрывалось за линией холмов. Каин же смотрел только на неё.— Насчёт тренировок... Ты прав. Я не совсем боец, — произнесла Кейт с неловкой улыбкой.— Но у тебя ведь есть другие таланты, — осторожно заметил Каин.Она кивнула.— Да, я хорошо контролирую ауру и справляюсь с ролью целителя. Но... здесь больше нужны воины, чем целители.Каин покачал головой.— Это не так. Роль целителей не менее важна. Ты помогла оправиться от тяжёлых ран многим воинам. Твои навыки спасают жизни.Кейт прикрыла лицо руками, смущённо улыбаясь.— Спасибо. Но я хотела бы сражаться. Защитить Альмлунд, остановить монстров... А вместо этого я чувствую себя слабой.Её голос задрожал, и она отвернулась. Каин понял, что она скрывает слёзы.Он тихо произнёс:— Мы можем убить тысячу монстров, но ты можешь спасти тысячу жизней. Разве это не замечательно?Кейт повернулась к нему, её взгляд был мягче, а губы тронула лёгкая улыбка.— Спасибо. Мне было важно это услышать.Она встала и пошла в сторону лагеря. Каин остался сидеть, сердце его билось так громко, что он едва слышал окружающий мир. Слова Кейт ещё звучали у него в голове, а её улыбка не покидала его мыслей.Новый день, новая битва.На следующий день жизнь в лагере текла, как и всегда: воины тренировались, оружие сверкало на солнце, а в воздухе витали разговоры о стратегии и подготовке. Весть от отряда Сигарда разлетелась по лагерю словно весенний ветер. Они попали в жестокую схватку, были ранены, но, к радости, всех, сумели обойтись без потерь. Монстры, захватившие мост, были отброшены назад, а сам мост разрушен, лишив чудовищ пути к вторжению.В лагере Герарда дела тоже шли хорошо. Хельсейды, безмозглые порождения Тени, оказались зажаты в ловушке. Их отогнали на одинокий участок земли, откуда у них не было пути к отступлению. Теперь оставалось лишь уничтожить загнанных зверей.Сам Герард повёл элитный отряд в бой. Каин, Венделл, Меинхард, Андар, Джерд, Леона, Рейна и дажеКейт решили присоединиться.Несколько месяцев, проведённых в тренировках, воспламенили в их сердцах голод — голод по бою, по крови и доказательству своей силы.Они хотели показать, чего достигли, и узнать, хватит ли их навыков, чтобы сразиться с тварями, обагрившими их мечты ужасами.Когда они достигли места, где хельсейдов согнали в стадо, Герард быстро раздал указания. Отряды разделились, чтобы окружить врагов и направить их к заброшенной деревне — к ловушке, откуда не было выхода.Венделл, быстрый как ветер, подхватил Леону, и, пронёсшись через поле, оставил её на пути монстров.Ледяные силы Леоны сковали землю, вырастив высокие ледяные стены, которые перекрыли дорогу тварям, заставив их двигаться туда, куда было нужно.Джерд, расправив свои крылья, поднялся в небо с Андаром. Они начали сражаться с чудовищами, привлекая их внимание. Ворчащие твари побежали за ними, пока Джерд и Андар уводили их к деревне.Меинхард и Рейна также вступили в бой. Силы Меинхарда замутнили органы чувств монстров, лишив их зрения, а Рейна выпустила из рук удушающий газ, запах которого напоминал кровь. Это заставило ослеплённых хельсейдов идти, как загипнотизированных, следом за ними.Каин и Кейт, работая вместе, телепортировались прямо в гущу врагов.Сердце Каина трепетало от волнения, но он быстро взял себя в руки. Кейт всплеснула руками, выпуская яркий розовый свет, который привлёк внимание монстров.— Ну, думаю, этого достаточно, — произнесла она с неловкой улыбкой.Чудовища ринулись за ними, а Каин и Кейт, как и остальные, увели их в указанное место.Когда все группы достигли деревни, Каин и Венделл перенесли всех на безопасное расстояние.Теперь все было готово.В центре деревни стоял Герард•   один, словно черный бастион среди разрухи. Его элитные воины замкнули периметр, активировав магический барьер.•   А вы уверены, что стоит оставлять его одного? — Рейна с сомнением посмотрела на поле битвы. — Их же там сотни...•   Герард — Член Совета, один из сильнейших людей Альмлунда.Его называют Адским Жнецом не просто так, — с возбуждением сказал Венделл, напряжённо наблюдая за происходящим.Чудовища, собравшиеся в огромную орду, кинулись на одинокую фигуру.Герард снял с себя черную накидку, открыв чёрные доспехи, что переливались на свету тёмно— фиолетовыми отблесками. На поясе висела катана — изящное и пугающее оружие. Он достал ее, и клинок, блестя в лучах солнца, вдруг изменил цвет. Металл вспыхнул алым, как раскалённая сталь. Вскоре лезвие засияло ярким жёлтым светом, напоминая миниатюрное солнце.Герард глубоко вздохнул, его глаза были спокойны, словно перед ним стояла не армия чудовищ, а кучка детей.— Отправляйтесь обратно в преисподнюю, — произнёс он.Мгновенный взмах меча — и яркий свет затопил деревню. Когда ослепительное сияние рассеялось, ни деревни, ни монстров больше не существовало. Всё, что было внутри барьера, превратилось в обугленное пятно на земле. Ни камней, ни тел, ни даже пепла не осталось.Герард вышел из барьера, не спеша стряхивая невидимую пыль со своей брони.— Жаль, красивое место было, — пробормотал он, убирая катану в ножны.Тишина повисла над полем. Запах гари растекался по округе. Молодые воины смотрели на обугленное пятно, их лица выражали смесь ужаса и восторга.— Значит, вот на что способен Адский Жнец... — эта мысль пронеслась в головах каждого из них. Пепел ещё не осел, а запах гари продолжал впитываться в землю, когда Герард не спеша направился туда, где некогда стояли деревенские ворота. Теперь вместо них была лишь пустота — обугленное пятно, ни одного следа от массивных деревянных створок. Его шаги были лёгкими, почти прогулочными, но в каждой мельчайшей детали его походки читалась уверенность человека, видевшего множество боёв и пережившего их всех.Каин не выдержал. Сгорая от любопытства, он телепортировался прямо к Герарду, его лицо пылало восхищением.— Господин Герард! Это было невероятно! Вы уничтожили сотни хельсейдов одним взмахом меча! — воскликнул он, словно ребёнок, увидевший настоящую магию.Герард обернулся, и его лицо расплылось в усталой, немного кривой ухмылке.— Ну да, а как иначе? Без взмаха было бы сложно... Мне ведь уже под шестьдесят, спина— то не молодеет, — вздохнул он, словно старый мастер, объясняющий основы ремесла.Каин замер. Слова Герарда ударили его, как холодный ветер в лицо. Его героический образ — непоколебимый воин, которому не страшны никакие враги, — вдруг наполнился человеческими чертами.— Он прав... Ему уже почти шестьдесят... Боюсь представить, каким он был в молодости... — эта мысль заставила волосы на затылке юного мага встать дыбом.— Ну чего встал? Нам в лагерь пора! — крикнул Герард через плечо, подзывая Каина, который так и застыл, погружённый в раздумья. Когда воины во главе с Герардом вернулись, лагерь встретил их приветственными возгласами и смехом. Уставшие, но довольные бойцы дружно вздохнули с облегчением: ближайшие дни они могли перевести дух. Хельсейды были уничтожены — все до последнего. До появления новых чудовищ у них оставалось время, чтобы отпраздновать успешную операцию.Герард направился к своему шатру, чтобы снять доспехи. Он всегда считал, что настоящий командир должен разделять с бойцами не только трудности, но и радости. Нет лучшего способа укрепить дух в отряде, чем посидеть у костра, поднимая тост за победу.Каин, движимый неутолённым любопытством, последовал за ним. Он собирался завалить Герарда вопросами о его молодости, о тех временах, когда он, возможно, был ещё сильнее и устрашающе непобедим.Визит Господина УриКогда они вошли в шатёр, то обнаружили там двоих. Танкред стоял у стола, его обычно непроницаемое лицо казалось напряжённым, как туго натянутая тетива. Рядом с ним находился мужчина среднего роста, сдержанной осанки, которую трудно назвать мощной, но также нельзя назвать слабой. Его седые волосы были коротко подстрижены и аккуратно уложены, а на переносице сидели круглые очки.Герард мгновенно узнал его.— Господин Ури! — воскликнул он, мгновенно поклонившись.Каин застыл, сбитый с толку. В его глазах вспыхнуло замешательство, но, следуя примеру Герарда, он тоже склонился, чувствуя, что перед ним стоит человек, чьё значение выходит за пределы его понимания.— Здравствуй, Герард, — произнёс старик мягким, но слегка хриплым голосом. Его лицо озаряла тёплая улыбка, но в глубине глаз плескалось что-то иное, неуловимо тревожное.Каин перевёл взгляд на Танкреда, пытаясь понять, что происходит. Лицо Танкреда оставалось мрачным, но, заметив взгляд юноши, он коротко кивнул, как бы успокаивая.— Нам нужно кое— что обсудить, — тихо сказал Ури, обратившись к Герарду.Тишина повисла в шатре. Каин и Герард переглянулись, и в их взглядах читалось одно: этот разговор не сулит ничего хорошего.