Глава 6. Страшный человек

 – Ты отправляешься завтра утром?

– Да. Как и отец, около девяти.

– Встану пораньше. Хочу помочь тебе собраться и проводить.

– Мама, зачем? – тяжёлый вздох. – Наблюдать слезливые сцены прощания и твоё поникшее лицо я совершенно не горю желанием. Распрощаемся с вечера, а утром лучше хорошенько выспись.

Драко и Нарцисса завтракали в столовой, тогда как Гермиона и один из эльфов прислуживали им. Затронутый матерью разговор заставил Драко разве что невесело усмехнуться. Она неизменно продолжала хоть в чём-то, но видеть в нём ребёнка, требующего её внимания и заботы, тогда как Драко предпочёл бы вовсе обходить стороной такие моменты. Ему они давно мозолили глаза и не приходились по душе.

– Сын, ты как всегда! – Нарцисса покачала головой, но всё же сдалась. Сделав глоток чая, Драко попытался сгладить ситуацию и улыбнулся ей. Он знал, что мать переживает за него и потому не хочет отпускать на фронт... В отличие от другой особы, что стояла возле ведущей на кухню двери.

Стоило Гермионе проснуться, как она обнаружила, что уже была одна. Малфой ушёл намного раньше. Долгое время ей не хотелось вставать, в душе роились немалые смятения по поводу произошедшего. Это были странные и противоречивые чувства. С одной стороны, эта ночь понравилась ей: Драко умело доставлял ей удовольствие, искушал и обучал чему-то новому. Но с другой стороны, случившееся казалось ей жутко неправильным. Чересчур неправильным! Что бы сказали её друзья, узнай, чем она занималась минувшей ночью, да и в целом, чем жила в последние дни? Они навряд ли приняли такое её поведение, может даже вовсе отвернулись от неё за такие непростительные проступки. Конечно же, она понимала, что теперь являлась рабыней, лишь марионеткой в руках расчётливого аристократа, который делал с ней всё, что пожелает его испорченная душа. Он с лёгкостью подавлял её волю, снова и снова умело демонстрируя Гермионе, что выбора она отныне лишена; что всё будет так, как он того захочет, и она угодила в его сети. В одночасье она стала никем, теряла себя саму, и это было ужасно!..

Не меньше часа Гермиона провела в мучительных раздумьях о сделанном ею выборе. Что бы случилась, предпочти она тем судьбоносным вечером иной вариант?.. В голове не укладывалось, что Малфой всерьёз изнасиловал бы её, а в дальнейшем принуждал к сексу. Как результат, как он сам верно выразился, Гермиона возненавидела его самого и собственную жизнь, но совесть её оставалась чиста. Угрызениям совести не пришлось бы её терзать, ведь она стала лишь жертвой обстоятельств. Однако она пошла иным путём, выбрала путь его любовницы и тем самым избежала боли и страданий. Наверно, это было несколько неправильно, ведь она являлась чёртовой гордой гриффиндоркой Гермионой Грейнджер. Она никогда не считала себя слабой, скорее, в некоторых ситуациях видела таковым Малфоя. Теперь же отчётливо понимала, что всё было с точностью наоборот. Малфои владели целым миром, и теперь один из них владел ею самой!.. Потому она даже была рада, что Драко предстояло на продолжительный срок покинуть мэнор. По меньшей мере несколько недель теперь должны быть в её распоряжении. За это время она успеет собраться с мыслями, ещё раз хорошенько обдумает случившееся и поймёт, как ей жить дальше. За прошедшую неделю Гермиона раз за разом принимала для себя какие-то важные решения, но Драко постоянно крушил её планы. Лишь с его уходом у неё появится возможность побыть наедине с собой и без всякой суеты тщательно всё взвесить.

– Сегодня ещё нужно встретиться с Блейзом и обсудить все детали. Пересмотреть списки тех, кто будет под моим командованием, – поставив чашку на стол и откинувшись на спинку стула, задумчиво проговорил Драко.

– И много в твоём отряде человек? – спросила Нарцисса и переплела свои пальцы, со вниманием глядя на него.

– Около сорока.

– Немало.

Сегодня Нарцисса говорила скупо. Она старалась скрывать свои эмоции и не нервировать зазря сына, потому как уже сейчас очень переживала за него. Драко был её единственным ребенком, а Волан-де-Морт отсылал его на опасное дело, так ещё и в самую гущу событий, где происходили смертоносные сражения, и его запросто могли ранить. Прокручивать в голове другие варианты исхода этой истории, причём страшные и плачевные, Нарциссе не хотелось. Она не смела допускать их для себя, в противном случае окончательно лишилась бы сна.

– Мне пора. Мы с Блейзом договорились встретиться в городе, в десять часов. Вернусь позже, – поднявшись с места и откинув салфетку на стол, сообщил спустя несколько проведённых в молчании минут Драко. К тому моменту он полностью закончил с завтраком.

– Удачи тебе, сынок, – тепло сказала Нарцисса, на что Драко кивнул ей и двинулся на выход.

За всё утро он ни разу не посмотрел в сторону Гермионы, даже не удостоил её мимолётного взгляда. И такое поведение с его стороны сильно ударяло по её гордости. Да, он больше не трогал её, не пытался в очередной раз подмять под себя, продемонстрировать свою власть над ней, и это было жирным плюсом... Но ровно с тем, с такой прохладой в отношении неё, Гермиона всё больше ощущала себя использованной, и от этого делалось гадко и обидно. Он поиграл с ней ночью, как ему того хотелось, а днём она стала ему никем. Лишь непримечательной служанкой, до которой ему больше не было ровным счётом никакого дела. «Знай своё место!», – вдруг вспомнились его хлёсткие слова, произнесённые всего несколько дней назад. Они ранили её, как и осознание того, что она сама подписалась на всё это. Разумеется, она не ждала проявления каких-либо чувств в свой адрес. Это было бы слишком нелепо, самонадеянно и нереально! Тем более речь шла о чёртовом Малфое, которому если и будет до неё дело, то только в последнюю очередь, и потому думать о таком было нонсенсом. Он был её хозяином, она – лишь той, что была выбрана им для плотских утех, и на этом точка. Но ей хватило бы и одного взгляда, позволившего Гермионе понять, что этот безжалостный человек использует её не только как ненужную вещь и игрушку на одну ночь... Однако Драко упрямо доказывал своим поведением обратное.

Нарцисса сделала ещё пару глотков ароматного чая и тоже поднялась с места. Задерживаться в столовой она более не собиралась.

– Приберитесь здесь, – отдала она распоряжение и неспешно отправилась на выход. Эльф сообщил об уходе господ остальным слугам, и, не успела Гермиона оглянуться, как работа закипела с новой силой.

* * *

На этот раз домовики дали Гермионе задание сменить постельное бельё в покоях господ. Взяв два постельных комплекта, что неудивительно, изумрудно-зелёного цвета, она поспешила приступить к делу. Первой комнатой, с которой она запланировала начать уборку, стала спальня Малфоя-младшего. Пересекаться с ним сегодня у неё напрочь отпало желание, и потому Гермионе хотелось поскорее закончить именно с его комнатой, чтобы больше вообще не вспоминать о Драко и всём, что с ним связано. Постаравшись как можно меньше придавать значение неприятным перешёптываниям с картин за спиной, Гермиона, наконец дойдя до нужных дверей, вскоре вошла в спальню. На мгновение она замерла у входа. Чего она никак не могла ожидать, так это того, что Драко будет здесь. Развалившись на кровати, он читал какую-то книгу, но стоило Гермионе появиться, как бросил на неё ленивый взгляд, а затем снова вернулся к интересующим его строкам. Гермиона тяжело выдохнула и закрыла за собой дверь, отступать или сбегать отсюда было бессмысленно. Сложив свою ношу в кресло, она с огромной неохотой обернулась к Драко.

– Мне нужно поменять постельное бельё, – кратко сообщила она, желая поскорее сделать своё дело и уйти. Гермиона прекрасно знала, что по правилам этикета, как прислуга, обязана обращаться к Драко при помощи таких слов, как «хозяин», «господин», «мистер Малфой» и иже с ними... Но называть его сейчас так у неё не поворачивался язык.

– Меняй, – бросил он в ответ, но так и не сдвинулся с места.

– Вы не могли бы встать? – не сдержавшись, сквозь зубы проговорила она, хотя и сделала это относительно вежливо. Гермиона не понимала, почему он так вёл себя с ней, для чего потешался? Так или иначе, приятного в этом было мало. Резко захлопнув книгу, Драко, будто раздражённый назойливой мухой, всё же поднялся с кровати. Он отошёл к столику, рядом с которым стояло два мягких кресла, и опустился в одно из них, свободное. Гермиона же поспешила взяться за работу. Меньше всего ей хотелось задерживаться здесь, с ним, учитывая его крайне обидное для неё поведение. К чему была эта оскорбительная показушность? Неужели ему до такой степени сильно хотелось продемонстрировать, насколько ему наплевать на неё? Об этом он мог не волноваться, она без того это знала. Или же Малфой был настолько сволочным по своей натуре?

– А знаешь, сколько всего можно было бы вытворить на этих простынях, будь ты чуточку взрослее в своих понятиях? – вдруг услышала прямо рядом со своим ухом Гермиона, после чего он притянул её к себе за талию. А ведь она, будучи увлечённой сменой пододеяльника, даже не заметила, как Драко подошёл. Он намеренно сделал это бесшумно, в противном случае она, скорее всего, не позволила бы ему приблизиться к себе.

– Мистер Малфой, вы не могли бы убрать руку? Вы мне мешаете, – с небывалой резкостью ответила Гермиона, но у Драко это вызвало лишь ухмылку.

– Не мог бы, – спокойно ответил он и протянул другую руку к лентам на её груди. Сегодня на Гермионе было всё то же сиреневое платье, которое очень ей подходило. Оно подчёркивало стройную фигуру и в целом пришлось ей к лицу, словно по ней было сшито. Драко понравился такой её образ, он был одновременно сексуальным и романтичным.

– Мистер Малфой... – начала Гермиона, но не договорила, потому как его губы принялись покрывать поцелуями её шею. – Малфой! – активно попытавшись вырваться, со злостью завопила она.

– Что, Грейнджер? – в тон ей, прервавшись и откровенно передразнивая её, ответил Драко. Беззвучного смеха он так и не смог сдержать.

– Иди к чёрту, вот что! – как-то отстранённо сказала она и сцепила зубы. Драко развернул её к себе и заглянул в лицо. Взгляд Гермионы был прямым, глаза – слегка прищуренными, а скулы – напряжёнными.

– А вчера была поласковей. Не с той ноги встала? – иронично осведомился он.

– Не с той легла! – смело дала ему отпор Гермиона.

– Какие мы дерзкие! Если бы не мой отъезд через полчаса и не эта твоя чёртова девственность, трахнул бы тебя пару раз подряд на полу, кровати или столе. И, уж поверь, тебе бы это понравилось, – с кривой усмешкой на тонких губах заявил Драко.

– Ты, помнится, должен был уехать минимум полчаса назад, – проигнорировав его вульгарные высказывания, напомнила Гермиона.

– Блейз перенёс встречу на одиннадцать, а общий сбор в двенадцать. Мне есть смысл ехать к десяти? – вскинул он брови. Вопрос был риторическим, и потому Гермиона смолчала.

Некоторое время они безмолвно простояли друг напротив друга, после чего Драко посмотрел на её губы. Большим пальцем правой руки он стал очерчивать их контур, но Гермиона, продолжая упорно молчать и не сводить с него строгого взгляда, никак на это не среагировала. Он снова пытался затянуть её в свои пошлые игры, но, находясь рядом с ним, она уже ничего не боялась и не дрожала, как это было прежде. Где-то глубоко внутри внезапно начал пробуждаться нетипичный ей сволочизм – лишь так она могла назвать те чувства, что заполнили её и подтолкнули к неожиданным действиям...

Гермиона вдруг взяла его руку в свою и, не спеша отталкивать его или отстраняться самой, прижала этот самый палец теснее к своим губам, а после поцеловала. Эта выходка стоила того: в глазах Драко Гермиона прочла и неподдельное удивление, и даже восторг. Меньше всего он мог ожидать, что она выкинет нечто такое. И хотя это была мелочь, даже такая активность с её стороны впечатлила Драко, ведь Гермиона была девственницей и горделивой гриффиндоркой, которая столько времени шарахалась от него. А вот сейчас взялась сама вытворять нечто, чего от неё никак не ожидали. Но Гермиона и не думала останавливаться. Уверенно ухватив Малфоя за галстук, она притянула его к себе. Он даже не пытался сопротивляться, ему стало интересно задуманное ею продолжение. Гермиона была сейчас непредсказуемой для него, и это интриговало. Не отводя взгляда от его глаз, Гермиона раскованно чмокнула Драко в губы и, скользнув рукой от его груди к шее, зарылась пальцами в белоснежные волосы. Её губы озорно прошлись по его щеке, и Гермиона, притянув его ещё ближе, практически прижав к своему телу, наконец прошептала ему на ухо:

– Действительно, господин, как жаль.

Сразу после она оттолкнула его от себя, отчего Драко, явно не ожидавший такой развязки, вновь зашёлся смехом.

– Ах ты ж сучка! – выругался он, на что Гермиона гордо вздёрнула носик и вернулась к своим прямым обязанностям. Драко опустился назад в кресло и продолжил наблюдать за ней, не принимая больше попыток перейти к её соблазнению. Она впервые проявила таким образом строптивость, и для него это стало весьма заманчивой игрой. Прежде Гермиона в основном лишь пыталась отбиться от него, неумело давала отпор, тогда как сейчас проявила игривость, лукавство и даже небольшое коварство. Всё больше он убеждался, что однажды она станет пылкой любовницей, которой будет не чужда эротическая игра. С ней ему не будет скучно, как это было в последнее время с той же Паркинсон. Та тоже нередко проявляла дерзкий характер, но в Драко она вызывала разве что сильнейшее раздражение, в особенности своим несносным желанием продемонстрировать всем и каждому, что они являются якобы парой, что было далеко от действительности. Он открыто пользовался ею, а Панси, зная правду, тщетно пыталась держать его при себе и использовать их связь в своих интересах. Она была слишком доступной, прибегавшей по первому его требованию, тогда как Гермиона была совсем другой – непокорной и знающей себе цену. Ему хотелось бы продолжить их сближение, развратить её до предела и насладиться податливым, нежным девичьим телом угодившей в его сети гриффиндорки, однако обстоятельства вынуждали отложить планы на целый месяц вперёд. Его ждал отъезд, и ничего поделать с этим было нельзя.

– Всего хорошего, мистер Малфой, – закончив и прихватив постельное бельё, которое еле помещалось в её руках, Гермиона гордой походкой покинула спальню. Драко ничего ей не ответил, только проводил внимательным взглядом, однако восторженная улыбка ещё долго не сходила с его лица.

* * *

– Мисс Грейнджер, это кому? – удивлённо поинтересовалась Нарцисса. Она столкнулась в коридоре с Гермионой, несущей куда-то поднос с чаем на две персоны.

– Мистер Малфой распорядился доставить чай ему и мистеру Забини в восточный зал, – остановившись, отчиталась Гермиона.

– И Блейз здесь? Тогда пойдёмте вместе, заодно помогу вам с дверью, – несколько нахмурившись, сказала тогда Нарцисса и отправилась в назначенное место впереди своей служанки. Кивнув, Гермиона последовала за ней.

Драко в компании Блейза Забини появился в мэноре только к вечеру, около семи часов. Они расположились в восточном зале, больше походившем на охотничью, и приказали эльфам принести им чай. Конечно же, по внезапно возникшей традиции, эльфы переложили эту обязанность на Гермиону, что ничуть её не порадовало. Потому она даже выдохнула с облегчением, стоило ей столкнуться в коридоре с Нарциссой. Меньше всего хотелось выслушивать нескончаемые злые насмешки этих двоих, в особенности Блейза. Позволить же себе такого при хозяйке замка они не смели, и только это обещало сберечь нервы Гермионы.

Стоило приблизиться к залу, как из-за дверей послышался эмоциональный разговор. Парни говорили достаточно громко, причём диалог их был далеко не самым приятным.

– Я прямо-таки в восторге! Теперь мне ещё и с ним нянчиться придётся? Какой от него вообще толк? – послышался поначалу крайне раздражённый голос Драко.

– Желаешь поставить его на передовую в качестве пушечного мяса? – с неожиданной весёлостью отозвался Блейз.

– А он сумеет там сообразить, что от него требуется? Крупный, жирный и до невыносимости тупой!..

На этих словах Нарцисса стремительно вошла в зал и возмущённо проговорила имя сына, одёрнув его. Тот, стоя около чёрного мраморного камина, обернулся к ней и поджал губы, тогда как развалившийся в кожаном кресле Блейз поспешил распрямиться.

– Это что за тон? – не успокаивалась Нарцисса, загородив при этом дорогу стоявшей позади неё Гермионе.

– Обсуждаем кое-какие проблемы, – с неохотой ответил Драко и отвёл взгляд в сторону. На его лице виднелась плохо скрываемая усталость. У него без того возникли проблемы, так тут ещё ворвалась мать со своими упрёками.

– Миссис Малфой, доброго вам вечера! – с почтением поприветствовал её Блейз, но любезничать с ним у Нарциссы в данный момент не нашлось желания.

– Мальчики, разве так можно? – покачав головой, недовольно пожурила она их, а затем, наконец, пропустила Гермиону вперёд. Однако стоило той войти в зал, как двери за её спиной закрылись, и Нарцисса удалилась по своим делам.

«Ну, прекрасно!» – мысленно пробурчала Гермиона. Она заранее подготовила себя к тому, что придётся выслушивать далеко не самые приятные речи со стороны заносчивых Малфоя и Забини, и потому тоже гордо распрямилась и придала лицу как можно более безразличное выражение. Пройдя в центр комнаты, к журнальному столику из красного дерева, который стоял недалеко от разожжённого камина, она разместила на нём свою ношу.

– Как жизнь, Грейнджер? Уже прочла книгу? – как она и полагала, Блейз поспешил выделиться и высказать в её адрес колкость. Драко же снова обернулся и, опершись плечом на стену, с лёгкой усмешкой принялся наблюдать за ними. Он не сомневался, что его строптивая служанка не станет держать язык за зубами, и оттого перед ним обещала разыграться весьма комичная сцена. Однако, вопреки его ожиданиям, Гермиона не спешила вступать в дебаты с Блейзом. Расставив сервиз и тарелку с печеньем на столике, она обернулась и сдержанно произнесла:

– Всё хорошо, мистер Забини. Благодарю. Прошу прощения, но мне пора возвращаться к работе.

– Ублажать хозяина или подносы разносить? – и не думая останавливаться, вновь ударил её по больному Блейз. Больше всего Гермионе захотелось огреть чем-нибудь тяжёлым этого самодовольного выродка голубых кровей, потягивающего огневиски, бокал с которым он умело спрятал по приходу Нарциссы. А ещё лучше и правильней было бы врезать ему, как в своё время, несколькими годами ранее, Малфою: с кулака и по носу. Но ни того, ни другого сделать она не могла. Прищурив глаза и сжав пальцы в кулаки, Гермиона, окончательно распрощавшись с хладнокровием, презрительно посмотрела на Блейза. Тот тоже одарил её взглядом, но сделал это со сквозящим лукавством и высокомерием.

«Неужели Малфой снова всё ему рассказал? Даже подробности того, что произошло между нами этой ночью?..» – несмотря на внешнюю воинственность, с горечью подумала Гермиона. Сам Драко продолжал молчать и только с интересом наблюдал за ними. Это злило, это тоже порядком било по нервам. Разумеется, она не ждала, что он заступится за неё, но Гермиона всё же надеялась, что он хотя бы сразу отпустит её и не заставит выслушивать всё это. Да только ей оставалось разве что мечтать о таком... В мысли закрался лишь один ответ, причём совершенно нетипичный для неё, зато стоящий этих двоих. Гермиона понимала, что за излишнюю дерзость её могут хорошенько осадить, а то и вовсе наказать, но теперь это волновало её в последнюю очередь, как и итог их скорой, совершенно неприятной перепалки. Главным для неё стало заставить Забини умолкнуть, как и продемонстрировать ему, что жертвой своих жестоких насмешек он не сумеет её сделать даже при огромном желании!

– Как посмотрю, – резко выхватив из рук Блейза бокал и уверенно сделав из него пару глотков, начала Гермиона, – тебя прямо прорывает поговорить об этом и узнать все подробности первым. Тебе что завидно или попросту любопытно? Уже успел вдоволь подрочить на ставшие тебе известными подробности или зашёл в своих фантазиях ещё дальше? Ну, а как тебе в целом задумка, понравилась?

К её немалому удивлению, моментального гневного ответа не последовало. Лицо Забини вытянулось, на нём отразилась гримаса неистового поражения и бурно вскипавшей злости, тогда как от камина раздался громкий смех. Драко искренне посмешил не столько находчивый ответ Гермионы, сколько реакция Блейза, ведь тот был настолько ошарашен её выпадом, что впал в состояние настоящего ступора.

– Ты бы лучше ротик свой грязный прикрыла, грязнокровка! – ответил ей спустя несколько напряжённых секунд Блейз, буравя при этом тяжёлым взглядом.

– А то что? – в тон ему ответила Гермиона, не менее яростно глядя в его глаза.

– А то я помогу. Больно болтливая для прислуги! – выплюнул Блейз. Было заметно, как заходили желваки на его скулах. Ей не на шутку удалось разозлить его своим выпадом до такой степени, что он не мог больше контролировать стихийно вырвавшиеся эмоции.

– Больно болтливый для шавки Волан-де-Морта! – Гермиона понимала, что пора остановиться и замолчать, что эта выходка не сойдёт ей с рук. Но какое же моральное удовлетворение приносило ей выражение на вытянувшемся лице этого кретина!

– Ещё слово, и я тебе шею сверну, а заодно... – произнося это, Блейз схватился за волшебную палочку, закипев до такой степени, что готов был наложить на Гермиону пыточное заклинание. Однако неожиданно вторгшийся в их перепалку голос Малфоя заставил его остановиться.

– Угомонись, Блейз! Достаточно уже.

Услышав это, что Блейз, что Гермиона поражённо уставились на него. Никто не мог ожидать, что Драко вдруг встанет на её защиту, пусть даже таким образом, лишь остановив вспышку ярости друга.

– Надумал защищать свою давалку? – зло выпалил Блейз. – Какого хера ты вообще не заткнул эту зарвавшуюся грязнокровку сразу, как только она вообще открыла рот?

– Кроме как статусом крови, козырять больше нечем? – осадила его Гермиона, за что он окинул её прожигающим насквозь взглядом.

– И пропустить такое шоу? Как ты потерял дар речи, а потом слетел с катушек от злости? – говоря это, Драко вновь в голос рассмеялся над ним.

– Да пошёл ты! Ублюдок, – бросил Блейз и, прищурив глаза, заскрипел зубами. Он не держал зла на Драко, такого рода подколы были для них в порядке вещей. Его выводила из себя она – эта выскочка, их бывшая однокурсница, в одночасье ставшая никем, но продолжавшая по-прежнему демонстрировать ненавистную ему строптивость и непокорность. Гермиона Грейнджер была гриффиндоркой до мозга костей, и именно это привлекало в ней Малфоя. Этой спеси не хватало той же Панси, но у Гермионы её было в избытке. Непокорная, высокомерная, с характером истинной львицы, при всём при этом она продолжала оставаться чистой и наивной. Но Блейзу не было до этого ровным счётом никакого дела, за её длинный язык у него только чесались руки проучить её и жёстко поставить на место. Однако всё больше он убеждался, что Драко не позволит ему сделать этого, ведь тот, напротив, усиленно пытался заполучить её расположение. Поняв, что ловить здесь нечего, и гневные эмоции придётся подавить, Блейз лишь выхватил из рук Гермионы бокал и показушно вылил его содержимое в вазу с цветами, что стояла на небольшой тумбочке по левую сторону от него.

– Даже пить из него стало как-то мерзко, – съязвил он, намеренно поймав взгляд Гермионы.

– Не пей, – вздёрнула она носик и обратилась уже к Драко. – Мистер Малфой, я могу идти?

– Нет. Будешь сидеть с нами, – неожиданно ответил Драко, что ещё больше смутило её.

– Зачем? – бросил на него негодующий взгляд даже Блейз, которого тоже не устраивал такой расклад.

– Мне нравится наблюдать за вашими перепалками. Так что сядь, Грейнджер! – преспокойно ответил он и требовательно посмотрел на Гермиону. Больше всего ей хотелось уйти отсюда, сбежать прочь, но только не задерживаться в восточном зале с этими двоими. В душе всё больше загоралось дикое желание молча развернуться и, вопреки приказу Малфоя, покинуть их, но это стало бы излишней дерзостью на фоне того, сколько всего она уже наговорила за сегодня. Выкинь она ещё что-то из ряда вон выходящее, Драко навряд ли закрыл бы на это глаза. Потому, скрестив руки на груди, Гермиона покорно опустилась на второй диван, прямо напротив Забини, но презрительного взгляда так и не сводила с него.

– Предлагаешь обсуждать наши тайные планы при ней? Совсем спятил? – вскинув брови и посмотрев на него, как на умалишённого, заругался Блейз.

– А она что-то и кому-то может рассказать? – прижавшись спиной к стене, ответил на это Драко. Блейз поджал губы и бросил недоверчивый взгляд на Гермиону, но ничего говорить больше не стал. Достав из-за кресла бутылку с огневиски, он плеснул себе в бокал свежую порцию напитка.

– Так тебе же, помнится, даже пить из него должно быть противно! – не сдержала едкого комментария Гермиона, несколько удивившаяся его действиям.

– Сиди и помалкивай! – раздражённо процедил он, на что Гермиона громко хмыкнула. – Ну и что нам делать с Гойлом? Куда его девать? – обратился он теперь к Драко, решив действительно не тратить больше время впустую и вернуться к их делам.

– Как и с Ноттом. Выскочка редкостный, бесит этот ублюдок! – скривил губы Драко.

– Предлагаю отправить их на передовую. Сдохнут – так нам только проще будет, – заявил Блейз. Услышав такое, Гермиона с ужасом посмотрела на них. Дико и страшно было слышать, в каком тоне они обсуждали судьбы своих же бывших однокурсников, так ещё и с родного факультета. Гойл и Нотт явно мешали им, и потому пара молодых, но беспощадных командиров с циничным высокомерием решала, как с ними поступить. Гермиона даже почувствовала, как спину обдало холодным потом. Драко и Блейзу было всего по восемнадцать лет, но выражались они слишком жестко и бесчеловечно, словно не о живых людях вели разговор. Такого от тех, кого ещё недавно она ошибочно считала трусами, Гермиона никак не могла ожидать.

– Соглашусь с тобой, – с некой задумчивостью ответил Драко. Отчего-то Гермиона уже не сомневалась, что он всерьёз одобрит это предложение, но услышать подтверждение таких своих домыслов было не менее ужасно.

– Мальдер, Джонсон и Уиллис?

– Эти с нами. Хотя Уиллиса всё же лучше на передовую, там от него пользы будет больше, – оскалившись, рассудил Драко.

– Ещё бы! Тот ещё психопат. Мятежники от его Авад полягут рядами, – хмыкнул Забини, после чего обратил взгляд к наполовину отпитой бутылке их любимого высокоградусного напитка. – Так ты будешь огневиски?

– Не хочу, – ответил ему Драко, чем несколько удивил Гермиону.

– Что так? С каких пор ты решил податься в трезвенники? – Блейз не сдержал смешка и стал неспешно потягивать огневиски.

– Завтра ответственный день, и вставать мне уже в семь утра, – напомнил Драко.

– Так я же не напиться предлагаю, а пропустить бокал-другой, – пожал плечами Блейз.

– Не хочу! – настойчиво проговорил Драко и шумно выдохнул. – Нет сегодня желания.

– Ну и как знаешь. Мне же больше достанется, чаёвник, – отставив бокал на поднос и скрестив руки на груди, Блейз перевёл взгляд на сидевшую напротив него Гермиону. Задумчиво уставившись в одну точку на столе, она даже не заметила, как оба парня теперь посматривали в её сторону. Пожалуй, это и стало её большой ошибкой. Драко приблизился совершенно бесшумно и вскоре встал прямо за её спиной, и потому Гермиона чуть не подпрыгнула от испуга, когда он уткнулся носом в её шею. Конечно же, она моментально поспешила отстраниться от него.

– Сиди! С тебя без того сегодня станется, – ухватив её за волосы и потянув на прежнее место, жёстко осадил её Драко. Гермиона разозлёно посмотрела на него и ухватила за запястье в попытке ослабить его железную хватку, но этого не понадобилось. Драко сам отпустил её волосы и заново приблизился к Гермионе. Не прошло пары секунд, как его губы заскользили по её шее, причём нежно, маняще. Рука же Драко опустилась к её платью и потянула юбку вверх, оголяя длинные ровные ноги до самых бёдер.

– Малфой, не надо! – отчаянно перехватив его ладонь, когда он стал поглаживать её вдоль бедра, постепенно скользя выше, проскулила Гермиона. Кто бы знал, до чего ей было неловко, ведь совсем рядом сидел чёртов Блейз Забини! В эту минуту она в полной мере ощущала себя потаскухой Малфоя, с которой он мог делать всё, что захочет и когда захочет. Радовало лишь то, что он не рвался оголять её грудь, ведь, как показала практика, сопротивлений Гермионы хватило бы ненадолго. Ему ничего не стоило применить напористость и в считанные минуты наполовину раздеть её, а после развлекаться, лаская её тело прямо на глазах Забини. – Малфой, пожалуйста, остановись! – не сдавалась она, но Драко ничего на это не ответил, лишь теснее прижал Гермиону к спинке дивана и тем самым к себе, а затем продолжил покрывать поцелуями её шею.

Всё было также нежно, как прежней ночью, но сейчас ни о каком наслаждении для Гермионы речи не шло. Страх и стыдливость заполонили разум, ни о чём другом думать она больше не могла. Украдкой посмотрев на Блейза, с любопытством наблюдавшего за разыгравшейся перед ним сценой, Гермиона прикрыла глаза. Видеть этого кошмара ей больше не хотелось. Присутствовало лишь дикое желание поскорее покинуть зал, причём сбежать от этих двоих как можно дальше. Она всё также удерживала руку Драко на своей ноге, не позволяя поднять её выше, но он наконец вырвался из её хватки и продолжил скользить ладонью вверх по бедру, несильно сжимая его.

«Только бы он не додумался залезть ко мне в трусики! Пожалуйста, не надо! Только не это...» – эта мысль не давала Гермионе покоя. Она не представляла, что будет, если именно это он вдруг захочет сделать. Спокойно появляться перед Забини она тогда уж точно не сможет. Ей было слишком стыдно, она вся сжалась, находясь в плену рук и губ Драко. Но, несмотря на свои сдавленные эмоции, она всё же почувствовала, как он всерьёз захотел её... Насколько желал, будь такая возможность, уединиться с ней и повторить предыдущую ночь. Пожалуй, она тоже не отказалась бы от такого, но только не сейчас, чёрт его подери, не на глазах у его заносчивого друга!

Кто знал, повезло ей или Драко попросту не захотелось заходить дальше, но он неспешно отстранился от неё. Однако, не успела Гермиона расслабиться и поверить, что всё закончилось, как он вновь, но уже не так сильно, за волосы оттянул её голову назад. Драко впился в её губы поцелуем, но тот был совсем недолгим. Наконец действительно оставив её в покое, Драко взял в руки блюдце и чашку с уже остывшим индийским чаем.

– Я вам тут нисколько не мешал? – с ухмылкой поинтересовался Блейз и удивлённо посмотрел на Драко. На губах последнего заиграла кривая усмешка, но он ничего ему не стал отвечать, только сделал несколько глотков ароматного чая. Тогда взгляд Блейза устремился на Гермиону, поспешно расправляющую юбку платья. Лукаво улыбнувшись уголками губ, он вдруг произнёс, обратившись к Драко: – А, может, оприходуем её здесь вместе? Момент вполне подходящий.

Эффект от этого заявления того стоил: взгляд Гермионы сделался испуганным, дыхание участилось. Она действительно поверила в его вопрос и сильно перепугалась, ведь знала об этих двоих и их историях за закрытыми дверями намного больше, чем они думали. Малфой и Забини запросто могли сотворить с ней такое, делить одну девицу на двоих было для них обычным явлением. Ну так чего им стоило изнасиловать её, какую-то грязнокровку и служанку, тем самым заодно наказав за вольные речи?

– Расслабься, Грейнджер. Он пошутил, – обратив внимание на её реакцию, сказал Драко. Блейз же, глядя Гермионе прямо в глаза, самодовольно усмехнулся.

– Я могу идти? – опустив глаза и уставившись немигающим взглядом на мужские туфли Драко, который снова отошёл к камину, спросила Гермиона.

– Иди, – наконец дал он ей добро. Стоило сказать это, как Гермиона поспешила подняться с места и стремительной походкой, едва сдерживая себя от того, чтобы перейти на бег, бросилась на выход. Не прошло и пары секунд, как дверь за ней закрылась.

– Как посмотрю, ты умело манипулируешь ею. Или вы ищете компромиссы? Как тебе вообще удалось так скоро приучить её даже к таким ласкам? Горделивую гриффиндорку так ещё и девственницу? – в глазах Блейза можно было прочесть неподдельное удивление. Он на самом деле был сильно поражён тем, что ему довелось увидеть. Прежде он не особо верил былым россказням Драко, списывая всё на пустое хвастовство или такой вариант, что тот по меньшей мере шантажом склоняет Гермиону Грейнджер к хоть какой-то близости с ним. Сегодня же он убедился, что дело обстоит несколько иначе. Разумеется, Драко властвовал над ней на правах хозяина, вот только Гермиона была совсем не против того, что он с ней делал. Всё, что её останавливало от перехода к чему-то большему, так это присутствие самого Блейза. Не окажись же его рядом, не исключено, что новоявленная парочка уже сегодня продвинулась бы гораздо дальше.

– Какая разница, – самодовольно оскалился Драко и отпил ещё чая.

– Нежничаешь с ней. Даже Панси такого не перепадало, причём уже очень давно, – заметил Блейз.

– Паркинсон – это Паркинсон, ей большего не надо. А Грейнджер другого склада. Как говорится: «При помощи ласки и нежности можно и слона на нитке вести», – повёл бровями Драко.

– Хитрый сукин сын! – усмехнулся Блейз и осушил полупустой бокал с огневиски.

– Но на сегодняшнюю ночь она бесполезна, – задумчиво протянул Драко и поджал губы.

– Распрощаешься с матерью и отправишься к своей будущей жене? – подколол его Блейз, намекая на их спор.

– К твоей будущей жене!

* * *

Отчего-то Гермиона не сомневалась, что Малфой придёт к ней этой ночью. Самоуверенно заявится без спроса и приглашения, как это было вчера. Стыдно было признаться себе в таком, но она даже хотела этого. Прошлая ночь стала для неё слишком необычной и волнующей, но сколько же удовольствия ей довелось испытать!.. Подобного с Гермионой никогда прежде не случалось, и потому это настолько впечатлило её. Приняв душ, она надела на себя лёгкий шёлковый халат и улеглась на кровать. Читать сегодня не было желания, настрой был совсем иным. С одной стороны, ей хотелось поскорее увидеть Малфоя, оказаться в его властных руках, но с другой – она всё более отчётливо осознавала, что с каждым разом он пугает её всё сильнее. Этот человек был жестоким, эгоистичным манипулятором и, стоило признать, в некоторых вопросах действительно циником. Лишь сегодня Гермиона поняла, что не она одна является его игрушкой, чьей жизнью он распоряжается по своему усмотрению. На первый взгляд Малфой был всего лишь мальчишкой, но за маской труса и зарвавшегося юнца прятался внезапно раскрывшийся ей страшный человек. Однажды, Гермиона была уверена, он станет достойной заменой своему отцу в кругу приближённых к Волан-де-Морту лиц. Не зря же этот бесчеловечный поработитель магического мира наградил Малфоя-младшего Чёрной меткой и сделал самым молодым Пожирателем Смерти из ныне окружавших его. Ранее в таком возрасте к Пожирателям Смерти был причислен разве что Регулус Блэк, и это уже о многом говорило. Вероятно, Волан-де-Морт сразу разглядел в Драко своего истинного последователя – того человека, кто на выгодных для себя условиях будет верен ему до самого конца. Его расчётливый ум и завидное хладнокровие во взглядах на многие вещи позволят не допускать ошибок. Драко Малфой всегда сумеет просчитать ходы наперёд, ведь он с лёгкостью добивается нужного ему результата в любом деле. Не хотелось представлять, каким он станет с течением времени, к примеру, лет через десять. Этот самодовольный ублюдок ещё сумеет поставить на колени добрую половину тех, кто угодит в его цепкие лапы. Властный, самолюбивый, бескомпромиссный... Так теперь ещё и она удосужилась попасть в список его любовниц! Неужто ей и впрямь однажды предстоит, находясь подле него, увидеть всё это собственными глазами?..

Около часа Гермиона прождала его, неподвижно лёжа на спине и буравя задумчивым взглядом потолок. Все её мысли витали вокруг одного только этого человека, тогда как все предыдущие дни её волновала исключительно судьба её друзей и близких, находившихся в плену. Она даже не знала и не имела возможности выяснить, кто пока ещё жив, а кого уже настигла жестокая смерть... Это пугало до дрожи, но, находясь запертой в замке, она ничего не могла сделать и не имела возможности помочь им. Точно знала она лишь судьбу единственного дорогого ей человека – Гарри Поттера. От него пока ещё не избавились, в противном случае об этом трубили бы на каждом углу. Но как долго его собирались держать в качестве узника? На какой день и час была запланирована показательная казнь, которая станет настоящей трагедией для магического мира?.. Хотя мальчик-который-выжил и его товарищи были взяты в плен, война и политический переворот в этой стране были ещё только впереди. Оккупация и дальнейший захват городов обещали унести в кровавых битвах множество жизней ни в чём неповинных людей, к чему Драко Малфой также должен был непосредственно приложить руку...

Всё больше размышляя об этом и понимая, в какой ужас её приводит осмысление страшной действительности, уставшая за день Гермиона, тем не менее, даже не заметила, как погрузилась в крепкий сон. Этой ночью она могла спать спокойно, ведь на самом деле Малфой решил не тревожить её сегодня... Но так ли спокойно с учётом того, что до самого рассвета её мучили кошмары, которым не было конца?

* * *

– Ты сегодня никак решил оторваться на год вперёд? – прикусив нижнюю губу, сбивчиво проговорила Панси. Её глаза были прикрыты, она всё ещё пыталась отойти от полученного удовольствия, накрывшего её всего пару минут назад. Секс был бурным и изматывающим, Драко сегодня старался на славу, и одним разом всё не ограничилось. Услышав её комментарий, он в своей манере криво усмехнулся. Панси же обратила взгляд к часам на прикроватной тумбочке. – Уже четыре часа ночи, а вставать тебе в семь или даже раньше, если память мне не изменяет? – напомнила она.

– Значит, не стоит тратить время впустую. Я хочу ещё!

– Да ты ненасытный. Шестой раз, Малфой! – с лукавой улыбкой проговорила Панси и одарила горящим взглядом его заново вставший член. Сегодня он возбуждался быстро, подозрительно быстро! Прежде на его ласки уходило немало времени. Даже когда Малфой сам требовал от неё секса, порой он не всегда готов был сразу приступить к делу. Но в этот день всё было в корне иначе. И хотя ей не хотелось думать о таком, чутьё всё же подсказывало, что будоражила его вовсе не она. Драко практически не смотрел в её сторону, как только в очередной раз кончал и откидывался на подушки. Но не успевало пройти и пяти минут, как он готов был начать сначала. На самом деле такое количество половых актов за одну ночь уже отдалось неприятным побочным эффектом: низ живота начал поднывать, Драко натёр ей интимные места своим аппетитом и резвым подходом. Однако отказываться от ещё одного раза она не была готова, секс пока ещё был уместен и допустим. Не на шутку волновало её другое: что вообще творилось в его голове, о чём он думал или кого вспоминал? Панси это, увы, было неведомо. Задавать вопросы было бесполезно, он не стал бы с ней делиться такими вещами либо не поленился соврать. Оставалось разве что смириться и молча получать удовольствие, за которым он к ней и пришёл. Но всё же Панси готова была поклясться, что его точно возбуждало нечто постороннее... Или же кто-то!

* * *

Проснувшись с утра, Гермиона поспешила собраться и отправиться на кухню. На этот раз она надела другое платье: тёмно-зелёного цвета, которое Нарцисса, несомненно, любила уже за одну только истинно слизеринскую расцветку. О крое и фасоне вовсе не стоило говорить – всё смотрелось утончённо и величественно. Это платье наверняка некогда выгуливали исключительно на балы и светские мероприятия. Малфой так и не пришёл, и её это вовсе не радовало... Отсутствовать в замке он будет на протяжении целого месяца, и хотя изредка и ненадолго будет появляться здесь, слишком мала вероятность, что в такие редкие часы ему будет до неё дело. Насколько Гермиона была наслышана, его отряду вверили пленение и частичное уничтожение всех повстанцев Ноттингема, после чего они также должны были подчинить себе всё графство Ноттингемшир. В планах Волан-де-Морта было всего за полгода поработить всю магическую Великобританию, и реализовать свою задумку он намеревался стремительно. Против целого города он собрался противопоставить всего сорок жестоких молодых ребят, но Гермионе всё равно страшно было представить, что будет твориться в графстве, какие зверства устроит там Малфой и его команда. Несмотря на их возраст, она точно знала, что они дадут волю своей кровожадности и добьются поставленной цели, ведь от этого зависела уже жизнь их самих. Сколько именно дней, недель или же месяцев они проведут в этом городе, ей было неведомо. Они и сами навряд ли знали это наверняка. Но всё это было несущественно, ведь намного больше Гермиону волновало другое: что они будут там делать? Убивать, разрушать постаменты, насиловать женщин, сжигать дома?.. Так или иначе, графство склонится перед Драко Малфоем. И всё это время он будет находиться вдали от неё, тогда как Гермионе, к своему стыду, вновь хотелось ощутить вкус его губ, почувствовать его ласки, прикосновения.

Чёрт возьми, до чего же ей понравилось всё это! Она не смела даже предположить, что с ней такое случится, но Гермионе всерьёз теперь хотелось небольшой близости с ним. И пусть он заставил её прочувствовать всё это лишь каких-то несколько раз, тело запомнило те ощущения, и они были незабываемыми. С другой же стороны, большой удачей было то, что всё это время Малфой пробудет так далеко отсюда. За это время она решит для себя наверняка, как действовать дальше. Широко раскрытыми глазами и в спокойной обстановке она сможет посмотреть на происходящее в её жизни, критичным взглядом оценить собственные действия и поступки. В мэноре останутся только она и Нарцисса, и у Гермионы, даже с учётом роли служанки, наконец появится возможность просто пожить для себя, ничего не боясь и не опасаясь. Пускай даже ей придётся постоянно выполнять приказы Нарциссы и распоряжения эльфов, зато она сама будет решать, какими будут её свободные минуты, и как она их проведёт. Несмотря на свои низменные плотские желания, свободы действий она жаждала намного сильнее, нежели прихода Малфоя в ночи, ведь буквально недавно, совсем недавно, она являлась совершенно вольным человеком! И смириться с рабством было слишком трудной для неё задачей.

Находясь погружённой в свои раздумья, Гермиона перешла в другой коридор и тут заметила идущего ей навстречу Малфоя. Несмотря на то, что было всего семь часов утра, он уже был полностью готов к отправке в путь. Насколько Гермиона была наслышана, добираться до Ноттингема ему и его подчинённым предстояло на поезде. Такое решение было принято ввиду того, что некоторые члены его команды имели посредственные способности в трансгрессии на дальние расстояния. Получение такого навыка требовало немало времени и усилий, а совсем молодых ребят было решено уже сейчас подключить к военным делам. Потому, дабы добраться до нужной станции, он решил покинуть дом пораньше.

– Что-то ты запозднилась, Грейнджер, – усмехнулся Драко и остановился у неё на пути. Гермиона не знала, как повести себя в эту секунду, перед тем как он покинет Малфой-мэнор. Как ни крути, он отбывал на войну, и всегда присутствовала страшная вероятность, что оттуда он мог уже не вернуться. Решив всё же просто молча обойти его, Гермиона сделала шаг в сторону, однако достаточно резко туда же сместился и он. Шаг влево она – и он туда же. – Потанцуем? – лукаво проговорил Драко, прокомментировав свои действия. Не сдержавшись, Гермиона засмеялась. Только сейчас она заглянула в его лицо и увидела тёмные круги под глазами.

– Не сумел заснуть перед важной поездкой? – вмиг став серьёзной, предположила она.

– Что-то типа того, – вновь усмехнулся Драко, а затем окинул беглым взглядом её наряд. – Очередное платье моей матери пришлось тебе впору.

– Миссис Малфой отдала мне пять своих платьев, – сказала Гермиона. До сих пор ей было непривычно, что приходилось носить чужую одежду, хотя эти пышные туалеты и были безмерно красивыми. Драко ничего не ответил, но остановил взгляд на вырезе её груди. В отличие от предыдущих, это платье было открытым в области декольте и позволяло насладиться весьма соблазнительным видом. Несмотря на то, что Гермиона с самого вечера терзалась желанием оказаться с ним наедине, сейчас ей стало неуютно под его проницательным, по-настоящему мужским оценивающим взглядом. Драко быстро заметил, как её лицо залилось румянцем, и его это порядком позабавило.

– Отправишься провожать меня и махать платочком при отправлении поезда? – с ухмылкой произнёс он.

– Не в этой жизни! – хмыкнула Гермиона и вздёрнула носик. Но вот что говорить дальше, она не знала. Драко тоже молчал. Он, напротив, ждал, что она сделает и как поведёт себя. С десяток секунд они просто стояли друг напротив друга. Прищуренные серые глаза с нескрываемым интересом смотрели на неё выжидающим взглядом, и вскоре Гермиона всё-таки заговорила: – Вряд ли мои слова будут что-то значить для тебя, как и маловероятно, что они будут услышаны, но я всё же озвучу их: не карайте невинных, не все заслуживают страданий и смерти, и уж точно далеко не все выступают против вашего Хозяина. Ты обладаешь уникальной способностью манипулировать людьми, ну так прибегни к ней! Это будет в разы гуманней, нежели гора трупов и полупустой город.

Гермионе и самой не верилось, что она советовала ему такое, но на злосчастный город при любом раскладе надвигались страшные перемены. Волан-де-Морт намеревался склонить его к своим ногам – при помощи Малфоя и вверенных ему солдат или без него. И потому всё, что могла сделать для мирных жителей Гермиона, так это умолить его не причинять вреда невиновным, которые всего лишь окажутся не в том месте не в то время... Не сказать, чтобы Драко удивило её напутствие, но всё же он не ожидал услышать от неё таких слов. В глазах Гермионы отнюдь не плескалась надежда, но и смолчать она не могла. Она была гриффиндоркой до мозга костей, и этим всё было сказано!.. Её неизменно волновали жизни и судьбы других людей, потому она и подсуетилась с обращением к нему, лидеру небольшой армии Пожирателей Смерти и разрушителей спокойствия, не упуская шанса хоть как-то помочь несчастным. В этом была вся она – такая нетипичная для обитателей здешнего замка, удивительная и чистая девушка, которую лишь в последнюю неделю ему удалось рассмотреть в полной мере. Драко ничего на это не ответил, но на его губах заиграла неизменная кривая усмешка.

– Отдыхай, гриффиндорка. В твоём распоряжении всё то время, что меня не будет дома. Но не надейся, что ты освободишься от меня. Как только я вернусь, мы продолжим то, с чего закончили, и ты снова вернёшься к уготовленной тебе роли, – сказал ей Драко. Его голос не сочился высокомерием, он говорил вполне спокойно и даже не угрожал. Просто предупреждал о том, что ждёт её, да только Гермиона и сама это понимала.

– Удачи, Драко Малфой.

Она развернулась и неспешно двинулась дальше по коридору. Не было смысла добавлять что-то ещё, они всё сказали друг другу. Уже через пару минут Драко покинет дом, и она, пусть и ненадолго, наконец станет свободной.