Глава 2

Стражники вели Танкреда и Каина через каменные улочки Альмлунда, молчаливые, как тени. Воздух вокруг был насыщен тревогой, словно само напряжение вросло в их путь и мешало дышать. Лязг доспехов сопровождал их, холодный и ритмичный, словно подчеркивая важность и неотвратимость момента. Каин, пытаясь избавиться от нарастающего чувства беспокойства, решился прервать тяжелую тишину.— Может, скажешь, что за Совет такой и что за женщина эта Нора? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал твердо, хотя волнение ощущалось в каждом слове.— Городом управляет Совет из пяти человек, — отозвался Танкред, сдержанно, но с заметным напряжением. — Нора — одна из них. Она всегда отличалась...своеобразным характером.Каин задумчиво кивнул, но ответ Танкреда лишь усилил его беспокойство.— И что ей нужно от нас? — пробормотал он, чувствуя, как у него начинают потеть ладони.Танкред не успел ответить, как их путь привел к монументальному зданию Совета. Громадное строение вздымалось перед ними, как символ власти и силы, таивший за своей фасадом не одну тайну. Высокие колонны, мощные и суровые, поднимались на несколько этажей, придавая зданию грандиозный вид, будто его строили не люди, а сами титаны. Фасад был светло-серого цвета, едва отливавшего бежевым под солнечным светом, и напоминал сверкающий камень, выточенный веками.Над колоннами возвышался купол, насыщенный темно-синим, венчанный золотым шпилем, сверкавшим, словно маяк в небесах. Высокие окна фасада, обрамленные оттенками синего и голубого, отражали небо, добавляя зданию холодной, спокойной глубины. Солнечные лучи играли на гладкой поверхности стекла, будто переменчивое лицо этого грозного строения.— Пришли, — обреченно произнес Танкред, и взгляд его стал, словно сквозь маску, пустым.Каин невольно замедлил шаг, не отрывая глаз от монументального здания. Он видел его и раньше, проходя мимо в редкие моменты, но никогда не всматривался. Теперь же, стоя у его подножия, он чувствовал себя маленьким и потерянным, как незначительная пылинка перед лицом каменного исполина.Внутри здание оказалось не менее величественным. Просторные коридоры со сводчатыми потолками уходили в глубину, мерцая светом факелов и хрустальных светильников, бросающих длинные тени по стенам. Здесь царил холодный полумрак, словно свет боялся осветить сокрытые тайны этих стен. Каин жадно оглядывался, вбирая каждую деталь, как если бы пытался зацепиться за что-то знакомое в этом месте, пахнущем роскошью и недоступной тайной.Стражники провели их через несколько залов, пока, наконец, они не оказались в самом сердце здания — просторном зале, где воздух казался тяжелым, словно напоенным чем-то древним. В центре стоял массивный стол, изготовленный из темного дерева, отполированного до блеска. За ним возвышался стул, больше похожий на трон, покрытый кожей и инкрустированный белым деревом, каждый изгиб и завиток которого подчеркивал его статус. Казалось, что трон, исполинский и властный, был готов судить любого, кто осмелится усомниться в его значении.Позади трона простиралось огромное окно, занимавшее всю стену. Свет струился через него, заливая зал золотистыми лучами, как если бы солнце само решило стать свидетелем происходящего.Тишина в зале становилась давящей. Ни одного движения, кроме напряженно застывших стражников, и ни единого звука, кроме их разме-ренного дыхания и эха замирающего лязга металла. Каин почувствовал себя пленником — не человеком, а мышью, загнанной в угол змеей, и чтобы хоть немного разрядить обстановку, шутливо бросил:— Похоже, важная госпожа опаздывает.Один из стражников, что стоял чуть позади, обернулся, его взгляд был колючим, как лезвие кинжала.— Замолкни, — рявкнул он, толкнувКаина в спину.Но тот, не чувствуя меры, продолжил, подбадривая себя собственной дерзостью:— Просто, раз мы так важны, можно было прийти вовремя.Стражник, не замедляя шага, резко толкнул его сильнее, сбивая Каина с ног. Каин ощутил шершавую каменную плитку зала под ладонями, поднял голову, пытаясь подавить вспыхнувшее раздражение. Однако, прежде чем он успел что-то ответить, его опередил Танкред.— Эй, поаккуратнее, - голос его был твердым, в нем читался упрек. И хотя два высоких, закованных в металл воина возвышались над ним, словно башни, Танкред не отступал.— Еще слово, и ты окажешься на полу, как этот мальчишка, - хрипло сказал второй стражник, кивнув на Каина. Его голос был полон угрозы.Каин ощутил, как воздух вокругТанкреда изменился. Его наставник нахмурил брови, а руки сжались в кулаки, будто он готов был броситься в бой прямо здесь. От Танкреда исходила та же напряженная энергия, что всегда охватывала его во время заданий. Словно ощутив это, Каин поднялся с пола, вытирая грязь с ладоней и стараясь держаться так же уверенно.— Было бы интересно взглянуть на это, - раздался глубокий, насмешливый голос, звучащий как скрежет камней, перемешанный с хриплым смехом.Они обернулись, и перед ними предстала фигура, ранее скрытая в полумраке. Мужчина, похожий на статую из мрамора, стоял, словно вырастая из теней. Его рост был пугающим - выше двух метров, мощные плечи и грудь придавали ему сходство с изваянием из камня.Темные волосы, зачесанные назад, лишь немного тронутые сединой, придавая облику еще большую величественность.На нем была простая рубаха и штаны, напоминающие одежду ремесленника, но от этого он казался лишь более угрожающим, словно наделал себе имя не богатством, а силой и кровавой славой.в руках его покоился молот - огромный, изукрашенный золотыми узорами, с массивной ручкой, от одного вида которого сердце холодело. Этот молот был так велик, что пятеро едва ли могли бы его поднять, но в руках мужчины он казался легким, как перышко.— Свен? — с едва заметной растерянностью проговорил Танкред, взглянув на исполина.— Здравствуй, дружище, — пробасил Свен, улыбаясь, но улыбка его была скорее хищной, чем дружелюбной.Свен сделал шаг вперёд, глядя на стражников поверх головы Танкреда.Те, поймав его взгляд, мгновенно побледнели.— Вам бы, мальчики, отойти на пару шагов. Иначе Танкред не оставит на вас живого места, — хрипло рассмеялся Свен, как если бы говорил о каком-то бытовом деле, не требующем особых усилий.Один из стражников нервно сглотнул, его взгляд метнулся к рукояти собственного меча, но он едва удерживал себя от того, чтобы не выхватить оружие.— Господин, но нам велено... — пробормотал он, голос его дрожал, словно у напуганного ребенка.Свен лишь фыркнул.— Думаешь, успеешь вытащить меч из ножен раньше, чем Танкред расправится с вами обоими? - гулко прогремел он, и в его голосе была угроза, как у зверя, готового броситься в бой.— Вы, щенки, понятия не имеете, кто перед вами. Лучше проваливайте, пока все ваши кости целы.Стражники переглянулись, страх ясно читался в их взглядах. Казалось, Свену не нужно было повторять свою угрозу: одного взгляда на его молот и темный взгляд, холодный, как зимняя ночь, было достаточно. Один из них попробовал что-то возразить, но язык не слушался его.— Проваливайте отсюда, — прорычалСвен с такой уверенностью, что даже у Каина сердце заколотилось быстрее. — Иначе раздавлю ваши головы, как орехи к моему вечернему пиву.Эти слова подействовали, как приказ: стражники не успели договорить, как их ноги уже несли их прочь. Вскоре их тяжелые шаги стихли вдалеке, оставив Танкреда, Каина и этого гиганта наедине в пустом зале.Свен первым нарушил напряженную тишину, прервав недавнюю угрозу и её тягостное эхо:— Прости, дружище. Эти-то новенькие, совсем щенки. Историю явно не изучали, — досадливо проговорил он, его голос звучал почти с отеческой мягкостью, что казалось странным для такого гиганта.Танкред лишь пожал плечами, его голос остался спокойным, словно стражники были лишь назойливыми насекомыми.— Ничего страшного, — сказал он с невозмутимым видом, будто их разговор шел не в присутствии человека, способного одним ударом разнести стены зала. Каину даже показалось, что перед Свеном Танкред был не только уверен, но и уравновешен, как будто говорил с равным себе по силе и статусу.— Вы... знакомы? — осторожно вставил Каин, все еще оправляясь от взгляда Свена.Танкред посмотрел на него, глаза его стали мягче.— Да, это Свен, мой... старый боевой товарищ, — проговорил он неохотно, как будто скрывая что-то.— О, так ты тот самый мальчишка? — хмыкнул Свен, направляясь к Каину, и его шаги отдавались гулким эхом, от которого дрожали каменные плиты пола.Каин поймал себя на том, что при виде этого великана, двигающегося к нему, его охватила паника, и он был готов поклясться, что пол под ногами едва не задрожал.— Ох и разозлил же ты её, — вздохнул Свен, словно вспоминая случайно разбитую вазу, за которую грозила изрядная нагоняй.Танкред тоже вздохнул, понимая, о ком идет речь.— Насколько все плохо? — обреченно спросил он, словно готовясь к худшему.Свен покачал головой, в его глазах мелькнула серьезность.— Плохо? Она в ярости. Ты же знаешь, как она относится к незарегистрированным, а твой парниша тут ещё и...— Понял-понял. Я разберусь, — прервал его Танкред, словно торопясь свернуть разговор, пока Свен не раскрыл слишком много.— Ох, сомневаюсь, что в этот раз у тебя выйдет. После вашего последнего разговора... — продолжил Свен, явно намекая на какой-то давний конфликт, оставшийся в памяти как застарелая рана.Каин замотал головой, переводя взгляд с одного на другого, словно надеясь уловить суть разговора, что велся между строк, полон намеков и недосказанностей.— А я надеялся, что она уже оставила эту ситуацию, — устало выдохнул Танкред, и в его голосе слышалась искренняя досада.Свен лишь усмехнулся, словно что-то знал, что-то очевидное, известное ему одному.— Она? Никогда, — с усмешкой ответил он, его слова тонули в циничной уверенности, словно речь шла о давно устоявшемся законе природы.И тут их разговор прервали звуки открывающейся двери — резкий, лязг и скрежет. Оказалось, что у зала был еще один вход, скрытый в тени, позади стола. Дверь открылась, и в зал вошла женщина. Она была низкорослая, едва достигала ста пятидесяти сантиметров, но её осанка и уверенная поступь выдавали нечто большее, чем простой рост. Её кожа, смуглая и покрытая глубокими морщинами, хранила в себе следы долгих лет. Темно-рыжие волосы, коротко подстриженные, едва доходили до её маленьких, острых ушей. А глаза — тёмно-серые, почти мутные, отдавали чем-то непроницаемым, как старое, но верное лезвие.Она молча прошла к столу, опустилась на резной деревянный стул, который сразу принял её как часть себя. Сложив руки, она взглянула на Танкреда долгим, пронзительным взглядом, в котором читались годы опыта, и сказала голосом, в котором звучал приказ:— Долго же ты его скрывал от меня, Танкред.В её тоне чувствовалась власть, но и нечто личное, словно это было не только нарушение порядка, но и личное предательство. Танкред не отвел взгляда, напротив, держался так, будто перед ним не член Совета, а старый враг, с которым он давно привык иметь дело.— Были причины, — его голос был уверен, и не было в нём ни покаяния, ни страха.— Ты знаешь правила, — продолжила Нора, её голос был безжалостен, как металлический клинок. — Все, кто обладает способностью к проявлению ауры и спектра, должны быть зарегистрированы в реестре и отправлены в академию.— С какой целью? — резко бросил Танкред, словно намеренно кидая ей вызов.Нора продолжала, не обратив внимания на его тон, её лицо оставалось неподвижным, как у статуи.— Для того, чтобы они могли правильно управлять своей силой и применять спектр во благо Альмлунда, — голос её был пуст, как будто она повторяла давнюю заповедь.Танкред усмехнулся, холодно и яростно.— Мы оба знаем, для чего ты это делаешь на самом деле, — сказал он, и в его голосе послышалась злоба, сдержанная, но явная.Повисла напряженная тишина, словно всё пространство зала сжалось от напряжения между ними. Они смотрели друг на друга, сверлили взглядами, как два зверя перед схваткой.Каин, наблюдая за этим противостоянием, вспомнил, чем закончилась его последняя попытка пошутить. Но, несмотря на страх, он решил снова попробовать вмешаться, надеясь, что сможет разрядить обстановку.— Здравствуйте! Госпожа... Нора? Верно? Я Каин, приятно познакомиться. А в чем, собственно, проблема? — он произнес это с неловкой улыбкой, надеясь, что его робкость хотя бы частично сгладит напряжение.Но Нора повернула к нему голову резко, словно молния пронзила её взгляд. Её тёмные глаза были холодны, как лёд в зимнем ветре, они смотрели прямо в него, в самую глубину его существа.— С этого момента говорить здесь позволено только взрослым, — спокойно, но властно проговорила она, и её слова пронзили Каина, как тонкий, обжигающий клинок.Каин хотел было ответить, объясниться, сказать, что он не имел намерения дерзить. Но, когда он попытался произнести хоть слово, голос его пропал. Рот открылся, но ни звука не вышло. Паника охватила его, когда он осознал, что не может произнести ни слова. Словно его связали невидимые оковы, и с каждым мгновением страх в нём разрастался.Танкред, казалось, с трудом сдерживал гнев, но, стиснув зубы, произнёс:— Оставь его.Его голос звучал грозно, словно рокот грозы над хребтами, и Каину показалось, что воздух в зале стал тяжелее. Но Нора не моргнула глазом, её лицо осталось непроницаемым, как камень, а холод в её глазах только усилился.— Как только мы закончим, — отрезала она, не поднимая голоса, но каждый её слог звучал с неумолимой силой. Танкред, тяжело выдохнув, спросил с явной усталостью:— Ладно, чего ты хочешь?Нора, её голос был пропитан презрением и ледяным спокойствием, произнесла:— Мальчишка опасен. Его аура мощна, а спектр — нестабилен. Будет лучше разобраться с ним прямо сейчас.Её слова прозвучали, как приговор. Она повернулась к Свену и коротко кивнула:— Свен.Словно по команде, Свен сжал рукоять массивного молота, его взгляд был тверд и безжалостен, как у воина, что давно привык исполнять любой приказ без сомнений. Он начал разворачиваться к Каину, готовый к бою.Но Танкред тут же шагнул вперед, защищая Каина своей широкой спиной:— Нет! Даже не думай!— Если бы ты сделал все по правилам, мы могли бы избежать этого! — впервые за весь разговор Нора проявила эмоции: её глаза сузились, брови нахмурились, и голос перешёл в крик. — Три года, Танкред! Ты скрывал его от нас три года! Одним богам известно, что этот мальчишка может натворить, оставленный без контроля!Танкред сжал кулаки и, выдохнув, ответил ровным, но твёрдым тоном:— Он пойдет в академию и будет учиться. Он будет под твоим присмотром, как ты того хочешь. Я лично занимался его подготовкой и могу заверить, что от него не будет угрозы.Нора выжидательно посмотрела на него, не сводя взгляда, и он добавил с ноткой презрения:— Ты ведь этого хотела, не так ли? Чтобы каждый, кто обладает хоть крупицей ауры, оказался под твоим контролем? В академии ты сможешь наблюдать за ним денно и нощно.Свен, до того стоявший молча, теперь шагнул вперед, его голос разорвал тишину, как рокот приближающегося грома.— Танкред, спокойнее, — его тон был хмурым и предостерегающим, и теперь в его взгляде не осталось и тени того дружелюбия, что мелькало прежде. Он готов был направить свой молот против Танкреда, если потребуется.Тишина снова окутала зал, и напряжение, казалось, разрасталось, как туман. Каин по-прежнему не понимал, что происходит, и чувствовал себя обезличенным, пленником волей старухи, лишённым голоса.Нора, почесав подбородок, обдумывала что-то, её лицо на мгновение ослабло, и наконец она произнесла:— Хорошо. Это приемлемо.Она щелкнула пальцами и посмотрела на Каина. В её взгляде читался холодный упрек.— Больше не влезай в разговоры взрослых без разрешения, — её голос был ледяным, и Каину показалось, что эта фраза как клеймо врезается ему в память.К его удивлению, голос вдруг вернулся, и он тут же выдохнул:— Хорошо.Нора едва заметно кивнула, будто позволяла ему жить ещё немного, и продолжила:— Вы свободны. Его обучение начнется завтра. И запомни, Танкред, я слежу за вами обоими.Её голос звучал спокойно, но под этой поверхностью скользила угроза, холодная и безжалостная.Не говоря ни слова, Танкред кивнул и двинулся к двери, увлекая за собой Каина. Оказавшись снаружи, они торопливо покинули здание, не оборачиваясь. Мрачное безмолвие углублялось, пока они пробирались к дому, словно каждый тень дерева и каждый камень тропы были покрыты тяжестью их недавней встречи.— Проклятая карга, — пробормотал Танкред, с раздражением пнув камень, что попался ему на пути.Каин, всё ещё потрясённый, шагал рядом и наконец осмелился спросить:— Откуда ты её знаешь? Что у вас было в прошлом?Но Танкред резко прервал его:— Не хочу об этом говорить.Каин покачал головой, чувствуя, что его вопросы остаются без ответа, но он не собирался так легко отступать.— А как насчёт академии? Это... это место для обучения? Меня действительно будут там чему-то учить?Танкред замедлил шаг, словно собравшись с мыслями, но лишь сухо ответил:— Об этом позже. Сейчас мне нужно обсудить кое-что с одним человеком, — и он ускорил шаг, словно стремясь забыть всё, что произошло, как дурной сон.Каин, ощущая себя в эпицентре надвигающейся бури, сжал кулаки, следуя за своим молчаливым наставником.Танкред вернулся домой с тяжелым сердцем, его мысли были словно покрыты черной дымкой, преграждая путь к ясности. Не теряя времени, он молча указал Каину подняться наверх, в его комнату, но сам задержался на заднем дворе. Беспокойство съедало его изнутри, и не успел он сделать и нескольких шагов, как снова почувствовал присутствие — тень, неуловимая, словно туман на рассвете, окутала его.Каин, не будучи склонным следовать указаниям в такой момент, бесшумно спустился вниз, спрятавшись в темном углу коридора, чтобы подслушать этот разговор. Перед Танкредом стоял мужчина, его силуэт казался зыбким, как рябь на воде, а очертания почти расплывались, оставляя после себя едва уловимую дымку.— Она нашла нас! — глухо произнес Танкред, его голос был низким и полным тревоги. — Она угрожала ему!Мужчина не выглядел удивленным, лишь с усмешкой склонил голову, словно предвидя такой поворот.— Вполне в ее стиле, — сказал он с ноткой разочарования в голосе, будто ожидал лучшего даже от столь беспринципного человека, как Нора.— Я думал, что вы поможете мне! — в отчаянии воскликнул Танкред, и в его словах звучало не просто разочарование, а почти мольба. — Вы ведь сказали, что скроете его от её взора!— И я сделал это, — холодно ответил мужчина, его голос напоминал острый клинок. — Три года я скрывал его ауру, окружал её завесой по всему городу и даже в окрестных деревнях. Это не так-то просто. Но благодаря твоим тренировкам его аура выросла, стала заметнее. Было лишь вопросом времени, когда она бы его почувствовала.Танкред сжал кулаки, злясь на самого себя.— Но я почти не развивал его спектр, лишь бы остаться незамеченными! — в его голосе звучала обреченность, как если бы он противился самой судьбе, но знал, что не сможет ее изменить.Незнакомец покачал головой, словно предчувствуя, что всё может закончиться именно так.— Мальчик вырос, Танкред. Он уже не ребёнок. С первого дня он обладал мощной аурой, как редкий дар или проклятие, которое не укрыть. С возрастом это лишь усилилось. Ты ничего не смог бы с этим поделать.Танкред не находил слов, и на мгновение между ними повисло молчание, будто весь мир замер, затаив дыхание.— Что нам теперь делать? — спросил он, и в его голосе звучало отчаяние, на которое он редко себе позволял пойти.— Ничего, — спокойно ответил Ури, его голос был твёрдым и неизменным. — Он пойдёт в академию, как было решено. Там он сможет развить свой спектр и решит сам, как поступить.— А если она попытается повлиять на него? — Танкред не мог избавиться от этого страха; его беспокоило не только будущее Каина, но и та манипуляция, которой Нора так мастерски овладела.— Не беспокойся. Мы будем присматривать за ним. И если ты поговоришь с ним сейчас, он заранее будет готов к её уловкам, и это даст ему силу противостоять ей.Слова мужчины звучали как заверение, как спокойствие, исходящее из человека, знающего свою роль в происходящем и увереннее тьмы, что окутывала их.— Хорошо... — выдохнул Танкред, обессиленный и словно бы смирившийся с этим. — Надеюсь, вы не ошибаетесь... Господин Ури.Ури мягко кивнул, словно на прощание, и его силуэт начал растворяться, как утренний туман, оставляя лишь холодное эхо его слов.— Всё будет хорошо, — спокойно сказал он, и его голос угас вместе с ним.Когда всё стихло, Танкред остался стоять на заднем дворе, чувствуя, как беспокойство и досада тесно переплетаются в его душе. Он тяжело вздохнул, словно даже само дыхание приносило боль, не в силах отринуть тяжесть случившегося, но и не находя в себе сил бороться дальше.Танкред вошел в дом, заметив Каина, стоящего у подножия лестницы. Его лицо казалось растерянным, и Танкреду не потребовалось много времени, чтобы догадаться: он подслушивал. Не поднимая глаз, он вздохнул, готовясь к разговору, который избегал долгое время.— В общем, тебе предстоит пойти в академию, — обреченно проговорил Танкред, словно эти слова обжигали его изнутри.— А что в этом плохого? Я все еще жду объяснения, — возразил Каин, бросая полный недоумения взгляд.— В самой академии — ничего, — пробормотал Танкред. — Но есть те, кто следит за ней, и в этом вся беда... — Он на мгновение замолчал, будто решая, стоит ли объяснять дальше, но затем, со вздохом, добавил: — Это место, куда обычно отправляют детей с проявившейся аурой и спектром, чтобы обучить их контролировать свои способности. Там они выбирают направление, свой путь...— Но ты ведь уже обучаешь меня, как правильно использовать силы. В чем отличие? — с легким интересом спросил Каин.— Я лишь заложил основу, — пояснил Танкред, его голос был полон скрытого беспокойства. — Там они преподают более углубленно. Я уверен, что твоя способность к телепортации — это только начало, вершина айсберга. Настоящий потенциал твоего спектра останется неизвестен, пока ты не начнешь серьёзные тренировки.Каин нахмурился, задумчиво покусывая губу.— Погоди, ты сказал, что туда направляют детей с проявившимися способностями. То есть мне одному быть среди малышей? — Он скривился, представив себя среди группы младших учеников.Танкред усмехнулся, но улыбка его была горькой.— Нет, там полно подростков, которые продолжают обучение. Тебя определят к ровесникам, и, благодаря моей подготовке, ты начнешь не с нуля.Каин, казалось, немного успокоился, но вопросы в его глазах не исчезли.— А что ты имел в виду насчет выбора пути? — спросил он, всё ещё не до конца понимая, в какую именно систему его собираются окунуть.— Об этом тебе расскажут в академии, — уклончиво ответил Танкред, взгляд его был напряжен. — Но слушай, Каин. Там нужно быть на чеку. Ни на секунду не расслабляйся. Каждый день, как на задание, как если бы ты выходил со мной.— Эм... хорошо, — пробормотал Каин, слегка смутившись. Его отстраненный тон показался Танкреду легкомысленным, и внезапно тот с силой схватил его за плечи, глядя прямо в глаза.— Нет, Каин, обещай мне! Обещай, что будешь бдителен! — его голос был полон тревоги, а взгляд — почти отчаянным.Каин никогда прежде не видел его таким. Он понял, что это не просто угроза, нависшая над их жизнями, но что-то более глубокое, сокрытое, связанное с прошлым, что так долго оставалось в тени.— Я понял, — тихо сказал Каин, пытаясь успокоить его. — Обещаю.Танкред медленно отпустил его, и в этот момент напряжение спало, оставив на его лице утомленный, печальный вид. После этого разговор прекратился; вечер накрыл дом тишиной. Они поужинали молча, каждый погруженный в свои мысли. Танкред время от времени посматривал вдаль, словно взгляд его пронзал стены, уходя в прошлое, в котором, вероятно, и скрывался ответ на происходящее.Каин тоже думал. Завтра его ждет новое место, окруженное незнакомыми людьми, такими же одаренными, как и он. У него не было уверенности, что они примут его, и с каждой новой мыслью беспокойство накатывало сильнее. Он пытался овладеть этими мыслями, запереть их глубже, под тяжелый замок разума, но то и дело предчувствие прорывалось наружу, словно холодное дыхание неизвестности, готовое перевернуть его мир.