Глава 3

Утром, когда первые лучи солнца осветили их дом, Каин был готов к своему первому дню в академии. Танкред стоял рядом с ним, передав ему сумку с вещами и, как всегда, напоследок настоял на осторожности. Лицо его было печальным, словно прощание происходило не на несколько месяцев, а на долгие годы.— Будь внимателен, Каин, — повторил он, и в этих словах чувствовалась не просто тревога, а что-то глубокое, пронизанное личной болью и, возможно, страхом.Каин лишь кивнул. Он не до конца понимал, что так тревожит Танкреда. Академия представлялась ему местом, где люди с такими же способностями могли учиться контролю и находить своё призвание. Но опыт, что он накопил за годы жизни с Танкредом, научил его воспринимать мир иначе. Каин уже не был тем испуганным мальчишкой, что прятался в пещере от ужаса неизвестности. Он вырос, и если впереди действительно опасность — он справится.Академия оказалась менее впечатляющей, чем он ожидал. Трехэтажное здание с выкрашенными в светло— желтый фасадами и красным основанием. Колонны, поддерживающие небольшой навес над центральным входом, казались попыткой придать сооружению монументальный вид, но скорее выглядели неуместно, словно громоздкие стражи у миниатюрного замка.— И это есть академия? — пробормотал Каин, сдерживая разочарование. После величественного здания Совета, которое он видел накануне, его воображение рисовало нечто более грандиозное.У входа его ждала женщина лет пятидесяти, с волосами огненно— рыжего цвета, стрижка короткая и странная, словно волосы были обрублены тяжелым ножом. Лицо её казалось суровым, глаза колючими, а торчащие в стороны зубы добавляли к выражению лица странную, почти угрожающую ухмылку.— Здравствуй, Каин! — поприветствовала она его, обнажив свой оскал. — Я тебя заждалась. Меня зовут Госпожа Тилл, я буду твоим куратором в академии. Пойдем, я тебе всё покажу.Каин молча кивнул и пошел за ней. Проблеск беспокойства мелькнул у него в голове, но он подавил его, стараясь сохранять спокойствие.Внутри академия выглядела так же буднично, как снаружи. Обычный холл, простые коридоры, повсюду холодные стены с блеклой краской. Каин понадеялся увидеть, что-то большее, что-то, что откроет ему двери в неведомый мир магии и силы, но не нашёл здесь ничего, кроме безжизненной обыденности.Они поднялись на третий этаж, и госпожа Тилл остановилась, небрежно указывая рукой на два противоположных крыла.— Комнаты девочек справа, комнаты мальчиков слева. На втором этаже — аудитории для теоретических занятий, а первый этаж — для практики. Твоя комната — номер 307. Драки и применение спектра вне занятий и без разрешения куратора строго запрещены.Каин кивнул, оглядываясь. Здание будто бы стало больше изнутри, чем выглядело снаружи. Количество комнат, множество коридоров и залов, которые тянулись бесконечной вереницей, не должны были уместиться здесь, если судить по виду с улицы. Ему вспомнились рассказы Танкреда о старых укреплённых замках, в которых были секретные ходы и скрытые помещения.Войдя в свою комнату, он обнаружил скромное помещение, идеально соответствующее его низким ожиданиям. Маленькая кровать, старый шкаф, простенький стол и стул. «Что ж, что ещё нужно?» — подумал Каин, стараясь найти что-то положительное в этом.Пока он осматривался, к дверному проему снова подошла госпожа Тилл.— Теоретические занятия начнутся через час в аудитории номер 201. Не опаздывай, — произнесла она гнусавым голосом, от которого у Каина по спине пробежала легкая дрожь.— Спасибо, — кивнул он, натянуто улыбнувшись.Она молча кивнула и удалилась, оставив его в одиночестве. Каин вытащил из сумки свои скромные пожитки и разложил их по местам, стараясь занять себя хоть чем— то, чтобы унять тревогу. Впереди было занятие — первый шаг в этом новом месте, которое окружено тайной и подозрением.Когда наступил час занятий, Каин вошел в аудиторию, и все взгляды мгновенно устремились на него. Взгляды чужих, пристальные, колючие, словно холодные лезвия, цеплялись за каждую деталь его внешности, его походки, будто его присутствие было чем— то из ряда вон выходящим. Лица у учеников были такие разные — кто-то смотрел с легким интересом, кто-то с откровенным равнодушием, а некоторые — с едва скрытой насмешкой. Госпожа Тилл стояла перед классом с искусственной улыбкой, от которой по спине пробегал холодок.— Дорогие ученики, — объявила она так, будто сообщала что-то ужасно важное, — с сегодняшнего дня у нас новенький! Его зовут Каин.Фальшивость в её голосе была едва ли не ощутимой. Она обвела глазами класс, потом холодно кивнула Каину, указывая на свободные парты.— Ну? Чего стоишь? Проходи, выбери себе место, — почти приказала она, и Каин почувствовал, как комок заворочался в его горле.Он скользнул к самой задней парте, не решаясь сесть рядом с кем— либо. Не хотелось в первый же день привлекать слишком много внимания. Перед ним сидели два парня, поглощённые тихим, но бурным обсуждением, время от времени они усмехались и обменивались насмешливыми взглядами. Один из них был худощав и высок, черные волосы торчали, как иглы на дикобразе. Светлая кожа подчеркивала резкие черты его лица, а глаза раскосые, словно все подмечающие. Пальцы у него были необычно длинные, как у музыканта, привыкшего касаться клавиш, — такие, казалось, могли обхватить что угодно, будь то меч или врага.Его сосед по парте, напротив, был коренастым, почти одного роста с Каином, но с телосложением более плотным. Коротко остриженные каштановые волосы, кожа с золотистым оттенком, а в зеленых, словно сад весной, глазах светилось что-то живое, дружелюбное.Тот, с зелеными глазами, повернулся и широко улыбнулся Каину.— Здарова, новенький! Каин, верно? Я Венделл, а этот тощий — Меинхард, — представился он, продолжая улыбаться, как дитя, встретившее нового друга.— Сам ты тощий! — возмутился Меинхард, пихнув его локтем, и Венделл засмеялся, ловко уворачиваясь от его толчков.— Он у нас очень ранимый, — подмигнул Венделл и снова засмеялся, пытаясь отклониться от нового тычка, направленного в его бок.Каин тоже попытался улыбнуться в ответ, чувствуя себя чуть более уверенно.— Приятно познакомиться, ребята, — сказал он, стараясь не показаться невежливым.— А ты откуда? Какой у тебя спектр? — воскликнул Венделл, глаза его вспыхнули любопытством, и он почти привстал, словно ребенок, который ждет рассказа о великом приключении.Каин замялся, не желая сразу раскрывать все карты. В голове роились десятки отговорок, но перед тем, как он успел ответить, раздался холодный голос госпожи Тилл.— Попрошу задние парты не отвлекаться, — произнесла она сурово. — Эти темы у вас будут на экзамене!Каин напрягся. Экзамены? Он бросил взгляд на друзей и шепотом спросил:— Ребят, а что за экзамены?— О, это у нас так проверяют всё, что мы изучили, — охотно объяснил Венделл. — В конце семестра сдаем комиссии, и они решают, кто как справился.— А если кто-то... провалит? — осторожно поинтересовался Каин.— Тогда тебя отправят в отстающую группу, — угрюмо добавил Меинхард, глядя в сторону, словно не хотел в этом участвовать.— Отстающую? У вас и такая есть? — удивленно переспросил Каин, пытаясь скрыть нотку тревоги.— Да, — пробурчал Меинхард. — Это группа для тех, кто не может нормально справляться со спектром или плохо усваивает уроки.Каин нахмурился, и на миг перед его внутренним взором промелькнула картина этого места, о котором говорил Меинхард. Заведение, которое призвано учить, вдохновлять, поддерживать — но здесь был уголок для тех, кого оно же отвергало. Эта «группа для отстающих» казалась чем— то мрачным, чем— то похожим на клетку для непригодных, на дальний уголок, где собраны все те, кому не повезло стать частью «большого будущего».Его охватило странное, неприятное чувство.Лекция госпожи Тилл наконец подошла к концу. Она рассказывала о географии, словно читала поучительный свиток, но сухость её речи оставляла после себя лишь слабое эхо. Звуки её голоса, впрочем, запечатлели в памяти обрывки истории основания Альмлунда и его окрестностей. Оказалось, что когда— то этот город был заложен двумя воинами, беглецами от чудовищ, решившими построить здесь убежище для себя и для тех, кто спасался вместе с ними. В их руках простой холм стал щитом, за которым они прятали людей от того, что затаилось во мраке. Но что за чудовища были теми ночными кошмарами? Этот вопрос, как безмолвное предостережение, повис в воздухе, а ответ остался для Каина туманным. Он понял лишь, что это было только первое занятие и настоящие, мрачные страницы этой истории еще ждали его впереди.По окончании занятия он неловко затерялся среди учеников, выходящих из аудитории, стараясь не привлекать внимания. На поле боя ему доводилось чувствовать холод стали, его рука сжимала рукоять меча крепко, с привычной уверенностью, но теперь, когда ему предстояло всего лишь сказать слово, он терялся. За эти годы с Танкредом он превратился из перепуганного мальчишки в воина, который встречал взгляды врагов так же смело, как клинки. И все же, разговор с ровесниками теперь казался чем— то даже более устрашающим, чем бой на холодной земле.Он выскользнул в коридор и, чуть пригнувшись, словно охотник, пробрался поближе к Венделлу и Меинхарду, которым он, хоть и едва, но доверял. Мимо него сновали ученики, и из соседней аудитории вышла другая группа. Каин бросил взгляд на их строгие лица, на дисциплину, что читалась в их глазах, и, ощутив нечто непонятное, склонился к уху Венделла.— А это кто? — прошептал он, стараясь не привлекать внимания.— Другой класс, — ответил Венделл, и в голосе его прозвучала едва уловимая нота осторожности. — Их куратор — госпожа Эльфи. Очень строгая женщина... Лучше уж отправиться в отстающую группу, чем попасть ей в немилость.Каин почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Он знал, что его вряд ли ждет особая привилегия, но мысль о том, что существует куратор, кого остерегаются даже одноклассники, пробуждала в нем любопытство и легкое беспокойство.— А сколько вообще у нас классов? — продолжил он.— Вместе с нами — три, — негромко вставил Меинхард, который на этот раз решил участвовать в разговоре. — За каждым классом закреплен куратор.— И как решают, кто в какой класс пойдет?— Как таковой системы нет, — пояснил Меинхард, помедлив и взглянув на Венделла, будто выверяя, можно ли говорить дальше. — Но ходят слухи, что к госпоже Эльфи отдают самых способных учеников, или тех, кто из влиятельных семей. У неё репутация высшего класса — все её воспитанники занимают важные должности.Каин лишь кивнул, медленно складывая осколки этой информации в голове. Значит, для особых учеников есть особое место, где куратор держит их на пути к власти. На мгновение ему подумалось, что и правда, лучше уж быть среди тех, кто не достоин таких высоких требований.— Мы — статусом пониже, так что и в классе попроще, — добавил Венделл, усмехнувшись, словно хотел превратить горькую правду в шутку.Каин нахмурился, но продолжил расспросы:— А третий класс?— Ну, тебе он уже известен, — хмыкнул Венделл. — Это отстающие.Каин перевел взгляд на своих спутников, но оба были спокойны, будто смирились с такой иерархией давно. Но в душе Каина вновь зашевелилось сомнение.— То есть, между элитой и неудачниками находимся мы? — проговорил он почти шепотом, удивляясь, что в этой системе вообще есть место для тех, кто в серой зоне.— Можно и так сказать, — вздохнул Меинхард.И тогда Каину показалось, что это место, которое должно было воспитывать силу, с самого начала закладывало нечто совсем иное.Следующее занятие было симбиозом лекции и практики, и встретила их там женщина, чей облик был столь неожиданен, что Каин не сразу смог поверить, что перед ним стоит преподаватель. На вид ей было под шестьдесят, может, чуть больше. Рост её не превышал средний, а фигура была скорее плотной, но ловкой, как у опытного ремесленника. Она была одета в тёмно— синие рубаху и штаны, словно мастер, пришедший показать своим ученикам искусство резьбы по дереву, а не магии. Лицо её, нежное и румяное, как у давно ушедшей в отпуск музы, в обрамлении коротких седых волос, закрученных на макушке, притягивало взгляд. Но что действительно приковывало внимание, так это её глаза — яркие, как безоблачное небо над заснеженной равниной. Их глубина и блеск пробуждали в Каине странное чувство, будто она могла видеть и оценивать его, стоило ей только захотеть.И, наконец, едва ли не самой запоминающейся деталью был запах — пронзительный аромат сигарет, который витал вокруг неё, словно невидимая дымка. Он плотно укутывал её, пропитывал её одежду и проскальзывал в воздухе так уверенно, что казалось, будто даже сама аудитория впитала этот запах за годы её пребывания здесь. Госпожа, видимо, не слишком беспокоилась о правилах и держала сигарету с видом полного спокойствия, выпуская облака дыма, словно это было её полное право.— Кто это? — прошептал Каин, не отрывая взгляда от преподавательницы.— Госпожа Эрсель, — ответил Венделл, голос его зазвенел от возбуждения. — Она преподает управление аурой и спектром.Каин нахмурился, слегка разочарованный, не скрывая своего недоумения.— Я думал, что учитель по таким предметам будет... ну, помоложе, — пробормотал он, словно надеялся, что это не прозвучит слишком непочтительно.Меинхард, услышав это, сдержанно фыркнул и ответил резко:— Не суди книгу по обложке. Эта старушка чертовски сильна. Ей нет равных в Альмлунде по контролю над аурой.Каин удивлённо моргнул, его сомнения развеялись в одно мгновение.— Да ты что? — спросил он, искренне потрясённый.— Здесь он прав, — подтвердил Венделл, кивая с уважением. — И как и следует ожидать от члена Совета.Совет? Каин замер, вспоминая вчерашнюю встречу с другим его представителем. Нора тоже была в возрасте, даже старше Эрсель, но её сила ощущалась физически, как будто от неё исходила тяжесть, скрытая под благородным лицом. Значит, и здесь, в академии, есть кто-то, столь же могущественный, как она? Его интерес вспыхнул с новой силой. Теперь он ждал начала занятия так же нетерпеливо, как и Венделл, предвкушая возможность узнать что-то действительно ценное.Когда лекция началась, госпожа Эрсель сразу погрузилась в тему, объясняя основы управления аурой. Её слова были чёткими и точными, словно вырезанными из камня, и каждая фраза звучала так, будто она продумывала её тысячи раз. За время обучения у Танкреда Каин уже освоил кое— что из её слов, но объяснения Эрсель открыли перед ним эти знания в новом свете. Она говорила об ауре не как об инструменте, а как о самом дыхании жизни.— Аура, — произнесла она мелодичным голосом, — это не просто магическая сила, что помогает вам на поле боя. Это отражение вас самих. С её помощью вы можете не только сокрушать, но и восстанавливать, не только брать, но и отдавать.В доказательство она вынула небольшой нож и, не дрогнув, провела им по своей руке, оставив тонкую линию пореза. Каин затаил дыхание; остальные, похоже, знали, что последует дальше. Женщина подняла противоположную руку, и в ней возникла аура, видимая голубым светом, таким ярким, словно у неё внутри горел кусочек небесного свода. Она приложила руку к ране, и Каин, не веря своим глазам, увидел, как рана затягивается. В считанные мгновения кожа вновь стала целой, как будто на ней никогда не бывало пореза.Каин был потрясён. Он многое испытал за годы под руководством Танкреда, знал, как ускорить своё восстановление с помощью концентрации, но никогда не видел подобного. Даже его самые глубокие раны заживали лишь через дни. А тут... мгновенно.— Навыки исцеления требуют тончайшего понимания ауры и полного контроля над собой, — проговорила Эрсель, её голос лился, как спокойная мелодия, заполняя аудиторию. — Этому и будет посвящено наше обучение.Каин слушал её с каждым мгновением всё внимательнее, ощущая, как в нём загорается новый огонь. Эта возможность стать сильнее, возможно, могла изменить всё для него.Лекция госпожи Эрсель пленила Каина. Каждое её слово, словно было высечено на камне, а каждая новая деталь об ауре открывала перед ним неизведанные глубины. Он понял, что все его прежние знания были лишь верхушкой айсберга. Глубина, которой можно достичь, казалась поистине безграничной. Ощущение могущества, скрытого в этой женщине, и её умений, от которых можно было только замереть, вдохновляли его становиться сильнее.Когда занятия завершились, студентов повели вниз, в другое помещение, на практическое занятие. На первом этаже их встретил огромный зал, намного превышающий размеры, которые, как им казалось, были возможны для академического здания. Стоило Каину ступить на порог, как у него захватило дух: стены уходили ввысь, а потолок, будто не имел конца. Этот зал был магическим чудом, намного больше внутри, чем снаружи. — Здесь точно не обошлось без трюков с аурой, подумал Каин, с трепетом оглядывая пространство.В центре зала их ждал мужчина лет тридцати пяти. Одноклассники Каина переглянулись, и настроение в их глазах было далеко не радостным. Мужчина был выше среднего роста, худощав, с тёмной короткой стрижкой, чёрными как уголь волосами и лёгкой щетиной на смуглом лице. Его глаза были холодными и цепкими, как у охотника. Одет он был скромно, но его одежда была безупречно чистой, как будто сам он никогда не касался грязи, хотя Каин подозревал, что этот человек знает, каково это — пойти по колено в болото ради цели.— А это кто? — прошептал Каин к Венделлу, не отрывая взгляда от мужчины.— Господин Ноа, — ответил Венделл, словно на что-то намекая. — Он преподаёт общую физическую подготовку и применение спектра в реальных условиях.Каин обрадовался: наконец— то молодой преподаватель, не похожий на старых магов и членов Совета. Но, судя по взглядам его сокурсников, у них были основания сомневаться, что этот — молодой наставник принесёт радость.Начав урок, господин Ноа сразу проявил строгий, почти жестокий нрав. Он заставил их выполнять упражнения, от которых лица студентов стали такими же мрачными, как и его собственный взгляд.— Способности спектра — это больше, чем просто знание магии, — прорычал он, и его низкий голос напоминал раскаты грома. — Ваше тело должно быть готово к этому. Вам придётся укреплять мышцы, терпеть боль и быть готовыми к нагрузкам, которые могут разорвать вас на части.Для Каина упражнения не стали неожиданностью. Его прежний наставник, Танкред, гонял его так, словно хотел выжать из него душу, прежде чем позволить называть себя напарником. Несмотря на стройное телосложение, Каин уже был вынослив и силён, так что выдержал эти испытания с относительной лёгкостью. Но когда дело дошло до отработки рукопашного боя, он заметил, как господин Ноа окинул его долгим взглядом, словно решив что-то для себя.— Ты, новенький, — сказал он, и в его глазах блеснул интерес. — Встань против Меинхарда.Каин не успел даже удивиться, а Меинхард уже выпрямился, неохотно направляясь в центр зала. Он явно не был рад такому раскладу, но отказываться не собирался. Меинхард атаковал первым, с прямым ударом справа, но Каин не оставил ему шансов. За одно мгновение он уклонился, поднырнул под руку соперника и, вложив всю свою силу, швырнул его на пол, стараясь при этом не причинить ему сильной боли. Шум падения заставил класс притихнуть.— Неплохо, — промурлыкал Ноа, и его глаза сверкнули одобрением.Каин помог Меинхарду подняться и тихо спросил:— Ты в порядке?Меинхард кивнул, сдерживая недовольство, но кивнул.Венделл же, стоявший неподалёку, едва сдерживал смех, наблюдая, как Меинхарда буквально бросают на пол, словно мешок. Господин Ноа уловил это и тут же направил взгляд на Венделла.— Так, ты, Венделл, будешь следующим. Посмотрим, чему ты научился, — сказал он.Венделл явно был доволен этим, он предвкушал бой, считая, что его ждёт лёгкая победа. Они с Каином заняли позиции, и в тот момент, когда господин Ноа приказал — начать, Венделл бросился вперёд, намереваясь повалить Каина одним ударом. Однако Каин ловко уклонился, схватил его за одежду и, используя всю свою силу, швырнул его на пол, как будто он был пушинкой. Класс тихо зашелся смехом.Каин испытывал смешанные чувства: с одной стороны, он был рад, что его навыки были на высоте, а с другой, ему казалось, что два единственных человека, кто был к нему добр, теперь могли бы быть не слишком довольны.— Ещё раз! — сказал Венделл, на его лице пылал азарт, но господин Ноа остановил его.— Достаточно, — произнёс он твёрдо. — У тебя неплохие навыки, — обратился он к Каину. — Но ты постоянно обороняешься. Помни: победу одними защитными манёврами не завоевать.Каин лишь кивнул, соглашаясь. Действительно, Танкред обучал его, как выжить, а не как нападать. У него не было агрессивных техник, лишь точные и быстрые приёмы для защиты и выведения из опасных ситуаций.Господин Ноа, помолчав немного, окинул взглядом толпу и произнёс:— Сигард, ты следующий.Тишина воцарилась в зале. Каину показалось, что Венделл и Меинхард пытались что-то беззвучно сказать ему. Он уловил шёпот губ: — Ты попал.... И затем: — Откажись!Из толпы вышел юноша на голову выше Каина, с телосложением, что напоминало дуб — такой же сильный и стойкий. Волосы его, светло— каштановые, спадали на лоб, скрывая глаза. Он казался воплощением спокойной мощи, что копится в человеке годами. От него веяло уверенностью, оттого же особенным блеском сверкает воина в его лучшие дни.Но страх не охватил Каина — в нём зажглось любопытство, желание проверить себя. Впервые он встретил такого соперника и был полон решимости увидеть, на что же способен Сигард.Каин встал в боевую стойку, словно дикий зверь, наблюдающий за каждым движением противника. Его взгляд уперся в фигуру Сигарда, чей массивный силуэт казался неприступным, а в глазах пылал странный, почти хищный свет. Нервное напряжение витало в воздухе, как едва заметная дымка над разгоряченной землей. Господин Ноа подал знак к началу боя, и тяжелая тишина зала разорвалась его командой:— Три очка до победы. Напоминаю, никаких способностей.Каину показалось, что сам воздух вокруг Сигарда дрогнул. Его стойка была слишком уверенной, слишком выверенной — он знал, что делал. Не такой простак, как Венделл или Меинхард. «Начали!» — вновь прозвучал сигнал, и Каин, на мгновение позабыв свою обычную осторожность, рванул вперед. Резкое движение, прямая атака — это было не в его стиле, но господин Ноа настойчиво подталкивал его к переменам.Однако Сигард ловко уклонился, почти лениво отбросив его выпады, прежде чем провести жесткий удар в живот. У Каина перехватило дыхание, и он замешкался, пытаясь прийти в себя, но Сигард не дал ему шанса.Один удар слева — острый, как лезвие, другой — справа, в челюсть.Удар за ударом обрушивались на него, как рокот грома в ночи.Наконец, Сигард провел последний сокрушительный удар ногой, и Каин, потеряв равновесие, рухнул на пол, как кукла, которую отпустила неумолимая рука кукловода.— Сигард — одно очко! — произнес господин Ноа, и его голос, казалось, эхом разлетелся по стенам зала.Каин поднялся, вытерев кровь с губ.Несмотря на горечь поражения, его глаза не потускнели. Внутри разгорался огонь, пламя упрямства, которое не угасло даже после множества битв. Этот бой был испытанием, и он не собирался его проигрывать. Он выдохнул, собрав всю свою волю в кулак, и снова бросился вперед.Сигард двинулся ему навстречу.Комбинации его ударов были выверены до мелочей, и казалось, что он вел этот бой, как опытный охотник ведет загнанного зверя. Но Каин тоже не был новичком. Ему удалось уклониться, а затем схватить Сигарда за руку и с внезапной силой швырнуть на пол. Глухой удар, и по залу пронеслось удивленное восклицание — никто из учеников не ожидал увидеть подобное. Сигард, поднимаясь, бросил на Каина взгляд, полный затаенной ярости. Они оба стиснули зубы, готовясь снова столкнуться.— Разошлись! Счет один— один! — объявил господин Ноа, разводя их в стороны, но азарт боя уже был в их крови. Как две равные силы, они снова приняли боевые стойки.На этот раз Сигард атаковал первым.Его движения стали резче, удары тяжелее. Он явно терял контроль над гневом, но все равно сохранял убийственную точность. С каждым выпадом он теснил Каина, пока, наконец, не нанес серию точных и беспощадных ударов, отправив его снова на землю. Каин с трудом поднялся, ощутив вкус крови на губах, но его глаза блестели: отступать он не собирался.— 2— 1, в пользу Сигарда! — объявил учитель.Они вновь приготовились, и в этот раз Каин решился дожидаться момента. Он уворачивался, вглядываясь в каждое движение против— ника. И вот, когда Сигард раскрылся, Каин с молниеносной скоростью провел удар в живот, сбивая ему дыхание, и, резко переместившись за спину, сбросил его на пол. Глухой звук, как удар окаменелой земли, и толпа учеников невольно замерла, впечатленная небывалой дерзостью Каина.— 2 - 2, вот это новенький дает! — прошептал Венделл с восторгом.— На сегодня хватит! — в голосе господина Ноа прозвучала суровая нота, но Сигард уже не мог остановиться.Поднявшись, он направился прямо на Каина, и все вокруг ощутили холодный прилив ярости, витающий в воздухе.Он напал снова, но вдруг, словно прорыв плотины, воздух вокруг него начал дрожать. Тепло, а затем жар накрыли всех присутствующих, как внезапный порыв знойного ветра. Ярко— красная дымка появилась вокруг его тела — его аура.Каин на мгновение замер. Что это? Его ладони вспотели, а разум приготовился активировать свой собственный спектр.— Хватит! — голос господина Ноа разорвал напряжение.Учитель двигался быстрее, чем успели понять зрители. Одним движением он оказался за спиной Сигарда, вывернув ему руку и заставив упасть на колени. Красная дымка начала рассеиваться, а бойцы замерли.— Это не арена для выяснения счётов. Всё на сегодня, — в голосе Ноа звучала сталь. — Сигард, выйди.Тот бросил злой взгляд на учителя, но подчинился, скрывая гнев за каменной маской.Класс замер. Каин стоял в центре зала, оттирая кровь с лица, но в его глазах читалась лишь усталость.Еще один урок, что показал ему: быть сильным — это не только об умениях, но и об умении вовремя остановиться.Каин шагал по коридору, ощущая, как гулкая тишина зала осталась позади, а вместе с ней — и напряжённый взгляд господина Ноа. Смешанные чувства клубились в его груди. Ему не хотелось отличаться с самого первого дня, но всё, что произошло, слишком сильно напоминало старые времена. Схватка. Боль. Горечь поражения — даже если счёт был равным, вкус крови во рту говорил об обратном.Перед ним возникли Венделл и Меи нхард, словно из ниоткуда, как два вездесущих воробья, всегда жаждущих поделиться новостями.— Ну, новенький, ты дал жару! — Венделл улыбнулся, но в глазах его читалась смесь уважения и удивления. — Сигард — один из сильнейших бойцов нашего класса. Сражаться с ним на равных... это тебе не каждый сможет повторить.— Он мастерски держался, — добавил Меинхард, кивая. — Мы думали, он тебя раздавит, но ты выстоял.Каин, всё ещё ощущая пульсирующую боль в рёбрах, лишь коротко кивнул. Его голос прозвучал хрипло, но твёрдо:— Кто он вообще такой? Откуда такие навыки?— Сигард из знати, — отозвался Венделл, понизив голос, словно боялся, что их подслушают. — Его отец занимает высокий пост в управлении города. Да и сам его род считается одним из самых влиятельных. Он, можно сказать, элита.Каин нахмурился, не скрывая своего раздражения:— Если он из знати, почему он здесь? Разве вы не говорили, что аристократы учатся в классе госпожи Эльфи?— Так и есть, — хором отозвались оба его спутника.— Он был там, но ненадолго... — шёпот Меинхарда звучал так, словно он рассказывал тайну, которая могла стоить ему головы.Венделл кивнул и продолжил:— С дисциплиной у него проблемы. Ходят слухи, что он избил нескольких учеников госпожи Эльфи. Причём серьёзно избил. Говорят, один из них всё ещё восстанавливается.Каин не сдержал горькой усмешки:— Значит, он из тех, кто считает, что раз он знать, то ему всё дозволено? А тех, кто ниже по статусу, можно унижать и калечить?Меинхард замялся, явно не желая обострять ситуацию, но Венделл лишь пожал плечами.— Может быть. Он ни с кем особо не общается, кроме своей компании.Компания, подумал Каин. Его взгляд невольно скользнул в конец коридора, где, опершись о стену, стоял Сигард. Его поза излучала напряжение, словно он готов был в любой момент сорваться. Рядом с ним маячили двое.— А это кто с ним? — тихо спросил Каин, указывая взглядом.— Абель и Исаак, — пояснил Венделл. — Те ещё типчики.Меинхард заговорил, чуть понизив голос:— Тот, что повыше, — это Абель. Они знакомы с детства, семьи дружат. Он что-то вроде правой руки Сигарда, всегда с ним.— А вот низкорослый — это Исаак, — перебил Венделл с ноткой презрения. — Не друг, а цепной пёс. Этот готов любого растерзать по приказу Сигарда.Каин внимательно разглядывал двоих. Абель выглядел как типичный аристократ, высокий, атлетичный, с короткими тёмными волосами и бледной кожей, через которую были видны тонкие вены, словно паутина. В его позе читалось превосходство, но это превосходство не было самоуверенным. В отличие от своего хозяина, он держался спокойно, как человек, привыкший к власти.Исаак был полной противоположностью. Низкий, коренастый, с жёсткими, как солома, волосами и носом, который занимал половину лица. Его смуглая кожа и звериные черты придавали ему угрожающий вид. Он выглядел как человек, который всегда в поиске драки, и его мелкие глазки жадно бегали по коридору, будто он искал новую жертву.Каин нахмурился, продолжая наблюдать за компанией, когда Венделл негромко добавил:— Что-то мне подсказывает, что они на тебя злятся. Будь осторожен.— А что насчёт спектра? Он действительно хотел использовать его против меня?Меинхард и Венделл переглянулись.— Похоже на то, — медленно произнёс Меинхард. — У него сильный спектр. Генерирование какого— то вида энергии. Если он разойдётся, может уничтожить всё вокруг.— Говорят, он однажды разрушил целое здание, когда сорвался. Поэтому госпожа Эльфи от него избавилась, — добавил Венделл, всё так же озираясь по сторонам.Каин молчал, размышляя. Всё это складывалось в одну неприятную картину.«Ладно,» — подумал Каин, чувствуя, как в груди начинает разгораться собственное пламя. — «Если он хочет продолжения, я буду готов.»Первый учебный день в академии подошел к концу. Каин, уставший, вернулся в свою крошечную комнату, где холодные стены и узкая кровать казались почти тюремной камерой. Он упал на матрас, который скрипнул под его весом, и устремил взгляд в потолок, покрытый мелкими трещинами. Мысли о прошедшем дне не давали ему покоя. Сигард, их схватка, мрачные взгляды его свиты — всё это кружилось в его голове, как стая ворон.Ему хотелось бы вернуться домой, увидеть Танкреда, услышать его сухой, насмешливый голос, который всегда умудрялся вернуть Каина в чувство. Но покидать академию до конца семестра было строго запрещено, и даже мысль об этом грозила бедой.Негромкий, но уверенный стук в дверь вырвал его из размышлений. Каин нехотя поднялся, подошёл к двери и открыл её. На пороге стояла госпожа Тилл, с лицом, на котором словно высекли вечное выражение недовольства. В её руках была небольшая коробка, перевязанная бечёвкой, с прикреплённой запиской: «Передать Каину».Госпожа Тилл протянула коробку с видом человека, выполняющего задание ниже своего достоинства.— Приятного вечера, — бросила она с таким же успехом, как могла бы пожелать его врагу.Каин коротко поблагодарил её, но женщина уже успела развернуться, уходя быстрыми шагами, будто желая как можно скорее забыть о нём и своей миссии.Он закрыл дверь, положил коробку на стол и развязал бечёвку. Первое, что он заметил, — это аромат выпечки. Сердце его на мгновение замерло. Он сразу узнал эти сладости. Они были из той самой деревни, где когда— то всё началось. Те самые пирожки, которые он прежде крал, рискуя своей шкурой, теперь пришли к нему как подарок, аккуратно уложенные в коробку.Под выпечкой Каин нашёл маленький прямоугольный кусочек металла. Холодный на ощупь, гладкий, с тонкими выемками и символами, которые были ему незнакомы. Он несколько минут изучал странный предмет, переворачивая его в руках. Неловкое движение — и пластина раскрылась, как книга, засияв мягким голубоватым светом.Из света возник силуэт человека. Каин отступил, ошеломлённый.— Вижу, ты наконец разобрался, как пользоваться призрачным маяком, — голос, глубокий и насмешливый, раздался из изображения.— Танкред?! — выдохнул Каин, подойдя ближе. Перед ним стоял призрачный образ Танкреда, прозрачный и сероватый, рябящий, словно отражение в воде.— Чем... чем это называется? — спросил он, осторожно касаясь изображения пальцем.— Призрачный маяк, — ответил Танкред, вздыхая, будто объяснял очевидное. — Это устройство связи. Передаёт образы и звук через ауру. Довольно удобная штука.Каин улыбнулся:— Неужели так скучал по мне, что решил отправить какой— то маяк?— О, боги... — Танкред закатил глаза. — Письма могли перехватить, а это надёжнее. К тому же, я хотел узнать, как ты там. Ну, как первый день?Каин пожал плечами:— Даже не знаю. И не плохо, и не хорошо. Смешанные ощущения.Танкред ухмыльнулся:— По твоему разукрашенному лицу я бы сказал, что ты преуспел.— Пустяки, — фыркнул Каин, потирая всё ещё болящую скулу. — Всего лишь тренировка.— Хорошо. Но сейчас не об этом. Ты обратил внимание на выпечку?Каин мягко улыбнулся, словно воспоминания о прошлом вдруг согрели его:— Да. Она ведь из той деревни... из той самой.— Верно, — кивнул Танкред. — Я сейчас здесь, в этой деревне, кое— что расследую.Каин насторожился.— Что именно? Снова разбойники?— Не совсем. Помнишь три года назад, когда мы столкнулись здесь с бандой наёмников?Каин кивнул, его лицо слегка омрачилось.— Как такое забыть? Тогда ещё у твоего друга был артефакт, который украли. Ленарда убили из-за него, так ведь?Танкред опустил голову, его призрачный силуэт на мгновение стал ещё бледнее.— Да. Все эти годы я искал их, но улик не было. Сейчас же... кажется, я напал на их след. Они были здесь совсем недавно.— И что ты собираешься делать? Выследить их? В одиночку? — в голосе Каина звучала тревога. — Ты сам говорил, что Ленард был сильным, но с ним расправились. Если они так опасны, тебе нельзя идти одному!Танкред вздохнул, но его голос оставался спокойным:— Я пока только следую за ними. Не переживай, в бой я не ввязываюсь. Просто хотел, чтобы ты был в курсе. Возможно, я не смогу связаться с тобой несколько дней, но это ничего не значит. Я справлюсь.— Но это рискованно! — возразил Каин. — Ты всегда говорил, что нужна поддержка, кто-то, кто прикроет спину.Танкред усмехнулся:— Не забывай, кто тебя учил. Я могу о себе позаботиться.Каин хотел возразить, но Танкред перебил его:— Ладно, мне пора. Будь осторожен. Я свяжусь, как только смогу.Его образ затуманился и исчез.Каин остался стоять, сжимая в руках металлическую пластину. Его мысли метались, как дикие звери в клетке. Он хотел бросить всё и помчаться туда, к Танкреду. Но он знал, что это лишь принесёт проблемы.Вздохнув, он сел на кровать, прижав к груди странное устройство. Всё, что он мог сделать, — это надеяться, что его наставник действительно справится.Прошли недели, наполненные заботами и занятиями, каждое из которых оставляло на Каине новый след — иногда в виде болезненной усталости, а иногда в виде лёгкого, почти незаметного удовлетворения. Академия больше не казалась чужим местом. Каин уже привык к её холодным залам и суровым наставникам.Венделл и Меинхард стали его основными спутниками. Первый, крепкий и энергичный, обладал заразительным смехом, который легко разрушал даже самые угрюмые настроения. Второй, напротив, был спокоен, как глубокое озеро, и предпочитал больше слушать, чем говорить, но его редкие слова всегда были к месту. Эти двое стали для Каина чем— то вроде маяков в бурном море новых знакомств. С остальными студентами он тоже постепенно наладил общение, но эти отношения были поверхностны, как первый лед на осеннем озере.Теоретические занятия давались Каину тяжело. Госпожа Тилл, со своей едва скрытой ненавистью к молодёжи, могла превратить любую лекцию в пытку. Её голос, сухой и монотонный, напоминал звук мелка, скрипящего по доске, и даже самые интересные темы теряли весь свой блеск под её монотонным взглядом.Но стоило занятию смениться тренировками по физической подготовке или управлению аурой, как всё менялось. В бою, в движении, в напряжении мышц Каин находил радость. Он был одним из лучших в классе: его удары были быстры, как летящие стрелы, а уклонения — плавны, как движение воды.Однако управление аурой... Вот где он терпел неудачи.— Ты небрежен, мальчик! — голос госпожи Эрсель, обычно мягкий и почти бабушкинский, превратился в гром, что раздавался над его головой.Перед Каином стоял стеклянный сосуд, простой на вид, но полный скрытой угрозы. Упражнение казалось лёгким: направить свою ауру в сосуд и заставить её принять его форму. Но каждый раз, когда Каин выпускал ауру, стекло взрывалось с ужасающим звуком, разбрасывая осколки по комнате.— Твоя аура бесформенна и груба! — восклицала госпожа Эрсель, устремляя на него взгляд, который был тяжелее любого удара. — Без должного контроля ты останешься мальчишкой, не способным ни на что!Каин стиснул зубы. Он понимал, что она права. Он видел, как другие студенты наполняли сосуды своей аурой, как она покрывала их, словно утренний иней, и как сосуды оставались целыми. Но его аура... она была, как дикий зверь, которого невозможно приручить.— Смотри и учись! — произнесла Эрсель, её голос стал тише, но в нём всё ещё ощущалась непреклонность.Она плавно подняла руку, и светлая аура окутала стеклянные сосуды перед ней. Казалось, они задышали, их стенки сияли голубым светом, и ни одна капля энергии не выходила за пределы стекла.Каин остался на дополнительные занятия, которые сама Эрсель предложила, заметив в нём что-то, что ускользало от остальных. Её строгий взгляд и резкие замечания сменились внимательностью и почти материнским терпением.— У тебя огромная аура, мальчик, — сказала она однажды, осматривая Каина с ног до головы. — Не каждый может этим похвастаться. Но это и твоя беда. Контролировать её так же сложно, как держать бурю в ладонях. Твоя задача — научиться.Каждый вечер они повторяли упражнение. Эрсель показывала ему, как визуализировать сосуд, как направлять ауру, как заставить её принять нужную форму. Каин следовал её инструкциям, закрывал глаза, представлял сосуды в своём воображении, но каждый раз результат был одинаковым: стекло взрывалось, разбрасывая осколки.Он видел разочарование в её глазах, но видел и тень сочувствия.— Простите... Я стараюсь, — говорил он, опустив голову.— Завтра, мальчик. Всё будет завтра, — отвечала она, её голос снова становился мягким.Каин знал, что завтра придёт, но чувствовал, что у него мало времени. Он ждал. Ждал момента, когда сможет вернуться к Танкреду, когда докажет, что готов стоять рядом с ним в бою. Эта мысль гнала его вперёд, даже когда руки тряслись от усталости, а стеклянные сосуды разлетались вдребезги.Вечер, мягкий и тревожный, опустился на Академию. Лунный свет просачивался через высокие окна, заливая комнату Каина холодным серебром. Он сидел у стола, подперев щёку рукой, и теребил в пальцах металлический прямоугольник «Призрачного маяка». Уже не первый раз он пытался вызвать Танкреда. И уже не первый раз — безуспешно.Мысли о Танкреде возвращались к нему снова и снова. Этот человек стал для Каина не просто наставником — отцом. Его слова, суровые и обжигающе честные, были как якорь, не дававший юному магу утонуть в хаосе его собственной ауры. Но прошло уже несколько недель, и Танкред не давал о себе знать. Каин предполагал, что просто не понял, как правильно использовать маяк, но с каждой неудачей его сомнения только росли.Звук шагов в коридоре был далёким и приглушённым, но резкий стук в дверь заставил его вздрогнуть. Он вскочил, отодвинул стул и, поколебавшись мгновение, открыл.На пороге стоял Джерд, парень крепкого телосложения и средних лет. Светло— коричневые волосы волнами обрамляли его лицо, а нос с горбинкой и весёлые, немного вытаращенные глаза делали его облик чем— то забавным, почти карикатурным. Он улыбался искренне, широко, как будто вовсе не знал усталости или тревог.— Здравствуй! — воскликнул Джерд с энтузиазмом, который сразу смутил Каина.— Эм, привет, — отозвался тот, неуклюже натягивая улыбку.— Не занят? У нас там посиделка, пойдём с нами!Каин замешкался. Ему всегда было трудно сходиться с людьми, а шумные сборища вовсе не казались чем— то привлекательным. Но Джерд не ждал ответа — схватил его за руку и потащил за собой, словно обрушив на него лавину своего добродушного упрямства.Комната, куда его привели, оказалась просторной, освещённой тёплым светом ламп. В центре стоял круглый стол, заставленный простыми закусками — хлеб, сыр, кувшин сока. Вокруг сидели его одноклассники. Каин заметил Венделла, который тут же поднялся и расплылся в широкой улыбке.— О, наконец— то! Думали, не придёшь, — сказал он, обняв Каина за плечи, словно старого друга.Рядом с ним стоял Меинхард, одаривший Каина лёгкой, почти неуловимой улыбкой.— Решил— таки рискнуть? — тихо добавил он, насмешливо изогнув бровь.Взгляд Каина скользнул по остальным. Среди них он узнал Маркуса — высокого юношу с длинными тёмными волосами, собранными в пучок. У него были светлая кожа и раскосые глаза, придававшие ему облик певца из далёкого восточного королевства. Каин не раз слышал, как тот напевал что-то в коридорах Академии. Его голос завораживал.Рядом стоял Андар, крепкий и массивный, как бык. Светлые волосы с рыжеватым отливом нелепо свисали челкой на его лоб. Веснушки покрывали крупное лицо, которое, казалось, всегда находилось в движении: то он жевал что-то, то смеялся. Андар был известен своей физической силой. Даже на уроках он выделялся среди всех своей мощью.У стены сидели две девушки. Рейна — невысокая, с тёмной кожей и глазами, которые напоминали взгляд хищника. Её атлетическое тело говорило о многих часах тренировок, а её движения были быстры и точны, как у зверя в засаде. Её подруга Леона выглядела полной её противоположностью: высокая, хрупкая, словно фарфоровая кукла, с кожей, белой, как снег. От неё веяло холодом, почти физически ощутимым, как если бы она несла в себе вечную зиму.— Вот и вся наша компания, — весело проговорил Венделл, похлопывая Каина по плечу.Разговоры шли легко. Остальные ребята вскоре вовлекли Каина в их беседу, шутки и рассказы. Он всё ещё чувствовал себя немного неловко, но впервые за долгое время ощутил, что его тепло приняли в этот круг.Внезапно дверь комнаты открылась. Вошла высокая девушка с яркими голубыми глазами. Её светлые волосы были слегка растрёпаны, а щеки порозовели от бега. Это была Кейт, лучшая в классе по управлению аурой. Её движения были лёгкими, но в них ощущалась сила и уверенность.— Извините за опоздание, — сказала она, улыбнувшись.Каин замер. Её грация завораживала его на занятиях, и теперь, вблизи, он не мог отвести взгляд.— Эй, дружище, челюсть подбери, — прошептал Венделл, заставив Каина покраснеть.Он почувствовал, как кровь приливает к щекам, и поспешно отвернулся. Но теперь, когда Кейт присоединилась к ним, вечер для Каина стал куда интереснее.Комната, пестрая от теней свечей и мягкого света ламп, жила своей жизнью. Гул голосов, звонкий смех, аромат хлеба и пряного сока — всё это сливалось в уютный хаос, который наполнял воздух теплотой. Словно само помещение подхватило эту живую энергию, стены будто стали ближе, а свет — ярче.Каин, застенчиво сидящий в углу, пытался держаться незаметно. Он только начинал привыкать к шумным разговорам и свободному общению, как вдруг чей— то голос прорезал общий гул.— Ну что, новичок, колись! — Маркус, лениво облокотившийся на подлокотник стула, уставился на него с интересом. Его раскосые глаза блестели от смеси любопытства и лукавства.— Мы все видели, какая мощная аура от тебя исходит. И как ты мучаешься с контролем на уроках госпожи Эрсель, — подхватила Рейна, подперев острый подбородок ладонью. Её взгляд был цепким, словно она пыталась заглянуть Каину в душу.— Вы о чём? — Каин сдвинул брови, не понимая, почему все вдруг обратили внимание на него.— Они про спектр, — буднично сказал Венделл, поднимая кувшин с соком.— Хотят знать, что ты умеешь, — добавил Меинхард, с усмешкой наблюдая, как Венделл отчаянно пытается удержать кувшин от его рук.Каин почувствовал, как к горлу подступила волна неловкости. Он никогда не умел говорить о себе, особенно в кругу незнакомцев.— Эм, ну, я... — начал он, но слова застряли в горле.— Не переживай ты так, — Маркус хлопнул его по плечу. — У меня, например, манипуляция звуком. Могу управлять звуковыми волнами.— Ага, один раз крикнет — и ты глухой на всю жизнь, — подколол его Венделл.— Шутник у нас скороход. Бегает быстрее ветра — или, по крайней мере, так говорит, — отозвался Маркус, бросив в него виноградинку.— Андар сильнее всех, это понятно сразу. Рейна мастерит яды и лекарства, Леона наша снежная королева, а Джерд... — Венделл обвел рукой комнату, — может менять своё тело, как ему вздумается.— Менять тело? — удивленно переспросил Каин, глядя на Джерда.— Ну, не совсем так, — тот неловко улыбнулся, — моё тело скорее подстраивается под ситуацию. Оно принимает форму, которая поможет мне выжить.— Звучит жутковато, — заметил Каин, пытаясь представить себе это превращение.Он перевел взгляд на Кейт и Меинхарда, чувствуя, что теперь их очередь раскрыть свои секреты.— А у вас что? — спросил он.— Кейт стреляет неоновой энергией. По крайней мере, так говорит госпожа Эрсель, — перебил Венделл, прежде чем Кейт успела ответить. — А Меинхард может управлять органами чувств людей.Каин удивленно посмотрел на Меинхарда. Тот лишь пожал плечами, будто это был самый обычный навык.— Ну, а ты? — вернулся к нему Маркус, пристально глядя в глаза.Каин замялся. Он не любил обсуждать свои способности, но чувствовал, что все ждали ответа.— Да у меня всё просто... Я умею перемещаться с места на место, — неуверенно произнес он.— Телепорт?! — восхищённо воскликнул Венделл, широко раскрыв глаза.Маркус, закатив глаза, метнул в него подушку, заставив Венделла на секунду замолчать.— Довольно редкий спектр, — задумчиво протянула Рейна, прищурившись.— И, должно быть, нелегко его развивать, — добавила Кейт, её голос был спокойным, но в глазах читалось искреннее любопытство.— Не сказал бы. Прыжки мне даются довольно легко, — начал было Каин, но заметил, что все смотрят на него с ещё большим интересом.Вскоре разговор плавно свернул в другую сторону. Каждый начал рассказывать свои истории, шутки вновь заполнили комнату, и время потекло незаметно.Они смеялись, пили сок, спорили, бросали виноградинки и подушки. Для Каина это был вечер, который он вряд ли забудет. Впервые за долгое время он почувствовал себя частью чего— то большего. Они сидели почти до рассвета, пока первые лучи солнца не начали пробиваться сквозь толстые шторы. И в этом ночном веселье, среди улыбок и шуток, Каин наконец осознал, что его ждали здесь.Ближе к утру комната опустела. Веселье утихло, словно затихший после шторма океан. Гул голосов сменился тишиной, нарушаемой лишь мерным скрипом половиц под шагами расходящихся по своим комнатам студентов. За окнами едва пробивался первый свет, но для Каина ночь была ещё далека от завершения.Он рухнул на свою кровать, обессиленный, голова гудела от смеха, воспоминаний и, кажется, нескольких виноградин, что прилетели ему в затылок во время всеобщего хаоса. Подушка была прохладной, постель манила покоем, и едва его веки сомкнулись, как комнату разорвал внезапный окрик:— Каин, черт побери!Он подскочил, адреналин ударил в виски, пальцы сами собой сжались вокруг рукоятей клинков. В доли секунды он занял стойку, готовый к атаке, но вместо врага перед ним возник мерцающий силуэт. Это был Танкред. Его очертания истекали дымчатым светом, словно неустойчивое пламя, исходившее от активированного «Призрачного маяка».— Ты где пропадал?! — голос Танкреда звучал резко и раздражённо. Он выглядел измотанным, одежда на нём была испачкана и порвана, а на щеке виднелась засохшая кровь. — Я уже несколько часов пытаюсь с тобой связаться!Каин опустил клинки, но сердце всё ещё колотилось в груди.— Прости... Я был с ребятами. Я много раз пытался вызвать тебя, но не мог разобраться, как эта штука работает... — начал оправдываться он, чувствуя вину за своё отсутствие.— Нет времени на извинения, — Танкред махнул рукой, его взгляд метался по сторонам, будто он ожидал удара из тьмы. — Я нашёл ещё одно место. Ещё один артефакт. Но он... он уже в их руках.Каин замер, пытаясь осознать услышанное.— Что? Новый артефакт? Где ты? Ты нашёл их?Танкред перебил его:— Я нашёл след. Несколько дней назад в городе я напал на их след. Кажется, я вычислил одного из них, и сейчас наблюдаю за ним.Его слова были быстрыми, почти отрывистыми, словно каждое мгновение он опасался, что их разговор будет прерван.— Где ты? Я телепортируюсь и помогу! — Каин шагнул вперёд, но Танкред тут же вскинул руку, пытаясь остановить его.— Нет, ты не понимаешь...— Это ты не понимаешь! — Каин повысил голос. Эмоции захлестнули его, злость и беспокойство слились в единое чувство. — Я устал сидеть и ждать! Я могу помочь!— Нет, Каин! — Танкред почти выкрикнул, его голос был полон напряжения. — Послушай меня! След этих людей... он привёл меня обратно в город. Я вернулся к началу пути...— Это неважно! Где ты?! — Каин сжал кулаки, его решимость была непоколебима.Но слова Танкреда ударили по нему, словно ледяной ветер:— Они в академии!Каин замер. Его мысли спутались, как узлы, которые невозможно распутать.— Что?.. — пробормотал он, не веря своим ушам.— Эти люди... их след привёл меня сюда. Они в академии, Каин! — голос Танкреда дрожал, а силуэт его стал тускнеть, будто что-то разрывало их связь.— Танкред, что ты имеешь в виду?! — Каин шагнул ближе, но дымчатый свет от маяка начал угасать.— Они там... будь осторожен! — последние слова Танкреда донеслись обрывками, прежде чем его образ исчез окончательно.Каин остался стоять в комнате, сжимая рукоятки клинков, будто это могло удержать его от падения в бездну мыслей. Вся радость, которую он испытал от вечерних посиделок, улетучилась, оставив холодное, липкое чувство тревоги.Они здесь.Люди, за которыми они с Танкредом охотились три года, оказались ближе, чем он мог себе представить. Теперь стены академии больше не казались такими безопасными. Его сердце было тяжёлым, словно он держал в руках острый клинок, который не знал, куда направить.Ему предстояло узнать, кто они, и выяснить их намерения. А главное — быть готовым действовать, даже если это означало предать тех, кого он только что начал называть друзьями.