II - II

Глава 2

[Уилл]

Почти четыре дня он провёл в беспробудном сне. В безумном, тяжёлом, глубоком сне, больше похожим на коматоз. Кажется, он просыпался несколько раз, но буквально на пару минут, не осознавая ничего. Всё горло пересохло, глаза едва открывались, конечности еле волочились. Воняло кровью: его, чужой. Он опустился в горячую ванну, скинув на пол с себя всю перепачканную одежду, начал шоркать кожу до красноты и боли, пока не стёр с себя все следы, все запахи. На животе оставалась белая отметина и торчащая шовная нитка. Почему они все так и норовят ударить его в одно и то же место?

Кажется, ему кто-то помог.

Феликс. Он помнил Феликса, как он зажимал ему рану, тащил на себе, пытался разговаривать, чтобы Уилл оставался в сознании. Что потом? Потом начало пахнуть миндалём, но не так, как от Евы, иначе. Аромат был слаще, более приятный, перемешанный с чем-то ещё, с чем-то цветочным, а к ране прижались теплые крохотные пальцы. Он коснулся шеи, попытался нащупать хоть какой-то намёк на рану. Ничего. Ему точно перерубило артерию, и так быстро затянуться, без следа, само оно не могло.

За этот сон он похудел на несколько килограмм. Организм, наверное, работал как бешеный, пытаясь элементарно выжить и восстановиться. Зато он не чувствовал наживую, как срастаются мышцы и кожа, а для него это самое ужасное. Он сполоснулся ещё раз, смывая с себя все запахи окончательно, привёл себя хоть в какой-то порядок и вышел. Уилл проверил телефон, который лежал на столе. Феликс просил написать ему сразу, как получится прийти в себя. От чего-то тревога пробила тело.

Одежда, которую он скинул на пол, оказалось чистой. Постель тоже. Его успели переодеть, отмыть, но запах крови, въевшийся в кожу, заставил его думать иначе, затуманенный разум рисовал следы крови везде, где только мог. Он написал Феликсу о том, что очнулся, и принялся ждать. Пока он ждал ответа, начал перебирать одежду, которую оставили в мешке возле двери. Её попытались отстирать от крови, но что-то не вышло. Толстовка и футболка испорчены: порезаны и испачканы. Придется выбросить. Джинсы можно было попробовать отстирать ещё раз, но большее разочарование принесло то, что белые кеды пропитались кровью. Может, отдать в химчистку, и тогда получится их очистить? Конечно, у него ещё есть несколько пар, да и купить новую не проблема, но этим всего месяц, и выбрасывать было бы обидно.

На телефон пришло уведомление. Уилл поднял его и посмотрел, что там. Феликс предложил ему прийти на кухню, а также предложил кофе. Отказываться Уилл не стал. Он наспех оделся и прошёл на кухню, двигаться было всё ещё тяжеловато, но он жил сразу за кухней, потому добрался быстро. Вода ещё капала с волос. На кухне было подозрительно тихо, пусто, и пахло испортившимся молоком. Неужели никто не был здесь несколько дней? Уилл прошёлся до окна и выглянул. Небо ясное, солнце светило ярко и отражалось в водной глади. Слишком тихо и спокойно, неправильно.

Аромат кофе коснулся чувствительного носа. Уилл обернулся и опёрся о стену, ожидая, когда зайдёт Феликс. Он открыл дверь спиной, держа в руках два бумажных стаканчика. Уилл забрал у него один. Напиток успел остыть.

- Откуда ты его принёс?

Из Шербура. Не волнуйся, специально я за ним не ходил, просто был на работе, решил выбраться сюда на обед, чтобы проведать тебя, а лабон всегда открыт неподалёку от офиса. Вот и зашёл.

Уилл отпил напиток. Вид у Феликса был не очень. Точнее, снаружи всё было хорошо: опрятный внешний вид, костюм без галстука, начищенная обувь - однако было заметно, как какой-то тяжелый эмоциональный груз опустился на его плечи, заставляя сгорбиться, голос был уставшим, сдавленным.

- И что случилось, пока я был в отключке?

Феликс потёр переносицу и сделал один большой глоток, поморщился, отвёл взгляд в пол. Уилл напрягся сильнее, сжал челюсть.

- Где остальные? - снова задал вопрос Уилл, уже более настойчиво, пытаясь вытянуть хоть какую-то информацию.

- Рон и Джо под утро вернулись с похорон, - наконец, ответил Феликс, не поднимая взгляд. Уилл прикрыл глаза и выругался про себя. Ну, конечно. Всё пошло не так, и Грейс погибла. От чего-то он не был удивлен, но девушку было ужасно жаль, ведь её жизнь оборвалась так рано.

- А как дела в Париже?

- Там всё хорошо. Шесть охотников на одну, но минимум четверо из них были молодняком, так что я справился. Девушка, Леа, сейчас здесь. Напугана, но невредима. Ты ей скажи потом спасибо, это она тебя подлатала, а то я уже решил, что тебе конец. Столько крови я никогда в жизни не видел. А видел я, к сожалению, уже много.

Неосознанно Уилл потянулся к шее и растёр место, куда пришлось лезвие. Да, девушка. Он помнил её запах и ярко-голубые глаза. Это она помогла ему.

- У Эвана тоже всё хорошо, они уже возвращаются сюда и скоро прибудут, если с лодкой получится. А в остальном, - он вздохнул, - давай всё обсудим в кабинете. Тем более, мой отец хочет с тобой пообщаться. Пойдём сейчас, пока его не словил Рамон.

Вместе они поднялись на третий этаж. Проходя мимо зала, о котором упоминал Эван, Уилл решил заглянуть туда. Длинная комната, устланная коврами. Света там почти не было, шторы на трёх больших окнах были задернуты. Феликс пояснил, что раньше, по чертежам, комната предполагалась как бальный зал, но почти сразу же превратилась в отдельный закуток для фехтования. Они прошли в следующую дверь и попали в кабинет. Большой дубовый стол стоял по центру, окна за столом были слегка прикрыты шторами, чтобы хоть немного скрыться от яркого солнца, по левую сторону от двери стояли заставленные книгами открытые полки, рядом с дверью справа стояла софа, на которой важно восседал Рамон. Другой мужчина, Каспер, стоял у окон, повернувшись ко входу спиной. Когда он повернулся, Уилл смог лучше разглядеть его. Почти копия Феликса, только старше, с более острыми чертами лица, носом с небольшой горбинкой и льдисто-голубыми глазами. Глаза были полны усталости и печали, взгляд человеческий, что отличало его сына, но зато лицо было абсолютно неподвижным, и ни одна эмоция не выражалась на нём. Слишком уж молодо он выглядел для того, чтобы быть отцом Феликсу, которому сейчас лет двадцать. Также Уилл не мог не отметить для себя его шрам: длинную белую линию, пересекающую правую бровь. Феликс цыкнул, когда увидел в кабинете Рамона, гордо задрал голову и сел на стул для посетителей напротив стола, закинув ногу на колено и отпив кофе из стакана. Уилл проследовал за ним под пристальным наблюдением Рамона. Охотник оценивал каждое его движение, наблюдал, словно за животным. Отец Феликса обошёл стол и пожал руку Уиллу.

- Каспер.

- Приятно снова встретиться. Если что, то можешь называть меня Кас.

Уилл кивнул и сел на стул у другого угла стола, боком к Охотнику. Феликс искоса смотрел на Рамона, прожигая его взглядом. Казалось, одно неверное движение, и он набросится на него через Уилла и разорвёт на куски. Кас встал с другой стороны стола, отодвинув стул назад. Он скрестил руки на груди, вздохнул.

- Рад, что ты в порядке, но то, что произошло - ужасно. Феликс уже рассказал тебе? - Увидев, как Уилл мотает головой из стороны в сторону, Кас продолжил. - Девушку, к которой вы отправились, спастись не удалось. Вместо этого Роуэн устроил на станции взрыв, пятеро, включая девушку и Жнеца, погибли, десятки с ожогами разной степени тяжести. Не знаю, было ли в планах Жнецов специально его разозлить, но им это удалось.

- Грейс была обезглавлена до того, как Рон там всё поджарил, - пояснил Феликс, - и лично я считаю, что только для этого он и был им нужен. Они решили подорвать его как бомбу в людном месте, чтобы убедить остальных, что «нестабильные» опасны и несут в себе угрозу.

- Добивались они этого специально или нет - мы не знаем, но на нас теперь висит огромная мишень не только для Жнецов, но и для Охотников из Нового света, а остальные ассоциации теперь считают нас деструктивными, вследствие чего, помощи нам теперь точно ждать не от кого.

- А что на счёт обычных международных организаций? Евросоюз, ООН, Интерпол? - Уилл задал вопрос, который волновал его уже давно. Неужели никто не заметил убийств у себя под носом и не попытался сделать хоть что-то?

- Ещё во время конфликта с Доггерлендом нам было сказано: либо вы разбираетесь сами, либо разбираться будут со всеми сразу. Если мы всем миром пойдём на Тейю, они не сдадутся, и мы просто сделаем Землю непригодной для жизни. Доводить до этого нельзя. Поэтому, пока Улей объявлен в немилость, будем выживать как-то сами.

- А почему Доггер нам не поможет? - Феликс поставил опустевший стакан на стол и скрестил руки на груди. - Разве не по их милости ты получил Улей? Пускай они нас под крыло и возьмут.

- Доггер и помогать Ла-Маншу? - Рамон сбоку рассмеялся, и Уилл обернулся на него. - Мы столько их выкосили, сожгли степь, а они вдруг решат помочь кучке детей? Они, скорее, ещё раз утопят Ломэа вместе со всеми вами.

Кас покачал головой.

- Улей я получил для реконструкции по приказу Аргеландера, а не через Доггерленд. Им мы не интересны.

Феликс фыркнул на прозвучавшую фамилию.

- Оливер Аргеландер был сыном бывшей посланницы с Тейи. Что-то я не верю, что его мамочка не напевала ему на ухо, как делала это со своим супругом. Который, к вашему сведению, - обратился Рамон к парням, - был отцом Оливера и тоже являлся Главным советником. Забавно, что их обоих прирезали как свиней.

- Прекрати, - остановил его Кас. - Они оба были хорошими людьми и много сделали для Совета и Ассоциации. То, что их предали свои же люди и тем самым создали конфликтные ситуации, из-за которых гибнут люди, - не забавно.

Рамон покачал головой, продолжая усмехаться.

- Тогда как ты объяснишь у себя под боком шпионку из той же семьи? Я про девчонку, которая сейчас здесь. Ту, что ошивается рядом с Эваном, которого я бы вообще держал на поводке где-нибудь в подвале.

- Тебя бы лучше держать в подвале, - огрызнулся Феликс.

- Роза здесь по собственной инициативе, она искренне хочет помочь, её мать здесь ни при чём. Эван, соглашусь, вызывает опасения, но он мало того, что слышит приказы, так ещё и может сопротивляться им, так что для нас это хоть какая-то соломинка. Ты же мало приносишь пользы, а ведь мог бы и сообщить о планах Жнецов на Роуэна или про их эксперименты над людьми.

- Никто нам планы не рассказывает. Приходит приказ со Двора, и мы обязаны тут же выполнить его, не задавая вопросов. Если я начну что-то вынюхивать, то меня тут же устранят.

- Надеюсь, это скоро произойдёт, - озлобленно прокомментировал Феликс, за что удостоился строго взгляда от своего отца.

Уилл одним глотком допил остывший крепкий кофе, наблюдая за всем этим представлением.

- Надо было добавить туда что-то покрепче, - тихо сказал ему Феликс, наклонившись в его сторону. Уилл кивнул. Хотя для него алкоголь и был бесполезен, но, может, самому Феликсу он бы помог расслабиться и не грызться с Охотником.

Рамон поднялся с софы и обошёл их, встал напротив, рядом с Касом, опёрся руками о стол. Его коренастое тело было настолько мощным, что невольно в голове нарисовалась сцена, как он голыми руками забивает какое-нибудь чудище, больше его в несколько раз. Уилл сглотнул, когда Охотник, не стесняясь, пристально начал осматривать его.

- Я знал твою мать, когда она ещё только начинала учиться. Удивительно, что пикси добилась таких высот только после того, как сбежала с Ла-Манша и устроилась в Америке.

- Эй! - дёрнулся Уилл. - Попрошу поуважительнее. Речь всё же о моей матери.

- Да, точно. Во-первых, когда ты успел у неё появиться? Она что, скакала на экзаменах, пока была беременна тобой? Во-вторых, почему она от тебя не избавилась, когда ты заразился? Решила действовать не по уставу?

Кас выставил перед ним руку и отодвинул его назад. Он, в отличии от Охотника, был очень высоким и изящным, и было тяжело представить его хоть в каком-то в бою.

- Это не твоё дело. Мальчик не опасен, и ты это знаешь, а если будешь задираться, то, рано или поздно, будешь иметь дело с его матерью. И что-то я очень сомневаюсь, что ты сможешь сделать хоть что-то прежде, чем она лишит тебя головы, - Кас говорил спокойно, не угрожая, а лишь предупреждая. Рамон в ответ хмыкнул и выпрямился, всё продолжая сверлить своими тёмными глазками Уилла.

Уилл снова коснулся шеи. Охотники всегда бьют сразу в шею. Нет головы - нет проблем. Как хорошо, что до него едва достали, новую голову или тело он бы никак не смог отрастить. По телу от этой мысли пробежали мурашки. В следующий раз нужно быть намного осмотрительнее.

Зато теперь он полностью солидарен с Феликсом в его неприятии к Рамону. Самый настоящий мудак, каких только поискать. К счастью, Кас выпроводил его, и в кабинете стало намного легче дышать.

- В том, что девушка погибла, вашей вины нет, не корите себя за это. Мы не всесильны, и такое случается. Если в чём-то и есть наша вина, то только в том, что мы не смогли вовремя обучить парня владеть силами. Хотя и это бы не помогло. Элементали всегда нестабильны. Я знаю, о чём говорю.

Уилл потёр ладони и вдруг вспомнил о том, что ещё недавно очень сильно его волновало. Он поднял голову и заговорил:

-В первый раз, когда мы проверяли Грейс, Белла сказала, что в девушке ничего нет, хотя очевидно, что это не так. Она обманула или?..

-Просто не увидела, -договорил за него Кас. -В этом нет ничего странного, потому что она может видеть только воспоминания, а это означает, что девушке их просто стёрли, поэтому мы даже сказать не можем, когда именно над ней провели опыты. Это могло произойти намного раньше, за месяц или даже за год.

Или во время её телефонного разговора с Роном. С другой стороны, кто так быстро мог это сделать? Даже для обращения нужно время, а тут всё куда сложнее. Уилл уже не знал, за что именно цепляться и как всё это понимать. Если они хотели использовать Рона и убедить ANWS в том, что «нестабильные» опасны, то зачем тогда было так издеваться над Грейс? Неужели они готовят что-то ещё? Например, новый вид.

- Доггер нам действительно никак не сможет помочь? - спросил Феликс, убирая ногу с колена и наклоняясь вперёд корпусом. - Я разговаривал недавно с Эндрю, который оттуда. Он рассказал, что каждую Литу там проходят спортивные состязания. Если мы поучаствуем в них, то сможем заявить о себе, показать, что ещё готовы бороться, что мы не сдались. Это могло бы помочь привлечь если не само правительство, то хотя бы кого-то из влиятельных лиц.

- Хочешь поучаствовать в школьных состязаниях от Улья?

- Да. А чем не учебное заведение? Мелкие есть, общежития есть, стадион есть. Как раз займём всех физической подготовкой. Уж что-что, а она нужна. Попросим Эвана вспомнить уроки, которые ему преподавали в Гнезде. Соберём себе маленький детский сад.

Кас поморщился.

- И ещё было бы неплохо иметь стипендии, - кивнул Уилл.

- Ага, ты ещё предложи старшим зарплаты повысить, - фыркнул Феликс, но потом задумался. - Хотя по документам действительно можно оформить Улей как какое-нибудь учебное заведение или что-то вроде, которое бы спонсировала компания. А если убедить Доггер дать нам какой-нибудь грант, то будет ещё лучше.

Даже если получится сделать что-то подобное, колледж Уилл бросать не собираелся, хотя посоревноваться не против, тем более с тейанцами.

Кас растёр пальцами виски. Похоже, его сын в целом приносил ему немало головной боли, а тут ещё и выдал настолько масштабную идею, что у любого голова пойдёт кругом. С Феликсом в целом у любого голова пойдет кругом.

- Я подумаю и оценю наши возможности, но ничего не обещаю. Заняться подготовкой вы можете пока и без соревнований. Поможет отвлечься от всего этого.

- Команда из пяти человек.

- Феликс, мне всё равно, хоть десять. Яма в вашем полном распоряжении. Эван, думаю, тоже не откажется. Я просто не обещаю, что что-то получится с соревнованиями.

- Купол на Яму когда будет готов?

- К зиме будет, не переживай. Потом перейдём к восточному крылу.

Удовлетворенный ответом, Феликс поднялся и забрал пустые стаканы со стола, вложил один в другой и выбросил в урну под столом, а затем поманил Уилла на выход. Уилл попрощался с Касом и вышел следом.

- Прости за вопрос, но сколько твоему отцу лет?

- Тридцать девять, - Феликс поправил ворот рубашки и опередил Уилла, который хотел задать следующий вопрос. - Да, я родился, когда ему едва стукнуло девятнадцать. Если хочешь спросить про мать, то она умерла после моего рождения, а из отца про неё хоть какую-то информацию и клещами не вытянуть, поэтому я сам ничего не знаю. Предполагаю только, что она из Нормандии, и поэтому мы там и остались.

- Забавно, - не задумываясь, выдал он слово, которое уже прозвучало сегодня.

- Быть ребёнком молодого отца - не забавно.

- Нет, забавно, потому что меня моя мать тоже родила очень рано, как ты уже понял. Я тебя прекрасно понимаю. Тем не менее, даже с нами они чего-то смогли добиться.

- А что с твоим отцом?

Уилл пожал плечами.

- Точно так же, как и ты, ничего не знаю и могу только предполагать.

- Не думал, что это кто-то из Охотников?

Задавая этот вопрос, Феликс явно подразумевал другое: «Не думал, что твой отец может оказаться одним из Жнецов?» Уилл резко мотнул головой, одновременно пытаясь избавиться от этой мысли и ответить отрицательно на вопрос, хотя такое действительно могло быть. Он ведь даже не знает, жив ли он вообще.

- Что делать с Роном? - он перевёл внимание на более насущную проблему.

- Попробовать обучить, а что ещё делать? Не выбрасывать же на улицу. Он теперь наша ответственность. Только не знаю, кто этим будет заниматься. Одно могу сказать, если бы тогда Ева не решила вмешаться, то пожар бы не удалось потушить, даже когда Джо заблокировал его силу.

Уилл тогда был прав: Рон представляет большую опасность.

- Мне пора возвращаться на работу. Парни, если что, пока вообще не хотят никого видеть. Когда я утром пытался навестить Джо, то застал его в окружении бутылок, а Рон вообще никому дверь в комнату не открывает, - Феликс выдержал паузу, завёл левую руку за спину, согнув её в локте. - Уилл, такого больше не должно повториться.

- Не должно, - согласился Уилл, кивая.

- Мы должны сделать всё возможное для этого.

Уилл снова кивнул. Конечно, это накладывает на них огромную ответственность за чужие жизни, но очень хотелось верить в то, что у них получится спасти не только себя, но и других.

Феликс попрощался и двинулся по коридору, скрылся за проходом. Уилл проводил его взглядом, ещё раз потёр шею, пытаясь нащупать хоть какой-то шрам, а затем развернулся и решил выйти на улицу, чтобы прогуляться и проветрить голову. Поднявшийся ветер принёс к нему три запаха, и он остановился, оглядываясь на утёс. С возвышенности к Улью спускались Нинке, Роза и новенькая девушка. Она тащила за собой чемодан, опустив голову и кивая на каждое слово Розы, которая что-то ей объясняла. Между ними двумя она казалось такой хрупкой и невысокой, что даже не верилось, что за ней отправили сразу шесть Жнецов. Она приостановилась, поправила ремешок на ботинке, длинные каштановые волосы скрыли её от остальных. Уилл хотел направиться к ним, чтобы помочь с вещами и заодно поблагодарить, но его окликнули со стороны дворика. Он оглянулся и увидел Ника, который жестом подозвал его к себе, пришлось подойти.

- Вижу, ты живой, - кивнул он самому себе, внимательно оглядывая Уилла - Как себя чувствуешь? Ничего не беспокоит?

- Нет, - он покачал головой и оглянулся. Девушки уже успели скрыться. - Я в порядке, но спасибо. Насколько всё было плохо?

- Очень плохо, и поэтому больше так не делай. Регенерация у тебя, скажем так, ни к чёрту, и если ещё раз получишь подобные увечья, то можешь не выжить.

Он думал, что он и в этот раз не выживет. Сейчас стоит здесь только благодаря чуду и новенькой. К тому же, кажется, его регенерация стала немного быстрее, поэтому не стоило так уж сильно оскорблять её.

- А есть ли способ как-то ускорить регенерацию?

Ник с недоверием посмотрел на него, поправил очки, а потом тяжело вздохнул.

- Думаешь, это мышца и её можно натренировать?

- Скорее, думаю как об иммунитете.

Хотя для этого, скорее всего, пришлось бы каждый день получать увечья и залечивать их, а он бы этого совсем не хотел. Если с него быстро сходят синяки, то это совсем не значит, что ему не больно. Наоборот, кажется, его болевой порог достаточно низкий, и так долго терпеть издевательства он не сможет.

В любом случае, экспериментировать над собственным телом не хотелось.

Они прошли в лазарет, чтобы Ник мог осмотреть то, что осталось от раны под ребрами. Она уже не болела, затянулась, да и внутренние органы были в порядке. Повезло, что ему почти ничего не задело. Пока он одевался, то заметил, что запах Иды успел как-то выветриться. Значит, её здесь не было несколько дней. Когда Уилл уточнил, где же она, Ник бегло рассказал о том, что она после произошедшего уехала на пару дней домой, ведь единственным, кто серьёзно пострадал физически, был Уилл, а один Ник вполне мог за ним проследить. Кажется, Феликс упоминал что-то о проблемах в её семье.

Пока они обсуждали его состояние, а точнее, пока Ник читал ему долгие и нудные нотации по поводу того, что нельзя так подставляться, что нужно беречь себя даже если он чуть живучее остальных, в лазарет с очень громким шагом зашёл Эван. Он выглядел недовольным даже с учётом того, что на его лице почти ничего не отображалось, ведь весь язык его тела кричал о том, что он разъярён. К счастью, он не стал нервировать Ника и осторожно прикрыл за собой тяжелую деревянную дверь, а не хлопнул ей, за что мужчина благодарно выдохнул. Охотник поздоровался с ними кивком и прошёл до шкафа с медикаментами и вытащил оттуда что-то. Краем глаза Уилл заметил упаковку анальгетика.

- Всё в порядке? - поинтересовался Ник, и в ответ Эван сначала только раздражённо выдохнул, и только после того, как он выпил таблетку, заговорил.

- Эта девочка свела меня с ума. Она пользуется внушением постоянно, и, к великому сожалению, я обучен его различать, из-за чего у меня почти взорвалась голова. Не знаю, зачем она нам, но ничего хорошего от её присутствия точно не будет.

Уилл и Ник переглянулись. Они оба сначала не понимали, о ком речь, пока не догадались, что речь о той, которую он как раз привёз в Улей. В клетке только что завелась новая узница, и на этот раз, похоже, проблемная. Уилл вспомнил, как внушению к нему применила Белла, и поморщился. Второй раз испытывать что-то подобное он не хотел.

- А что конкретно она пыталась тебе внушить? - поинтересовался он.

- Прежде всего хотела приворожить, чтобы я точно согласился куда-нибудь её забрать. Ей совсем не хотелось оставаться на родине. Потом попыталась вытащить из меня всю информацию. Ну и так, по мелочи. Она при любой малейшей проблеме это использует, - он перевёл дыхание. - Кстати, рад, что ты жив. Роза написала мне, что ты серьёзно ранен.

- Я уже поправился.

- С трудом, - добавил Ник. Уилл покосился на него, но ничего не сказал. Не хотелось, чтобы ещё кто-то знал о том, насколько медленная у него регенерация по сравнению с нормальными оборотнями, ведь это означало бы, что каждый человек здесь мог ночью прирезать его и быть при этом абсолютно уверенным, что Уилл точно не успеет восстановиться и умрёт.

Эван, тем не менее, только встревоженно оглядел Уилла.

- Настолько серьёзно ранили? О том, что там произошло, я знаю только в общих чертах, поэтому могу предполагать, что встретился в этот раз ты не с молодняком. Старшие не только лучше обучены, но и могут пользоваться способностями, поэтому мне очень жаль, что это с тобой случилось.

Уилл кивнул, не ожидая от него таких слов, потом поднял руки на уровень глаз и осмотрел кожу, которую несколько дней назад обожгло ядом. Следов тоже не осталось, но до сих пор было неприятно.

- Извини за вопрос, - вмешался Ник, - но если у них такой слабый молодой состав, то почему они продолжают пользоваться только им?

- Потому что они оставили старших для чего-то более важного, чем устранение.

Ответ был до ужаса очевидным. Жатва - это не только избавление от «неправильных». Это целый переворот. Естественно, что для более важных заданий используются более весомые ресурсы. От этого было куда более неприятно, ведь для новой верхушки все они были лишь мелкой сошкой, на которую не хотелось тратить силы. Уилл опустил взгляд, пытаясь мысленно смириться с тем, что он был ничтожеством наряду с остальными. Хотя, нет, он был куда хуже, чем другие, ведь он ещё и чудовищное отродье.

- Разве это правильно? У вас, колдунов, ведь и так проблема с фертильностью, а вы ещё и косите друг друга пачками, - задал вопрос Ник, на который сам прекрасно знал ответ. Эван только покачал головой и скрестил руки на груди, вздыхая. - Я имею ввиду, вас сколько вообще в Европе осталось? Как потом всё это восстанавливать?

Он, ввиду своего образования, думал о колдунах как о каком-то экзотическом виде, которому уже давно место было в Красной книге.

- Очевидно же, что это уже никак не восстановить, - Эван пожал плечами. - Мы не просто в яме, а на самом настоящем дне, откуда не выбраться.

Не выдержав долгого неловкого молчания, повисшего после его слов, Эван перешагнул с ноги на ногу и убрал упаковку анальгетика обратно в шкаф.

- Ладно, давайте не будем говорить о плохом. Нужно ведь думать и о чём-то хорошем, - он попытался придумать что-то, но только создал ещё большую паузу.

Желудок Уилла очень громко заурчал, нарушая тишину. Ник повернулся к нему корпусом, строго посмотрел, сдвинув брови.

- Ты что, ещё ничего не ел?

- Мне было некогда, - оправдался он.

- Я для кого оставлял еду на столе?

Уилл её даже не унюхал,настолько сильно его волновал запах крови. Он поджал губы, виновато посмотрелна Ника, а затем под его укоризненным взглядом развернулся и вышел из лазарета,оставив их наедине. Ещё несколько минут слушать лекции Ника он был просто неготов. К тому же, урчание не обманывало, он действительно был ужасно голоден.