Часть 29

           

Я глубоко вздохнула и отпустила край жалюзи. Рука сильно дрожала. Давление внутри моего тела только возрастало, и теперь к нему, судя по всему, прибавились озноб и лихорадка. Я поднесла ладонь ко лбу и смахнула капельки пота. Казалось, что мокрая одежда потяжелела килограммов на десять и теперь тянула меня к земле. Внезапно мне захотелось скинуть все эти тряпки, а заодно – все заключенные в них воспоминания. Одежда всегда впитывает в себя негативные эмоции. Я провела рукой по вновь намокшему свитеру, касаясь ткани самыми кончиками пальцев, одернула его, оттянув как можно ниже, и опустила кисть, оставив ее безвольно болтаться вдоль тела. «Не о том думаешь, - сказала самой себе. - Тебе все равно не во что переодеться».

    Я отвернулась от окна и посмотрела на Алексея. Мой спутник сидел на краю заваленного бумагами стола и держал в руках взятую им со стула черную папку. Я раскрыла было рот, но затем передумала и решила дождаться, когда парень заговорит первым. Мне было страшно высказывать свою догадку вслух. Вместо этого я подошла поближе и принялась рассматривать кипы бумаг, тетрадей, блокнотов и всевозможных листовок. Мне на глаза попалась чья-то медицинская карта.

- Какой кошмар, - вдруг пробормотал Алексей и покачал головой, не отрываясь от чтения. – Два дня назад группа подростков в триста пятнадцатой гимназии убили свою учительницу литературы за то, что она поставила всему классу двойки за списанное сочинение. Посмотри сюда.

    Я вздрогнула. Когда-то мама хотела отдать Ангелину в гимназию под номером триста пятнадцать, но она была частной и безумно дорогой, и родительнице пришлось отказаться от своей затеи из-за нехватки денег. Мне совершенно не хотелось никуда смотреть, но глаза сами опустились на страницы, вынутые Алексеем из папки. Один лист представлял собой распечатанную на принтере фотографию плохого качества. На фото была изображена девушка с красивыми зелеными глазами и русыми волосами, забранными в высокий конский хвост. На вид я бы дала ей лет двадцать. Совсем молодая. Я опустила взгляд ниже и принялась читать надпись под фото. Девушку звали Канаушевой Марией Дмитриевной, и ей было двадцать шесть лет. Я подумала, что она выглядела намного младше своего возраста.

    Алексей закрыл папку и слез со стола.

- Пойдем, - кивнул он мне. – Здесь мы его вряд ли дождемся.

    Мне совсем не улыбалось вновь идти по тому жуткому коридору с гробами и каталками, но я, подавив неприязнь, покорно пошла следом, напоследок бросив короткий взгляд на занавешенное жалюзи окно, сквозь которое просачивались слабые лучи дневного света.

    Мы спустились на первый этаж и остановились возле пятой двери с левой стороны по коридору. На всякий случай я старалась запомнить, какой дорогой мы шли, хотя и не могла дать внятное объяснение тому, зачем это делала. Все равно о том, где находится выход и этого здания, я не имела ни малейшего понятия.

    Алексей несколько раз подергал за ручку двери, но она оказался запертой.

- Валерий Потапович! – прокричал он и постучал в дверь кулаком. На той стороне раздались чьи-то тяжелые шаги. Я услышала, как кто-то, чертыхаясь, вставлял ключ в замочную скважину. Спустя несколько секунд дверь распахнулась.

    На пороге стоял грузный мужчина средних лет в потрепанном белом халате. На его левой руке я заметила полупрозрачную латексную перчатку. Тонкие седые волосы были тщательно зачесаны назад, чтобы скрыть образовавшуюся на затылке проплешину. Целую минуту мужчина озадаченно смотрел на нас, а потом поднял свободную от перчатки руку и почесал щеку, покрытую трехдневной щетиной.

- Лёша? – наконец протянул он. – Извини, но я не ожидал тебя так рано. – У него был низкий и очень хриплый голос, словно бы он болел простудой.

    Мужчина перевел взгляд на меня, поморщился и протер веки. Затем снова опустил на меня взгляд, снова поморщился и снова принялся изо всех сил тереть глаза, будто бы ему туда что-то попало.

- Это Арина, - проговорил Алексей и легонько подтолкнул меня вперед, но я осталась стоять на месте. – У нее возникла проблема.

- П...проблема? – мужчина чуть отступил в сторону, пропуская нас вперед, и громко икнул.

- Здрастье, - тихо произнесла я, стараясь ничем не выдавать своего испуга и некого замешательства.

    Мы прошли вперед, и незнакомец закрыл за нами дверь.

    Я быстро оглядела помещение и тут же замерла. В этой комнате совершенно не было мебели, за исключением небольшой тумбочки в углу с разложенными на ней чуть поблескивающими в свете лампы инструментами. Только голые выложенные плиткой стены да большая обшарпанная батарея. Прямо посередине стояла каталка с находившемся на ней голым высохшим телом. Я ойкнула и отступила назад. Передо мной лежал труп пожилого мужчины. На голову тела был надет небольшой целлофановый пакет из «Пятерочки», на котором явно читалась выведенная крупным красным шрифтом надпись «спасибо за покупку!». Руки трупа были аккуратно сложены на паху, прикрывая гениталии. Я шумно сглотнула и отступила назад, упершись взглядом в пол.

- Жмурика испугалась, девочка? – послышался за спиной голос мужчины. – Ты же сама так же здесь лежала, так что не стоит бояться. - Я отвернулась от трупа и поежилась. – Лёха, у вас там что, новая Проводница? Правила изменились, что ли? На кой черт ты ее сюда приволок?

- Ее труп тут у тебя не лежал, в том-то и дело, - проговорил Алексей. Я проскочила мимо мужчины и быстро юркнула Лёше за спину, чтобы находиться как можно ближе к выходу из морга и иметь возможность сбежать при малейшей опасности.

    «Далеко тебе все равно не уйти, - напомнил НЛО с каким-то мазохистским удовлетворением. – Ты не знаешь, как попасть на улицу».

    «Но я знаю, где находится ванная комната. Это ведь нечто вроде портала, верно? Что, если я снова залезу туда и...»

    «И окажешься в океане, где наверняка умрешь, а я умру вместе с тобой».

    Я подняла голову и уставилась взглядом в спину Алексея. Черная кожаная куртка с виду выглядела абсолютно сухой.

    «Но ведь он-то как-то возвращается обратно...»

    Обратно куда? На Нулевой уровень? Я выбралась оттуда для того, чтобы потом сдаться и вернуться назад?

    Это не было обращением к НЛО, скорее, я задавала вопрос самой себе, и внутренний голос, воспользовавшись этим, ничего мне не ответил. Словесная перепалка закончилась, а я мысленно улыбнулась, осознав, что последнее слово осталось за мной.

- ...как она попала сюда. Никто не знает. Она побывала на Переходе и вернулась обратно.

- Хочешь сказать, что Инга не пустила ее на Первый круг?

    Я вынырнула из своего минутного забытья и вернулась обратно в реальность, силясь понять по разговору, многое ли прослушала. И Алексей, и незнакомый мужчина в упор смотрели на меня, словно бы ждали какого-то ответа. Сердце замерло. Стараясь не выдать своего волнения, я сунула большие пальцы рук в карманы джинсов и оттянула их как можно сильнее.

- Нет, - Алексей покачал головой, - я первый раз вижу подобное. Она действительно жива, Потапыч. Я клянусь тебе. С ней с самого начало все было не так... - он на мгновение запнулся, - ...не так, как у обычного человека, попавшего на Нулевой уровень.

    Валерий Потапович пробормотал себе под нос нечто нечленоразделительное и жестом велел Алексею отойти в сторону.

- Тебе не нужно прятаться за ним, детка, - пробасил он и внимательно оглядел меня с ног до головы, прищурив один глаз, точно рассматривая какую-нибудь вещицу на аукционе в раздумьях, покупать ее или же не стоит. - Сколько тебе лет?

    Я помолчала несколько секунд, мучительно раздумывая, стоит ли отвечать, и переминалась с ноги на ногу.

- Девятнадцать.

- Ого, - мужчина присвистнул. – А я бы не больше пятнадцати дал. Ты у нас скромняга, верно? – Он сделал один широкий шаг вперед, и я тут же отшатнулась в сторону и прижалась спиной к двери. Патологоанатом загоготал, и Алексей укоризненно покачал головой. – Простите меня, ради Бога, но... - он шумно выдохнул, сотрясшись всем телом и едва не задохнувшись от раздирающего его смеха, - наверно, я никогда не привыкну к испуганным привидениям. Простите.

    Он поднес не обтянутую перчаткой руку к лицу и вытер выступившие на глаза слезы толстым, похожим на сардельку, пальцем.

- Так значит, ты жива? Непонятно как, непонятно почему и непонятно каким образом, но жива, верно?

    Я бросила быстрый взгляд на Алексея, но не нашла на его лице ничего из того, что, вероятно, хотела на нем прочитать, и в итоге робко кивнула. Мужчина хмыкнул.

- Что ж, я считаю, тебе не имеет смысла врать. Вам обоим не имеет смысла этого делать. К тому же, я верю Лёше, мы работаем вместе достаточно долгое время. Настолько долгое, что он уже не особо-то и нуждается в моей работе и берет папки без спроса.

    Алексей ухмыльнулся.

- Тебя не было в кабинете, а дело лежало на самом видном месте. Там сложная ситуация, и у меня будет время, чтобы подготовиться ко встрече.

    Патологоанатом махнул на него рукой. Я с тревогой наблюдала за ними, гадая, шутят ли они или весь этот абсурдный диалог ведется всерьез.

- На первый раз прощаю, но в следующий, учти, отправлю домой с просьбой о твоем увольнении.

- И пришлют к тебе вместо меня какого-нибудь хмыря, подохшего лет двести назад, с которым не забалуешь.

- Вот и хорошо, быстрее пойдет работа, - проговорил мужчина и тут же обратился ко мне. – Прости, детка, но сейчас будет немножко больно.

    Я даже не успела среагировать. Патологоанатом в одно мгновение преодолел разделяющее нас расстояние и коснулся моего плеча. Всю руку тотчас же обожгло дикой болью, и я не сдержала крика, вновь расцарапавшего горло. Правая часть тела онемела, а левая запылала огнем. Я непроизвольно согнулась пополам и прижала обе руки к животу, испугавшись, что сейчас рассыплюсь. Из глаз брызнули слезы и закапали на пол, покрытый потертым линолеумом. Валерий Потапович отдернул ладонь и сжал ее в кулак, при этом поморщившись от боли.

- Ты живая, - наконец выдавил он, справившись с приступом боли. – Никогда не видел, чтобы призраки умерших обладали такой плотностью и такой мощью.

    Я наступила ногой на развязавшийся шнурок и пошатнулась, при этом ударившись спиной об стенку. Из легких вышибло дух.

- Хочешь сказать, что видишь ее четче, чем меня? – подал голос Алексей.

    Я отставила ноги с развязавшимся шнурком вперед, чтобы снова не упасть, и принялась растирать онемевшую руку, в которую будто бы одновременно впилась тысяча ос. Пальцы не слушались меня. Я дрожала всем телом.

- Намного четче. Она практически не просвечивает. Если бы я не видел рядом с нею тебя, то решил бы, что это обычный человек.

- О чем вы говорите? Я вас не понимаю, - я покачала головой в подтверждения собственных слов. – Объясните мне. Зачем вы сделали это? Мне... В меня будто бы попал заряд тока.

    Алексей с тревогой посмотрел в мою сторону. На секунду мне показалось, будто бы он захотел вновь встать со мной рядом. Мужчина хохотнул и ударил себя рукой по колену, заставив меня вздрогнуть. Лёша остался стоять на месте.

- Мне тоже от тебя досталось, поверь, детка. Я вижу всякую нечисть с восьми лет, но подобные тебе встречаются крайне редко. Ты полна сил. Думаю, увидеть тебя сможет любой, кто обладает хотя бы малейшими экстрасенсорными задатками.

- Естественно, - снова встрял Алексей. – Ты видишь ее лучше, чем меня, чем любого из нас, потому, что у где-то здесь у нее все еще есть тело, с которым она связана.

- Я не понимаю... - прошептала я, но ни один, ни второй не обратили на меня ни малейшего внимания.

- Тело, от которого она и берет энергию, тем самым причиняя вред самой себе.

- Мне кажется, ее организм находится в коме. Это единственное объяснение произошедшему разделению плоти и сознания. И если я прав, то ее компу...

- Да вы объясните мне, какого черта здесь происходит? – закричала я. По всему телу волнами расходился жар. Гнев достиг своего пика и смешался с разрывающей изнутри болью и всепоглощающем страхом. – Прекратите вести себя так, будто меня здесь нет!

    Я изо всех сил ударила кулаком в стену. С потолка на пол посыпалась пыль и белая штукатурка. Проводник и патологоанатом разом замолчали и посмотрели на меня. Сердце бешено колотилось в груди, словно бы опровергало все слова, сказанные в этом морге. «Как мы могли умереть?» - кричали объятые огнем легкие, истерзанное горло, воспаленный мозг, содранная на костяшках пальцев рук кожа. Я всхлипнула и утерла нос, оставив след в виде длинной полупрозрачной сопли на тыльной стороне ладони.

    (они сказали что я призрак)

    (Прошлой ночью мне снилось, что я вернулась в Мэндерли)

    Патологоанатом с интересом наблюдал за мной, словно бы раздумывал над тем, что я буду делать дальше.

- Пойми меня правильно, детка... - глубоко вздохнув, с легкой улыбкой начал он, но я оборвала его на полуслове.

- Прекратите так меня называть! – визгливо и истерично выкрикнула я. – Меня зовут Арина!

    Мужчина, продолжая мягко улыбаться, кивнул, абсолютно не удивившись моей реакции и обращаясь со мной как с умалишенной.

- Хорошо, Арина, - спокойно проговорил он, а затем подошел к столу с лежащим на ним трупом, надел на правую руку перчатку и аккуратно снял с головы умершего старика пакет, обнажив его голову. Рот покойного был широко открыт и напоминал собой зияющую дыру, которая сюрреалистически смотрелась на высохшем лице с дряблой кожей, россыпью морщин и выпученными под закрытыми веками глазами. – Знаешь, почему я выбрал такую профессию, у многих вызывающую лютое отторжение?

    Я промолчала, и Валерий Потапович продолжил, так и не дождавшись моего ответа.

- С раннего детства я видел души умерших людей. Тогда я еще не знал ни о существовании Переходов, ни о Нулевом уровне, ни о первом. Я ничего не знал о самой Системе, но уже мог общаться с призраками. Мне было интересно с ними, и я совсем не боялся их. Помню, как ко мне на второй день после своей смерти пришла моя бабушка. И если до этого я, быть может, и испытывал перед покойными какой-то страх, то тогда это окончательно исчезло, раз и навсегда. Я понял, что не должен бояться тех, кем мы все когда-то будем. – Мужчина поднял вверх указательный палец. – И это было и остается самым главным. Каждый должен преодолеть свой страх. Я ничем не могу помочь тебе, Арина. Никто не поможет тебе кроме тебя самой. Ты бы вообще не попала на Нулевой уровень, если бы внутри тебя не жил этот страх, который не дает сработать твоему инстинкту. Никто не сможет вернуть тебя в твое тело. Только ты способна на это.

    Я медленно подняла обе руки вверх, словно защищаясь. По правой кисти текла кровь.

- Снова вы мне чушь втираете.

    Мужчина поджал губы и неопределенно повел плечами.

- Ты вольна думать, как хочешь, но я говорю тебе то, как есть.

- Вы не можете говорить мне, как есть. Вы сами только что говорили, что не встречались с подобным.

- Ну ладно, я могу и ошибаться, признаюсь, если от этого тебе станет легче. Верить мне или же нет... Выбор только за тобой. Я не думаю, что ты будешь иметь эту роскошь чересчур долго, думаю, твой организм откажет максимум через три дня, и тогда тебе придется либо вернуться на Нулевой уровень и начать искать Переход на Первый, либо стать Заблудшей.

    Я перевела взгляд на Алексея, и тут кивнул мне головой.

- Послушайся его, Арина. Он – твой последний шанс.

    Я вдавилась в стену еще сильнее, из последних сил прижавшись к ней затылком, ногами и спиной.

- Я все равно не могу понять. Что мне нужно сделать?

- Только одно, и я уже сказал тебе б этом, - проговорил патологоанатом и, взяв с тумбочки маленький скальпель, сделал на груди у трупа «Y»-образный разрез. – Тебе нужно перестать бояться. Принять всю ситуацию, принять смерть своей семьи и найти связь со своим физическим составляющим. Это как научиться плаванию на спине. – Мужчина коротко хохотнул и, отложив скальпель, запустил пальцы внутрь тела, увеличивая разрез. – Расслабься, доверься воде, и ты поплывешь. Расслабься, и ты найдешь свой дом. Просто перестань бояться.

    Перестань бояться и доверься смерти.

    Вспомни, как все началось.