Глава 9. «Мимолетный восторг»

***

— Ты винишь себя?

— Да, наверное...

— Не уверена? — силуэт Катерины усмехнулся, а затем обошел сестру, оказываясь у нее за спиной. — Ты растеряна. Именно так чувствуют себя люди в такой ситуации.

— В какой ситуации? — непонимающе уточнила Мелисса, резко оборачиваясь к Катерине, но сестры позади не оказалось. — Катерина?.. — ее нигде не было, девушку окружала лишь темнота.

— Мне здесь просто прекрасно, — сестра появилась прямо перед Мелиссой, чем ее напугала. — Кормят три раза в день. Ты отняла у меня даже любовь к мармеладу. Не надоело воровать чужую жизнь?

— О чем ты говоришь?.. Я всегда любила мармелад.

— Нет, сестренка. Ты его ненавидишь, — Катерина победно усмехнулась, когда приметила растерянность сестры. — Ты утратила все воспоминания?

Много лет назад

— Она не может даже предложение прочитать!

— Ну как можно перепутать слова «лук» и «луг»? Нам же не пять лет!

Из-за обидных слов одноклассников Мелисса вся побледнела. Было не стыдно, а грустно, ведь это такая глупость: прочитать с ошибкой. Да, ошибок было много, но это не причина постоянно насмехаться. Хотелось встать, уйти и больше никогда не возвращаться в эту школу, но девушка представляла, что ее сестре, возможно, было намного тяжелее. Катерина рассказывала, насколько ей плохо в Комиссии и что там происходило. Выходит, старшая школа далеко не такое уж и ужасное место, даже если не повезло с одноклассниками.

— Мелисса, мы уже проходили эту ошибку. Почему ты снова ее допустила? — возмутилась учительница, чего делать не должна. Учителя обязаны помогать в таких ситуациях, а она приняла не ту сторону.

— Я не могу читать, поэтому так и вышло! Что здесь непонятного?! Меня бесят ваши дурацкие книги и задания! Нравится издеваться над человеком, у которого перед глазами все путается?! — срыва было не избежать, Мелисса не стала сдерживаться. Девушка почувствовала, что готова встать и разнести всю школу к чертям, настолько они ей все надоели.

Одноклассники замерли, не ожидав такого отпора от девушки, а щеки учительницы покраснели, выдавая ее смущение. После такого отправляют к директору, поэтому Мелисса встала, взяла в руки рюкзак и направилась в сторону коридора, но учительница ее остановила:

— Вернись на место. Альмила, ну что это за грубость? — учительница литературы была той еще змеей. Она всегда меняла свое настроение, подстраивая его под ситуацию. Не желая играть с огнем, Мелисса послушалась и села обратно на стул. — Отлично. В любой другой день я бы отправила тебя к директору, но сегодня ты получишь наказание.

— Только не сегодня... — прошептала Мелисса, чтобы ее никто не услышал. В этот день ее навестит сестра, нельзя задерживаться в школе и отсиживать дополнительные часы в классе.

— В наказание ты будешь до конца уроков читать вслух стихи Рунеберга, — это было худшим из наказаний, ведь сегодня целых четыре урока литературы, а значит, Мелисса будет читать не меньше трех часов — целая пытка, созданная обычным учителем, а не садистом из Средневековья.

Всем вокруг эта информация не понравилась. Никто не хотел столько часов выслушивать корявое чтение Мелиссы. Если бы она хорошо читала: с выражением, не допуская ошибок... но нет. Девушка не способна осилить и пару абзацев, что уж говорить о трех часах мучений.

— Пожалуй, сама наведаюсь к директору, — Мелисса усмехнулась и встала с места, желая выдать неадекватную систему наказаний учительницы директору школы, но остановилась, когда ей пригрозили:

— Конечно. Только не забудь рассказать о своих прогулах и недавней драке. За такие пропуски и поведение непременно лишишься бюджетного места. Что на это скажут твои родители? Они ведь так долго его добивались...

— Хватит! Прочитаю я ваши стишки! — девушка вернулась на место. У нее больше не было выбора, ведь учительница надавила на самое больное.

Катерина просила, чтобы никто не узнал об их с Мелиссой встречах, иначе в Комиссии все узнают, и у них двоих будут проблемы. Если директор все расскажет родителям, станет еще хуже. Кто знает, что у Комиссии на уме? Однако они забрали лишь одного ребенка, хоть, очевидно, знали о существовании второго.

— Альмила, я не желаю, чтобы у тебя возникли проблемы. Наоборот, хочу помочь, однако ты должна соблюдать устав. Наказания для всех одинаковы, и ты — не исключение.

— Ага... конечно, — прошептала Мелисса сама себе. Это было... достаточно громко, поэтому ее слова не ускользнули от слуха одноклассников, они сразу же рассмеялись. — Ладно, ладно! Я же сказала, что прочитаю! — девушка открыла нужную страницу и принялась читать: — «Наш край, наш край, наш к... край родной...»

— Она запнулась на третьем краю! — с насмешкой произнес один из одноклассников, остальные сразу же рассмеялись.

— Закрой рот! Ты мне мешаешь! — возмущенно прокричала Мелисса, ударяя ладонью по столу.

— Да тебе все мешает! Даже летающие мошки! — прокричал другой.

Конечно, ей все мешало. Ведь буквы перед глазами буквально сливались, перемешивались и даже исчезали, оставляя после себя лишь белый лист бумаги. А еще эти недовольные взгляды вокруг и осуждение, и так каждый раз. Не повезло с учителем, с классом, с одноклассниками... Но выбора не было, впереди еще три часа активного чтения. Никто не пресекал колкие комментарии, а стоило бы.

Когда ненавистные часы наконец закончились, Мелисса подскочила с места и поспешила на свежий воздух. Губы, рот, да каждая мышца во рту и рядом невыносимо болели. Это были не уроки, а целая пытка. Радуясь своему освобождению, девушка устремилась на встречу с сестрой. Чистый воздух, согревающие солнечные лучи и ни одного человека вокруг: лес, в котором они с Катериной постоянно виделись.

Сложно оценить желание Мелиссы помочь сестре. Оно настолько неудержимо, что девушка каждую ночь придумывала план. Хотела помочь по-тихому, ведь Катерина отказывалась от любой поддержки и строго настрого запретила влезать в ее дела. Однако это не остановило Мелиссу, она долго тренировала свою способность видеть будущее и прошлое. А все лишь ради одного: спасти сестру из Комиссии.

Девушка еще не подозревала, чем обернется ее план, который она собиралась осуществить прямо сегодня.

Как и обещала, Катерина уже поджидала сестру под многолетним дубом у небольшой реки. Мелисса помахала сестре рукой и присоединилась к ней, присаживаясь рядом на мягкую, слегка мокрую траву. Утром прошел дождь, поэтому воздух изменился, можно было вдохнуть полной грудью и ощутить необычайную свежесть.

Девушки поприветствовали друг друга, затем крепко обнялись. Мелисса так радовалась каждой встрече, потому что у нее совсем не было друзей, а сестра была всегда рядом, да еще никогда не подводила, не обманывала. Такие близкие отношения сложно завести.

— Ты уже так хорошо говоришь по-английски. В нашу первую встречу не могла связать и два слова, а теперь в твоей речи даже акцента не слышно, — Катерина похвалила сестру и погладила ее по голове. Это такая мелочь, но Мелиссе именно этого и не хватало. — Я тоже запомнила парочку финских слов. Хочешь послушать?

— Конечно!

В ответ Мелиссе Катерина произнесла некоторые бессмысленные не просто слова, а целые предложения. Причем ее голос был идеально чист, ни нотки акцента, что выдали бы ее, как иностранку. Такое вызвало ревность у Мелиссы, ведь у нее никогда не получалось так быстро освоить новые языки, еще ее постоянно ругали, и она без конца приносила домой самые низкие баллы.

Мелисса решила поддержать сестру, несмотря на свое зависть:

— Это... круто. Ты молодец...

— Ты чего? Опять что-то в школе?

— Нет. Все отлично. Давай поиграем с твоей способностью?

— Мелисса... это не игра. Я могу случайно тебе навредить... — Катерина сразу поникла и отвернулась от сестры. Были причины, из-за которых ей больше не хотелось «играть».

— Ну пожалуйста... А я тебе покажу, чему сама научилась. Между прочим, много тренировалась, чтобы тебя удивить!

— Я же просила тебя, не пользоваться своей способностью! Мелисса, сестренка, это опасно. Ты можешь утратить контроль и пострадать! Хорошо, когда я рядом, но ты ведь тренируешься втихаря! — близняшка возмущалась, не желая даже слышать о тайных тренировках Мелиссы.

Нельзя, чтобы Комиссия о ней прознала, иначе они приметят столь талантливого и многообещающего будущего сотрудника. Мелиссе придется разделить страдания Катерины, девушка не могла этого позволить.

— Прости. Я знаю, что ты обо мне заботишься. Обещаю, больше не буду пользоваться своей силой, когда ты не будешь рядом. Но... просто немного поиграем и все. Прошу, мне так наскучила моя серая жизнь...

— Мелисса! Как ты можешь такое говорить в моем присутствии! Да я просто мечтаю о твоей жизни! Прекрасно, когда ты можешь пойти куда хочешь, завести друзей, обнять родителей!

— Да... Ты права... извини. Это было некрасиво с моей стороны. У меня просто был плохой день, — Мелисса заметно поникла, выдирала попавшиеся под руку травинки и глядела вниз, рассматривая свою белую обувь. Она не хотела обижать Катерину, но ей очень нужно отвлечь сестру, чтобы она потеряла бдительность.

— Ладно... — недовольно выдыхая, согласилась близняшка. — Поиграем. Сейчас достану что-нибудь из другого пространства.

Девушка поднялась и прикрыла глаза, концентрируясь. Ветер мягко обдувал ее волосы, он вызывал приятный слуху шорох листвы на деревьях. Также послышалось пение птиц, сидевших на ветвях. Постепенно звуки угасали, до того момента, пока у Катерины не получилось создать небольшой портал перед собой. Новое пространство разрезало воздух, пейзаж исказился: у девушки получилось.

В этот момент близняшка испуганно отскочила в сторону, тогда портал сразу закрылся. Она увидела внутри нечто... Незнакомая женщина, тело которой было обезображено, лицо навечно застыло, она не подавала признаков жизни.

Катерина не успела отреагировать, как почувствовала жесткое касание на плече, это была Мелисса. Больше Катерину никто не видел, никогда. Сестра перенесла ее в свое подсознание, а когда осознала, что натворила, испуганно закричала.

Когда девушка пришла в себя, огляделась. Вокруг никого не было, остался лишь портфель. Вот он, тот момент, которого Мелисса так долго ждала. Она ведь этого и желала, но не хотела, чтобы Катерина исчезла, лишь чтобы на время застыла во времени. Способность выдала непредсказуемый результат, сестра же предупреждала...

Переместившись в Комиссию, Мелисса испуганно попятилась. Огромные, бесконечные коридоры, по которым перемещалось бесчисленное множество сотрудников. Каждый торопился по своим делам, совершенно не обращая внимания на белокурую.

Она не знала, куда ей идти, это место ей не было знакомо. Обреченно блуждая, Мелисса наткнулась на комнату с другими портфелями, рядом с которой сидел охранник.

— Катерина, уже вернулась? — приветливо поинтересовался он. Девушка не сразу поняла, что он обращался именно к ней. — Надеюсь, никто не заметил твоей шалости, иначе меня уволят... — мужчина ожидающе протянул руку к портфелю, тогда Мелисса спокойно отдала столь важную вещь. Она хотела лишь глазком взглянуть на Комиссию, но теперь не сможет вернуться. — Тебя искали. Пришлось соврать, что ты где-то в здании и я тебя не видел. Предупреждаю, это был последний раз! Поняла?

— Д... да... — Мелиссе было не до разговоров. Ей нужно было срочно придумать, как вернуть сестру, все мысли заняты только этим. Не могла же она случайно ее убить...

— Катерина! Вот ты где! — к девушке подошел незнакомый мужчина в черном костюме. — Твой совет оказался кстати. Странно об этом просить... Но не могла бы ты еще посоветовать по поводу моего проекта?

— К-конечно, — Мелисса понятия не имела, о каком проекте шла речь.

— Квантовая запутанность поистине прекрасна. Но из-за нее у нас в последнее время множество проблем. Так что ты скажешь? Может, есть идеи, как ее обойти? — после слов мужчины белокурая побледнела. Про квантовую запутанность она слышала впервые. — Ты чего это? Плохо себя чувствуешь? Иди отдыхай, пока не пришлось воспользоваться твоей медицинской страховкой. И не попадайся на глаза какой-то Лизетте, она спрашивала тебя. Понятия не имею, кто это, впервые увидел ее в Комиссии.

— Да... хорошо, — белокурая тоже не имела понятия, кто такая Лизетта. Ей вообще все в новинку. Медицинская страховка... что-то для взрослых, но точно не для Мелиссы, которая умножать-то нормально не умела. — Прости... Не подскажешь, где моя комната?

— В соседнем корпусе. Четыреста четвертая дверь. Ты точно в норме?

Настоящее

— Ну что, вспомнила? Ты заточила меня здесь. Мое тело застыло, как и жизнь, которую ты отняла.

— Я все помнила. Тебя невозможно забыть, — Мелисса вновь солгала, однако ее ложь очевидна, уж кому как не Катерине знать правду. — Тебе так не нравится? Неужели здесь хуже, чем в Комиссии? Хотя... там было не так уж и плохо, как ты рассказывала. Меня пытались множество раз убить, даже пытали, но у тебя был Эй-Джей. Он любил тебя. А ты мне рассказывала, что у тебя нет близких. И ведь меня даже не насторожили твои глупые истории, когда ты так тряслась за его жизнь и безопасность, а в итоге выдавала совершенно противоположный бред. Ничего сестренка, ложь у нас в крови, не так ли?

В ответ Катерина недовольно зашипела, прикусив свою губу. Не этого она ожидала от Мелиссы, нет.

— Живешь, чувствуя себя свободно. Нашла себе парня, новую семью. Ни в чем себе не отказываешь. Надо же, даже на моем месте умудрилась внести свои порядки, изменить ход судьбы.

— Конечно, ведь я — не ты. Твоя проблема лишь в том, что ты постоянно жалуешься. Ноешь, как маленький ребенок, а не борешься с проблемами. Зачем было заставлять меня уничтожать Луну? Я знаю, это была ты в отражении!

— Потому что я тебя ненавижу, — когда Катерина произнесла эти слова, Мелисса впала в ступор, не ожидая, что сестра когда-либо такое скажет. — Чему ты удивляешься? От любви до ненависти один шаг, слышала такое? Я желаю, чтобы ты ответила за свой поступок, ведь мне так нравится, когда ты испытываешь мои страдания.

— Вот как, сестренка... Так ты... со мной. Выходит, твоя любовь ничего не стоила, все это было ложью. Погоди... только не говори, что это ты виновата в... — Мелисса замешкалась, боясь признать правду, которая так долго ускользала от ее рук. Не могла поверить своей же догадке.

— Наконец-то, догадалась? Мне повезло, что Реджинальд стер тебе память, иначе ты бы поняла намного быстрее. Все же за эти годы ты немного поумнела, — Катерина уже в открытую насмехалась над близняшкой. Не собиралась сдерживаться, потому что сестра уничтожила ее жизнь и будущее.

— Не может быть... Почему... Катерина, почему?! Это и вправду была ты?!

— Да. Я создала твою муку, но не желала тебе зла. Все ради того, чтобы спасти. Петля защищает тебя от верной смерти, а ты — глупышка, так и не удосужилась осознать, что сразу умрешь, как только Харгривзы перезагрузят Вселенную. Тебе нет места в другом мире. И это не моя прихоть, просто мы с тобой — две ошибки. Была бы я на твоем месте, тогда так же бы умерла. Наши глаза доказательство ошибки Реджинальда, неужели так и не поняла столь очевидного?

— Ты... ты... Я любила тебя! Как ты могла так поступить?! Защита?! Да пошла ты к черту со своей защитой! — Мелисса кричала во все горло, норовя выплеснуть накопившиеся эмоции. Она так долго блуждала во времени, искала истинную причину, но не ожидала, что виновник всегда был прямо под носом. — Как мне от нее избавиться?! Отвечай!

— Зачем тебе от нее избавляться? Ведь тогда ты умрешь.

— Потому что я больше не могу! Ты хуже Куратора, хуже любого из Корректоров! Как... можно... заставлять свою сестру страдать?!

— Надо же... мне почему-то нельзя, а тебе можно?! Мелисса, глубоко в душе я надеюсь, что ты получишь по заслугам. Никогда не избавлю тебя от петли, даже и не мечтай!

— Но я просто хотела тебе помочь... Желала вытащить из Комиссии! Не знала, что все так обернется. А ты!.. Что ты творишь?! В семье каждый заботится о своих, не позволяет кому-либо страдать, плакать! Ты была моей семьей!

— Вот именно: семья. Я не знаю, что это такое. И это ты забыла? — совершенно спокойно произнесла Катерина, отчего Мелисса начала терять контроль над своими ногами, была готова упасть и расплакаться. Она всегда считала сестру частью своей семьи, но Катерина подтвердила обратное. — И что, теперь расплачешься?

— Конечно. Ты же всегда ревешь, когда все идет не по-твоему!

— Разозлилась. Как мило. Милая сестренка, — на лице Катерины заиграла улыбка. Самая настоящая, словно девушка что-то почувствовала, нечто близкое сердцу. Но ее настроение мгновенно переменилось, улыбки больше не было. — Тебе пора повзрослеть, — недовольно процедила близняшка. Она начала медленно сокращать дистанцию, с ненавистью приближаясь к сестре.

— Ч-что ты хочешь?.. — Мелиссе стало не по себе. Такой напор она не выдерживала, пугаясь своего ближайшего будущего, ведь Катерина могла выдать все что угодно. — Не подходи!

— Сестричка, бежать некуда. Теперь я займу твое место. Харгривзы будут называть меня номером Восемь, Эй-Джей снова станет моим опекуном, а Номер Пять будет целовать меня, а не тебя.

— Нет! Остановись! — девушка попятилась назад, но бежать действительно некуда, ведь вокруг лишь темнота. — Нет! Катерина! Нет!

— Боишься меня? Это мне стоило тебя бояться. Жаль, что я доверяла такой мелкой, никчемной неудачнице. Ты ничего не стоишь! Твое существование — бессмысленно.

— Не вынуждай меня!

— А то что? Убьешь меня? От меня и так ничего не осталось! — Катерина крепко ухватилась за горло сестры и начала ее душить. Сжимала с невероятной силой, выплескивая весь накопленный гнев.

Со стороны Мелиссы слышались лишь хрипы, она пыталась сопротивляться, раздирая руки близняшки в кровь, но это не помогало, словно Катерина не чувствовала ни боли, ни сострадания.

— Тебе ничто не поможет. Прощай, любимая сестричка.

Перед глазами вновь проскочила вся жизнь. Если Мелисса умрет — Катерина займет ее место. Будет радоваться, жить так, как всегда мечтала, ведь сестра прекрасно устроилась. Именно этого Мелисса всегда и желала, чтобы Катерина почувствовала земные радости, наконец, избавилась от влияния Комиссии и стала свободной.

Девушка сейчас буквально могла подарить заточенной близняшке ее мечту, к тому же Мелисса уже давно хотела покончить со своей мукой. Этот момент наступил, но почему-то Восьмая больше не желала помогать сестре.

Семья: Харгривзы, они всплыли в воспоминаниях. Их объятия, забота и любовь. Нет, Мелисса хотела снова почувствовать семейное тепло, которое не подарил никто другой, кроме них. А Пятый... он бы не позволил девушке так просто умереть, ему будет плохо, даже если рядом будет Катерина. Близняшка же сама сказала, что они обе абсолютно разные.

— П... п... ост... и, — сквозь хрип выдала Номер Восемь. — Я... люб... ю... те... я, — слов больше не было.

Катерина сразу же ощутила нечто странное: чувство, о котором давно позабыла. Все это время они обе находились в подсознании Мелиссы, значит, Восьмая могла делать в нем все, о чем только пожелает. Достаточно было лишь представить, как в ее руке появился нож, которым девушка сразу же воспользовалась. Теперь он находился в груди Катерины, которая не понимала, как такое случилось.

— Ты... и вправду убила меня снова?.. Я так просто это не оставлю... — это были последние слова сестры, после которых она упала на пол, захлебываясь собственной кровью.

Поначалу Мелисса присела рядом, взяла в руки ладони сестры, желая подарить последнее тепло. Близняшка крепко сжала в ответ, издавая хрипы и наблюдая, как ее сестра расплакалась.

Невыносимо больно, но эта боль сразу отступила, как только Катерина навсегда сомкнула веки. Эмоции отступили, Восьмая схватилась за сердце, ощущая груз иных чувств. Осознала, что ровно до этого момента, она ощущала страдания, боль и мысли Катерины, они не принадлежали Мелиссе, никогда.

«Беги, живи, покажи им всем, на что способна!» — велел разум. Эти мысли... они чистые, настоящие. Девушка стала самой собой.

Учитывая, что Катерина мертва... значит, ее способность перестала воздействовать. Временной петли больше нет.

***

— Можем начать наше собрание, — объявил Эй-Джей перед всем Советом в одна тысяча девятьсот восемьдесят втором году в Висконсине.

Новое совещание, которое все потребовали провести незамедлительно. Глава Совета все еще не понимал, зачем такая срочность, хоть у него и были подозрения.

— Эй-Джей, мы закроем глаза на твои «проделки» за нашими спинами, если ты сделаешь, что мы скажем, — процедил один из Совета. Каждый в комнате внимательно следил за реакцией главы. Видимо, они уже между собой все обсудили еще до собрания. — Нужно срочно избавиться от Катерины! Просто кивни, и мы все сделаем сами!

— Как ты смеешь просить меня о таком?! Никогда и ни за что!

— Мы предоставили ей достаточно времени на жизнь. И ее способности постоянно растут, нельзя такого допускать! Расщепитель прекрасно с ней справится, — продолжал гнуть свою линию тот же мужчина, периодически нервно затягиваясь сигаретой.

— Можем ускорить расщепитель, чтобы она не долго испытывала боль. Если, конечно, тебя волнует именно это, в чем мы все сомневаемся, — процедила Лизетта — девушка с темными волосами и квадратными очками.

— Глава Комиссии не позволит убить Катерину. Даже не пытайтесь!

— Эй-Джей, мы все понимаем происходящее. Однако Катерина несет прямую угрозу для наших голов. Нельзя позволять столь властному человеку занимать место рядом с нами, она же всех нас перебьет! Мы просто хотим быть спокойны за наши жизни.

— Ей незачем вас убивать, — глава Совета не знал, как отвертеться. Сейчас было бы неплохо получить поддержку от Куратора, которую она обещала предоставить, но эту женщину на совещание никто не пустит.

— Да, Эй-Джей. Мне совсем «незачем» их убивать, — откуда-то со стороны стола послышался голос виновницы собрания.

Члены Совета напряженно оглянулись по сторонам, пытаясь отыскать девушку. Она сидела на одном из стульев между Лизеттой и одним мужчиной, оба ее сначала не заметили. Никто и не понял, как и когда «Катерина» присоединилась к совещанию. А Эй-Джей сразу заметил неладное в ее взгляде. Что-то изменилось, и речь шла не только о ее одежде...

— Просто хочу их помучать, чтобы знали свое никчемное место, — девушка переменилась, сначала казалась довольно доброжелательной, но теперь, наоборот, ее взгляд выражал чистую ненависть. Эмоции не вязались с внешностью, «Катерина» была полностью в белом: белые штаны, довольно короткая кофта, белоснежные ботинки, словно нарядилась на праздник.

— Т-ты! Ты не имеешь права здесь находиться! — послышались возмущения Томпсона. Он все это время молчал, пытаясь скрыть свою ненависть к главе Совета, но все же не выдержал.

— Еще как имею. Имею тебя и весь Совет, — девушка неожиданно достала свой пистолет и выстрелила в голову Томпсона.

Раздался звук, оглушающий находившихся на соседних местах, и Фрэнсис упал замертво. Пуля прилетела прямо четко ему в лоб, не позволяя осознать произошедшее.

Мелисса почувствовала истинное наслаждение. Ее настоящие эмоции так долго подавлялись, а теперь можно ими поделиться со всеми окружающими. Девушка не собиралась сдерживаться, ведь это не в ее стиле.

Она усмехнулась и спокойно поинтересовалась:

— Кто следующий?

Ответа не последовало. Каждый желал сбежать, однако даже издалека заметно, что единственный выход был закрыт. Белокурая обо всем позаботилась заранее, Совету оставалось лишь пытаться сохранять спокойствие.

— Никто не хочет быть добровольцем? Как жаль... Дорогая Лизетта, как я рада тебя видеть! — Мелисса обратила внимание на девушку, сидевшую рядом, и коснулась ее волос. — Помнишь, как недавно ты отправила мне интересное письмо... с угрозами? — Лизетта испуганно покачала головой, отрицая свою причастность. — Нет? Видимо, это был кто-то другой. Жаль, а так хотелось проверить прочность стола именно твоей головой... — девушка вновь резко переменилась в лице, в этот раз демонстрировала свое недовольство. — Почему меня не позвали на Совет?!

— Потому что его посещают только члены Совета, а ты в наше число не входишь.

— Очень жаль, Лизетта. Ты организовываешь новые встречи и отбираешь новых сотрудников в наш прекрасный отдел «советников», но до сих пор не знаешь, что я уже давно занимаю должность члена Совета? Признайтесь честно, вы замышляете мое убийство?

— Нет... Мы хотим обговорить новую должность... — мужчина напротив Мелиссы не успел договорить, как раздался новый выстрел. Этого человека настигла участь Фрэнсиса.

— Не люблю, когда мне врут в лицо. Лгут только плохие люди, такие как я.

— Катерина... — послышался голос Эй-Джея. Он не понимал, как ему реагировать на происходящее. Девушка сама расправлялась с Советом, что глава и собирался сделать самолично, но ее здесь вообще быть не должно, да и белокурая себя как-то странно вела. — Зачем ты пришла?

— Как зачем? Они покушались на жизнь главы Комиссии, напали на него в Далласе. Какая наглость! Где это видано, чтобы подчиненные покушались на жизнь своего начальника? Они должны знать свое место, — Мелисса не хотела ни с кем из них разговаривать, желала сразу убить.

Всех, кроме Эй-Джея, ведь он ей, по-сути, никто, но иногда помогал, даже пытался спасти ее жизнь. Можно сказать, что девушка успела к нему привязаться.

Пара секунд, и белокурая, не смотря на своих жертв, пристрелила нескольких в комнате. Каждая из пуль угодила ровно в лоб, ведь Пятый просил не заставлять никого страдать перед смертью.

Понимая, что так невероятно скучно, Мелисса решила придумать другой план. Оставшиеся члены Совета от страха чуть ли не впечатались в свои стулья.

— Эй-Джей, тебе здесь делать нечего, — предупредила его девушка. Затем она передала ему ключ от двери и прошептала: — Поверни налево.

Мужчина послушался Мелиссу, когда он распахнул дверь, остальные тоже приготовились бежать. Однако девушка именно этого и ожидала, она прицелилась вперед в сторону коридора и ждала, пока Эй-Джей завернет за угол. Выстрел за выстрелом, еще один и еще, не ушло ни единого лишнего патрона, каждый угодил в цель. Все они мертвы, кроме главы Совета соответственно.

— Поздравляю. Ты наконец-то перестала скрывать свою истинную сущность, — позади девушки послышался до боли знакомый голос. Мелисса сначала не поверила своим ушам, но, когда обернулась поняла, что не ошиблась. Перед ней стоял живой и невредимый парень с черными непослушными волосами... Это был Моран. — Как ощущения? — поинтересовался он, словно с ним ничего не произошло.

— Просто прекрасные.

— Знаю, Мелисса. Так ведь мне стоит тебя теперь называть? — после его слов девушка мысленно испугалась, но постаралась сохранить контроль над ситуацией.

— Как ты узнал?

— Я всегда все знаю, — парень приметил, что белокурая продолжала ожидать адекватный ответ, поэтому он все же рассказал, хоть и не хотел это делать: — Ты проговорилась во сне. Когда ты спишь — болтаешь без умолку. Знала об этом?

Мелисса заметно занервничала, осознав, что, возможно, она во сне могла наговорить всякое и Пятому. Но он бы точно у нее переспросил, выходит, так ничего и не знал.

— Не переживай, я никому не скажу. Не рассказал же раньше, хотя мог.

— Как ты выжил? Мы же тебя буквально закопали...

— Никак. Я умер. Но это был другой я: из будущего. Неприятно видеть свою смерть со стороны, знаешь ли. Наверное, многие бы отдали все за то, чтобы знать, как они умрут. Я поменялся местами с самим собой, когда уходил тебе за едой в последний раз. На самом деле не ожидал, что твой дружок меня прикончит, просто решил перестраховаться. И не зря...

— Я узнала все, что мне было интересно. А теперь мне пора. Пока, — Мелисса норовила покинуть помещение, не собиралась разговаривать с Мораном, но он ее остановил, хватая за руку.

— Постой. Ты смогла разобраться со своей петлей, верно? Я ведь обманул тебя... и свою семью. Никогда не убивал Изабеллу, это была чистая ложь. Она, возможно, так и страдает от своей же способности.

Мелисса наконец осознала, что за напасть преследовала Изабеллу. Поскольку воспоминания вернулись, стало намного легче понимать происходящее.

Морана никогда не была похожа на Мелиссу, скорее схожа с Катериной, ведь у них двоих были одинаковые способности. Обе искажали пространство и время, а Номер Восемь могла лишь видеть будущее и прошлое, поэтому Изабелла ошиблась, она перепутала Мелиссу и Катерину.

Восьмая больше не могла пользоваться способностями сестры после ее смерти, снова вернулась в исходную точку.

— Изабелла загнала себя в ловушку. Потеряла контроль над своей силой. Даже если ты ее не убивал, тогда она все равно вернулась в прошлое, — спокойно ответила парню Мелисса, догадываясь, чего от нее хотел Моран. — Неужели ты хочешь ей помочь?

— Хочу. Твои глаза изменились. Ты стала слабее. Поэтому я и сделал такой вывод. Просто скажи мне, как у тебя получилось, и я от тебя отстану.

— Я помогла ей освободиться...

***

Пройдя порог квартиры, Мелисса пересеклась с испуганным взглядом Эллиотта, который готовил желе. Мужчина завопил, приметив окровавленную одежду и лицо девушки. А сама белокурая никак не отреагировала, подошла к раковине и налила себе воды в стакан. Медленно отпивая и ощущая расслабление от подступившей прохлады, Альмила услышала странные стоны, раздавшиеся со стороны спальни.

Долго гадать не пришлось, ведь голос явно принадлежал Лайле. Неожиданно, но, видимо, она сама отыскала Диего, наладила с ним «контакт». Восьмая не собиралась влезать, если она это сделает, тогда в будущем станет на одного Харгривза меньше. Ребенок обязательно должен появиться на свет, Мелисса же обещала Номеру Пять, что она об этом позаботится.

Тем временем Эллиотт уже успокоился, но пригрозил девушке, чтобы она держалась подальше от его приготовленного желе, иначе все испортит своими кровавыми пятнами, стекающими по ее лицу.

Мелисса его послушалась, честно говоря, ей больше хотелось поскорее принять ванну, а не обедать. Когда она зашла в нужную комнату, стянула с себя одежду, которую потом целиком залила отбеливателем. Понятия не имела, избавит ли химия белые вещи от пятен крови, но хотя бы надеялась.

Пока в керамической ванне набиралась вода, белокурая, как и обычно, разглядывала свое отражение в зеркале. В нем больше никогда не появится Катерина, она не испортит сестре жизнь, как в прошлый раз. Одновременно и радостно, и грустно.

Столько усилий, а в итоге близняшка мертва. Мелисса этого не хотела, не такого конца она желала своей сестре. Помощь обернулась настоящей трагедией, что будет напоминать о себе до конца жизни. Восьмая не сможет забыть, ее воспоминания ослабнут, но никогда не исчезнут.

Рассказать всем о произошедшем: плохая идея. Мелисса не станет рисковать, ведь может потерять своих близких. Ладно еще Эй-Джей, но Пятому точно не понравится такая правда. Он не был знаком с Катериной, однако, если узнает о том, что натворила Восьмая, сразу возмутится. Нельзя, просто нельзя подрывать его доверие.

Мелисса не хотела, чтобы юноша узнал, насколько она жестока. Хорошо, что Номера Пять не оказалось в квартире, иначе он бы увидел кровь членов Совета и прознал о массовом убийстве.

Девушка усмехнулась, осознавая, что Пятый и сам убивал Совет, именно так они и познакомились. А как Мелисса с ним дралась, не подозревая: перед ней был ее будущий возлюбленный. Не думала, что этот парень заставит ее ноги дрожать от удовольствия.

Ей бы хотелось вернуться в прошлое и оказаться в том моменте, зная все свое будущее. Тогда белокурая бы вдоволь посмеялась над происходящим, даже немного пошутила бы над юношей. Но такое невозможно, ведь все происходило в другом прошлом, не ее нынешнем.

Тело все также покрыто шрамами, к этому бы уже стоило привыкнуть, но Мелисса не могла. Раньше на нем не было и царапины, когда шипы роз порезали молочную кожу, уже стало не по себе. А теперь, по мнению девушки, ее тело стало просто уродливым.

Пятый никогда ничего про это не говорил, не делал комплименты, вообще не упоминал внешность Восьмой, как минимум она не помнила. Он говорил, что она не лишняя в этом мире, ее законное место — рядом с Харгривзами. Катерина говорила иначе, полностью противоположные слова. Возможно, она была права, Мелисса не собиралась ее слушать, потому что мнение Номера Пять более авторитетно.

Так белокурой хотелось услышать множество комплиментов от своего парня, что она даже расплакалась. Неожиданные слезинки проскользнули по ее щекам, непонятно: это из-за Пятого или от того, что, наконец, стало легче. Душа просто пела, сердце радовалось. Разум, словно очистился от нечто гнетущего, от чужих мыслей и желаний.

«Как я могла объедаться этой отвратительной курицей и тыквенным мармеладом?» — подумала девушка, ведь она и вправду ненавидела эту еду. А еще терпеть не могла зеленый чай, предпочитала крепкий кофе. Это и был ответ на загадку, стало понятно, почему она перекосилась в лице, когда впервые попробовала колумбийский: Катерина ненавидела кофе, но не Мелисса. Их вкусовые предпочтения смешались, даже учитывая, что они такие противоположные.

Ну теперь-то Восьмая точно знала, что она просто обожала любой вид этого напитка: Лунго, Ристретто, Доппио, да вообще любой. Ее больше не удивляло необычное помешательство Пятого на этом напитке, можно назвать это общей манией, ведь Мелисса разделяла его интерес.

Приятный запах абрикосов от геля для душа заполнил ванную. Эллиотт — любитель всяких аромамасел и скрабов, которыми девушка, конечно же, воспользовалась. Приятно ощущать вкусные запахи от своего тела, поэтому Мелисса не стала экономить на баночках, вылила сколько пожелала нужным, на бюджет Эллиотта ей было абсолютно побоку, как и всем остальным Харгривзам.

Осталось только дождаться, пока с одежды исчезнут пятна крови, на это уйдет минимум часа два. Нужно во что-то пока переодеться, Восьмая глядела по сторонам, пытаясь отыскать хоть какую-то одежду. Не подумала об этом заранее, как и обычно.

В голову пришла единственная мысль, довольно интересная: Номер Пять теперь ходил в другом костюме. Значит, успел переодеться, наверняка его старая одежда лежала где-то неподалеку. В ванной костюма не оказалось, поэтому девушка обернулась полотенцем и вышла из комнаты, оставляя после себя теплый пар и запотевшее зеркало. Привычка мыться в кипятке никуда не исчезла, а значит, она принадлежала Мелиссе, а не Катерине.

Эллиотт нервно прикрыл глаза рукой, когда приметил рядом с собой неожиданно откуда-то возникшую Восьмую, которая была лишь в одном полотенце. Девушка не могла понять, что не так, поэтому безэмоционально поинтересовалась:

— Ты чего это?

— Ты не могла бы одеться? — ответил вопросом на вопрос мужчина, отворачиваясь в другую сторону.

— Я ищу костюм Пятого, он ведь здесь?

— Д-да. Я его постирал и повесил на вешалку в шкафу. В... спальне, — Эллиотт прекрасно понимал, что спальня занята Лайлой и Диего. В ту комнату выходило странное окно прямо из кухни, девушка в него заглянула, не желая прерывать их «развлечение», а затем спокойно устремилась в комнату, ведь они уже явно закончили с... процессом.

Ребята испуганно вздрогнули от удивления, когда Восьмая буквально ворвалась к ним и сразу же устремилась к шкафу. Быстренько заполучив нужные вещи, она ретировалась под громкие возмущения, словно не нарушала ничье личное пространство.

Одежка оказалась велика, штаны уж точно. Повезло, что Пятый носил ремень, такой черный кожаный и приятный на ощупь. Рубашка тоже велика, но это уже не так волновало. Конечно же, Мелисса не забыла надеть галстук, ведь она без ума от такого аксессуара.

Теперь девушка выглядела довольно комично: черные штаны, что были слишком длинными, поэтому доставали до пола, пряча босые стопы; немного просвечивающая рубашка, висевшая на ней, как мешок; и, само собой, черный галстук.

В любом случае это временный выбор, пока ее новая одежда не отстирается и не высохнет.

Настало время для желе, когда Альмила к нему подлетела с вилкой и ножом наготове, Эллиотт оценочно оглядел девушку. Следов крови больше не было, поэтому мужчина подпустил ее к еде. Восьмая сразу же накинулась на манящую сладость, желе выглядело невероятно вкусно, видимо, хозяин квартиры истинный мастер кулинарного искусства.

— Ну как? — поинтересовался он, когда девушка откусила желанный кусочек и принялась тщательно пережевывать, стараясь распробовать вкус.

— Хм... Не хватает чего-то... Наверное, сахара, — после ее слов Эллиотт поспешил попробовать свое творение, он кивнул, соглашаясь с мнением Мелиссы. Сахара действительно не хватало, он боялся переборщить, а в итоге недосыпал. — Эллиотт... — у девушки неожиданно возник план, который она хотела срочно реализовать, причем как можно быстрее. — Ты не мог бы одолжить свою квартиру на один вечер?

— Зачем?.. Если тебе нужно, тогда расскажи, зачем.

— Я хочу сделать подарок кое-кому. Ну пожалуйста, Эллиотт. Другого места нет, только твой дом. Ничего не сломаю... А если такое и произойдет, тогда я могу сама починить.

— Починить? Что насчет обмена? Я отдаю квартиру на вечер, а ты помогаешь мне с термоустановкой.

Мелисса понятие не имела, что за термоустановка, но звучало несложно. Поэтому она кивнула в ответ, радуясь, что сможет реализовать свой прекрасный план.

— Фактически мы можем наведаться к отцу и расспросить его о временной аномалии, — неожиданно на пороге появился Пятый, а за ним последовал Первый, который внимательно выслушивал рассказ брата, но ничего не понимал. — Нужно посетить его прием в консульстве. Лютер, ты вообще меня слушаешь?

— А? Да, конечно.

— Я пойду с тобой! — произнесла Мелисса, подскакивая со стула. Ей очень хотелось проводить с Пятым больше времени, а то они столько пропустили, и пора бы наверстать упущенное.

Юноша не ожидал, что увидит Восьмую в квартире, ведь она куда-то сбежала с портфелем. Между прочим, она этого делать не должна была, ибо парень весь разнервничался, пугаясь новой пропажи белокурой. Поэтому он на нее обиделся, не собирался с ней разговаривать, пока она не объяснится. Но Номер Пять все же облегченно выдохнул, когда понял, что с девушкой все хорошо и она цела и невредима.

— Пятый? — Мелисса пыталась понять, почему юноша ей не ответил. — Пя-я-ятый! — вновь протянула она, все еще надеясь на ответную реакцию. Молчание Номера Пять — целая пытка, которую девушка не желала терпеть. — Игнорирование, это, вообще-то, моральное насилие!

— Лютер, ты понял? Мы идем на прием, и это не обсуждается, — игнорируя Мелиссу, обратился он к брату.

— Прости, у меня есть дела. Выбери кого-нибудь другого, например... Вот, Диего, — Первый указал на Второго рукой, когда тот зашел в комнату вместе с Лайлой. Они оба непонимающе огляделись, желая узнать подробности разговора. — Мне пора, Пятый. Я скоро вернусь, обязательно, — крепыш вышел из квартиры, оставляя за собой недовольного брата, который так и желал кому-нибудь влепить хотя бы одну пощечину.

— Собирайся, — процедил Номер Пять Диего, что стоял и хлопал глазами. — Можешь взять Лайлу с собой, мне плевать, — после чего юноша поторопился в спальню, мечтая уединится и обдумать произошедшее. Особенно придумать небольшую месть Номеру Восемь, ибо он хранил сильную обиду. Но, когда зашел в комнату, сразу недовольно завопил: — Фу! Чем здесь воняет?!

***

Когда наступил вечер, Мелисса помогала Эллиотту с его странным изобретением. Они оба сидели на диване и пытались понять, как скрепить провода без изоленты, чтобы они не путали ребят.

Термоустановка оказалась не тем, чем казалась ранее. Она предназначена для изменения погоды на небольшой области. По задумке выпрыскивает воду в... воздух, а после чего должна проявиться радуга. Мелиссе идея показалась абсурдной, но она обещала помочь мужчине, поэтому выбора не было.

Девушка не могла себе представить, зачем Эллиотту понадобилась радуга. По логике они могли просто взять стакан и подставить его под солнечный луч, но мужчина желал поступить иначе, его не устраивали легкие пути. В каком-то смысле установка заменяла шланг для подачи воды, такими пользуются для поливки растений.

Установка заработала, когда Мелисса долбанула по ней ногой, не нужно было ничего скреплять. Вода сразу же фонтаном залила диван, заставляя хозяина квартиры завопить.

— Всегда срабатывает, — девушка победно усмехнулась и закурила сигарету, найденную в доме. У Эллиотта не было такой вредной привычки, но он хранил парочку на всякий случай, который, как ни странно, настал.

В этот момент из ванной в красивом платье вышла Лайла. Готовилась к приему, на который они собирались отправиться. Если условно называть Лайлу Девяткой, тогда Номер Девять вызывала у Восьмой внушительную ревность, потому что Мелиссе тоже хотелось к ним присоединиться, а не сидеть дома и помогать Эллиотту с глупым проектом. Но белокурую никто с собой не позвал, Номер Пять точно на нее обиделся, поэтому девушка не знала, куда себя деть.

Лайла была такой красивой, это голубое платье ей так шло. Понурый взгляд Номера Восемь не ускользнул от глаз окружающих, они все сразу же поняли.

— Хочешь пойти с нами? — поинтересовалась «Девятая». В ответ получила расстроенный кивок от Мелиссы.

Через пару секунд в гостиную переместился Номер Пять, он сразу же отошел в сторону, уворачиваясь от фонтана с водой. Установка не выключалась, ковер, диван, все в нескольких метрах намокло. Интересная сцена, Пятый не ожидал такое застать.

Мелиссе уже это надоело, а еще ей осточертел вопящий Эллиотт, который пытался отключить чудо-машину. Поэтому она снова долбанула ногой по «термоустановке», после чего машина отключилась. Вновь сработало. Мужчина принялся благодарить бога за помощь, а белокурая недовольно скрестила руки, наблюдая за этой сценой.

— Пятый, можно я пойду с вами? — с надеждой поинтересовалась она у юноши, переключая на него все внимание. Глядела, как ожидающий песик, желающий отведать лакомств.

Но это на парне не сработало, не в этот раз. Он продолжал игнорировать девушку.

— Лайла, ты готова? — поинтересовался он, отворачиваясь от Восьмой, чем вызывал у нее волну грусти.

— Еще нет. Возьмем ее с собой? Посмотри на ее щенячьи глазки, — Лайла указала взглядом на поникшую девушку, даже ей стало жалко Мелиссу.

— У нас нет времени. До начала приема осталось меньше часа, а нам еще нужно добраться. Кто знает, сколько у Катерины уйдет времени на сборы, — Пятый процедил слова сквозь зубы, открыто демонстрируя белокурой свое недовольство.

Это было ни к чему, девушка и так все прекрасно понимала.

— А ты что пойдешь в этом? — неодобрительно поинтересовалась новоиспеченная Девятая, указывая его потрепанный и грязный костюм. — Не пойми неправильно, но даже мой дед одевался лучше.

— Ты права, — недовольно процедил парень и ожидающе взглянул на Мелиссу. Она растерялась от такого напористого взгляда, принялась глядеть по сторонам, ища путь для побега. — Раздевайся, — с ухмылкой произнес Пятый, вспоминая, как Восьмая когда-то в прошлом стянула перед ним всю свою одежду добровольно.

— Нет! Только если возьмете меня с собой! — Мелисса решилась на шантаж, она обняла себя руками, не желая лишаться приятно пахнувшей лавандой рубашки. Было бы намного лучше, если бы одежда пахла кофе, но девушка была готова смириться со своими желаниями.

— Лайла, идем, — произнес Номер Пять, недовольно цокнув. Затем юноша направился на выход. — Ты идешь? Не в моих интересах тебя дожидаться.

— Загляни на тумбочку, — прошептала Восьмой Лайла и последовала за Пятым. Перед этим она окинула Мелиссу намекающим взглядом и подмигнула.

— Вы поругались? — поинтересовался Эллиотт, за что получил осуждающий взгляд и сразу замолчал. — Понял. Не влезаю.

Спустя пару мгновений в квартиру вернулся Лютер. Он сразу же уселся на диван, закидывая ноги на столик, чем удивил Мелиссу.

— У тебя разве не было планов? — поинтересовалась она, щипая того за ногу, чтобы он перестал пачкать журнальный столик, чем вызвала болезненное шипение у Первого.

— А? Да. Были...

— Лютер!

— Да я просто отмазался. Не хочу никуда идти. Эллиотт, а что это у тебя за баллоны?

***

Кирпичное здание консульства Мексики с белыми балясинами, изящными балюстрадами и небольшими капителями предстало перед Пятым, Диего и Лайлой. Великолепный ландшафт, круглые кусты под колоннадой и множество флагов различных стран, ошибки быть не могло — точно консульство. Толпа элегантно одетых людей постепенно заходила в здание, а ребята внимательно за этим наблюдали, спрятавшись за машиной и изучая обстановку.

— Какой у нас план? — чуть ли не шепотом поинтересовалась Лайла.

— Проникаем, выявляем, извлекаем, в разы быстрее, — Диего произнес девушке в лицо, а затем вернулся к наблюдению за «объектом».

— Чо он сказать-то хотел? — Лайла ничего не поняла, поэтому решила уточнить у Номера Пять, который находился позади нее.

— Находим старика и сматываемся.

— Я так и сказал... — Второй недовольно взглянул на них, а затем произнес: — За мной, — и забавно пополз в полуприседе к следующей машине. Да, то, что у него небольшой сдвиг в шестеренках — очевидно.

Оказавшись внутри здания, Пятый сразу же ухватился за шампанское на подносе официанта. На фоне играл джаз, который юноша так ненавидел. Приглашенные гости танцевали, радовались долгожданному приему, к ним присоединились и Диего с Лайлой. Их танец выделялся, ведь между этими двумя ощущалась страсть, чем и привлекал заинтересованные взгляды. И неудивительно, потому что их танец вела именно Лайла.

Пока Пятый искал взглядом членов «Великолепной дюжины», наслаждаясь игристым, не заметил, как к нему подошла девушка.

— Сэр, вы бы не хотели потанцевать со мной? — поинтересовалась она.

Но юноша так и не обернулся в ее сторону, продолжая выискивать отца из толпы. Полагал, что Реджинальд находился на втором этаже и стоило направиться именно туда.

— Нет. Неинтересно, — сухо произнес он. — Прошу прощения, — в этот момент парень решил проверить, что же находилось на верхнем этаже и стремительно последовал к лестнице. Однако его крепко схватили за руку и притянули к себе.

— Некрасиво вот так отказывать юным дамам. Поговаривают, вы ненавидите джаз, — юноша не успел ничего сообразить, как музыка сменилась, заиграла скрипка, и его вовлекли в танец.

Только сейчас Пятый обратил внимание на человека перед ним. Розовое платье, украшенное яркими нитками из пайеток блестело, ловя на себе игривые огоньки освещения, а каблучки от обуви звонко цокали, ударяясь об пол, когда девушка шагала, ведя их танец.

Она такая красивая... Номер Пять потерял дар речи, никогда еще не видел Восьмую в таком амплуа.

Все же пришла в консульство, хотя юноша ее не звал. Понятно, что плевать она хотела на любые запреты. Но сейчас, когда она была так великолепна, Пятый позабыл о своем недовольстве и обиде, да и об отце тоже. Как можно думать о чем-либо другом, кроме Номера Восемь, когда она так прекрасна.

— Прошу прощения, я подумал, что мы незнакомы, — юноша перехватил танец, ведь именно он должен был его вести, растерянность сошла на нет.

— А мы знакомы? — Мелисса игриво усмехнулась.

— О нет, давайте же познакомимся, — Пятый решил поддержать девушку, вовлекаясь в ее небольшую игру.

Казалось, что этот момент был самым прекрасным в его жизни. Музыка становилась все насыщенней, а глаза Восьмой заблестели. Шаг за шагом, они двигались так органично, словно часто тренировались. На плавной ноте юноша закружил девушку рукой, а затем резко притянул к себе.

— Даже не знаю, вы показались мне таким грубым... — игриво произнесла она.

— Я не знал, что передо мной такая прекрасная особа.

— Ну что вы... Вгоняете меня в краску, — их танец стал более спокойным. Мелисса нежно удерживалась рукой за плечо юноши, а второй накрывала его ладонь. Ощутила, как же крепко Пятый сжал ее талию, не собираясь отпускать и на миллиметр от себя. — Давайте насладимся молчаливым танцем. Незачем следить за всякими личностями, ведь я уже знаю исход.

— Конечно, моя изящная госпожа, — прошептал ей на ухо юноша, обдавая теплым дыханием. После чего Восьмая облокотилась головой на его крепкое плечо.

Ее взгляд проскользнул в сторону верхнего этажа, откуда за ними наблюдал Отто вместе со своими братьями.

«Они уже здесь», — подумала Мелисса и подмигнула шведам. Один из них узнал белокурую, поэтому ткнул локтем Отто в бок и указал брату на нее взглядом.

— Что там? — Пятый заметил это подмигивание, поэтому решил взглянуть в сторону лоджии, но Восьмая пресекла это действие, нежно коснувшись его подбородка.

Озадаченный взгляд парня сменился, он внимательно и с желанием разглядывал глаза девушки. Ощутил, как она медленно притягивала его лицо ближе к себе, после чего они слились в нежном поцелуе.