Часть 40

- Эй, Арина, - раздался над ухом голос Марины. Чьи-то заботливые руки придерживали мне волосы, собрав их в высокий конский хвост на затылке, но несколько липких прядей все равно ухитрились вырваться из цепких пальцев неизвестного помощника и теперь облепляли покрытые испариной щеки и лоб.

    Я резко дернулась вправо, и пальцы, сжимавшие мои волосы, разжались. Локоны тут же рассыпались по плечам и принялись облеплять шею, точно ненасытные кровопийцы-москиты. С трудом доковыляв до кушетки, я обессиленно рухнула на нее и отвернулась к стене, принявшись смотреть в одну точку. Марина осторожно присела рядом.

- Эй, - на удивление нежным и спокойным голосом позвала она, - Арина, посмотри на меня. Арина!

    Я с шумом сглотнула образовавшуюся во рту слюну. Если я увижу ее лицо, то окончательно сойду с ума и вновь вернусь в тот мир кошмаров, из которого чудом сбежала. И мне уже не нужны будут таблетки и допинги. Я сама смогу пребывать в состоянии забытья, так как мозг больше не будет способен воспринимать настоящую реальность.

- Я совсем не похожа на нее, Арина, ну же, - умоляла Марина.

    Я упрямо смотрела в сторону. Она только что убила человека.

- Арина, - едва слышно позвал меня стоявший где-то позади Артем. Вот его голос полностью соответствовал ситуации: испуганный, дрожащий. – Арина, она права. Нам надо идти.

    Марина вздохнула и повернулась к Артему:

- Она не пойдет так. Ты же видишь, она не хочет меня видеть, и это понятно. Страшно подумать, с чем у нее может ассоциироваться мое лицо.

- И к чему ты клонишь?

- Я уйду.

    Артем не дал ей договорить.

- Я один не справлюсь! Если... если кто-нибудь снова сюда придет, я не смогу...

    Марина резко встала с кровати, и я почти что инстинктивно крепко сжала кулаки. Если вдруг она накинется на меня, то я смогу дать ей отпор. Я не позволю ей снова победить и забрать у меня последнюю, шаткую, но такую вожделенную реальность.

- Сможешь. Послушай меня. Убивать тебе никого не придется, я об этом позабочусь. Мы прикроем вам тылы. Тебе нужно будет довести ее до выхода. Вы выберетесь наружу, а затем перейдете пролесок. Идти придется несколько часов, но вы справитесь. Сразу за деревьями будет дорога. Остановите первую попавшуюся машину, садитесь внутрь и уезжайте как можно дальше отсюда, где они вас не найдут. Понятно?

    За моей спиной послышалось какое-то шуршание, но через несколько секунд все стихло. Где-то вдалеке послышался приглушенный щелчок.

- Арина, - руки Артема обхватили меня за плечи и заставили подняться. Я послушно обошла кровать и встала рядом с ним, глядя в одну точку поверх его головы и боясь наткнуться взглядом на разбрызганную повсюду кровь. – Она ушла. Ты же слышала, что она сказала? Пора валить отсюда. – Артем взял меня под руки и осторожно повел вперед, точно я была безвольной куклой или жертвой страшной автокатастрофы, которую во что бы то не стало нужно срочно увести как можно дальше от покореженной машины, готовой в любой момент взорваться.

- Моя семья.

- Что? – Артем явно не ожидал от меня каких-либо высказываний и от неожиданности остановился.

- Моя семья, - снова повторила я. – Я никуда без них не уйду. Без мамы, папы и Ангелины.

- Но...

- Я не уйду без них, - точно желая утвердить свое несогласие не только словами, но и жестом, я покачала головой. – Не уйду. Ни за что.

- Марина и Алексей их отыщут.

- Я им не верю! – я рванулась вперед и выпуталась из объятий Артема. Левая нога тут же угодила во что-то мягкое, и я машинально опустила взгляд. Обутая в белый тапочек, ступня мяском упиралась прямо в живот лежащей на полу девушки. Лицо было спрятано за копной волос, разлетевшихся в разные стороны. Ворот белого медсестринского халата медленно пропитывался вытекающей из раны на шее темной кровью. У меня заложило в ушах, и пришлось как следует вдохнуть ртом воздух. Ноги задрожали, и я вновь почувствовала запах рвоты.

    Где-то вдалеке послышались чьи-то голоса.

- Девчонка должна быть у себя в палате. Делайте что хотите, но приведите ее живой. Она – главный источник. Если она умрет, у нас не останется никаких явных доказательств.

    Артем сжал мне руку чуть выше локтя и легонько подтолкнул к выходу. Его горячее дыхание опаляло мне щеку.

- Идем, - прошептал он мне на ухо и осторожно переступил через тело девушки. Крепко зажмурив глаза и мучительно борясь с подступающей к горлу тошнотой, я последовала его примеру. Оголенная щиколотка правой ноги зацепилась за ее волосы, и я едва слышно пискнула от отвращения и страха.

- Тише, - Артем сжал меня еще крепче, и мне на ум впервые пришла мысль о том, что он тоже боялся. Боялся до безумия. Интересно, кто из нас двоих трясся больше: я или он?

    Мы осторожно переступили порог палаты, и тут я увидела их. Они стояли в нескольких метрах от нас и смотрели в противоположную сторону. Двое мужчин и одна женщина. Все в белых одеждах, на лице – медицинские маски. Я охнула и подалась назад, вдавившись спиной в Артема. Лестница вниз была только с правой стороны коридора, как раз там, где сейчас находились они. И чтобы спуститься вниз, нам было необходимо...

- Нет, - шепнул Артем. Я согласно закивала головой. Они нас увидят. Мы просто не сможем незаметно проскочить мимо них, разве что только не научимся растворяться в воздухе или же сливаться со стенами.

    Я принялась судорожно оглядываться по сторонам. Через каждые несколько метров по обе стороны коридора были двери палат. Если хотя бы одна из них оказалась не заперта...

- Арина, что ты делаешь! – беззвучно закричал Артем, когда я, не дав себе возможности передумать, подбежала к ближайшей двери и принялась что есть силы дергать за ручку. Дверь не поддавалась. Я одним прыжком перемахнула расстояние между стенами и подбежала к следующей.

    Голоса приближались.

- Вколите девчонке снотворного и перенесите ее в первый сектор. Прикажите уносить из кабинетов все, что может хоть как-то скомпрометировать «Пандорум». То, что не сможете унести, уничтожайте.

- Арина! Арина! – Артем испуганно и раздраженно сопел за моей спиной. Не отвлекаясь на его отчаянный шепот, я с новой силой задергала очередную ручку двери, пока не поняла, что все без толку: дверь не поддавалась.

- Арина, быстрей!

    Я обернулась к Артему. Он махал мне обеими руками и то и дело поглядывал в правую сторону коридора. Его глаза расширились от ужаса, и я невольно проследила за его взглядом.

    Они приближались. Теперь между нами было всего несколько десяток метров, и мужчины стояли лицом ко мне. Им было достаточно поднять глаза, чтобы меня заметить, но они пристально наблюдали за женщиной, которая держала в руках шприц и стояла в пол оборота.

    Не отрывая от них глаз, я подбежала к Артему. Мы зашли обратно в палату. Парень аккуратно прикрыл за нами дверь и, приложив палец к губам, кивком указал на кровать.

    Перешагнув через ноги трупа, я плашмя упала на ледяной и запачканный кровью пол и на животе заползла под кушетку. Артем смотрел на меня.

    Я нетерпеливо похлопала по свободному месту рядом с собой, чувствуя, как волна тревоги поднимается откуда-то из самых недр моего организма и железной хваткой скручивает желудок. Почему он медлит?

    Артем подался вперед и наклонился ко мне.

- Сиди тихо и не вылезай отсюда, что бы не случилось.

    Я мелко-мелко закивала головой. В голове ворохом трепыхалась целая тысяча разных мыслей.

    «Он хочет пожертвовать собой ради меня, и не должна позволить ему этого».

    «Он прекрасно понимал, во что ввязывался».

    Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а затем я подалась назад и как можно дальше забилась в свое укрытие. Кровать была слишком узкой. Если мы спрячемся здесь вдвоем, то нас точно заметят.

    Артем криво улыбнулся мне, словно бы мои действия подтвердили все его ожидания. Такая же эгоистка. Какой была, такой и осталась. Даже несмотря на то, что это от начала и до конца был полностью его выбор. Парень поднял взгляд выше, подошел к кровати и сел на нее, заставив пружины отчаянно заскрипеть. Койка тяжело прогнулась под его весом.

    Дверь палаты распахнулась.

    Женщина вошла первой. Из своего убежища я видела лишь ее ноги, обутые в бежевые туфли на высоких каблуках. Туфли сделали несколько шагов вперед и остановились перед телом. Послышались новые шаги, и я увидела массивные мужские ботинки на шнуровке с грубой подошвой. Они немного потоптались возле тела девушки и замерли.

- Ее здесь нет, - вдруг проговорил Артем, и его неожиданно твердый и уверенный голос оттолкнулся от окровавленных стен, превратился в едва различимое эхо.

    Чья-то рука протянулась к шее девушке и попыталась нащупать пульс. Голова трупа безвольно перекатилась в правую сторону. Часть волос упали с лица, открыв взору бледную щеку и начинающий покрываться белесой пленкой невидящий глаз, обрамленный покрытыми тушью ресницами. Я представила, как утром эта девушка, стоя перед зеркалом и напевая какую-нибудь песенку, водила кисточкой по ресницам, чуть приоткрыв рот и высунув кончик языка от усердия. Знала ли она тогда, что накладывает последний в своей жизни макияж и что ее рукам уже никогда не будет суждено прикоснуться к косметике?

- И где же она? – лениво протянула женщина. – Сразу предупреждаю, что сотрудничество с нами для вас будет лучшим выходом из ситуации. Мы настоятельно рекомендуем вам сознаться во всем и не оказывать сопротивления.

- Арина ушла, - произнес Артем. – Она сбежала.

- Да неужели? – я не видела лица говорившей, но отчетливо представила то, как она насмешливо изогнула бровь. Артем лгал неубедительно и они не верили ни единому его слову. – Вы же понимаете, что нарываетесь на неприятности, Артем Владимирович? На серьезные неприятности.

- Я же говорю вам, нет ее здесь. Я понятия не имею, где она, - голос Артема дрогнул.

- А вот я думаю, - женщина выдержала многозначительную паузу, - что вы прекрасно все знаете. «Пандоруму» давно известно обо всех ваших тайных замыслах и заговорах.

    Кровать скрипнула, и я представила, как Артем испуганно елозит по постели, сминая простыни и одеяла.

- Я не понимаю, о чем вы говорите.

    Послышался разочарованный вздох.

- Вы нравились начальству и с вами было приятно работать. От всей компании приношу вам извинения. Нам очень жаль, что так получилось.

    Туфли снова ожили и зашагали к выходу из палаты. Я проводила их непонимающим взглядом, изо всех сил стараясь побороть разрастающееся в груди радостное чувство. Они сейчас просто уйдут? Они просто возьмут и уйдут?

    У самого порога стук каблучков прекратился, и туфли остановились, но их мыски глядели не в сторону Артема. Женщина обращалась к кому-то другому.

- Сделайте все быстро и без прелюдий.

    Каблучки возобновили свой стук, и женщина вышла из палаты. Я крепко сжала руки в кулаки, решив, что как только мужские ботинки покинут комнату, я брошусь Артему на шею и поцелую его. Он не побоялся и заступился за меня. Не побоялся и заступился. Несмотря на то, что он принимал участие во всем этом кошмаре, он заступился и помог мне.

    Губы сами по себе расплылись в глупой улыбке, когда ботинки перешагнули через труп девушки и исчезли из моего поля зрения. Я напряглась, готовая вылезти сразу же, как только Артем меня позовет.

    Палату разорвал оглушающий выстрел.