Глава 11. День Рождения

          Макс не помнил, как улегся спать, заснул он возле Мики, в гостиной. После того, как «лекарша» вытащила осколок из живота своего пациента, она промыла и зашила ему рану. Наложенные швы не отличались аккуратностью, самодельная капельница тоже не внушала доверия, но жизни Мики ничего не угрожало, и это было главным.

         Макс открыл глаза, потянулся. Спина ужасно ныла, заснуть в кресле было не лучшей идеей. Парень кинул взгляд на диван и, не увидев там друга, с воплями подскочил на ноги. В соседней комнате что-то полетело и разбилось, оттуда выбежал Крос. Видеть его без брони черного стража было непривычно.

– Чего попусту голосишь? – нахмурился верзила. – Из-за тебя бутыль с таким хорошим пойлом разбил!

– Прости... А где Мика?

– А, этот, – Крос открыл створку шкафа и достал новую бутылку. – Проснулся двумя часами ранее и давай доставать вопросами, как мы поднялись, как бились и все в этом духе... Шабутной, парень-то.

– Значит, с ним все в порядке? – с облегчением вздохнул Макс.

– Хм, еще бы... Не успел очухаться, уже всем надоел.

         Крос откупорил тару с алкоголем и сделал большой глоток, потом вытер губы и рухнул во второе кресло, Макс опустился в свое.

– А ты, стало быть, тутошний лидер?

– Вроде того, – пожал плечами Макс.

– Мда, – мужчина сделал новый глоток и, прищурив глаза, посмотрел на собеседника, – здорово вас жизнь потаскала, ребятки.

        Макс кивнул, но промолчал. Не хотел распинаться перед Кросом, как именно и почему он стал лидером. На откровенности его не тянуло.

– Одноглазый сказал, что открыть тот ход из Ямы было твоей идеей, – верзила ухмыльнулся. – Не дурно. Получается мы здесь благодаря тебе.

– В каком смысле?

– В прямом. Стервятников больше нет в Яме, нам это было на руку, сам понимаешь. Мы ведь знали, что Отряд Теней затевает бунт, а когда выходы из Гильдии оказались завалены, стало понятно, что вы ушли. Некоторые думали, что вы упорхнули на поверхность, и мы больше никогда не услышим о новом Одноглазом, другие верили, что у вас все спланировано. Представляешь, люди думают, что ты великий мыслитель и стратег.

– И к кому относишься ты?

– Я? – снова пригубив, переспросил изгой. – Отношусь к тем, кто видит людей насквозь.

          Крос прожигал Макса взглядом, и тому стало не по себе. Не особо приятно вести разговор с тем, кто видит тебя насквозь, но сам остается загадкой.

– И что ты видишь? – взяв себя в руки, спросил Макс.

– Ты, как и большинство юнцов, живешь надеждами, поступаешь по наитию и даешь эмоциям брать верх. Так себе качества для лидера.

         Ничего нового о себе Макс не услышал. Будто он и сам не знал, что не подходит для этой роли. Парень хмыкнул и снова пожал плечами.

– Но знаешь, – продолжил Крос, – тот же Одноглазый, оставил свое племя, жил на поверхности несколько лет и, если бы не вы, даже и не вспомнил бы о сородичах. Может быть, надежда, сострадание, героизм, граничащий с глупостью – на самом деле те качества, которые нам необходимы?

         Мужчина прислонил бутыль к губам и осушил ее одним глотком, вытер рот рукавом и совершенно ясными глазами посмотрел на Макса:

– Здесь тебя никто не поблагодарит, но я говорю спасибо. И еще, что бы ни случилось, я буду на твоей стороне.

– Надеюсь, Крос, тебя пробивает на философские речи только после нескольких бутылок рома, – хохотнул Мика за спиной у Макса.

         Макс обернулся на голос друга. Мика стоял в проходе, поддерживаемый Эдрой, оба не могли сдержать улыбки. Макс сорвался с места и обнял брата из Теней.

– Не думал, что ты так быстро оклемаешься!

– А я вообще не надеялся больше вас увидеть, – ответил тот. – Рад, что все же смог это сделать.

– Что произошло с вашей группой?

         Мика вмиг помрачнел. Он, с помощью Эдры, доковылял до кресла, где до этого сидел Макс, и аккуратно в нем расположился.

– Ясное дело что. Разгромили нас в два счета! Мы нарвались на подкрепление.

– И много было стражей?

– Ни одного, – вздохнул Мика. – Это были охотники. Два парня, примерно нашего возраста.

– Я ему уже говорил, что Краса не могли убить какие-то подростки, – фыркнул Крос, – но он твердит одно и то же.

– Ты ни разу не встречался с охотниками, а я... – Мика почти сорвался на крик, но тут же схватился за живот. – Одна крашенная ведьма чего только стоила! Теперь вот эти...

– Охотники, – фыркнул верзила. – Прямо не терпится встретиться с этими загадочными тварями.

– Не стоит, – съязвил Мика. – В твоем неповоротливом костюме они тебя за секунду на тот свет отправят. Один порез. К примеру, на щеке. Ты труп! Я выжил только потому, что рядом взорвалась граната и мне угодил осколок в живот, я отключился и эти ребята, видимо, подумали – сдох.

– Значит, они не особо умные, раз не проверили.

– Им не нужно было это делать, Крос, – вмешался Макс. – Если не получилось убить в этот раз – убьют в следующий. Они вдвоем разгромили группу рабочих из Топок, Теней, твоего брата... Представь, если их будет больше.

– Плевать. Я готов умереть за шанс остаться на поверхности. А ты?

– На себя мне плевать, – ни минуту не колеблясь, ответил Макс, – но я не готов терять.

– Это война, сынок, – немного подумав, проговорил Крос. – На войне всегда кто-то погибает.

– Вот именно.

          Макс на мгновение задумался. В его жизни никогда не было каких-то целей, он всегда был согласен с жалким существованием. Забота о сестре и постоянное подчинение законам не давало мыслить шире. Сейчас он, хоть и не желая, стал лидером сопротивления, и сколько бы он не сомневался в себе, одно знал наверняка – отступить уже не получится. Не выйдет. Он просто не сможет. Слишком многое он отдал за то, чтобы сейчас стоять там, где стоит, слишком многое поставлено на кон. И если даже он сомневался в том, что изгои смогут сохранить мир на поверхности, Коалиция – во много раз хуже. Рыба гниет с головы – отсечь голову.

***

           Макс спустился по мраморной лестнице вниз после того, как принял согревающую и такую расслабляющую ванну. Полностью погрузившись под воду и пробыв в таком состоянии не меньше минуты, парень смог собрать все мысли воедино. Он знал, как ему поступить, он все обдумал и решил.

         Новый Одноглазый зашел в гостиную уверенным шагом. Он попросил Рида собрать всех на собрание именно в этом помещении, потому что народу было очень много, а эта зала позволяла вместить в себе такое количество людей. Но Макс никого не обнаружил. Парень переместил с головы на шею полотенце, которым вытирал волосы, и прошел дальше по коридору в столовую. Вокруг длинного овального стола собрались все обитатели особняка. Стол ломился от яств. Посередине дубовой столешницы стояло огромное блюдо, на котором лежал зажаренный до румяной корочки поросенок с яблоком во рту. Тут же расположились тарелки с рыбой, фруктами и овощами, копчеными ребрышками и салом, бобами и картофелем, фляги с питьем (наверняка алкогольным) были расставлены так, чтобы каждый смог дотянуться со своего места до них и налить выпивку в кружку.

         Макс стоял и смотрел на эту картину, ничего не понимая. Внимание привлекла Эдра. Сестра несла к нему зажженную парафиновую свечу и напевала что-то в стиле «тан-дан-дан, тан-дан-дан», а Мика постукивал ложками по столу.

– Сегодня девятое июля, – улыбнулась Эдра. – С днем рождения, Макс!

         Понимание того, что здесь происходит, обрушилось на парня быстрее, чем все собравшиеся крикнули «С днем рождения!». Ребята стали подходить к Максу и по очереди поздравлять. Рид, Шая, Лиса, все говорили какие-то приятные слова, кто-то дружески хлопал его по спине. Макс же на мгновение просто застыл, держа в руках свечу врученную Эдрой.

– Загадай желание, Макс! – лучезарно пролепетала Эдра.

         Макс снова перевел взгляд с толпы и посмотрел на колеблющееся пламя свечи. В данный момент в нем бушевал неподдельный гнев, но Макс сдержался, задул свечу без каких-либо желаний и убрал ее на комод за спиной.

– Откуда это все?

         Эдра непонимающе свела вместе брови. Сестра могла обидеться, но Максу было не до этого. Какого черта они тут устроили?!

– Ну, – Одноглазый вышел вперед, – нам нужна была провизия. Я заслал разведчиков на рынок и к Дворцу Коалиции, они доложили, что на улицах все спокойно. Потом отправил группу в мясную лавку и за другой пищей. В общем, все прошло успешно, даже узнали, что тираны с трудом зализывают раны...

– Кто дал тебе право распоряжаться? – зло зыркнул на Одноглазого Макс.

         Тот сначала удивился, но потом встал в оборонительное положение:

– Никто. И что-то я не припомню, что должен спрашивать у кого-то разрешения.

         Макс посмотрел на Одноглазого с презрением. Почему-то сейчас он казался ему жуликом, мелким прихвостнем, но никак не главой повстанцев в прошлом.

– Я объясняю один раз, – громко и четко произнес Макс. – Вы находитесь на вражеской территории, в чужом доме, где вам любезно предоставили укрытие. Вы не знаете ни здешних правил, ни здешней жизни. Выходить из дома запрещено, включать свет или издавать громкие звуки запрещено, все шторы в доме будут занавешены и никто не станет высовываться наружу.

         В толпе начали раздаваться недовольные возгласы, шепот других прокатился по комнате. Эдра взяла брата за руку, он сжал ее запястье в ответ. До слуха Макса долетали реплики по типу: «Какого дьявола раскомандовался этот щенок?» и «Вот молокосос!». Он продолжил говорить, невзирая на недовольства:

– В этом доме только я могу отдавать приказы, но все решения будут обсуждаться на общих собраниях. А тех, кто не согласен со мной, тут никто не держит.

– А ты не сильно загоняешься, Макс? – зыркнув исподлобья, спросил Одноглазый.

– Не сильно, Калег, – процедил тот в ответ. – Выходить из дома опасно даже тем, кто хорошо ориентируется в городе, а тем, кто только пришел из Ямы – вдвойне опаснее.

– Все прошло успешно, – возразил Одноглазый.

– Этого мы еще не знаем! По-твоему, ярильские одежды смогут скрыть то, что человек не является частью поверхности? Их повадки, привычки, взгляд, даже движения, все это выдает людей снизу! Почему ты сам не пошел с ними? Хочешь, я сам отвечу на этот вопрос? Если бы они не вернулись ты бы не сильно горевал, просто понял, что ситуация в городе не располагает по нему гулять.

– Думаешь, мне все равно? Я больше кого-либо хочу свергнуть правительство! Я жил на поверхности больше трех лет и видел все внутренности этого больного общества!

– Я прекрасно знаю, что наши стремления одинаковы, – более спокойно ответил Макс, – но я в отличии от тебя не стану раскидываться людьми, как пушечным мясом! А ваша вылазка на рынок может дорого нам обойтись! – Макс оглядел изгоев и обратился уже к ним: – Посмотрите на своих товарищей! Многие ранены, напуганы, дезориентированы. Вы все вымотаны. Что станет с вашими собратьями, если из-за вылазки за пределы особняка, Коалиция Мира обрушит на этот дом все свои силы? Я не собираюсь заставлять вас подчиняться мне против своей воли, я призываю вас прислушаться ко мне! В противном случае, я повторюсь, покиньте этот дом и боритесь с властью теми методами, которые больше подходят вам.

         Макс замолчал. Парень видел перед собой недовольные, пренебрежительные лица и понимал, что если эти бугаи захотят, то просто свяжут его и тех, кто станет ему помогать, и запрут в одной из комнат... Если и вовсе не убьют. Но отступать он был не намерен, только не сейчас!

– Что скажите, господа? – подал голос Одноглазый. – Все согласны с мнением нашего замечательного «нового Одноглазого»?

         Толпа опять начала галдеть. Люди спорили, кто-то что-то выкрикивал, размахивая руками. Макс в это время сосчитал всех, кто находился в комнате. Тридцать два, вместе с ним тридцать три.

– Гнать надо этого пацана! – пробасил косолапый низкорослик.

– Парень дело говорит! – крикнул худой, сутулый парнишка из Ищеек.

– У нас итак достаточно командиров! – распалялся уже знакомый Максу Бурек, бежавший в его группе до дома Лютеров.

         На несколько шагов вперед вышла Сиера, как понял Макс она командовала Отрядом Теней после смерти Тэнка.

– Предлагаю выбрать главного посредством голосования, – вскинув руки вверх, девушка утихомирила толпу. – Выберем командира повстанцев, назначим ему двух замов и дело с концом!

– Да! Да! Другое дело! – послышалось из толпы.

– При всем уважении, Сиера, – проговорил Макс, – чтобы командовать у вас должны быть представления о противнике, местности и элементарных природных явлениях, в конце концов. А если вы имеете ввиду Одноглазого, то простите, он худший кандидат на эту роль и, кажется, я доступно объяснил почему.

         Макс заглянул в глаза девушки напротив, посмотрел на друзей и продолжил говорить:

– Я не стану разводить дискуссии. Простите, но я итак вам предоставил выбор. Либо вы подчиняетесь мне, либо уходите. Это не обсуждается.

         Сиера с интересом смотрела на Макса, в ее взгляде не было того холодного металла, которым постоянно награждал парня Одноглазый, не было презрения или гнева, но он уловил непонимание.

– Да что мы цацкаемся с ним?! – проревел какой-то мужчина. – Скрутим нахала и дело с концом!

– Прежде чем нарываться на парня, попробуй сначала справиться со мной! – прорычал Крос, скрестив руки на груди и подходя ближе к Максу. – Макс предложил вам выбор! Сделайте его по-доброму. Я повторять не стану.

         В столовой повисло напряженное молчание. Макс понимал, что подобными категоричными решениями непременно расколет и без того небольшую и нестабильную группу людей, но иначе было нельзя.

– Поймите, – снова заговорил Макс, – либо мы действуем, как единый, слаженный механизм, либо у нас ничего не выйдет.

         Вперед, прихрамывая, вышла Шая, нога девушки была перевязана, Макс знал – рану обработали и зашили, но ему все равно стало жаль подругу.

– Если вы думаете, что Макс не справится с задачей лидера, то вы ошибаетесь. Хочу напомнить, что вы стоите здесь благодаря ему! – Шая посмотрела на Одноглазого, откинула прядку черных волос с лица и продолжила: – А если вам просто не нравится, что вами будет командовать юнец – вы глупцы! Молодость не недостаток!

         После ее слов звуки в столовой снова стихли. Примерно минуту никто даже не двигался, а потом Крос подошел к столу, ухватился за куриную ножку и вырвал ее из тушки.

– Что? – пробасил верзила. – Я для себя решил – остаюсь с пацаном. Все кто против, завтра покинут это место. А пока... Жрать охота! Садитесь уже пировать!

         Мужчина грохнулся на стул, и толпа тут же загудела, усаживаясь тоже. Макс, немного расслабившись, выдохнул. Крос посмотрел на него, по-хитрому улыбнулся и подмигнул, заставив тем самым и Макса ответить ему улыбкой. Неужели у него появился такой друг? Похожий на отца... Этого так не хватало.

***

         Еда просто таяла во рту. Когда Макс убедился в том, что никто после его слов не станет бунтовать, налег на деликатесы. Хорошо прожаренное мясо с золотистой корочкой заставляло парня немного постанывать от удовольствия, когда он вгрызался в кусок, а сочные, сладкие овощи так и пропадали во рту вприкуску со свининой. Макс ел не переставая, пока не почувствовал, что ремень на штанах сильно врезается в живот, а желудок уже болит от перенасыщения. Парень незаметно расстегнул штаны, выпил стакан вина и, облокотившись на спинку стула, довольно выдохнул.

         Народ набивал животы, будто ел в последний раз. Для кого-то из присутствующих, возможно, так оно и было... Макс наблюдал за ребятами, как они, надувая щеки, пережевывают пищу, и вдруг подумал о Дэксе. Друг любил хорошо поесть, но за время знакомства с Максом это выходило всего пару раз. Дэкс и Анид... Как же их сейчас не хватало! Смерти Ниры и Тэнка казались такими давними, а эти еще не покрыла пелена новых событий...

– Макс?

– Да?

         Эдра подсела к брату, взяла его за руку и принялась на нее что-то навязывать. После того как она справилась, Макс взглянул на подарок. Это был плетеный браслет из красно-черных шелковых ниток, некоторые из нитей блестели золотом.

– Это странно, наверное, – смутившись, сказала Эдра, – но я вплела в браслет свои волосы. Захотелось, чтобы часть меня всегда была с тобой и оберегала от зла.

– Спасибо, – прошептал Макс, глядя на золотистые пряди в подарке сестры.

         Это был самый чудной ее подарок. Раньше, когда ребята жили у Барона, они дарили друг другу что-то из еды, что-то очень вкусное и необыкновенное и ели это вместе. Макс еще, бывало, приносил сестре цветы. А этот браслет...

– Я обязательно сохраню его, Эдра!

– С днем рождения! – улыбнулась та.