Глава 23. Искра против Империи.

Flame in the Shadow//Tina MiseГлава 23. «Искра против Империи»

Айрен’Тал молчал. Не от скорби. От страха.Тело короля ещё не остыло, а в зале Совета уже велись разговоры. О защите границ. О перераспределении полномочий. О том, как сделать так, чтобы Элайн не получила власть, которую она теперь имела по праву.Но она не слушала их. Она стояла у мраморной колонны тронного зала и молчала. В её пальцах ещё дрожали отблески огня — не от магии, от горечи. Она вышла замуж. Стала королевой. И потеряла отца своего мужа — в ту же ночь.Дориан был рядом. В чёрном. Не траурном — боевом. Новый король. Его лицо было каменным, голос — тихим, но точным. Он принимал присяги, слушал приказы, поднимал руку, когда требовалась тишина. Он был всем, что от него ждали.И только Элайн видела, как сжимается его челюсть, когда произносили имя Кайрона. Как дрожит палец, когда он касается холодного венца.— Ты не должен быть здесь один, — сказала она, подойдя к нему в тишине тронного зала.— Я не один, — ответил он. — Ты рядом.— Но и ты, и я — одни. Потому что теперь мы не просто союз. Мы — угроза.Он кивнул. Смотрел прямо. Но голос его был другим — хриплым, будто от жара внутри:— Сегодня один из Домов не прислал представителей на присягу. Кассэйра.— Совет отступает?— Совет затаился. Они будут ждать, когда мы сделаем ошибку. Или когда я... сломаюсь.— Ты не сломаешься, — тихо ответила она и вложила пальцы в его ладонь. — Ты — Дракон. И я — тоже. Если кто-то начнёт эту войну — мы закончим её.Вечером они стояли на балконе дворца. Под ними — город, в котором зажгли тысячи факелов. Народ пел. Кричал. Ликовал.Народ не знал, что Империя треснула в тот же миг, как вспыхнул свадебный огонь.— Они радуются, — прошептала Элайн. — Думают, что началась новая эра.— А ты думаешь иначе?— Я чувствую. Что под камнями дворца кто-то шепчет. Что стены слышат заговор. Что моя кровь горит не просто так — это предупреждение.Дориан обнял её за плечи. Осторожно. Сдержанно. Как будто боялся, что она растрескается — как сама Империя.— Сегодня ночью, — сказал он, — я не сплю. И ты — тоже. Мы идём в Зал Источника.— Почему?— Потому что я хочу видеть правду своими глазами. Я хочу знать, с кем мы воюем, пока они ещё не ударили.

Зал Источника находился в глубине дворца — там, где стены пропитаны магией, а воздух резонирует со страхом.Они шли вдвоём. Без охраны. Только двое — новые правители. Или последние жертвы.— Никто не должен сюда входить без разрешения Императрицы, — прошептала Элайн.— Императрицы больше нет, — ответил он. — Теперь ты — она. А я — твой союзник. Не твой хозяин. Не твой страж. Тот, кто стоит рядом.Внутри — тишина. Круг из рун. Алтарь древнего рода. И вода — не просто вода, а живое зеркало. Оно должно было показать то, что скрыто. Но не сегодня.Сегодня оно было чёрным.— Что это? — Элайн сделала шаг ближе.Вода дрогнула. На миг показалось: там — чьи-то глаза. Из темноты.— Это не видение, — сказал Дориан. — Это враг. Он уже здесь.Она сделала шаг назад. Но не из страха. Из ясности.— Тогда Империя не готова. Но я — готова.Она положила ладонь на воду. Та вспыхнула серебром. И в этот момент раздался первый удар.Где-то далеко. Может быть, в горах. Может — в другом Доме.Но звук был настоящий.Империя больше не была на пороге. Она вступила в войну.Вернувшись в покои, Элайн открыла книгу. Ту самую — с кожаной обложкой, где она писала строки как заклинания.> «Сегодня я стала королевой. Не потому что на мне венец. А потому что я выбрала — не бояться.Я не обещаю спасти Империю. Но я обещаю: если пламя пробудилось — оно не погаснет.Я — Искра. И если Империя против меня...Значит, я буду против неё.»

Ночь была слишком тихой.Не той, в которой можно уснуть. А той, в которой всё будто ждёт — одного звука, одного слова, одного движения, чтобы рухнуть.Элайн стояла у окна своей комнаты. Платье лежало на кресле, венец — на столе, а в руках была та самая тетрадь, в которую она писала, когда весь мир пытался заставить её молчать.

> «Я не боюсь быть королевой.Я боюсь стать такой же, как они.Застывшей. Холодной. Без света.Но пока во мне есть слова — во мне будет жизнь.»

Она отложила перо. Посмотрела в зеркало.Себя — не узнала.Глаза были глубже. Цвет волос — тусклее, но в тусклости искрились медные нити. Пламя в крови не горело. Оно слушало. Ожидало.

Поздно ночью в дверь постучали.— Войди, — сказала Элайн, не оборачиваясь.Вошёл не страж. И не служанка.Тина.Как всегда — без приглашения. Без шагов. Просто появилась, как тень, которой давно позволено быть рядом.— Ты знала, что он умрёт, — сказала Элайн.— Я знала, — кивнула Тина. — Но не сказала. Потому что если бы ты подготовилась — это не был бы твой выбор.— А сейчас — мой?— Сейчас — всё твой выбор. Каждый шаг. Каждое слово. Даже если они приведут тебя в огонь.Элайн подошла ближе. Смотрела на Тину, как на отражение, которое вдруг стало плотью.— Они нападут?— Уже напали. Только ты пока не знаешь.— Кассэйра?Тина кивнула.— Сегодня ночью один из пограничных фортов сгорел. Не от огня. От Тьмы. Пятеро магов пропали. Двое — обезумели. Осталась только надпись на стене:«Вы создали её. Теперь живите в её свете.»Элайн закрыла глаза. Глубоко вдохнула.— Это предупреждение?— Это обвинение. Они думают, что ты виновата. Что именно ты разбудила трещину. И теперь они захотят запечатать её. Даже если вместе с тобой.К утру Айрен’Тал уже знал. Или, по крайней мере, чувствовал.На площади перед дворцом собралась толпа. Люди требовали ответов. Одни — просили защиты. Другие — кричали, что проклятие снова среди них.Кто-то сказал: «Королева принесла огонь».А кто-то — «Она единственная, кто может нас спасти.»И только Элайн знала, что и то, и другое — правда.Она вышла к народу сама. Без охраны. Без венца. В белом, простом плаще, в глазах — усталость, но и сталь.— Вы боитесь, — сказала она. — И вы правы. Империя дрожит, потому что стены больше не держат то, что мы когда-то спрятали.Но если вы хотите, чтобы я молчала — я не буду.Если вы хотите, чтобы я исчезла — я останусь.Потому что если я — Пламя, то я здесь, чтобы сжечь не вас. А то, что пришло за вами.Толпа замолчала. И кто-то закричал:— А если ты — одна из них?Элайн не ответила. Просто подняла руку. Пламя вспыхнуло — не ярко, но высоко. И не сжигало. Оно грело. Оно освещало.— Тогда смотрите. Это я. Без маски. Без титула. Без защиты. Если вы боитесь меня — убейте. Сейчас.Тишина. Ни один человек не сдвинулся. Ни один не бросил камень.Потому что впервые за много лет кто-то смотрел им в глаза — и не лгал.Позже, в тронном зале, когда всё стихло, Дориан подошёл к ней.— Ты сошла с ума, — сказал он. — Ты вышла одна. Без защиты. Ты могла...— Но не умерла, — перебила она. — Потому что Империи нужно видеть не тень венца. А лицо.Он долго молчал. А потом вдруг тихо добавил:— Ты уже не просто королева, Элайн. Ты — искра.И если мы проиграем... то не потому, что были слабы. А потому, что были честны.Элайн посмотрела ему в глаза.— Я не дам Империи сгореть.Но если она сама этого хочет...Я сожгу её первой.